| |
|
|
- Понеслась, черт, понеслась же, епта... - не испуганно даже, а как-то восхищенно пришептывал Рихтер. Несколько секунд, забыв о безопасности, краем глаза даже наблюдал за приближением техники, но потом благоразумно спрятался. Присел чутка, точнее, на себя оттянув пулемет.
Выстрелы гранатометов. Подняться. Сошки - в землю, где уже ямки под них образовались удобные. И - цель искать, короткими, но частыми злыми очередями заземлять красных. Красные и серые - почти игра.
|
|
31 |
|
|
|
|
Слева от дота позиции займите, значит. Тут дело Петера было маленьким - принять распоряжения и исполнить. Устроился рядом с Ульштейном, прикинул, где пулемет лучше будет пристроить. Лопаткой саперной поработал чуток - и позицию свою "облагородить", так сказать, и отвлечься чуток от всего того мяса, кругом валяющегося. Хорошо иногда однозадачным быть - одним голову забил, другое уже не лезет.
Засел в траншее, в общем, как бы и нормалёк все. Ждал. Дождался. Танки, блядь, БТРы нахуй. Впору задуматься о том, что ну его к чертовой матери, десантником быть при таких раскладов, да только не до того. Это потом о таком подумать можно будет, а пока - есть мы, есть они и есть задача.
Хоть и страшно же, что аж охренеть.
|
|
32 |
|
|
|
|
Песок под ногами идет рябью, как водная гладь во время дождя, а стена траншеи, к которой прижимается Герхард — начинает мерно вибрировать. Сначала неощутимо, но с каждой секундой все сильнее и сильнее. Дрожь передается ему, но усилием воли Ульштейн подавляет ее, отстраняясь от бруствера и опускаясь на одно колено. Отметки тактического модуля однозначны — два танка, два БТР, пехота. Следом по рации приходят команды Матиаса. Все четко, все правильно. Танки в расход, пехоты отсечь от техники. Как на учениях. Только так и надо.
— Слушаюсь. — Механически-ровно отвечает командиру Герхард, снимая "вепря" с крепления. Негромкий щелчок — и ТПК раздвигается, ставя гранатомет на боевой взвод. Включается прицел. Картинка перед глазами, взгляд на мир через перекрестье. Когда-то Герхарда это впечатляло — осознание того, что одним крошечным движением можно отправить к праотцам полдюжины человек или сжечь могучий танк. Со временем, с опытом это прошло. Теперь это — рутина, повседневность. Работа. Делай свою работу, десант. — Будет пятым, давно пора "золото" повесить.
Наливающиеся изумрудным нити прицела, уткнувшегося под башню "пятерки". Тонкий писк системы оповещения. Захват цели произведен. Как на учениях — выждать секунду для верности и вдавить пуск. А вышибной заряд и автоматика сделают все остальное.
|
|
33 |
|
|
|
|
 Общее.
Танки открыли огонь с ходу - и вместе с тем, слишком неточно, чтобы поразить кого-либо. Скорее, заставить залечь. Но десанту это не помешало - снаряды легли где-то позади, и самым страшным, что долетело, были лишь комья земли и песочная пыль.
Пришла очередь десантников - и их позиции моментально заволокло дымом, потому что стреляли все, кто мог стрелять и у кого было оружие. И огонь был результативным. И вот, что происходило на участке Керволайнена.
Как только первые невидимые лучи настигли танки, те ответили постановкой дымой завесы. Но было поздно - несмотря на то, что дым практически сразу ослепил прицельные системы, компьютеры уже сделали все вычисления, так что десантники могли стрелять в слепую. Из сплошной стены дыма выехал один из танков, уже мертвый, по сути. Тут и там броня искрила, он весь был охвачен огнем. Боец "Дирлевангера" поймал момент, встал, и стрельнул из "Панцертода" в НЛД. Прошла секунда, может, две - и танк как-то неуловимо вздулся, а потом разорвался на части. Башня красиво взмыла в воздух и упала, черная и искореженная, где-то в стороне. Следующий за ним БТР лихо развернулся бортом, сам хлопнул дымами и был готов.
- Сейчас полезут!.. - крикнул Зоопарк, наблюдавший за всем этим.
