Форумные ролевые игры

Валуа, поместье семьи Висконти
примерно 3 недели назад

— Госпожа, к Вам…

Анна, молоденькая служанка, которую Эллария взяла к себе не так давно, замялась, не находя лучших слов для представления посетителей, и один из мужчин — а их было двое — счёл за лучшее перехватить инициативу.

— Эллария Висконти? — выступив вперёд, взял он слово.
— Госпожа Эллария Аличе Висконти, — поправила та. — А вы, полагаю...?
— Орден Сумерек.
— Наконец-то.

Отсалютовав бокалом белого сцилийского, аристократка обворожительно улыбнулась и поднялась навстречу гостям.

— Раз уж вы знаете моё имя, думаю, будет справедливо, если я узнаю ваши, — заметила девушка, поравнявшись с визитёрами.

Руки она подавать не стала, дабы не ставить мужчин в неловкое положение. Этикет диктовал одно, а естественное чувство самосохранения — совсем иное. Человеческой природе свойственно опасаться всего неизвестного и отличного от большинства — и носители тёмного дара не были исключением.

— Грегор и Альберт, Стражи Сумерек, — ответил тот, что был постарше, и числом прожитых зим, и, судя по всему, положением на иерархической лестнице.
— Прекрасно. В таком случае прошу, — приглашающим жестом хозяйка дома указала на сервированный стол, покрытый белоснежной скатертью.

Из-за непредвиденных задержек в пути рекрутёры добрались до поместья Висконти в Валуа лишь к закату солнца, застав Элларию за ужином.

— А вы очень кстати — только сегодня мой брат прислал в подарок отменных перепелов из своих охотничьих угодий, — меж тем продолжала девушка. — Анна, ещё два комплекта приборов, пожалуйста, — попутно распорядилась она, прервав рассказ.

С видимым облегчением служанка выскочила за дверь. Смутное предчувствие подсказывало, что появление этих двоих не предвещало для госпожи ничего хорошего, но она никак не могла взять в толк, отчего синьорина так спокойна и будто бы даже… довольна?

— Вообще-то мы к вам по делу, — впервые подал голос Страж помоложе.
— Я подумала, вы утомились с дороги и голодны. И разве ваше дело нельзя обсудить за ужином? — с улыбкой возразила Эллария, сделав вид, что не заметила нахмуренного выражения лица и резкого тона собеседника. — По-моему, так гораздо приятней.
— А, по-моему, вы тянете время и водите нас за нос, — раздражённо выпалил тот.
— Альберт! — полушёпотом одёрнул его Грегор.

Эллария ничего не ответила. Лишь скользнула по посетителям пристально-оценивающим взглядом и опустилась на стул, прикрыв колени салфеткой. Облачённая в платье винного оттенка, которое выигрышно оттеняло убранные в тугой узел тёмные волосы, она совсем не производила впечатление меченой Тьмой, и впервые за время их миссии Грегора посетило сомнение. У этой молодой женщины, сидящей напротив, не было ни странных, неестественно чёрных глаз, ни клыков, ни иных звероподобных черт — лишь утончённая красота и безупречные манеры, несомненно, обусловленные её высоким положением и воспитанием. Но разве привлекательная внешность и аристократическое происхождение — повод отправлять в Орден?

— Ваш товарищ не слишком-то учтив, сир Грегор?

Замаскированная под вопрос реплика лёгким уколом угодила точно в цель.

— Вот же ведьма, — прошипел Альберт.

Но, вопреки ожиданиям, столь грубое нарушение этикета, кажется, только позабавило хозяйку дома. Словно именно такой реакции она и ожидала.

— М-м, какой необычный букет… — покачивая в руке бокал, отметила она.

И в этот момент Грегор был уверен — мог покляться — что она имеет в виду всё, что угодно, только не вино. Он не знал как, не отдавал себе в этом отчёта, ощущая происходящее, скорее, интуитивно, чутьём, что зовётся инстинктом самосохранения, но он мог побиться об заклад, что осязал, как на короткий миг Тьма явила себя — и сразу отступила. По воле и желанию этой женщины.

— Страх и гнев, приправленные щепоткой стыда. Весьма пикантное сочетание, — поведя носом, будто и впрямь оценивала аромат какого-то блюда, констатировала Эллария. — Пряное и такое дразнящее… Признаться, сир Альберт, если бы прямо сейчас я отведала аперитив из ваших фонтанирующих эмоций, то насытилась бы на несколько дней. Не стану скрывать, это большой соблазн для голодной, как вы изволили выразиться, «ведьмы». А я голодна.

