Sensei ♡︎ Mahou Shoujo | ходы игроков | Blue Friend

Токио, Адати; 24.07.201Х, четверг

Мир Коллективного Бессознательного странен даже для проводника. Одна и та же вещь может выглядеть по-разному, если смотреть на неё с разных точек реальности (насколько понятия трехмерной реальности вообще применимы к этой реальности) и, несмотря на отсутствие времени и пространства в привычном для людей понимании, он все еще может сохранять некоторое «географическое» разделение – в конце концов, люди одной культуры воспринимают они и те же вещи довольно схоже. В Коллективе наш будущий наставник пробыл недолго, ибо вскоре Хоку – именно так звали нового проводника – переместили в Сон, а оттуда он проследовал в реальный мир, с сверхъестественной скоростью впитывая информацию о происходящем. Сразу после появления в центре Токио он ощутил присутствие десяти источников могущественной силы, в которых уверенно опознал волшебниц высшего ранга, из которых уже три были инициированы.

Первым делом Хоку, уже зная о том, что волшебницы из западных районов еще не контактировали с проводниками, решил отправиться следить за душой волшебницы из Сэтагаи, прибыв к её дому (то было классическое двухэтажное жилое строение, рассчитанное на целую семью) как раз к моменту выхода цели... И еще Хоку почувствовал в доме присутствие еще одной потенциальной волшебницы – среднего ранга. Цель – фиолетоволосая девушка с двумя длинными хвостами, немного худощавая, в идеально выглаженной студенческой форме бежевого цвета – первым делом отправилась на станцию метро, откуда начала свою поездку на место учебы. Конечной остановкой поездки оказалось Бункё, а точнее – квартал Хонго. Что любопытно, примерно в это же время в район Бункё въехала и другая потенциальная волшебница – та, что живет в Нэриме (но она весь день провела в другом месте; как позднее выяснил Хоку, это был Токийский университет искусств).

Цель – «Хиираги Кагами» – провела в университет весь день и дала немало пищи для размышлений; на уроках она демонстрировала внимательность и усидчивость (хотя особого интереса к излагаемым предметам, в основном связанным с экономикой, Хоку не чувствовал); в переменах она регулярно общалась то с сокурсниками, то с учителями, иногда бегала по кабинетам административного персонала – Хиираги была старостой группы, а потому ей приходилось отчитываться за отсутствующих студентов, привлекать в добровольно-принудительном порядке студентов к разного рода мероприятиям и даже синхронизировать расписание преподавателей и студентов, которым нужны факультативные занятия. Неоднократно Хоку чувствовал исходящие от неё вспышки раздражения, однако внешне это выражалось лишь в едва заметном нервном тике: даже с самыми непонятливыми она говорила вежливо и сдержанно (студенты, к слову, в своей массе испытывали к Хиираги одновременно уважение, восхищение, зависть, страх и даже злобу – последнее больше было характерно для юношей и девушек, которых с первого взгляда можно было определить как «раздолбаев»).

Возвращаясь домой, Кагами здоровалась с теми, кто уже вернулся с работы и учебы – отцом, матерью, двумя старшими сестрами, а также сестрой-близнецом (хотя из-за короткой прически, более мягкого выражения лица и некоторой полноты «Цукаса» заметно отличалась от Кагами». Вечером Хиираги в своей комнате (которая приятно удивила порядком; книжечки – европейская и японская классика и ранобэ – стояли корешок к корешку; вся манга была также расположена потомно) быстро просматривала сделанные на лекциях записи, сверялась с Эксель-табличкой в ноутбуке и шла в гостиную играть в приставку в данмаку-шутеры – Хоку видел с пару десятков дисков, из которых на половине была надпись «Touhou Project». Во время игры Кагами «взрывалась» при каждом поражении, один раз даже пособачилась со старшей сестрой, утверждая, что «телевизор в понедельник мой, иди к своему парню!». Легла Кагами немного за десять вечера, будучи немного усталой и источая легчайшее, едва заметное сожаление.

Переночевав на крыше дома семьи Хиираги, Хоку с утра вторника отправился в Нэриму. Свою цель он нашел в общежитии – она проснулась по будильнику лишь к девяти (видимо, первой пары не было); вторая кровать в комнате была застелена и, кажется, на ней вообще не спали – по крайней мере, не создавалось впечатление, что тут живет еще кто-то кроме потенциальной волшебницы. Во время сборов девушка столкнулась взглядами с Хоку – однако не стала задерживаться; некоторые восприимчивые люди способны почувствовать присутствие проводников, когда те скрываются, или даже почувствовать их присутствие – похоже, она как раз почувствовала что-то необычное, но списала это на то, что не до конца проснулась.