На участке Шпеера же, бой пошел по другому сценарию. "Его" танк оказался прикрыт силовыми щитами - и это было настоящей проблемой. Снаряды, что попадали в него, просто расплывались языками огня, окутывая танк - но и только. А ведь это была только "пятерка" - не самый страшный зверь из числа тех, что вообще существуют в автопарке Рейха. Взять, например, "Королевского Тигра". Модуль силового щита "тигренка" выдерживает до 7 попаданий из орудия танкового. Плюс активная броня. Плюс пассивная композитная. Были известны случаи, когда такой танк получал до 18 прямых попаданий и оставался в строю. Или, например, такой монстр, как "Ягдтигр". По сути уже и не танк, а артиллерийская платформа на гусеницах. Для прорыва глубоко эшелонированных позиций противника. С главным калибром уже даже не танкового, а корабельного масштаба. Впрочем, редкий и жутко дорогой зверь, со своими недостатками и, как любой танк, уязвимый для авиации. Но, мы отвлеклись.
Танк успел выстрелить еще раз - и снова бесполезно. Но он был уже слишком, слишком близко. А стрелять уже, по сути, было нечем. Остаток силового щита выдержит еще один выстрел из "Вепря", который к этому момента остался только у Ли.
Шпеер с глазами по пять рейхсмарок бросился в сторону, увлекая за собой Андерсона. Он понял, что сейчас произойдет.
- Ложись!!! - на пределе мощности легких рявкнул он. Танк выстрелил, но уже не из главного калибра. Хлопнул "лягушками" - защитными противопехотными снарядами легкой мощности. Несколько легких бомбочек взлетели вверх, взмыли над траншеями, и разорвались, накрывая сплошным смертоносным дождем. Обожгло болью всех - словно хлыстом.
Взгляд со стороны Керволайнена и Ко:
Пулеметный расчет штрафников задолбил сквозь дым по БТРу. Метров сто до него было. Следом открыл огонь Ульштейн, Рау и пара "черных". Пока дым не рассеятся, результатов не видать. Тем более что десант, оказавшись под огнем, постарается прикрыться броней, которая была всё еще жива. Впрочем, у Ли оставался еще целый "Вепрь". С учетом того, что "коробка" осталась без прикрытия в лице танка, её вполне можно было поджарить. На участке Шпеера произошел прорыв - его людям не удалось подбить танк, и ситуация резко стала дерьмовой. Танк подъехал на дистанцию "в упор" практически, там было совсем ничего. Вместе с этим он ударил каким-то оружием шрапнельного типа, и сразу после этого поехал дальше. Еще немного - и он пересечет траншею. И что случится с десантниками, если это произойдет, было очевидно для всех.
Шпеер и Ко:
Танк рычит где-то рядом. Все лежат, вроде как укрылись - но защита эта была призрачной. Рихтер почувствовал, как враз повисла плетью левая рука. Плечо выглядело не очень хорошо. Кровь сочится, броня раздроблена. Андерсон, погребенный телом лейтенанта, почувствовал что-то неладное. Шпеер откинул лицевую крышку. Изо рта сочилась кровь. Он как-то странно дышал, с явным усилием. Усилием откинулся в сторону, освобождая пулеметчика. Вытащил малютку авто-инъектора из аптечки и кольнул себе в шею. Только сейчас Андерсон заметил, что в груди у лейтенанта три дырки. Сквозных. Он уже бледнел. Похоже, уже мало что соображая, Шпеер пополз куда-то в сторону.
Вебер, вжавшись в переднюю стенку траншеи, чудом уцелел. Если не считать по-полевому побитой брони, конечно. Брайна подкосило: кусок шрапнели застрял в голени. Где-то в стороне, правее, лежал один из "черных". Готов, похоже. Слева был лейтенант и Андерсон, и далее за ними - Рихтер. Рядом со Стэном присел огнеметчик, который был жив-здоров. Впрочем вид у него был совершенно растерянный.
Общее.
Второй БТР, прикрываясь танком, начал выгружать десант. Автопушка "коробки" стала хищно рыскать вдоль траншей, и медленно покатила вперед. Десант укрывался за ней, мелко семеня следом.
|
|
34 |
|
|
|
|
- Ох-блять-блять-блять..
Ссыпался Рихтер на дно окопа, за собой пулемет увлекая.
- Суки драные!
Руку, как поначалу показалось, вообще оторвало. Беглый осмотр опасения развеял - рука болталась, вроде как, на месте.
- Вебер!! Фугас, еба!! Поле же!! Кха-а, бля!! Огнеметчик, танк жги!! Залей его с крышкой прямо!!! - проорал в недра шлема, как будто бы это помогло докричаться до бойца. Радио, все такое же.
