[VtM] 🌴 Пальмы и Кровь II | ходы игроков | S02E02-03 — «Низкий жанр»/«В четыре руки»

– Кто "они"? Гончие? – отрешенно переспросил Саймон, успевший о чем-то задуматься. – Нет, я не думаю, что они с самого начала в теме.

Он переступил, стряхнул пепел и, пристально посмотрел на Ромео, вновь походя на прежнего себя.
– Я буду говорить максимально прямо. Корректируя мою память Джимми не учел, что я ему лгу, поэтому сейчас я вижу некоторые несостыковки. Я помню, как мы спорили, о том, должны ли рассказать Джимми о находке. Ты тоже там был. Джо считала, что если кто-то узнает, что мы видели рисунок, на котором гаитянин и белобрысый шантажирует этого скользкого на вид парня с фениксом на тачке, то нас как свидетелей не оставят в живых. Но я решил, что не могу скрыть эту информацию от Джимми, так как она может оказаться важной для его привилегий или даже выживания. Я рассчитывал, что если он поверит, что о комиксе знаю только я, у него будет... ну вроде ощущения контроля над ситуацией, и ему будет проще принять решение стереть мне память, чем убить. А после я восстановлю память, и мы сможем продолжить копать, добудем вторую часть компромата с облака Инвиктус, просто потому что.... знать, что происходит почти всегда лучше, чем не знать. Ключевое звено – это мистер Лоусон. Ты можешь мне сказать, кто он такой? Ради какой именно херни я сейчас рисковал?

В конце своей речи Ковальски снова открыл фото и увеличил фрагмент рисунка с "мистером Лоусоном", показывая его Ромео.

— "Облачным майнингом" мы будем заниматься только в двух случаях: Джимми разрешит или же, вдруг, "кому-то" потребуется жизненноважный компромат для прикрытия жопы, — отрезал Байле, который болезненно не хотел возвращаться к вопросу взлома с кем-либо кто имел представления о теме только по голливудскому кино. — Иначе ты его сохраненные "привилегии" опять подставишь под удар. Кстати... ты не думал, что если Большой Брат покопался в твоих мозгах, то он оттуда и все честные ответы тоже получил? Это меня сейчас парит. Нехило так...

Вопрос про мистера Лоусона заставил Ромео запустить руку под капюшон и почесать затылок. Из всей четверки мексиканец, пожалуй, был самой плохой персоной для подобных вещей - интересовался вампирской темой меньше прочих.

— Ну... из того что уже обсуждали раньше, это местный крестный, блядь, отец. Босс Джимми и всех остальных упырей в округе или типа того. — Байле посмотрел в лицо Ковальски. — Самый главный. Понимаешь чё-куда?

– ...Даже так? Это многое объясняет.

Белое от испуга лицо Джо и ее фраза: "это же Принц"
Саймон бросил окурок под ноги. Жест свинский, конечно, но место не предназначалось для курения, и подходящей урны поблизости не было.

– Я допускаю, что Рамирез расколол меня, и в ближайшие часы меня ждет сюрприз, да и тебя тоже, – нарочито спокойно заметил Ковальски. – Поэтому будь внимателен, ожидай засаду, особенно если собираешься возвращаться к себе домой.

– Жизненный компромат для прикрытия тебе уже нужен или понадобится так срочно, что не успеешь сделать этот "облачный майнинг", если не начнешь сегодня днем. Похоже, что пиздец, о котором вещала Хантер, наступает всем местным "этим", и нам, как их слугам, за компанию. А мистер Лоусон не справляется с обязанностями.

Мимо них за парковочной оградой клуба проехал оранжевый камаро, и Саймон вздрогнул – машина Рамиреза.

– Не отлынивай от работы, Байле, ее можешь сделать только ты, а я найду способ как безопасно проинформировать Джимми о результатах.

Байле открыл было рот, чтобы ответить, но передумал в очередной раз вдаваться в кибер разъяснения, опасаясь что следующим аргументом Ковальски может стать меметичное: «Ты же программист». Такое уже будет нечем крыть.

— Я посмотрю чё там как, — наконец, уклончиво ответил хакер. — Надо заняться Уильямсом: если удастся подцепиться к его акку, может чё по передвижению его «трубы» удастся узнать.