В любом случае, вскоре девушка уже выдвигалась в Бункё, к Токийскому университету искусств. К прибытию на пары Хоку неожиданно понял, что все это время от «Осанай Юки» разило лишь слабенькой, едва заметной скукой – хотя когда она заходила в телефон, то строчила в чаты и на форумы (проводник точно заметил среди них Футабу) как будто с энтузиазмом. На парах она не демонстрировала особенного усердия, по большей части смотря в окно или в телефон – однако на всех семинарах отвечала без малейшей запинки. На переменах иногда болтала с темноволосым худощавым юношей по имени Лелуш, который говорил с легким французским акцентом, или стоически игнорировала нотации старосты группы – некой «Сузумии Харухи», которая имела потенциал волшебницы низшего ранга – относительно необходимости внимательно слушать преподавателей, своевременно сдавать задания и меньше прогуливать пары.

Уже в Нэриме, выбравшись из метро, она внезапно поменяла свой маршрут относительно утреннего, делая небольшой крюк меж частными домами. Когда людей на улице не осталось, она мягко остановилась и повернула голову в сторону Хоку.

– Не думай, что я просто так вам дамся, бакэнеко. Не знаю, кто вас послал... Но я приму ваш вызов. Встретимся в субботу, в... – девушка продиктовала адрес; быстро сверившись с ноосферой, Кору понял, что это бывшая рембаза Сил Самообороны на северной окраине Нэримы. Еще немного посоветовавшись с Коллективным Бессознательным, Хоку смог предположить, что только что произошло: скорее всего, девушка восприняла его как посланца от бакэнеко, которые решили «приговорить» Юки... Возможно, она много издевалась над кошками, раз подумала о подобном? Если Хоку решил спросить у неё разрешения на «завершение своей работы», то она, чуть подозрительно, но все же согласно кивнула. – ...хорошо.

По возвращению в комнату Осанай достала пакет с солью и рассыпала тонкую линию соли по периметру комнаты, а также на скорую руку нарисовала пару талисманов на листочках, вырванных из тетради, наклеив их на стены. Удивительно, но после всех этих манипуляций духовным зрением Хоку увидел тонкий барьер, накрывший комнату Юки – и, если рискнул дотронуться до него, то почувствовал бы, как его словно ударило током; кажется, часть соли тут же сгорела, а талисманы чуть поблекли. При большом желании Хоку мог прорваться внутри, но, вероятно, это бы сильно разозлило необычную девочку, прекрасно знавшую методы борьбы с бакэмоно: за прошедшие десятилетия эти ритуалы достаточно укоренились в ноосфере, чтобы оказывать влияние на духовных сущностей, вроде проводников.

Утром среды Хоку направился в Адати, где находилась его третья цель – и утро пришлось потратить на редкость бесполезно, ибо эта девушка храпела на кровати; её квартира внушала тихий ужас своим беспорядком: всюду валялась слежавшаяся одежда, пустые бутылки, банки и смятые пакеты из-под алкоголя, упаковки и формы из-под пищи быстрого приготовления, а плита покрыта тончайшим слоем пыли. Если Хоку додумался посмотреть в холодильник, то увидел бы в нем ровные ряды банок из-под пива и схожих с ним слабоалкогольных напитков – японское Sapporo, голландский Heineken, русская Балтика... Отдельную полочку занимали тетрапаки саке «Оникороси» – как подсказывала ноосфера, это было самое дешевое и сакэ на рынке, чрезвычайно популярное среди пьяниц. Кроме того, Хоку заметил в холодильнике аккуратную бутылочку зелья с розовой жидкостью, от которой веяло Дружелюбимем. Единственным чистым местом в квартире был угол с гитарой в чехле, а также стоящая рядом тумбочка, поверх которой лежали медиаторы, наушники, метроном, кабеля и пара других технических приспособ.

Ближе к обеду выползла и сама потенциальная волшебница – держась за голову, с всклоченной прической, мешками под глазами, сгорбленная и в одном нижнем белье. Её фиолетовые глаза были словно подернуты пеленой – она явно не до конца проснулась. Первым же делом она добралась до холодильника и достала оттуда банку пива, к которой надолго присосалась. Похмелившись, она начала кое-как одеваться и включила телевизор. Оставшийся день и вечер она провела на редкость бесполезно – то смотрела тупые комедийные передачи (весьма искренне смеясь с них), то практиковалась в игре на гитаре, то тупила в телефон. Один раз ей позвонили и телефонный разговор перешел в спор – фиолетоволосая громко и грубо сказала, что не пропустит сегодняшний концерт, после чего скинула звонок.

Ближе к девяти вечеру она начала собираться на этот самый «концерт» – но, к сожалению, у Хоку не было возможности последовать за ней из-за необходимости в ночной медитации. Из всех трех волшебниц, что Хоку увидел за сегодня, эта фиолетоволосая выглядела как наименее подходящая на должность волшебницы девушка – грубая, ленивая пьянь, которая дрыхнет половину дня и легко может подвести товарищей, уйдя в запой.

Из необычного – вечером, около шести, Хоку вдруг почувствовал волна энергии из центра Токио, от которой так и захотелось прекратить прислуживать этому глупому Коллективному Бессознательному и вместо этой бессмысленной борьбы за статус-кво просто учить детишек созиданию и красоте окружающего мира, а не требовать от них превозмогать собственные пороки ради победы над очередным монстром, порожденным жестокостью человечества. На это мгновение у Хоку даже пропала связь с Коллективным Бессознательным… А затем она восстановилась и сознание проводника оказалось перегружено пакетом информации, отправленным ноосферой.