Сам, окстившись, помотал башкой, стоя на карачках. Поднялся, не сильно резво, увидев лейтенанта калечного, пулемет на дне траншеи оставив.
Гранаты. Гранаты, мля. Пехота ж, за броней прямо.
- Гранаты пошли! Н-на, сука.
Швырнул первого "колобка", куда-то за бронь. Попытался, по крайней мере - далеко все ж. Второй сувенир туда же отправил, пару секунд выждав за бруствером и на метр в сторону отойдя. И снова сныкался, в сторону лейтенанта линяя. Пулемет не забыл.
|
|
35 |
|
|
|
|
В голове все жужжит и гудит, все орут, снаружи заработало что-то крупнокалиберное - походу, какая-то из коробочек пошла в разнос и начала поливать землю из автопушки. А лейтенант кровью истекает и ползёт куда-то. Блять. Неправильно это всё. Совсем вот, нахер неправильно. Лейтенант кровью истекает - а нигер живёт и дышит как ни в чём не бывало. И если умрёт раньше него - это ж будет писец. Обязательно потом какой-нибудь петушок беленький скажет, что нигер сам взял и лейтенантом укрылся. Тогда - трибунал. Или даже без трибунала - возьмут и нахуярят сапогами так, пока кишки не начнешь выплёвывать. Как-же. Черномазый, блять. Представителя стержневой нации, офицера, отличника боевой и политической подготовки - не просто не спас, а ещё взял и угробил, под шрапнель подставил.
Андерсон не хотел под трибунал. И кар анальных тоже не хотел. Умереть с честным именем - ещё куда бы ни шло. Но не так. И вообще - Шпеер ранен, ему нужно помочь. Забыв про пулемёт - из него ни танк ни БТР не расковырять, а пехоту вроде собрался накрывать Рихтер, Джеймс встал, помогая себе руками. Уцепился за холодную стену траншеи. Провозившись немного, достал полевую аптечку, и поймал взглядом уползающего на поиски Новой Швабии лейтенанта.
- Лейтенант Шпеер! Лейтенант! - Андерсон подскочил к тому, сев сбоку - Блять... это... я щас я тут, чё-нибудь...
Джеймс принялся дрожащими руками раскрывать свою аптечку, на ходу оценивая тяжесть ран Шпеера и вспоминая курс первой помощи. Вколоть то он себе что-то вколол, но, блять - кровотечение надо останавливать жгутами, бинтами, и всяким таким, а не уколами. Уж это то Джеймс понимал. Впрочем, он также понимал, что где-то наверху оставался танк, который может добавить ещё шрапнели, и тогда обоих - и Андерсона, и Шпеера - запакуют в цинк и отправят домой, под грустную музыку.
|
|
36 |
|
|
|
|
Щит. Ебаный щит!
Укрытая этой хреновиной машина, категорически отказывалась гореть, и настойчиво катила прямо на траншеи, занятые швармом.
Пары секунд этого зрелища хватило, чтобы спрятаться обратно и снова заняться гранатометом. Вот за этим гранатометчика и застала команда, заставившая вжаться в землю, пережидая хлопки и дождь шрапнели.
Времени разбираться, кого поранило, не было. Его даже с трудом хватило, чтобы осознать, что сам цел.
Кумулятивная граната, наконец, отправилась в недра гранатомета, под голос Рихтера в шлеме.
- Танк! Танк сначала! – Вебер взвалил «трубу» на плечо и привстал на полусогнутых, выдохнул глубоко, да и высунулся чуть-чуть. Ровно настолько, чтобы прицельная система танк увидела, и выстрел просчитала. Не из трусости какой или еще чего.
Просто мертвый гранатометчик не сможет сжечь БТР. – Всех зарою, сукины дети. – Зло процедил Георг, прекрасно понимая, что не экипаж вражеского танка, ни попрыгавший, из своего лимузина, десант его не слышат.
И вдавил кнопку, под собственное - Выхлопбля! - тут же прячась обратно в траншею и перемещаясь в сторону лейтенанта. А то громадина танка БТР загораживает.
|
|
37 |
|
|
|
|
Отбросив бесполезную трубу гранатомета, Керволайнен схватился за винтовку. С «их» танком было покончено. Бронированный колосс исчез в клубах дыма и пламени.
