Пока я спала, Кира связалась с местными насчёт тела радиста и похорон. Нас приглашают на церемонию прощания. Хэйдан остаётся присматривать за магазином, мы отправляемся в Хаб - или то, что от него осталось. Это наиболее сохранившаяся часть Апогея, там больше всего жителей, и там есть какое-то подобие местных властей.
Мы летим всё на том же буксире. Нас встречают в ангаре, провожают в отсек, где происходит собрание. Всё уже подготовлено - тело будет отправлено в атмосферу Пенумбры, его перенесли в капсулу, и на ней можно написать прощальные слова. Кира берёт баллончик и пишет "Доброй дороги" на свободном месте. Она отдаёт баллончик мне, сказать мне особо нечего и в посмертие души я не верю, но рисую летящую звезду и точки-искры от неё.
Глава совета поселения произносит краткую речь - рассказывает, каким человеком был радист, отдаёт дань его последнему подвигу, говорит, как всем будет его не хватать. Ещё несколько жителей Апогея выступают с похожими речами. После этого - запуск. Кире предоставлена честь нажать на кнопку старта, она так и делает. Капсулу отстреливает с креплений, и она уходит в направлении Пенумбры, яркой и огромной, прямо перед нами. Всё сгорит.
Сборище предполагает небольшое угощение за счёт поселения. Это не парадный обед, это длинные столы, где каждый подходит сам, консервированная еда и напиток "утро космолётчика" (заряжающий бодростью, но не так вштыривает, как "вечер космолётчика", который пьют, когда у вас был долгий день и тяжёлая вахта, а вам ещё работать всю ночь). "Утро" кисло-сладкое, с пузырьками, с кофеином и витаминами.
Мы немного болтаем со знакомыми Киры, она представляет меня как свою подругу, которая здесь по делам и вызвалась помочь с разборкой отсеков. Я не скрываю, что собираюсь лететь на Пенумбру, но объясняю, что мне требовалось собрать навигационные данные про разбившийся корабль. Орбитеры относятся с пониманием - ясно, что никто не захочет соваться в атмосферу, погоду и грязь, не проведя разведку. Они вспоминают свои удачные и неудачные высадки, обсуждают, как дела у колонии Эгис на поверхности, потом разговор неизбежно сворачивает на Инцидент и на перспективы станции. Здесь те, кто решил остаться на какое-то время. Желающие улететь уже улетели. Починка, торговля, Водоворот, снова Инцидент... Никто не упоминает нашу с Кирой находку - нестабильность. Я тоже пока молчу. Нужно будет с ней это обсудить, но не сейчас.
У Апогея когда-то была репутация станции, на которой можно найти всё, что угодно. Поэтому, раз уж мы обсуждаем свои дела, я спрашиваю, не найдётся ли у кого сканерных ячеек для моего радарного массива, аккумуляторов для скафандра, аварийных маячков и прочих мелочей, которые неизбежно расходуются во время вылазки. Можно было и с Кирой торгануть, но ей самой нужно примерно то же самое, а ячеек для радара у неё нет.
Суровый орбитер, весь в татуировках, которого Кира представила как Слэйтера, говорит, что подкинет мне мелочёвки за так, за доброе дело, а ячейки для радара можно выменять, если у меня есть на что. Он разворачивает на экране комма список, что ему надо, я достаю свой список на поторговать, и мы быстро находим, чем обменяться. У него детали не совсем от моей модели радара, но "Жаворонок" говорит, что совместимые. А я отсыпаю ему артефактных "батареек" и "чёрных капель", и в довесок - игру "донжон Предтеч" с магнитными фишками, завалявшуюся на полке отсека. Мне всё равно играть в неё не с кем, а Слэйтер, оказывается, любит настолки.
Договариваемся, как всё передать, ещё несколько часов уйдёт у меня на установку и подгонку панелей, а потом можно лететь к Пенумбре.