Ревун
Иногда жестокая судьба ставит перед не менее жестокими выборами даже гноллов. Презренный металл или сладость нежности. Слава проходящая или же липкая, терпкая страсть. Погнаться за сырной головкой, выполнив заказ? Или же взяться за лютню, покорив сердце? Лапы касаются струн - и ночь наполняется романтикой. Ты поешь, забываясь и растворяясь в собственной песне, и не сразу замечаешь, что тебе - оттуда, из леса - кто-то подпевает. Кто же это? Ты не веришь своим глазам, но - да, это она, чудесная дива с волосами цвета лунного света, в нагруднике, чья посеребренная сталь изгибами своими повторяет изгибы укрытых ею сокровищ.
А потом, выпив вина, вы, прямо там, на поляне, жестко смотрите на "черный экран" в чьей-то - быть может, обглоданного зябликами Джона Доу: вот так совпадение - палатке, пока остальные что-то решают с драконом, сыром, контрактом, и прочей мутью. Под нагрудником у чудесной дивы оказывается грудь, волосы цвета лунного света - не только на голове, а ночь, если не брать в расчет ворпальный меч, который тебе то и дело приходится поправлять, чтоб не зарезаться в процессе, проходит просто - как и полагается ночи, проведенной с чудесной дивой - чудесно.
Наутро же ты, прихватив лютню, собираешься вернуться к исполнению своих бардо-наемничьих обязанностей, но быстро обнаруживаешь, что к пещере уже прибыла стража и лекари, всюду растянуты бумажные ленты с просьбами не топтать улики, а сам "Творожный Клык", сидя на краю целительской телеги и укутавшись в плед, пьет кофе из любезно поданной ему кем-то бочки, и дает показания о случившемся.
Решая не рисковать, вы - вместе с девой, напоследок еще раз глянув на "черный экран", собираете нехитрый скарб твоих менее удачливых "коллег", и уезжаете на угнанной лошади - ах, какая незадача, снова Джона Доу - навстречу рассвету. И, быть может, впереди вас ждут новые "черные экраны", новые приключения и вообще - но это уже совсем другой модуль.