- А-а-а, сука! Не нравится! – процедил сквозь зубы Керволайнен, откидывая забрало шлема. Пришла очередь БТР-а и пехоты. В этом мог помочь боец «Дирлевангера» с обшарпанной трубой. – Воин! Фугасом в бэтэр! – Заорал унтер, тыча пальцем в пелену дыма. – Быстрее, бля! Сожгите бронетранспортеры! Оставалось надеяться, что тот правильно понял пантомиму Матиаса.
Наоравшись, Керволайнен обернулся к своим: – Рау, Ульштейн! Высекайте пехоту! Сейчас попрут! Ли, мочи танк! Отдавая приказания, унтер лихорадочно соображал, что делать со второй «пятеркой», упрямо прущей на позицию Шпеера. – Блядь, блядь…- Треснув липучкой, Матиас вытащил из подсумка рулон серебрянки. Видимо, пришло его время. Схватив несколько гранат, десантник быстро, но аккуратно сложил их. Обмотал скотчем. Четыре чугунных чушки вокруг пятой. Закинув винтовку за спину, он подхватил получившийся заряд. Оставалось надеяться только на удачу.
- Ну, понеслась, - выдохнул Керволайнен и рванул по траншее к тому месту, где, как он предполагал, должен проехать танк.
|
|
38 |
|
|
|
|
Полный пиздец подкрался для Ли как-то очень уж незаметно, что было особенно странно учитывая размеры этого ебучего танка... Вот секунд десять назад все вроде нормик было: коробка по фронту превращена в кучу металолома и напоминает чем-то поломанную игрушку. Из-за него сейчас покажется БМР, для которой Ли готовил уже примерно такую же судьбу, и тут опа, опа, опа... Соседний участок взрывается тучей песка и земли, а этот ебучий ощитованый по самые гланды танк выбирается на сцену и готовится углублять родную траншею своим главным калибром. Хреновые дела. Совсем хреновые.
Так, ладно, есть еще порох в пороховницах пока танк на траншею не заехал. Выдохнув Ли вскинул на плечо трубу гранатомета и высунулся из окопа, ловя танк в перекрестье прицела. Сейчас лишится он главного своего достоинства, и не будет больше участвовать в конкурсе "у кого тут самая большая пушка".
-Давай, давай, давай! Резче же наводись, сучечка! И....
Как только маркер наведения мигнул долгожданным зеленым светом Ли тут же нажал на спуск и нырнул назад, спасаясь от мелкой, но от того не менее страшной пушки БТРа. Все, дело сделано. Все еще немного дымящаяся труба "Вепря" улетает куда-то в кучу трупов, а ее место в руках Ли занимает граната. С оставшейся техникой ничего пока особо не поделать, значит надо разбираться с людьми.
|
|
39 |
|
|
|
|
Стреляный ТПК зашипел, остывая на влажном песке. Подхватывая маузер, Герхард краем глаза успел заметить, как на месте панцера, в который они с Матти разрядили "вепри", взметывается к небу столб огня, пожирая приземистый искореженный силуэт. Светофильтр затопил визор темнотой, сохраняя зрение, но еще пару секунд Ульштейн видел только радужные пятна, в которых растворялась обгорелая туша "пятерки". Проморгавшись, он хрипло выругался, вскидывая карабин к плечу. В наушнике ревел Керволайнен, раздавая приказы.
— Понял! — И тут же, без передышки. — Все, у кого остались противотанковые средства — огонь по БТР'ам! Противотанковые гранаты?!
Закусив губу, Ульштейн выцеливал пехоту. Дым, пороховая гарь, пыль и песок адовым занавесом повисли в воздухе. Системы шлема стараются во всю, отсекая помехи, вычищая картинку и давая целеуказания, но в этом бардаке полностью можно полагаться только на собственные глаза и чутье. Ловя на мушку первый неясный силуэт, он плавно вжал спуск, тут же для верности опуская ствол чуть ниже и повторяя выстрел.
— Рау, короткими! Когда покажутся, дави на всю, нужно их прижать!
|
|
40 |
|
|
|
|
"Пятый" исчез в окутавших его клубах дыма, а потом появился снова - уже изрядно побитый и, в общем-то, не кажущийся таким уж и страшным. А потом, получив еще один заряд "Убийцы танков", и вовсе застыл грудой металлолома. Рау видел это все своими глазами - или же домыслил, опираясь на то, что успел увидеть. Все это было не так уж и важно.