В Токио, специальный район Тиёда, прибыл кошмар высшего уровня опасности, сравнимый силой с древнейшими эгрегорами, которого ноосфера идентифицирует как «Бунтарство». Даже не предпринимая активных действий, этот кошмар уже начал влиять на местных монстров одним своим присутствием – Бунтарство стимулирует психоэмоциональную активность в городе, что, с одной стороны, приведет к более частому появлению кошмаров, а, с другой стороны, вызовет эскалацию конфликтов в реальной жизни (что также повлияет на Сон) и нарушит духовное равновесие людей (в том числе – волшебниц высшего ранга, которые по своей сути ходят на грани между здоровым рассудком и психопатией).

Коллективное Бессознательное предупреждает: к этому существу проводникам нельзя даже приближаться, потому что оно способно разрушить саму сущность проводника; для борьбы с ней рекомендуется привлечь максимально возможное число волшебниц, уже освоившихся со своими силами; уничтожение этого монстра должно стать приоритетом для всех волшебниц Токио; и, самое главное – Бунтарство разумно и его слова источают яд, разлагающий разум и душу. Этот монстр – глобальная угроза не только для Токио, но и для всей Японии.

Эмоции Хоку после того, как связь с Коллективным Бессознательным восстановилась, оказались весьма яркими и разнообразными, однако же доминирующей среди них ощущалась досада. Право слово, разве это справедливо? Он ещё не успел ничего подготовить, даже не познакомился ни с кем из потенциальных кандидаток в Боевой Отряд Истинных Стражей Мироздания, если краткого диалога с Осанай Юки (состоящего на 50% из недопонимания с её стороны и на 50% из любопытства - с его) не считать - а в Тиёда уже появился активный кошмар высшего уровня опасности! Вот и спрашивается, как с таким справляться, если в городе всего три инициированных волшебницы, и те ни разу не готовы к бою с чем-то покрупнее самой что ни на есть мелочи? Нет, он, конечно, присмотрел двух возможных кандидаток, но Кагами ему прямо как-то неловко выдёргивать: видно же, как на бедолагу прямо-таки давит груз ответственности, необходимости быть старшей, и если добавить к нему ещё одну гирьку вида "если не ты, то кто же?" - то кто знает, не окажется ли она фатальной. Юки на первый взгляд выглядела более перспективной и активной, но потенциальные Высшие Волшебницы по определению не могли быть спокойными и цельными личностями... И потому прежде чем решать взвалить на неё груз ответственности за многомиллионный город, с девочкой следовало как минимум поговорить.

Немного подумав, зверёк решил считать сейчас именно Юки основным вариантом для персональной инициации, а Кагами - запасным. А значит, следовало подготовиться к субботе, не только добыв необходимые материалы для создания волшебного аксессуара, но и найдя аргументы, способные убедить девочку рисковать жизнью и рассудком ради общего блага... И при этом сделать это, не насторожив её.

Зная, что Осанай учится в Токийском Университете Искусств, расположенном в Бункё, Хоку собирался с утра вернуться в Нэриму - и, не приближаясь к самой Юки, изучить район (в том числе и местность рядом с её общежитием, когда она отправится на учёбу), найдя прячущегося в нём монстра и оценив его уровень опасности. А вот дальнейшие его действия в некоторой мере зависели от результатов данной разведки и информации от ноосферы.

Дело в том, что видя, насколько велик город и насколько разрознены потенциальные волшебницы в нём, недавно рождённый проводник посчитал необходимым обеспечить первую свою Волшебницу - кем бы она ни оказалась - быстрой метлой. Увы, метла как аксессуар была не слишком удобна, привлекая внимание и мешаясь в быту, из-за чего волшебницам, как подсказывало Коллективное Бессознательное, обычно приходилось оставлять её дома. Вот только это полностью перечёркивало пользу метлы как средства экстренного реагирования на чрезвычайные ситуации! Хоку считал это абсолютно недопустимым, и ему казалось, что он нашел выход - добавление Исполнительности при создании метлы могло позволить ему дополнить её аспектом трансформации, превращения в небольшой, не привлекающий внимания и легко переносимый бытовой предмет. Вдобавок же, потому что его волшебницы, разумеется, заслуживали самого лучшего, проводник собирался смешать Исполнительность с Вдохновением, придав метле ещё больше скорости. Полёт на крыльях Вдохновения - разве не замечательно звучит? Саму метлу при этом можно было выполнить в виде гигантской кисти для каллиграфии, и в уменьшенном виде она и была бы вполне удобной и функциональной кисточкой... Вот только осознавая свою юность и некоторое отсутствие практического опыта, проводник параллельно поискам монстра собирался выяснить у Коллективного Бессознательного, не ошибается ли он в своих догадках по поводу применения Исполнительности и Вдохновения в зачаровании, и не лучше ли окажется заменить последнее тем же Азартом.