С этими словами она отломила от тушки перепёлки небольшой кусочек и отправила его в рот. Птицу госпожа Висконти предпочитала есть руками — благо, этикет позволял.

— Потому буду признательна, если вы потрудитесь взять себя в руки, покуда этот соблазн не пересилил мой самоконтроль, — посмаковав нежное мясо, продолжала девушка. — Мне бы крайне не хотелось сорваться и «осушить» вас залпом. На ваше счастье, у меня сильная воля. Как и моральные принципы, — добавила она для успокоения. — В конце концов, не стану же я травить своих будущих сослуживцев в собственном доме.

С лёгкой усмешкой она указала кончиком вилки на до сих пор нетронутые блюда, намекая на опасения гостей.

— Но если вас всё же тревожат подобные мысли, первый глоток из ваших бокалов могу сделать я.

Благодаря своей матушке, сведущей в медицине, Эллария знала о существовании как минимум трёх разновидностей ядов, позволяющих отравителю и его жертве пить и вкушать из одной посуды, но рассказывать об этом собеседникам было вовсе не обязательно.

— Благодарим вас, госпожа, это излишне, — сразу за обоих ответил Грегор и приступил к трапезе. — Так, значит, вам известно, зачем мы здесь?
— Разумеется, — кивнула девушка. — Скажем так, я имею самое непосредственное отношение к вашему визиту. Не будь на то моего желания, вы бы ещё долго искали меня. И, вполне возможно, не обнаружили бы никогда.

Это было правдой. Узнав об Ордене благодаря обнародованию Lex Umbrae, Эллария проявила инициативу, дав о себе знать кому нужно. Но для чего ей, живущей в достатке и сытости менять роскошь на сомнительную перспективу стать цепным псом империи с отнюдь не призрачной перспективой погибнуть? Не сговариваясь, Стражи озадаченно переглянулись.

— В таком случае вы готовы присоединиться к Ордену добровольно? — уточнил Альберт.

Насторожённость ещё не покинула его, и даже за самой безобидной фразой он ожидал скрытый подвох.

— Конечно. С единственным условием — вы дадите мне время на сборы и организационные формальности. Видите ли, мой статус дарует не только привилегии, но накладывает и обязанности. Я не могу покинуть поместье просто так, не оставив вместо себя доверенное лицо, не дав чётких инструкций прислуге, за которую несу ответственность. Насколько жёстко вы ограничены сроками? — спросила Эллария.
— У вас будет достаточно времени, — заверил Грегор.
— В самом деле? — на лице аристократки отразилось приятное удивление. — В таком случае на это время предлагаю вам побыть моими гостями. В качестве гарантии, что я никуда не сбегу, — добавила она с лукавой улыбкой.

Теперь настала очередь Стражей изумляться. Собирая по империи отмеченных Тьмой или слушая рассказы таких же рекрутёров, они становились невольными свидетелями жизненных драм — таких разных, непохожих друг на друга. Они привыкли к взглядам, полным страха и неприязни. Суеверные шепотки в спину сопровождали их везде, шагая по пятам, куда бы они ни направлялись. Увидев Стражей на пороге, кто-то застывал в смертельном ужасе, кто-то плакал и выкрикивал проклятия. Иные были рады избавиться от неугодного родственника, вышвырнув на улицу словно шелудивого пса. Третьих приходилось выволакивать силой, отрывая от стенающих матерей. Но радушный приём… такое случилось впервые. Не скрывалось ли под личиной гостеприимства какое-нибудь вероломство? Мужчины сомневались, и это не укрылось от внимательных глаз хозяйки дома.

— Сколько дней пути до цитадели Стражей Сумерек? Может быть, неделя? Две? Месяц? — Эллария решила зайти с другой стороны, обратившись к языку рацио.
— Примерно три недели.
— Путь неблизкий. Так ли уж важны одни сутки «опоздания» в сравнении с несколькими неделями? Если к тому же не установлено чётких сроков, — склонив голову набок, добавила девушка ещё аргумент. — А перед дальней дорогой нет ничего лучше хорошенько отмокнуть в ванне и вдоволь выспаться на чистых простынях, не правда ли?

Последний довод пробил брешь в и без того не слишком крепкой стене защиты.

— Будет ли это уместным, госпожа, учитывая ваш…

Грегор запнулся, подбирая тактичную формулировку, и Эллария воспользовалась возникшей паузой:

— Мой статус разведённой женщины? — она мелодично рассмеялась. — Пóлноте! Я настаиваю.