Приникнув к пулемету, принялся выцеплять ребят, прячущихся за пока что оставшимся на ходу бронетранспортером. Ульштейн рядом кричит - впрочем все правильно вроде, да он и поопытней будет. Короткими, так короткими, что уж там.
- Идите сюда, скоты...
|
|
41 |
|
|
|
|
Общее.
БТР на линии Керволайнена поддал газку и покатился в сторону траншей. Мехвод вел машину под углом, диагонально, чтобы пехотинцы могли спрятаться за бронькой. Башенная автопушка стреляла короткими очередями поверх окопов, заставляя десантников не высовывать нос. Ульштейн и Рау старались как могли, и отвлекали огонь машины на себя - давая свободу действий другим. Но это была игра со смертью: одно удачное попадание автопушки, и никакая медицина с хирургами не помогут.
Живой танк, тем временем, успел подъехать почти на самую линию траншей, там оставалось метров пять, может, семь. Он завертел башней - стрелять из пушки экипаж не мог по причине недостаточно широкого вертикального угла наводки, зато вполне мог стучать из пулемета по позиции Керволайнена.
В этот момент Вебер и Ли, почти синхронно, зарядили по танку. Первым прилетел подарок от Георга. Как и следовало ожидать, щит принял на себя максимальный урон, и сдох, отключившись на перезарядку. В бортовую броню следом угодил "Вепрь" Стивена. Вроде взрыв произошел, но...через стену дыма и песчаной взвеси он, как и другие, разглядели кубики активной защиты на танке. Похоже, одна из коробок сработала, и отразила удар.
В этот момент Керволайнен мчался вперед по траншее, перескакивая через трупы...
Огнеметчик сообразил насчет маневра и, нервно жуя сигару как жвачку, закинул огнемет на плечо, схватился за край траншеи, подтянулся и резким рывком оказался у самого танка. Сам танк ему ничего сделать не мог, скорее всего даже и не заметил. В то же время сам танк надежно укрывал его от огня неприятеля. Теперь он мельтешил у борта, стараясь не оказаться задавленным.
Рихтер кинул гранату - раз, затем - два. Гранаты вроде как долетели и разорвались, но понять, каков урон, было невозможно из-за плохой видимости.
БТР, словно озверев от такой выходки, резко ускорился и помчался к траншеям, а пехота бросилась в рассыпную редкой цепью и аналогичным образом пошла вперед.
В это время проснулся "черный" с "Панцертодом", зарядил его фугасом и бахнул по "керволайненскому" БТРу. Все прошло почти как на учениях: фугасный снаряд без проблем вскрыл бронемашину, как следует бабахнуло, и "коробочка" превратилась в груду бесполезного, горелого металла. Вместе со взрывом машины погибла почти вся пехота, а если кто и был жив, то бой вести явно не мог. Таким образом, десантники обезопасили это направление.
- Давай! Кидай, блядь!! - заорал огнеметчик унтер-офицеру. Тот, конечно, не заставил себя ждать. Керволайнен аналогичным маневром выскочил из траншеи. Громада "панцера" катила вперед, и звук движка был просто оглушительным, даром что система звукоподавления все же берегла уши. Матиас снял предохранитель, вжал кнопку активации и подложил в гусеницу связку. Отбежал, упал. Несколько секунд спустя - грянул взрыв. Крепежные стержни вылетели, и участок гусли просто развалился. Танк развернуло левым бортом к траншее, и сдвинутся с места он уже не мог. Это послужило сигналом для огнеметчика. Тот быстро вскарабкался на броню, стараясь не думать о том, что он сейчас - лучшая мишень в мире. Держась одной рукой за башню, он вытянул вторую, и залил струей огнесмеси участок воздухозаборника:
- На нахуй! - и почти сразу что-то заурчало внутри танка. Но долго заливать танк ему все же не удалось: пушка мчавшегося на помощь своему старшему брату БТРа одной очередью распилила его на части, и отлетевшая рука, все еще сжимавшая триггер огня, устроила настоящее факельное шоу.
Как и следовало ожидать, довольно скоро открылась крышка люка на башне...
Пока разыгрывалась вся эта сцена, Андерсон силился помочь лейтенанту. Непослушными руками распечатал пачки. Место, конечно, далеко не самое стерильное. Шпеер остановился и решил дать себе помочь. Привалился к стенке окопа. Рядом пробежал унтер-офицер со связкой гранат, огнеметчик где-то сверху плясал танго с танком, а Рихтер посылал одну гранату за другой.