Быстро долетев до Нэримы, Хоку немного сконцентрировался и почувствовал местного монстра: он располагался в южной части района, в парке Сякудзии. Прибыв в парк, проводник увидел Вдохновение – парящего крылатого кошмара размером немного больше проводника, состоящего словно из фарфора. Это был довольно слабый в боевом отношении Кошмар – он мог атаковать лишь слабым лучом энергии, а его особая способность заключалась в умении «стимулировать» эмоции (то есть они могли, теоретически, создать кошмара из достаточно высокой концентрации эмоций или спровоцировать эволюцию кошмара), которая была бесполезна для Вдохновения ввиду жуткого индивидуализма Кошмаров и невозможности её применить на, собственно, Вдохновение.

Занимаясь сбором Вдохновения в районе, котолис, тем временем, обрабатывал полученную от ноосферы информацию касательно применения эмоций. Вдохновение в чистом виде подходило только для материализации и создания разного рода конструкций и вещей, однако хорошо комбинировалась с другими эмоциями, усиливая их энергетический потенциал. Исполнительность в чистом виде позволяла создать ограниченные, но высокоэффективные инструменты, а в комбинации с другими инструментами улучшала их управляемость и значительно снижала шансы на самозарождение сознания у артефактов. Азарт же что в чистом виде, что в «разбавленном» приводил к тому, что оружие, аксессуар или расходный предмет начинали работать не вполне корректно, с определенной долей случайности (пусть и, в сумме, Азарт увеличивал мощь создаваемого артефакта); впрочем, если доля Азарта не слишком большая, то при верных намерениях проводника эту долю случайности достаточно волевая волшебница могла подчинить себе и полностью её исключить.

Когда Хоку закончил сбор эмоций и систематизацию полученной информации, солнце уже находилось в зените, а Юки покинула район.

Монстр в Нэриме не ощущался опасным - он был даже красив своей странной сюрреалистичной красотой... Но Хоку знал, что любые кошмары по сути своей естественные враги человечества - и потому его долгом, как проводника, было направить к нему Волшебницу и избавить район от потенциально способной создавать иных кошмаров твари. Возможно, если он приведёт в парк Осанай - та сможет почувствовать кошмара и без инициации? Это могло бы стать хорошим аргументом о необходимости "обретения силы" - как минимум, чтобы она могла не только "ощущать", но и "видеть", и даже отбиться от внезапной сверхъестественной проблемы без необходимости прибегать к соли и талисманам.

Но право слово, насколько же всё же хороша девочка... Она заметила его и немедленно предприняла меры! Меры успешные! И пусть созданная ею печать была по сути простейшей, а проломить её могла бы даже столь слабая сущность, какой являлся проводник - отрицать явного таланта Юки Хоку не мог и уж тем более не хотел.

Остаток дня котолис собирался провести здесь же, в Нэриме (всё ещё не попадаясь своей потенциальной Первой Инициированной Волшебнице на глаза) и в Синагаве, собирая Вдохновение и Исполнительность соответственно. Его запросы к ноосфере только подтвердили потенциал той идеи, что возникла у него, пока он скучал, наблюдая за лентяйкой из Адати: собрать метлу именно из этих двух эмоций. Обычно мётлы были довольно неудобным аксессуаром, их размеры и вид привлекали внимание, отчего волшебницам приходилось хранить их дома... Что, разумеется, полностью лишало таким образом волшебниц их преимущества мобильности и скорости реакции на происходящие в городе события! И Хоку казалось, что он нашел решение: должным образом обработанная Исполнительность должна была позволить изготовить достойный аксессуар для передвижения, достаточно быстрый и манёвренный, и при этом способный трансформироваться в нечто небольшое и не привлекающее внимания, удобное для незаметной транспортировки. Добавление же Вдохновения должно было значительно повысить энергетический потенциал Исполнительности и, соответственно, итоговые характеристики метлы, не лишив её преимуществ высокой управляемости. Для пущей безопасности Хоку ещё собирался использовать чуть больше Исполнительности, чтобы избыток Вдохновения не унёс какие-то аспекты будущего аксессуара волшебницы куда-то не туда, и он даже обдумал, как можно было бы попытаться безопасно стравить излишки, "пену" данной эмоции. Он даже название и образ для будущей метлы успел придумать - "Полёт Фантазии", эдакая гигантская кисть для каллиграфии (или рисования, он уточнит у кандидатки, что она предпочитает), способная уменьшаться до размеров обыденной и полностью функциональной кисточки!

В общем и целом, даже несмотря на угнездившееся совсем под боком Бунтарство - Хоку в этот четверг находился в хорошем настроении и настроен был весьма оптимистично.