Ромео посмотрел в сторону клуба. После озвученных мыслей становилось все более и более не по себе: что-то подсказывало пареньку, что если Рамирез, вдруг, решит пустить их в расход, или за гулями придут эти Гончие, то сделать с этим мало чего можно будет. Разве что свалить сегодня же днем.

— Если у тебя есть еще знакомые вампиры, — вдруг сказал Байле, — самое время подстраховаться через них.

Саймон ответил не сразу.
– Не ожидал услышать от тебя подобный совет. Максимально практичный, без шуток, я сам об этом думал. Боюсь, что мой другой знакомый вампир сейчас с колом в груди отдыхает в доках, и Джимми как раз поехал его пытать. В любом случае, вариант с гнильцой... Кстати, ты способен повести машину сам? Или воспользоваться убером? Я хочу пересесть в свою тачку. Она припаркована в другом месте.

— С учетом, что я в курсе как вы трое постоянно хотели держать Джимми вне курса дел, я терь в том же дерьме, — нехотя пояснил Байле. Сам он не видел ничего хорошо в том, чтобы мутить за спиной у их бро, но сейчас уже было как-то поздновато делать вид, что ты сам не при чем: выхода было ровно два.

— Давай ключи, брошу тачку где-нить у дома. — Ромео протянул ладонь в сторону гуля. — И ещё... ты к Джо поедешь?

Ковальски скрыл легкое замешательство, которое вызвал у него простой вопрос, и пожал плечами.
– Возможно... Позже, днем. Она не всё успела мне тогда рассказать. Имеет смысл поговорить с ней, когда она придет в себя.
Он уже передавал ключи Ромео, но помедлил, сказав:
– Я бы оставил машину тут. Не светил у дома. Нас в ней сегодня кто только не видел.

Ромео проделал оставшийся путь рукой и перехватил ключи у засомневавшегося товарища:

— True. Но я и не собирался её возле дома оставлять, — пояснил хакер, которого уже тоже посетили мысли о том как всё пошло по одному месту. — Сам подумай: если Этан и Прайс были у них, хуй знает чё именно там обсуждалось.

Байле выждал секунду-две паузы, чтобы понять, нужны ли здесь ещё разъяснения или нет.

— На связи тогда.

Разъяснения были не нужны – Ковальски давно прикидывал, что там Этан и Джо успели рассказать под пытками, и мог бы ответить Ромео что-нибудь едкое, если бы вся его энергия сейчас не уходила на то, чтобы справляться с изнуряющими эффектами крови хозяина, поэтому саркастические ответы закончились.

– Тогда может и возвращаться к себе до рассвета не стоит? Ладно, до связи.

Саймон открыл приложение, чтобы выбрать убер-драйвера. Ночью, вблизи популярных клубов и баров, они должны были просто роиться.
Сев к водителю с пакистанской внешностью (который заметно занервничал, увидев бледное как смерть лицо пассажира), Ковальски назвал адрес рядом с отелем, тем самым, где они вчера нашли разряженный телефон Алекс, именно там он оставил собственную машину прошлым вечером.

Ромео вместо ответа махнул рукой на прощанье Саймону - для себя парень понял, что вайбы у них разошлись этой ночью совершенно. Было это в силу каких-либо возрастных отличий (но вроде Ковальски не был так уж стар, по крайней мере биологически), или же расово-социальных, разобрать уже было сложно, да и не очень-то уже и хотелось.

Забравшись в машину к Прайс, Байле первым делом обыскал салон, просто чтобы понять в каком виде он ее позже оставит на милость района. Банка Редбулла на коврике сзади не в счет.

Дальше надо было добраться таки до дома, прихватить все необходимое, и перебраться в резервную нору. Норой могла стать Нора, если народ все еще там бухал, или же один из заранее припасанных Байле мотелей на окраине, с добротным интернетом и минимумом вопросов. А там можно будет позаниматься делами и поспать. Или наоборот, в зависимости от того как пойдет.

Оказавшись за рулем неприметной темно-серой хонды, Ковальски первым делом проверил, нет ли в салоне заначки чего-нибудь стимулирующего, на 99,99 % зная, что ничего там нет, не было даже пыли – машина совсем новая, но ломка, пусть и ненастоящая, в "квази" варианте, и опыт аддикции навязывали свои ритуалы.
Быстро смирившись с реальностью, Саймон решил закончить то, что считал необходимым. А именно, подготовить отпечатки Вэл, если их "талантливый программист и хакер" вдруг сможет добиться какого-то успеха во взломе таинственного Инвиктус. По дороге к ее дому, он сделал крюк, заехал в круглосуточное место, чтобы поесть, потому что это стало казаться вопросом жизни и смерти.