Уголки её губ дёрнулись, но глаза оставались сосредоточенно холодными.

— Анна! — окликнула она служанку. — Сир Грегор и сир Альберт любезно согласились задержаться у меня на день. Пока мы беседуем за ужином, приготовь, пожалуйста, гостевые спальни. И ванну погорячее.

Этой ночью Стражи спали поистине мертвецким сном. Им грезилась Эллария, удовлетворённая и насытившаяся. Или то был не сон?..

***

— Госпо-жа-а! Как же Вы… Они там… — бессвязно всхлипывала Анна, припав к руке Элларии.

Узнав о скором отбытии хозяйки, девушка расплакалась — и не было свидетельства её преданности искренней и трогательней. Эллария взяла её полгода назад прямо с улицы, из беспросветной нищеты, где самой радужной перспективой для юной, миловидной сироты был, пожалуй, публичный дом. С тех пор она ни разу не пожалела о своём решении. Теперь настала пора расстаться.

— Ну-ну, довольно слёз, — подбодрила она служанку, легонько похлопав ту по плечу. — Не бойся, тебя никто не выгонит. Сегодня утром я вызвала письмом матушку, попросив её поторопиться. Слушайся её во всём.

Пару недель назад Федерика отправилась погостить к сестре и должна была вернуться со дня на день.

— Время от времени вас также будет навещать мой брат Чезаре. Формально управление переходит к нему за отсутствием у меня супруга, — продолжала Эллария.
— Но синьор совсем меня не знает… — в голосе Анны звучала неуверенность: девушка всё ещё боялась отставки.
— На этот случай я оставила рекомендации, — словно прочитав её мысли, возразила Эллария. — Он не посмеет.

С многозначительной улыбкой она указала на лежащий подле конверт, который только что запечатала сургучным оттиском с фамильным гербом.

— Передашь это ему. Взамен же я попрошу лишь одного.
— Всё, что прикажете, госпожа, — горячо отозвалась служанка.
— Я жду от тебя той же преданности, — негромко, пристально глядя в глаза девушки, проговорила Эллария. — Пока я отсутствую, ты станешь моими глазами и ушами. А когда я прибуду на место и мы наладим корреспонденцию, я хочу знать всё, что творится в моём доме и семье. И под этим я подразумеваю всё, — повторила она с нажимом.

Настанет день — и Эллария Аличе Висконти вернётся. Гораздо сильнее прежнего. Таков был финальный ход задуманной партии.


Монт-Орели, казарменный двор
21 примарта 1498 г.

Фортуна благоволила Элларии: в повозке, направлявшейся в Монт-Орели, ехал Максанс из рода де Грайи. Когда-то их семьи лелеяли надежду породниться, но помолвка молодых людей так и не привела к венчанию. Как считала сама Эллария — к счастью, иначе никогда бы ей не приобрести столь верного друга в лице юноши. Не зря же говорят: нет средства надёжней превратить двух людей в заклятых врагов, нежели династический брак по договорённости родителей.

После истории Максанса, которую девушка выслушала со сдержанным вниманием, собственный отец представился ей образцом добродетели. Конечно, Антонио Висконти всё ещё не упускал случая подчеркнуть перед ней превосходство её сводных братьев. Однако по мере приближения возраста совершеннолетия подобные колкости звучали всё реже: Пресветлый Отец осознал, что дочь, унаследовавшая его нрав вкупе с острым умом, в политических интригах высшего общества вполне может составить конкуренцию Фабрицио и Чезаре. Если не превзойти их. Понимала ли это сама Эллария? Безусловно.

В неспешных разговорах монотонность путешествия переносилась легче, а в перерывах между беседами Эллария была занята книгой под тихие молитвы Алессандро, другого её спутника (и что такого тёмного Стражи нашли в этом скромном, благопристойном молодом человеке?). И хоть читать, подпрыгивая на колдобинах и кочках, было не слишком сподручно, девушка не давала волю недовольству — подобная несдержанность не подобает дворянке.

Среди прочих достоинств Максанса было одно, которое особенно ценилось Элларией: он один из немногих, кто не боялся к ней прикасаться. Вот и сейчас по прибытии в Монт-Орели молодой человек любезно протянул ей руку, помогая спрыгнуть с повозки.

— Госпожа Игритт, — учтиво кивнув ментору, девушка представилась: — Эллария Аличе Висконти. Домашняя горячая еда — это прекрасно, благодарю вас за участие.