Воздушное и нежное, словно зефир, Вдохновение довольно плохо сочеталось с суховатыми безвкусными «галетами» Исполнительности – но Хоку должен был вынести это тяжкое испытание вкусов, ибо таков был его долг проводника! Некстати пришла информация, что некоторые волшебницы, близкие к темным (и особенно начинающие темные), частенько использовали проводников в качестве собственных сумочек. Из необычного за время перелетов Хоку заметил, что почти все «западные» волшебницы учились не там, где жили – помимо уже известных ему Хиираги и Осанай, которые учились в Бункё, вечером четверга он почувствовал возвращение «Тосаки Рин» в Накано, когда пролетал мимо района, и, уже прибыв в Синагаву, уловил, как еще одна волшебница прибывает в Оту как раз через район сбора эмоций. С Глубиной – тем эгрегором, что привязан к волшебнице из Оты – повезло избежать встречи.

*

События Sensei ♡︎ Mahou Shoujo: Shards of Broken Hearts

События Sensei ♡︎ Mahou Shoujo: Shards of Broken Hearts

Вечер четверга выдался каким-то муторным. То ли Хоку перенервничал, ощутив присутствие волшебницы из Оты (благо, внимание Глубины, по-видимому, его не коснулось), то ли суховатая Исполнительность заставляла при её сборе частично испытывать эмоции утомлённого офисного работника, то ли Ноосферу штормило - но волшебному зверьку казалось, будто время длится и длится, растягиваясь, словно макаронина и наполняя его непонятной смутной тревогой. Тем не менее, в итоге ничего так и не случилось - и когда стемнело, котолис без особого труда сумел найти себе место для ночлега на техническом этаже одного из многочисленных офисных зданий Синагавы.

Утром вчерашние тревоги казались куда более далёкими и бессмысленными, и Хоку, предвкушая очередной продуктивный день, вернулся к своей текущей задаче - а именно, сбору Исполнительности. Его план талисмана-метлы требовал ещё как минимум двух мер, но при этом сама эмоция казалась ему неплохой основой (или дополнительным материалом) для многих других задач, и потому собрать некоторый её запас начинающему проводнику казалось хорошей идеей.

Тем не менее, заниматься только сбором эмоций и ничем более казалось скучным и малопродуктивным - и потому днём (либо, возможно, вечером?) Хоку планировал пообщаться с кем-то из волшебниц. Возможно, потенциальных, возможно, уже действующих... Особенно с учётом полученного от Кору предложения-сообщения.

В случае, если встреча с Рирукой случилась бы вечером - Хоку собирался направиться в Минато для личного изучения местности и сбора Азарта.

Уделив внимание странном ощущение бесконечно тянущегося времени, Хоку мог обнаружить, что его локальное восприятие времени и время ноосферы расходится больше нормального отклонения на пару миллисекунд. Довольно очевидно, что причина заключалась в Бунтарстве – несмотря на её относительную слабость как Эгрегора, её влияние на ноосферу в целом и духовные сущности в частности колоссально: она вызывает отклонения одним своим существованием... Хотя существует подозрения, что она тратит на это свои силы. Кроме того, за прошедшее в размышления время Хоку вполне мог успеть подумать о ритуале принудительного расширения души, который как раз можно произвести только с троичным числом проводником – на случай, если в какой-то моменту у них появится достаточно волшебниц, чтобы очистить душу, одержимую особенно могущественным кошмаром.

Сбор эмоций прошел без инцидентов – лишь утром Хоку почувствовал, как высшая волшебница из Оты проезжала на учебу; к счастью, Глубина решила не убивать Хоку, как она поступила когда-то с Кору, поэтому уже привычные эманации Исполнительности были легко собраны, а следом за ними и острый Азарт в Минато. Вечером же Хоку направился на встречу с Кору и, возможно, своей будущей волшебницей...

Токио, Тайто; 25.07.201Х, пятница

За Рирукой поспевать было невероятно трудно – она словно забыла про своего нового проводника и выкладывалась во всю свою немалую силу, оставляя на зданиях вмятины и иногда пролетая через небоскребы насквозь, пока, наконец, она не оказалась на крыше огороженного пятиэтажного здания; перед входом Хоку с некоторым трудом, но прочитал, что они находится перед общежитием экономического колледжа. Прислушавшись к собственным чувствам, проводник без труда бы ощутил сияние потенциальной волшебницы среднего ранга... И безо всякого удивления мог бы ощутить ту самую душу, что покинула колледж прямо перед разговором с Рирукой. Сама розоволосая тоже её почувствовала и сделала шаг с крыши общежития, после чего во время падения зацепилась за оконный отлив и, по инерции, с двух ног влетела в комнату, где должна была находиться волшебница. Хоку влетел вслед за ней и увидел напряженную Докугамине...



...и две души, которые совершенно точно были незатронуты одержимостью или Тенью; одна была та самая потенциальная волшебница – рыжая девушка в той же строгой бежевой форме колледжа, что и Рирука, с весьма... Выделяющимся (даже с учетом совершенно неподходящего костюма) бюстом. Вторая – незапоминающейся темноволосой японкой без малейшего потенциала.

– Я... Не чувствую ничего странного, – после небольшой паузы с облегчением, недоумением и тревогой произнесла Рирука. В общем-то, она была права – Тени у рыжеволосой не было и если что её изменило, то это взросление.... В отличии от Рируки, у которой этот процесс, похоже, затянулся.

