Летающая крепость безумного генерала | ходы игроков | ГЛАВА 1: Кресцентия

И механический здоровяк принялся работать за троих - решётка на глазах поднималась выше... выше... вот уже под ней мог пройти человек, а вот уже могла проехать их повозка!
- Чёрт! Они убегают! - завопил один из солдат, бросаясь к вращавшим ворот. Но путь ему преградил Белеска, и его-то солдат и ударил с разбегу копьём.

– Не лезь на рожон! – сказал Белеска священнику, после чего, словно медведь через кусты, направился к Никке, угрожая окружающим такой затрещеной своим тяжёлым посохом, после которой не встают.

- Мгх! - солдат ударил копьём - и попал. - Ага! Бейте их, бейте! - воодушевлённо закричал он.

Врата открыты — спасибо железяке! Осталось только уйти на своих двоих.
— Уходим! Тут нас ничего не держит! — крикнул Томас, возвращаясь на повозку. Раньше он бы добавил, что кроме *людей им ничего тут не взять с собой, но прошлое вор старался там же и оставить, словно вещи из переполненного шкафа.

Повозка тронулась с места, набирая ход и въезжая в ворота. Один из солдат, бросившись вдогонку, агрессивно замахал копьём рядом с чокобо, пытаясь заставить его остановиться или побежать не туда, но чокобо только прянул в сторону, продолжая бежать вперёд.

Мгновенно порскнув за спину Белеске, Никке принялся судорожно рыться в своей сумке. Вот и зелье! Непокорная пробка всё никак не поддавалась, и мальчишка тихо шипел, борясь с неё негнущимися пальцами. Наконец, успех! Даваясь зельем, Никке свободной рукой вычерчивал в воздухе странные знаки, будто дирижируя происходящим.

Огромный механический голем взревел и принялся раскручивать вокруг себя топор, расчищая дорогу телеге, отгоняя солдат прочь. Особо целиться он даже не пытался, ибо огромное лезвие прекрасно символизировало смертный ужас и без этого.

С трудом допив горькое зелье, Никке снова заорал, запрыгивая в повозку:

- Спасибо, дяденька! Больше не надо защищать!

Ещё один солдат по примеру товарища бросился вслед за повозкой, пытаясь остановить её, но голем преградил ему дорогу, агрессивно размахивая топором, - солдат отпрыгнул в сторону, избегая удара, но он уже не успевал догнать повозку. Последний солдат, выхватив арбалет, выстрелил вслед повозке - Никке в последний миг успел пригнуться, и болт просвистел над ним.

Когда препятствие в виде решётки было устранено, Рия торопливо запрыгнула обратно на повозку и вновь сменила меч на поводья. Как бы ей не хотелось избавить лик Кресцентии от парочки-другой псов Хальгрима, стратегически у них сейчас были иные приоритеты. Совсем иные. А потому мерзавцам повезло, на сегодня. Разумеется, подразумевая что их не покарают за проявленную некомпетентность.
— Юнец, — очевидно, Рия обращалась к Никке, — как долго ты ещё сможешь контролировать эту махину?

Повозка постепенно разгонялась, набирая ход, и вот уже она проехала через ворота, когда позади послышались крики, и герои увидели подоспевшее к солдатам подкрепление - двух арбалетчиков и мага с магическим светильником-фамильяром.

Белеска запрыгнул на уходящую повозку, повернулся "к тылу передом" и закричал солдатам:
– Эй, вы там! Неужто думаете, что имеете дело со слабаками-бандитами! Кто рискнёт попробовать меня задеть, чтобы не получить по голове?!
И с этими словами мужчина с угрожающим свистом крутанул свой тяжёлый деревянный посох у себя над головой, держа его на манер меча.

Ближайший солдат отшатнулся назад от раскручиваемого посоха. Маг, однако, выкрикнул: "Не уйдёте!" и несколько раз выстрелил молниями из своего посоха в землю перед повозкой, пытаясь испугать чокобо и заставить его остановиться... вот только повозка уже набрала скорость и не могла так просто затормозить.

— Уйдем! Н-но, залётные! — в пику недружественному поклоннику Древних и их машинерии заявил Томас.
Имел право — да и реализовывал его вполне успешно. Осталось только оторваться подальше, а потом решат, так ли нужна телега.... Впрочем, всегда можно её бросить.

Чокобо припустил быстрее, вскоре ворота остались позади вместе с городом и стражей. Догнать несущуюся повозку у пеших солдат не было шансов, и они принялись стрелять вслед из арбалетов - один болт вонзился в деревянный борт, пробив его насквозь и завязнув в нём, но никому не причинив вреда.

— Спасибо, Робо! — Никке замахал ладонью безнадёжно отстающему голему. Тот грустно запиликал, переливаясь всеми цветами своих немногочисленных индикаторов, и уподобился могучей скале, преграждая путь преследователям. Имя его осталось неизвестным истории, но подвиг... Да тоже, на самом деле. Такие уж они, неизвестные герои.

Впрочем, герой был слишком неповоротлив, чтобы всерьез запугать солдат. Тогда Никке взял дело в свои руки и громком завопил:

—А теперь, код "А Семьдесят Три Восемьсот Сорок Два! Робо, режим самоуничтожения!

Голем принялся беспорядочно гудеть и перемигиваться, будто бы подготавливаясь к взрыву.

Однако непохоже, чтобы ему удалось как следует напугать солдат - послышались крики, кто-то указал рукой на Никке, и в следующий момент, свистнув в воздухе мимо голема, арбалетный болт вонзился в парня. И... и больше уже никто не успел выстрелить - набрав скорость, повозка уносилась прочь от города, оставляя его, ворота и солдат далеко позади. Мимо деревенских домов, полей и пастбищ, мимо пасущейся скотины и глядевших им вслед или не глядевших и занятых своими делами крестьян - вперёд, вперёд, как можно дальше отсюда.
...И когда город скрылся за горизонтом, деревенские дома по сторонам от когда-то оживлённой дороги поредели, и стало ясно, что погони не будет, можно было остановиться.

