Летающая крепость безумного генерала | ходы игроков | ГЛАВА 1.5: Путешествие на север

Даже за пределами столицы оставалась опасность наткнуться на патрули солдат Хальгрима. Но сегодня героям везло - их первый день путешествия на север, к руинам в горах за лесом, прошёл без приключений, и к концу дня пути, когда солнце уже клонилось к закату, они прибыли в деревню, в которой нашлась придорожная корчма. Сейчас в ней было немноголюдно, только корчмарь, разносчицы да небольшая группа простолюдинов, по виду беженцев, которые встретили вооружённых героев настороженно-изучающими взглядами. Сейчас никто не мог доверять никому из незнакомцев, особенно вооружённых.

Белеска двинулся вглубь трактира уверенно, но без всякой демонстрации силы. Его походка и манера держаться делали его сейчас похожим на деревенского ходока. Есть такая порода людей, которую старосты всегда отправляют по дорогам с поручениям в города. Для своего собственного внутреннего напряжения воин не видел повода, ведь ему не привыкать было доверять без доверия. Не обязательно становиться побратимами со всеми подряд, чтобы не подозревать вероломства в каждом жесте, ведь можно просто доверять самой ситуации и своему пути. Так что, странник направился к свободному столу, поманив за собой остальных.
– Мир вам хозяин и посетители, – сказал он на ходу, изучая обстановку живым и не жёстким взглядом, – Неспокойные времена нынче. Не прочь обменяться слухами ради общей безопасности? Мы бы хотели отдохнуть тут сегодня и узнать, что твориться вокруг. Сами из столицы прибыли.

Даже просто говоря это, разум Белески уже оценивал обстановку на предмет возможности улучшить местную атмосферу. В некоторых тавернах были места для артистов, и нестройные, но крепкие и мягкие пальцы бывшего мечника умели выжимать мелодию из струнных...

- Ох, неспокойные, - закивал головой трактирщик - немолодой, полный и лысеющий. - Люди бегут из столицы в селения, да только там нет места, чтобы вместить всех бегущих... и что им остаётся? - только бежать в лес, надеясь, что их там не съедят чудовища. Наверняка в армии Разбойничьего Короля скоро будет больше людей, потому что... а к кому ещё этим беглецам податься? И будем мы, простые люди, зажаты как между молотом и наковальней.
В целом опыт Белески подсказывал, что заработать здесь игрой можно попытаться... только вот заплатят ему или его освищут - зависело от того, какую мелодию он выберет и сумеет ли попасть в правильные струны души встревоженных беженцев.

– Да, в столице неспокойно, – согласился Белеска, – Но рано или поздно всё переменится, как сезоны года. Сложно, конечно, пережить зиму, тут спору нет, но так было всегда. Зато, отрадно, что ничего великого делать не надо, чтобы зима сменилась весной. Всё произойдёт само собой, когда случай выпадет.

Он прошёлся к уголку для артиста. Играть за деньги воин не собирался. Он поглядел инструменты, думая поднять себе и своим спутникам настроение.
– Когда-то я умел добывать из этого звуки... – громко, но как бы задумчиво заявил он.
Взяв многострунный инструмент достаточного размера, чтобы тот помещался на бедре музыканта, воин принялся его осматривать, трогая струны и припоминая, как делаются переборы и бренчания. Играл на инструментах воин не благодаря умению, а вопреки своему прошлому, когда он специально старался овладеть музыкой без учителя. Потом, к этому уже добавилась ставка на жизненный опыт относительно того, как надо управляться с разными физическими предметами.

По пути в корчму Никке был непривычно тих и сосредоточен. Майя меланхолично топала за ним по пятам, такая же молчаливая и задумчивая, а уж от останков маленького робота выступлений и вовсе никто не ждал. Приключение, которое начиналось, как развесёлая прогулка, стремительно превратилось в довольно мрачное театральное представление, состоящее преимущественно из "кушать подано" и "стой где стоишь". Во дворец не пустили — а ведь в каждой первой прочитанной им книге посланников великих архимагов привечали с порога. Нет, иногда после обмена новостями им рубили головы, но происходило это уже на территории местного правительства, а не в захудалой корчме где-то на задворках. Народное восстание поднять не удалось — хотя этого-то следовало ожидать с самого начала. Спутники... нет, вот со спутниками всё было в порядке. Оглядываясь назад, Никодимеус-младший мог только порадоваться за них — герои, все как один герои. С этим проблем не было. Но на душе всё равно скребли кошки.

Добравшись до очередного едального заведения, юноша мрачно вполз внутрь вслед за Белеской, и, сбросив у свободного стола тяжелую ношу, плюхнулся на скамью, положив голову на сложенные на столешнице руки. За товарищами он следил вполглаза. Хотелось спать. Однако, когда Белеска предложил сыграть для честной публике, мальчишка слабо улыбнулся и зарылся в собственную сумку. Музыкальным талантом он не обладал, но подыграть всё же мог. Жизнь в лесу дарует некоторые преимущества — к примеру, невероятное количество свободного времени и отсутствие недовольных слушателей, способных отбить всякую тягу к импровизации. Ещё пара мгновений, и на свет появилась губная гармоника. Никке, глубоко вздохнув, выдал первую тихую ноту и с любопытством воззрился на старшего товарища.

Скоро будет корчма, где возможно ненадолго перевести дух и пополнить припасы. Томасу уж точно это было нужно. А вот в каком виде появиться? Конечно же, в образе скромного служителя Пресветлого! Он точно будет лучше принят, чем кто-то из армии Тирана. А что священник ещё не священник, а послушник... Молодой человек собирался раскрыть это позже. Хоть сроки не принимал — как наверху рассудят и сниспошлют, так и будет.
Вошёл Томас довольно скромно, будто не собираясь подчёркивать свой сан. Ну, сказ негромко "Ясного света сему". Да и замолк ненадолго. Прошел к трактирщику. Хотел было пообщаться с рыжим юношей насчёт... Да всего! Откуда такой, как так хорошо с древним железом управляется (а не... Ох, не хотелось бы за ещё одним владельцем монеты приглядывать!), ну и что он так... Впечатлил тот поступок бывшего вора — не каждый день его худосочных и не самый живучий своим телом от врагов заслоняет! (ну и потому насчёт возможной монеты лишь приглядывать...)
Но он решил присоединиться к Блеске в попытке музыкой поднять упавшее настроение людям откуда-то из подвала. Благое дело.
А что Том? Ну, есть ещё одна личность... Да и пить хотелось.
— Есть что на травах или просто молоко, добрый человек? Обет Чистого Взора принес, так что лишь это, — небольшой вопрос трактирщику, ну и... Чтобы непонимания не было, когда он от доброго эля и прочего отказывался. Если проще — обет трезвости, чтобы не туианить рассудок и взор с ним. И это правда, ведь монеты сотворяют нечто отдаленно похожее с разумом. И Томасу было разумно принять подобный обет ради противостояния этому злу.
— А доброй леди..? — молодой священник повернулся к Рие. Ну и... Как её воспримут? Не все поймут,ьчто она от Тирана сама ушла, а не... Много что придумка на думать могла, и всё — неправда,