- Подтверждаю, - немного отрывисто кивнул Хоку, со всем тщанием сканируя рыжеволосую - и, не находя ничего подозрительного, понемногу успокаиваясь. - Признаки влияния Тени отсутствуют. Признаки повреждения души отсутствуют. Потенциал волшебницы среднего ранга... Предположительно, угасающий естественным образом, но точнее это без хотя бы нескольких дней наблюдения не определить. Простите, Докугамине-сан... Похоже, я зря встревожился и встревожил вас. Мне жаль.

Извинялся Хоку ещё и за то, что своим предположением невольно дал Рируке надежду на то, что мечты её подруги не ослабели, что она ни в чём не виновата, что стоит только убрать внешнее влияние, и всё станет как прежде... Хотя, конечно, не стало бы - обгрызенная по краям душа слабеет из-за повреждений и не исцеляется в ту же секунду, как уничтожается точащая её Тень.

- ...Только прошу, не посчитайте вашу подругу слабовольной или неискренней только из-за того, что её волшебный потенциал "всего лишь", - тут Хоку голосом подчеркнул кавычки, - средний. Настолько ярко горящих личностей в Токио всё ещё всего несколько десятков из всей многомиллионной популяции - точнее, к сожалению, сказать не могу из-за сложности их обнаружения. Кроме того, как я и говорил, Ид - так называется тот ключевой движущий мотив, что даёт волшебницам все их способности - может успокаиваться не только из-за отказа от своей цели, но и от её исполнения. Если, исключительно для примера, так как я не знаком с подробностями, допустить, что изначальным стремлением Иноуэ-сан была и является защита своих близких, и она действительно имела потенциал высшего ранга, то, возможно, хоть достигнутый ныне уровень и не удовлетворяет её полностью (она всё ещё обладает значительным потенциалом!), но всё же заметно отличается в лучшую сторону от того, с чем ей приходилось начинать? У её нынешней собеседницы же, как и у абсолютного большинства человечества, потенциал отсутствует полностью.

В зависимости от того, как отреагировала бы взрывная девушка Рирука на ситуацию и его речь, Хоку видел несколько возможных вариантов развития событий - и дальнейший более откровенный разговор с Иноуэ Орихиме, совмещённый с предложением инициации и началом формирования защищающей Тайто и окрестные районы команды, считал далеко не худшим исходом.

– Ксо... – выдохнула Рирука, оперлась о стеночку и медленно скатилась по ней, окончательно смиряясь с тем, что мотивация Иноуэ – какой бы она ни была – оказалась слабее, чем у Докугамине. От девушки повеяло усталостью и всем своим видом она выражала желание немного посидеть и прийти в себя. Продлилось, к счастью, это недолго. – Вы правы, Хоку-сан. Мне кажется, у нас... Немного схожие стремления и я надеялась, что она справится.

Рирука горько усмехнулась, а проводник впервые за все время почувствовал в её словах каплю лжи, будто она не верила в слова, которые говорила; она могла соврать как сознательно, так и вопреки собственным ощущениям, веря в слова разумом, но не сердцем. Неожиданно, лицо Рируки ожесточилось.



– А знаете? Пусть так! Все так и должно быть! Почему я вообще этому удивляюсь!? – психанула волшебница, выпуская наружу ядреную смесь эмоций, в которых Хоку заметил два особенно сильных элемента, которые могут оказаться опасны: интенсивно-насыщенная, едкая ревность и концентрированный, неразрушимый фатализм. Пока что они не опасны – возможно, даже пройдут сами собой через пару дней, однако за девушкой стоит следить и периодически проведывать... Выпустившая пар Рирука поднялась обратно и потянулась. Буря прошла также быстро, как и возникла – хотя и посеяла раздрай в мыслях и душе розоволосой. – Ладно... Пойду хоть высплюсь в честь каникул. Хоку-сан, не забывайте про Лайн.

Посетовав мысленно на то, что, видимо, брать на себя бремя лидерства Рирука пока не готова - да и вообще любое бремя, в том числе и принятия собственных чувств и эмоций - Хоку покинул комнату Орихиме, запомнив, на всякий случай, адрес. Разумеется, пытаться инициировать ещё одну волшебницу без её подруги он не стал бы, вряд ли Докугамине оценила бы такой финт, проведённый без её ведома... Но к счастью, у зверька ещё были иные кандидатуры - сёстры-близняшки Хиираги и странная, но необычайно чувствительная к сверхъестественному Осанай - так самая, которая назначила ему встречу в субботу, и на которую Проводник опаздывать не планировал, пусть даже его и обозвали ни за что ни про что Баканэко.