Снял крышку панциря с груди, сорвал прочь разгрузку и всё, что мешалось. Форма под броней вся в крови была. Разрезал и снял, явив кожу свету. Заметил, что лейтенант был весьма волосат. Лейтенант похрипел:
- Тампоны, бля...еще обезболивающего...
Общее.
Подкативший довольно близко к траншеям второй БТР застучал из пушки по траншеям, заставив всех срочно убрать свои задницы. Пехота наступала следом за ним.
|
|
42 |
|
|
|
|
Все получилось, как нельзя лучше. Громада «пятерки» замерла с горящим двигателем и больше не представляла угрозы. Приподнявшись, Матиас окинул взглядом замершего колосса. Сила и Мощь, заключенные в стальную коробку. Помноженные на десять. Порождение сумрачного германского инженерного гения. Унтер прекрасно осознавал возможности такого оружия. Осознавал, уважал и немного побаивался. В конце концов, если бы он не стал десантником, то стал бы танкистом.
Едва на башне открылась крышка люка, Керволайнен рванул вперед, прикрываясь танком от пушек БТР-а. Траурный пролет руки огнеметчика все еще стоял перед мысленным взором финна. Подскочив к мастодонту, Матиас одной рукой вцепился в скобу, второй вытягивая из кобуры «Вальтер». Отсчет шел на доли секунды и действовать требовалось решительно и беспощадно. Толкнувшись от огромного катка, десантник буквально закинул себя на броню танка: - Не подпускайте пехоту! – проорал он в рацию и, головой вперед, нырнул в открывшийся люк, сминая своим весом бедолагу, пытавшегося выбраться наружу…
|
|
43 |
|
|
|
|
Проносящиеся над головой трассы "тридцаток" не Герхарду душевного спокойствия. Пройдет снаряд чуть ниже — и все, со святыми упокой и гранитная память с птичкой. Торжественные похороны, три залпа в воздух, золоченые буквы на мраморе. Ему вечная память, родным имперская пенсия. Заманчивая картина. Только вот пожить почему-то еще хочется...
Но не всем удается. "Черный" гранатометчик накрыл БТР. Фугасный ахт-ахт раскурочил коробку как Бог черепаху. Что стало с экипажем — представить не то чтобы страшно, но неаппетитно. Не говоря уж о пехоте, которая использовала бронетехнику как укрытие. Выглянув из-за бруствера, Герхард попытался что-то разглядеть там, куда бросился Керволайнен. Судя по всему, унтер собрался сделать с танком что-то интересное. А там еще боеспособный БТР, толпа пехоты...
Неожиданно в мозгу Герхарда что-то щелкнуло — будто кто-то опустил рубильник. Все встало на свои места, а ответ на вопрос "что делать?" появился сам собой. Отбросив маузер, он вытянул из-за спины дробовик. Лязгнул переводчиком, ставя HK на автоматический режим, рванул затвор.
— Ли, Рау, за мной! — Перескакивая через трупы и мусор на дне траншеи, Герхард понесся к левому ходу сообщения. Показались пионеры. — Бойцы, за мной! Иначе правый фланг пиздой накроется! Гранатомечтик, фугас в трубу! Как только выйдем к горящему БТРу, твоя задача — накрыть второй! Пошли!
Раньше бы Герхард заорал что-то пафосное и героическое. А сейчас, летя по полузасыпанной траншее только хрипло матерился, стараясь не споткнуться об очередную кучу дерьма, недавно бывшую человеком.
|
|
44 |
|
|
|
|
Общее.
Керволайнен нырнул в прорубь. Танкист - командир танка - даже не успел ничего почувствовать. Последнее, что он увидел, было то, как некая темная глыба затмила собой свет божий. На деле Матиас просто свернул ему шею, навалившись на голову всей своей массой. Рядом, чуть ниже и спереди от командира, дернулся стрелок. Не успел. Еще дальше зашевелился мехвод, то к оружию дернулся, то решил через свалить через свой люк. Керволайнен прервал его метания парой выстрелов. Сбросил бездыханное тело стрелка к мехводу. Таак. Привод башни, вся электроника, в том числе и силовые щиты, питались от независимого источника питания. Щелкнув пару тумблеров, унтер-офицер направил все питание на башенный привод...