Кое-что Ковальски отметил некоторое время назад, не вдаваясь в самоанализ – с определенной фазы пристрастия к витэ он переставал есть и спать, если перед этим не тратил свою кровь на "суперсилу". В подобном не всегда была необходимость связанная с работой на Джимми, бывали и траты на хобби – ловкость за карточном столом, или произвести особое впечатление на женщину в постели, или вовсе пустая трата с целью почувствовать яд и силу мертвой бездны в своих венах. Если не перестараться и не доводить себя до грани, то простые вещи – еда и сон, гарантированно восстанавливали статус-кво, но сами по себе они как будто потеряли смысл для него. Сегодняшняя ночь, напротив, взывала к экономии и разумному распоряжению ресурса, вероятно, не последняя в череде подобных...

За последние сутки дом Хантер Ковальски посещал в третий раз, хотя с последнего визита, казалось, прошла неделя. Он решил, что самым удачным местом для сбора материала будет туалетный столик в ванной комнате, и проследовал туда через спальню. С интересом осмотрелся в ванной и аккуратно собрал в пластиковый пакет несколько баночек и тюбиков со следами пальцев Валери, отметив, что в иной ситуации можно было бы пофантазировать на тему фетишизма.
Проходя через кухню на выход, к двери со сломанным замком, он остановился, чтобы открыть кран, наполнить стакан и утолить жажду. Черный кот запрыгнул на раковину и начал лакать из струйки воды. Со смесью брезгливости и чего-то еще Ковальски почесал животное за ухом, в ответ кот стал тереться, что было уж чересчур и Саймон убрал руку. Потом он заметил пакет с сухим кормом. Прежде чем уйти в предрассветную серость, гуль распечатал упаковку и уронил пакет, так что часть содержимого высыпалась на пол.

За полчаса до рассвета, когда Саймон оказался у своего дома, встретиться с парнями типа Гончих шансов уже не было. С некоторыми предосторожностями он зашел к себе. Оказавшись дома Ковальски первым делом открыл тайник на потолке за одной из вентиляционных решеток, где на первой линии хранились невинные штуки вроде травы и аддерала. Прибегать к припрятанному поглубже кладу серьезных стимуляторов сейчас было не время. Тройная терапевтическая аддерала и пара капсул викодина обеспечили достаточный всплеск концентрации и легкий эндорфиновый приход.

В домашней лаборатории нашлось все необходимое для работы, и Саймон (передвинув с рабочего места детали полусобранного огнемета) испробовал методики на основе клея и силикона, постаравшись сделать несколько образцов указательных и больших пальцев Хантер. На волне увлеченности он снова использовал кровь, запоздало осознав, что еще пожалеет об этом.* В конце Ковальски исследовал получившиеся образцы под бинокуляром, чтобы выбрать наиболее удачные, которые и разложил по зиплокам и успел подписать маркером своим ясным легким почерком.
Потом моменты сознания стали удивительно фрагментарными и перемешанными, и вот, кажется, он стоял под струями воды в душе, планировал собраться, чтобы поехать спать в мотель из соображения безопасности, прилеплял смарт-часы к подзарядке, пытался выставить в телефоне будильник на оптимистичные 5 вечера, с великодушными девятью часами сна впереди. И где-то между этими фрагментами отключился.

Салон гуль-мобиля был на редкость пустым. Не в плане очевидного отсутствия пассажиров, но… чего-то другого. Раньше, даже когда все тупо молчали (что было редкостью на память Байле), в машине ощущалась жизнь. Сложный концепт. Скорее всего появившийся под давлением неутешительных фактов: Этан пропал, Джоан в больничке после залетных «пиявок». Все поменялось слишком быстро, за одну чертову ночь. Слишком много странных эмоций.