Некоторое время Хоку раздумывал над тем, попытаться ли изготовить ту самую метлу, над концепцией которой он раздумывал. С одной стороны, ему казалось правильной концепция создания наборов экипировки индивидуально под стиль и предпочтения каждой волшебницы - включая эстетику, неприятие которой могло оказаться неприятным сюрпризом. С другой же - предполагаемая метла должна была быть удобным тактико-техническим средством доставки волшебниц к месту взаимодействия с Кошмарами, и даже если бы она не понравилась одной из них - он всегда мог продолжать держать её при себе, выдавая только по необходимости, пока для неё не нашлась бы идеальная пользовательница... А с третьей - у зверька уже, фигурально выражаясь, лапки чесались попробовать сотворить свой шедевр, наконец-то на практике ощутить суть таинства творения, а не довольствоваться инструкциями Ноосферы и собственными инстинктами!

Помучившись некоторое время раздумиями, молодой Проводник всё же принял решение попытаться. И потому, найдя убежище на очередном чердаке в районе Тосимы, он сконцентрировался на том незримом не-пространстве, где хранились собранные им эмоции... и принялся творить.

Своей задачей сейчас Хоку видел создание инструмента. Удобного, надёжного и безотказного. Именно поэтому основой будущей метлы должна была стать Исполнительность, полных пять мер: изготовленное из неё изделие получилось бы быстрым, манёвренным и обладающей всего одной-единственной нестандартной особенностью - возможностью трансформироваться, уменьшаться в размерах и притворяться самой обыденной - хоть и, разумеется, обладающей своей собственной строгой красотой - кистью для каллиграфии. Оставляющая в лапках ощущение "пресных галет" Исполнительность послушно - ведь иначе и быть не могло, сама её суть того требовала! - сформировала ровное, тёмное древко и чуть более светлые прутья, представляющие собой сужающийся к концу ворс кисти для каллиграфии... Но одного этого было мало, по мнению зверька, получившаяся из только лишь Исполнительности метла была бы слишком грубой и скучной - и потому формирующийся Аксессуар окружило облако из четырёх мер Вдохновения. Наступила самая сложная часть: Хоку требовалось пропитать будущую метлу новой эмоцией, соединить, казалось бы, несочетаемое в нечто, являющееся единым целым.

Мало какой художник всегда свободен в своём творчестве. Реальный мир требует внимания, а не витания в облаках, лучше всего оплачиваются не фантазии на свободную тему, а заказы. Без Исполнительности творец окажется вынужден бросить своё ремесло, или, хуже того, будет годами ожидать своей Музы, позволяя навыкам ржаветь и тускнеть... Но только Вдохновение позволит ему не превратиться в ремесленника, создающего бездушные, качественные копии, поделки, имитацию искусства. Вдохновение возвышает Исполнительность, даёт работам ту искру, что отличает хорошую работу от шедевра, Исполнительность же позволяет Вдохновению реализоваться, направляет его и воплощает в реальность!

Удерживая в сознании этот образ, Хоку словно бы слегка сжал витающее вокруг древка зефирное облако, направил его - и Вдохновение начало проникать в созданную им основу, оседая на древке-рукояти красивым золотистым узором, впитываясь в прутья-ворс, делая их мягкими, послушными и напитанными магией, и заполняя собой пространство между ними, словно зачерпнутая кистью тушь. Требовалось только последнее усилие - зафиксировать форму и образ, завершив создание предмета... И Хоку его совершил.

- Нарекаю тебя - Полёт Фантазии! - объявил он мирозданию.

После чего, проморгавшись от случившейся вспышки, вгляделся в результат своих ночных трудов, анализируя всеми своими чувствами Проводника то, что у него в итоге получилось.

...После такой напряженной ночи зверёк планировал провести утро в лености и неге - впитывая клубящийся в районе Гедонизм. А после - направиться к старой военной... то есть, разумеется, ремонтной базе Сил Самообороны в Нэриме, адрес которой ему назвали, намереваясь оказаться там немного заранее, обнаружить Юки - и поприветствовать её ровно в полдень.

На вечер же Хоку пока не торопился загадывать планы, но надеялся, что к тому времени Рирука уже проснётся, успокоится после эмоциональной бури и не откажется развеяться, прогулявшись в Адати и сокрушив пирующее в том районе Лицемерие.

Как и планировалось, созданная метла для полетов больше всего собой напоминала кисть – однако добавление Вдохновения сыграло неожиданным образом, превратив метлу в отличный проводник для заклинаний: пропущенные через неё эмоции усилялись и уплотнялись, в результате чего отныне любые магические формулы, требующие начертания (как запечатанные в талисманы заклинания, так и нарисованные вручную ритуальные круги и руны) и начертанные этой кистью, станут куда как сильнее и из-за толстой, относительно ручки, кисти они станут поражать куда большею площадь. Кроме того, её также можно будет использовать как посох, хотя вряд ли Полет Фантазии сравниться с настоящим артефактным оружием в своей боевой эффективности.