Ульштейн, Рау и Ли, гранатометчик "черных" и его командир - Симонс - рванули вперед по траншее. Пробежали мимо танка. Уже отсюда можно было прекрасно разглядеть остов все еще горящего БТРа и лежащие там тела. Судя по их виду - явно не склонны к жизнедеятельности. Чудовищные ожоги. Местами броня прикипела прямо к коже. Резиновые маски респираторов расплавились и диффузировали с кожей. Как и пластиковые очки баллистические. Здесь царил омерзительный запах, который, впрочем, почуяли только черные - у них не было "глухих" масок, как у десантников.
За машиной, чуть дальше, еще кто-то корчился. Один из "красных" даже потянулся за оружием в какой-то отчаянной попытке. И тут же был застрелен. Остальные... они выглядели очень плохо. Милостью было их убить прямо сейчас, все равно никто не будет их спасать, и мучения грозили затянутся надолго. Словом, десантники решили их проблему. Жалкое, и в то же время очень печальное зрелище. На такое можно смотреть только со странной смесью отвращения и страха одновременно. Раздались щелчки одиночных выстрелов, и "красные" ушли. Гранатометчик, тем временем, уже выцеливал второй, и вместе с тем последний, БТР.
Керволайнен, тем временем, уже поворачивал башню. Рядом гудела рация убитого. Судя по репликам, экипаж БТРа и наступающая пехота не заметили, что их танк оказался захвачен. Видимо просто не ожидали такой наглости. Унтер-офицер, не долго думая, ответил, что все в порядке и танк намерен продолжить бой. И они купились на это.
Десантники в траншее, все еще находясь под беспокоящем огнем, кидали гранаты по показаниям компьютера - отряд десантников с Ульштейном во главе видел передвижения пехоты, так что первые были осведомлены о местонахождении противника.
Гранатометчик пустил выстрел. Но маленько накосячил, сделав неправильное упреждение, и снаряд лег низко и слишком далеко, он разорвался перед носом машины. Однако это заставило пушку замолчать, пусть и ненадолго. Вебер высунулся, навелся, и уже было нажал на спуск, как его накрыло автоматным огнем, и он просто выпустил "трубу" из рук.
БТР подкатил уже довольно близко.
Возможно, экипаж и задумался - а чегой-то танковая пушка наведена на них, а не на врага?
Их размышления продолжились уже в специальном аду для военнослужащих.
Ульштейн и компания отсекли огнем часть отряда "красных". Завязалась бестолковая перестрелка, и каждый из участников каждую секунду рисковал жизнью. Несколько раз пули пролетали слишком близко, и четыре раза противник попал, но всякий раз десантников спасала броня. Ли, который словил на грудь две пули, пора было задуматься о смене передней части кирасы - верхние слои брони были разбиты. Не говоря уже о том, что грудь адски болела, и, возможно, были сломаны кости, если не хуже. Унтер-офицер поддержал Ульштейна огнем, "красные" оказались зажаты и с фронта, и с тыла. Их просто разорвали на части.
Часть врагов все же прорвалась в траншею. Но там их поджидал штабс-вахмистр с дробовиком. Конец был немного предсказуем.
Андерсон, всё это время возившийся с лейтенантом, наложил тугую повязку приличного вида и помог всем, чем мог. Путь бинты моментально покраснели, ему все же удалось стабилизировать состояние Шпеера. Тот даже слабо отшучивался, что, дескать, его жена убьет его за такие приколы, и ему придется уволится из армии.
Керволайнен, воспользовавшись приборами наблюдения танка и тактической системой, выяснил, что еще ничего не закончилось. Теперь к ним двигалась уже по-настоящему серьезная сила, и было понятно, что этот натиск они при всем желании не смогут удержать.
Но высшее командование не обмануло. Совсем скоро позади их позиций раздался характерный рёв движков, появилась пехота и танки - свои, передовые десантные силы плюс тяжелая техника второй волны.
Тут был и "Нордланд", и традиционно скандинаво-славянский "Викинг", и даже "Великая Германия" в своем эксклюзивном камуфляже. Керволайнен благоразумно сохранил важные данные, перезагрузил систему и ввёл новые данные, чтобы его случайно не уничтожили.
Подкрепление просто перешагивало через трупы, переезжало через траншеи, не обращая внимания на куцый и побитый отряд. Но, следом за авангардом, шла эвакуационная команда.
Уже через полчаса атмосферный челнок доставил всю команду в полевой лагерь.
|
|
45 |
|