Ромео потратил несколько секунд просто сидя на водительском месте и думая ни о чем и обо всем сразу. Он наклонился в сторону и потянулся к бардачку. Почти ничем не мотивированное желание найти ответы на незаданные вопросы охватило парнишку. Пока нашлись несколько листо бумаги, в том числе документы на машину и пара истекших парковочных квитанций; нож, в котором Байле признал оружие Флинна; заряженный сигнальный пистолет все того же покойника. Любопытно, что эти вещицы делали в машине Джо? Флинн точно не был душой компании, чтобы кем-то из живых одолели сантименты… разве что Прайс и экс-лидера гулей что-то связывало, ну, или у кого-то были более прагматичные интересы.

Позарившись на необычность предмета, Ромео переложил пистоль в свой рюкзак, на всякий случай убедившись, что предохранитель стоит на безопасном режиме.

Беглому осмотру подверглись и карманы на спинке сидений, но улов был еще более скудный - видавший виды глянцевый журнал, оказавшийся в «схроне», по ощущениям, лет пять назад.

«Какого хуя я делаю?», - задался вопросом мексиканец, тихо вздыхая и еще на несколько секунд закрывая глаза. Внезапно, прошедшая ночь показалась Ромео уже слишком долгой. И даже мысль о том, что где-то еще происходит тусовка, не прибавляла бодрости. Заведя гуль-мобиль, Байле направился в сторону своей конуры.

Машина была оставлена где-то за квартал до укрытия хакера. Ключи парень прихватил с собой. Прежде чем подняться к себе, Ромео заскочил в круглосуточный магаз, чтобы прикупить еще банку Redbull и немного готовой еды пожрать. Утоляя насущные потребности, хакер наблюдал за своим домом со стороны, выискивая хоть что-то подозрительное. В конце концов ночная прохлада остудила тревогу и Байле отправился к себе.

Сборы были быстрыми - не первое палево. Эва с лаптопом, плюс по мелочи, и готов. Список проверенных мотелей с норм коннектом к Сети хакер апдейтил постоянно - за место будущего ночлега дело не стало.

Такси до места нашел по старинке. Платил наличкой. Как и в самом мотеле.

Странно, но когда Байле разложился на новом месте, усталость уже так не донимала. А значит можно как минимум проверить новости за минувший день и… проверить номер. Правда не Этана, хотя и его тоже, но прямо сейчас Ромео вспомнил о Марджери…

Уснул хакер полусидя на кровати, так и забыв раздеться, когда усталость все таки взяла своё. Рядом лежал раскрытый лаптоп, негромко играл очередной плейлист new retro wave, на экране, как и внутри мексиканца, творились мешанина и хаос данных.

* * *

    Оак-Вью, Санта-Барбара, Калифорния, США
    Воскресенье 24 декабря 2018 года, 07:12.
    +8°C, изморось.

Тяжёлая ночь растворялась буквально на глазах. Первые лучи зимнего калифорнийского солнца, едва пробиваясь сквозь полуприкрытое больничные жалюзи, расчертили двенадцатую палату ярко-оранжевыми полосами. Сочельник обещал быть солнечным.
Скрипнула дверь, и еле сумевшая уснуть полчаса назад Джоан с огромным трудом вновь открыла глаза. Она знала, что за ней придут, но не думала, что это случится так скоро. Рассчитывала, что есть время хотя бы до вечера, и можно немного поспать.

«Как наивно...»

Джо надеялась только, что это будет не кто-то из их четвёрки. Только не Саймон. Такого она бы не вынесла.

«Роб. Наверняка пришлют его...»

А ещё она надеялась потратить последнее усилие на то, чтобы убедить убийцу позволить ей уйти на собственных условиях, если, конечно, он вообще подумает вступить в разговор. В случае с Робом могло бы сработать. Кажется, он неплохо к ней относился.

«Тем более завтра Рождество...»