Проведя утро в расслабляющей неге и сполна прочувствовав вкус Гедонизма – словно сладкий и жирный бисквит, начиненный слишком большим количеством крема – Хоку направился в условленное место в Нэриме. Старая база ССЯ представляла собой ангар и площадь, огороженные бетонной стеной с колючей проволокой и, на первый взгляд, проводник не увидел, как Осанай могла проникнуть на неё, но, решив не недооценивать эту девушку, отправился на осмотр ангара. Большая часть оборудования была демонтирована, а поверхности покрыты не слишком толстым слоем пыли – за исключением пары лестниц, переходов и комнат. Кроме того, Хоку заметил ящик с явно используемыми инструментами и дизель-генератор, подключенный к подъемному механизму: похоже, кто-то продолжал использовать эту базу практически по назначению.

Хоку вовремя засек появление Юки – которая банально прошла через КПП (и довольно хороший вопрос, откуда у неё ключи от законсервированной ремонтной базы) – и уже ждал её в центре ангара (от которого она тоже имела ключи). Бесформенные темно-синие джинсы, черная с красными вставками курточка и белая кепка, рюкзак – Осанай Юки ничем не напоминала приличную студентку Токийского университета, а скорее курьера или подозрительного молодого человека из Минато. Внимательно осмотрев ангар, она увидела Хоку и тут же засунула в карман курточки руку, после чего вытащила четки, на которые были подвешены восьмиконечный крест (православный, как подсказывала ноосфера) и распятие (католическое). Конечно, по отдельности эти символы могли, с некоторой вероятностью, снизить интерес Кошмара к конкретной душе, но вместе...



– И где твои другие бакэнеко? – подозрительно спросила Юки, поняв, что, кроме Хоку, никого в ангаре не было. Душа Юки источала настороженность, словно она знала, что идет в ловушку, но ни следа страха или паники не было – как будто она была готова сражаться со всеми бакэнеко, которых встретит.

Итогом своих трудов ночных и праведных Хоку был и доволен, и недоволен одновременно: "Полёт Фантазии" обладал весьма интересными и полезными свойствами, и более того, мог не только использоваться как банальное средство доставки живой силы к месту сражения, но и в руках способной применять начертательную магию волшебницы обещал неплохо так усилить её боевой стиль, оставалось только просчитать подходящий набор заклинаний на досуге... Но изрядную дозу дёгтя в его собственные эмоции добавляло то, что изначально изготовить зверёк пытался не вспомогательное псевдооружие, а именно что "быструю и маневренную метлу" - однако в итоге вся мощь использованных эмоций ушла в дополнительные эффекты, оставив основные параметры аксессуара на самом базовом уровне.

Отдохнув и восстановив силы - а также пополнив запас подходящей для благословений эмоции - зверёк направился на северную окраину Нэримы... Где с некоторым удивлением обнаружил, что старая база, оказывается, вполне себе кем-то используется - и, судя по наличию ключей, то был то ли знакомый Юки, то ли сама потенциальная волшебница. И в отличие от предыдущего раза, сейчас Проводник не скрывался от взгляда девушки в невидимости, немедленно выйдя той навстречу, когда она вошла внутрь ангара и начала оглядываться.

- Приветствую вас, Осанай-сан, - безупречно-вежливо и доброжелательно поздоровался он своим нежным хрустальным голоском. - Прошу прощения, что не развеял случившееся недопонимание немедленно, но в нашу прошлую встречу оно застало меня врасплох. Меня зовут Хоку; я не угрожаю вам и не желаю вам зла, а также не являюсь бакэнэко и никогда и никоим образом не взаимодействовал с ними... поскольку, согласно известной мне информации, бакэнэко существуют исключительно в медиапродуктах и фольклоре. Тем не менее, должен признать, что ваши наблюдательность, смелость, приглашение на встречу и успешно построенный вами тем же вечером действующий ограждающий барьер изрядно меня впечатлили. Если позволите полюбопытствовать, то как именно вы подготовились на этот раз? Пока что могу сказать только то, что чётки в ваших руках, к сожалению, никаким мистическим весом не обладают: хотя религиозные символы сами по себе и могут демонстрировать определённые незначительные эффекты, православный крест и католическое распятие, несмотря на внешнюю схожесть данных доктрин, проявляют сильнейшую антисинергию.

В том, что девушка к этой встрече готовилась, зверёк не сомневался ни секунды, и ему действительно было любопытно, к чему в итоге могла прийти интуиция неинициированной Высшей. Возможно, они смогли бы подружиться на фоне общего интереса к ритуалистике?..

– Так значит, ты действительно смотрел за мной весь день, – полуутвердительно произнесла Осанай, возвращая кресты обратно в карман; по какой-то причине, она сразу поверила Хоку – возможно, потому что сама по себе не очень верит в религиозные символы? Впрочем, все козыри она раскрывать в первую же минуту не стала и, лукаво улыбнувшись, аккуратно обошла тему своих «приготовлений». – Святая вода, пара офуда… Думаю, злые духи и сами знают, что против них работает и к чему им не стоит приближаться.



Юки с каким-то нездоровым интересом и спокойствием оглядела проводника.

– …хотя если ты не бакэнеко, то что же ты за зверушка? Неужели что-то настолько безобидное, что приходится притвориться другим злым духом? – попыталась спровоцировать проводника Юки.