Белеска покачал головой, глядя на удаляющегося маги-тэк истукана.
– И где ты этому всему научился? – спросил воин Никке, – Вид у тебя, словно из леса вышел, а в моё время о таком и вовсе не слыхивали. Загадочный ты тип.
– Рия! – воскликнул против ветра Белеска, – Знаешь тут места, где можно узнать слухи, да переговорить? А то дорога наша в трактир очередной, но на менее людном дорожном направлении... Да уж, трактиры раньше были насущной необходимостью, а не способом провести время вдали от генералов... монстры были злее, а дела стражи и гвардии - вели дальше... Так что, все дороги главных направлений охватывали эти заведения, на то выделялись деньги из казны. Теперь же мы имеем дело с, скажем так, потомками тех заведений. Но можно и в лесу переночевать. Если только наш специалист по роботам пообещает не шуметь! Шуметь на природе - смыслы на ветер, ведь ночью в лесу думается лучше.

— Ну что вы, дяденька, — хищная улыбка сейчас Никке больше походила на оскал. Вусмерть избитый мальчишка разложил останки разбитого робота по большей части телеги и задумчиво ковырялся в его механических внутренностях. Периодически что-то искрило и слабо скрежетало, но больше ничего не происходило. — Я всего лишь обычный лесной паренёк. Из лесу, лесные мы. Вот мой дедушка... — Особенно изворотливая искра больно щёлкнула Никке по носу, отчего тот вкрикнул. — Ай! Мой дед - вот он действительно крутой, архимаг как-никак, сам Никодимеус Фальк! А я так, книжки читал...

Внутри робота что-то громко щелкнуло, одинокая красная линза вспыхнула ярким светом, поморгала, и вновь погасла. Никке вздохнул, утирая пот со лба.

— Инжектор, два предохранителя и магитор... Еще, скорее всего, шина духа А2 новый запуск тоже не переживёт. Без запчастей это металлолом.

Мальчишка с сожалением посмотрел на робота и махнул рукой, тяжело развалившись на деревянном настиле. Всё же, ехать — лучше, чем идти. Далеко позади раздались тяжелые шаги — словно нечто огромное прыжками летело вслед за телегой. Шаги быстро нагоняли, хотя погони нигде не было видно. Спустя пару минут они настигли спутников — и на телегу вспрыгнула большая кошка, сжимавшая в зубах тонкий стеклянный цилиндр. Забрав цилиндр и уложив его в свою сумку, Никке улыбнулся уже нормальной мальчишеской улыбкой и принялся наглаживать кошку.

— На один предохранитель меньше. Спасибо, Майя! Ну что, правим в лес?

— Мастера любого дела желают иметь учеников. Пусть даже если шум городов успел надоесть, — коротко заметил Томас, ненадолго покинув телегу. Просто постоять на своих двоих. Ну и надо проверить поклажу. Точнее, одежду.
Форма, как известно, делает человека принадлежащим к какой-то фракции. А солдат диктатора никто не любит, что скажется на слухах и всем прочем.
Впрочем, оборванцев тоже не привечают.

Рия молчала, перебирая в уме самые разные варианты. Сначала один. Потом второй. Третий. Но жизни вне армии у неё практически и не было, девушка всегда шла туда, куда ей велела корона. И вот сейчас подобная верность своему делу пренеприятнейшим образом укусила её за зад. Опять.
— Увы, — воительница издала протяжный, полный усталости, вздох, — я могу сказать куда нам точно не надо идти, ввиду вероятного там засилья людей Хальгрима. Могу рассказать излюбленные места для стоянок. Ключевые крепости. Но вот трактиры — извольте, господин Белеска. Лучшее, что могу предложить, так это наименее рискованный маршрут к трактиру по вашему выбору. Бежала я впопыхах и какого-либо плана составить так и не смогла. Да и куда там? Мои главные связи — это члены армии Кресцентии. Здесь уж не угадаешь кто окажется другом, а кто нет. Сама бы я может и готова была рискнуть, довериться кое-кому из прошлой жизни... но ведь вас такой риск едва ли устроит? Если я ошибусь вновь, мы отправимся прямиком в логово льва.

– Ладно! – кивнул Белеска, – Лес всегда принимал меня между трактирами любого тракта Кресцентии! Дорога дальше вильнём вправо! Остановимся там и пойдём вглубь леса, а Чокобо с повозкой развернём и отпустим обратно по дороге, чтобы не ясно было, где мы сошли с пути! Пройдём через лес до другой дороги, там и до трактира не далеко!
Убедившись, что ветер не заглушил его слова, Белеска повернулся к Никке и спросил:
– А кто такая Майя, парень?

— А? — удивился Никке, даже на мгновение перестав гладить кошку. — Майя - это Майя. Обычная кошка, мне её дедушка подарил, знакомьтесь. Майя - Белеска, Белеска - Майя. Вот, познакомились.

Кошка, развалившаяся на коленях у мальчишки, смерила воина долгим, спокойным, нечеловечески-разумным взглядом. Выдержав весьма зловещую паузу, она недовольно муркнула и поймала лапками ладонь Никке, вновь притягивая её к своей голове. Мальчишка, недоумённо пожав плечами, продолжил гладить странное животное. Голос его, воспрявший было, вновь угас.

— В лесу хорошо. Не понимаю, чего вам в этих трактирах. Одни солдаты и драки. Еще и зелья кончились.