От этой мысли её дёрнуло будто током. Подарок. Она же приготовила подарок! Сил на другие заботы не осталось, но это было важно.
— Стой... Я... — язык еле ворочался, и Прайс пришлось хорошенько напрячься, чтобы произнести внятно. — Я... не могу умереть... так... Я должна... кое-что сделать... кое-что передать...
Силуэт в проёме порозовел, превратившись в спину медсестры, аккуратно вкатывающей за собой в палату гремящую тележку.
— Да бог с вами! Я что, похожа на даму с косой? — улыбнулась девушка. — Ещё поживёте. Рождество на носу.
Но Джо не спешила расслабляться, её взгляд прилип к тележке.
— Мне всего-то нужно взять у вас кровь.
— Я... вам не... верю... — выдавила Джо, ища расфокусированным взглядом что-нибудь тяжёлое или острое в досягаемости.
— Ну, это я могу пережить. — Медсестра вздохнула и продолжила делать то, что и собиралась: затянула Джо левое плечо ремешком, дезинфицировала место забора, воткнула иглу в держатель, а затем с лёгкой руки ввела её в вену Прайс, а затем вставила в держатель вакуумную пробирку для крови, ослабив ремешок. — Пятый год здесь работаю — вы первая, кто мне такое заявляет. Кулак разожмите.
— Мне нужен... эпинефрин...
— Вам нужен отдых. И здоровый сон.
— Иначе... я умру...


* * *

— А-а, мисс А... льенде, — поприветствовал смуглокожую брюнетку в пальто, платке и солнечных очках самый старший из охранников, едва сдержав зевоту, — приехали здоровьечко поправить?
— Вы меня явно с кем-то спутали, — дама выразительно посмотрела на него поверх очков.
— О, да, кхм-кхм, конечно, мисс, — неуверенно откашлялся охранник, незаметно отключив рамку металлодетектора. — Проходите, пожалуйста.
Остальные его коллеги напряжённо переглянулись.

Поднявшись на второй этаж посетительница немного задержалась на лестнице, разглядывая план этажа, и только потом неспешно двинулась дальше, сунув руку в карман. Встретив на этаже слегка прихрамывавшую — должно быть, от неудобной сменки — медсестру в розовом больничном костюме и очках в тонкой золотистой оправе, с усталым видом катившую к лифту тележку, она натянуто улыбнулась и поздоровалась. Та в ответ рассеянно кивнула и прошла мимо, не задержавшись и на мгновение.
Остановившись в середине коридора, дама в пальто обернулась и, дождавшись, пока лифт уедет, подошла к палате с номером 12. Правая рука вынырнула из кармана с чёрной модифицированной Береттой 93R. Медленно навинтив глушитель, девушка отошла от проёма, осторожно повернула ручку и толкнула дверь, затем, быстро выглянув, медленно вошла, держа пистолет перед собой и направляя на единственную в палате пациентку, мирно спавшую на дальней кровати, накрывшись почти что с головой.
Как-то слишком просто, решила «посетительница», и, тихонько подойдя к больной, всё ещё не отводя оружия, смуглокожая дама немного стянула со спящей одеяло, чтобы открылось лицо. Крупная родинка на левой щеке никак не соответствовала фото, да и профиль в целом бы совершенно иным. Ошибка? Девушка ещё приспустила одеяло, и всё сразу стало ясно. Белый кружевной лифчик вместо больничной робы говорил сам за себя.

— Mierda! — выругалась киллерша, подскочила к окну и сорвала жалюзи.

Хромая медсестра уже преодолела полубегом почти половину больничного двора — ещё немного, и скроется за стеной.
Дама с пистолетом открыла окно, хорошенько прицелилась и, в момент, когда самозванка оглянулась, нажала на спуск. Глушитель трижды неприятно чмокнул — девушка внизу сделала ещё пару шагов и повалилась на траву: всего в какой-то паре метров от ворот.

Не теряя времени, дама расстегнула пальто, сняла с пояса небольшое устройство, чем-то напоминавшее большой мебельный степлер, и небольшой моток тонкой, сложенной вдвое верёвки. Закрепила последнюю в палате, пристегнула к ней устройство, которое затем прицепила обратно на пояс, и спрыгнула вниз. Мягко приземлившись, она сдёрнула верёвку и, наскоро смотав, сунула моток за пояс, стараясь не спускать глаз со своей жертвы.
Во дворе стояла гробовая тишина и кроме них не было ни души.

Быстро преодолев расстояние до «медсестрички», смуглокожая остановилась, направив оружие той в лицо — девушка еле дышала. Одна пуля едва задела бедро, но другая, по всей видимости, пробила лёгкое.

— Lo siento, cariño. No es nada personal.

Глушитель чмокнул ещё три раза. Склонившись над телом, дама расправила чёрный полиэтиленовый мешок, завернула в него тело, а потом легко взвалила себе на плечо и вынесла за ворота, где была припаркована её машина.