[FD] Suith Kynthuaisi | ходы игроков | I. Oriour ae shob

  Ни крики, ни ветки, ни даже огненные шары не привлекли внимание кхаэкурона. Даже его жертва, кажется, на них внимания не обратила – она все стремилась вперед, пока, наконец, холмик не исчез, даже когда хищник отлетел. Кажется, твоя товарка по несчастью израсходовала все силы, и скоро «уронит» даже свою последнюю защиту. И тогда ты решила поджечь траву, здраво решив, что уж пожар-то точно отвлечет внимание мантикоры.
  Первый огненный шарик, ударившись о какой-то кустик, просто исчез – ровно также, как если бы ты его запустила в голубые небеса. Но ты была упряма, и уже вторая атака заставила траву вспыхнуть: слишком быстро и слишком сильно, словно бы она была сухостоем. Но странности на этом не закончились – треск огня и запах дыма появились только через ударов десять сердца, не меньше. А еще через какое-то время кхаэкурон, досель не обращавший на огонь внимание, резко вильнул в сторону, разорвав тишь оглушительным злобным ревом.

  Ты не стала ждать, когда он набросится на тебя, и рывком, сделавшим бы честь любой ведьме, ринулась к лесу. Хищник не сразу среагировал, и сильно отстал, а потом и вовсе стал удаляться. В прыжке нырнув под куст, ты увидела, как зверь мечется между огнем и тем местом, где ты стояла, растерянный и злой. Спасенной за клубами дыма не было видно, и ты уж было решила, что не узнаешь, что с ней сталось, как среди деревьев локтях в пятиста слева мелькнула похожая на эльфийскую фигура. Еще пару раз ты ее видела, а потом она совершенно скрылась в чаще. Как бы то ни было, можно было с уверенностью сказать, что твое «огненное выступление» даром не прошло – ты не только спаслась от мантикоры сама, но и спасла другую девочку.
  Над тобой плотно смыкались кусты, практически образуя крышу, украшенную алыми шариками неизвестных ягод, а за спиной громоздилась старая, густая чаща, полная темноты от смыкающихся крон высоченных, в три охвата взрослого эльфа, деревьев, вывороченных корней, упавших стволов и китараи весть, каких обитателей. Шума спасенной ты не слышала, хотя и предполагала направление, где та могла бы быть, равно как не слышала и пения птиц, отдаленного звериного рева и иных звуков живого леса. Чащоба, словно затаившись, ждала тебя – но вот зачем: чтобы спасти, или чтобы растерзать?
  Узнать это можно было, только ступив в эту обитель вечного сумрака.

Попытка отвлечь была в итоге Каэлирой не брошена только потому что с каждым новым усилием было жалко потраченных сил: внутри разгорелся какой-то ожесточённый азарт, агрессивное желание выяснить — да что же Хаос возьми теперь нужно сделать, чтобы мантикора обратила на неё внимание?!

Речь шла уже даже не о каком-то благородстве или выгоде, Душа Тени натурально взбесилась как маленькая ведьма — Латкейр бы сейчас наверняка утёрла слезу гордости, если бы была способна плакать! — и действовала исключительно импульсивно, не думая о последствиях.

И когда ей это наконец удалось, и всё получилось... спокойствие не пришло. Потому что неизвестная скрылась где-то в лесу, совершенно не попытавшись отблагодарить свою спасительницу! Такое стерпеть было нельзя, и Каэлира громко выкрикнула "Уф!", дав выход собственному раздражению.

— Эй, ты куда! — выкрикнула девочка в чащу леса. — Это я тебе помогла, вернись!

Ничего другого делать не оставалось, как пойти неизвестную искать. Теперь к тому чтобы объединиться в прохождении Испытания прибавилось ещё и иррациональное в такой ситуации желание получить заслуженную благодарность — что она, зря что ли старалась! Пыша раздражением, Душа Тени двинулась в сторону, где последний раз видела неизвестную, продолжая периодически окликать спасённую, в надежде что у той, может быть, проснётся совесть.

  Чем больше ты углублялась в лес, тем более странным он тебе казался. Слишком много под ногами бурелома, слишком острые ветки торчат в разные стороны, слишком густые кроны закрывают небо. Да все здесь было «слышком» - особенно черная неблагодарность той, кого ты, на минуточку, спасла от верной смерти. Упрямая, ты перебиралась через одни упавшие деревья и обходила другие, продолжая взывать к спасенной.
  миновав паутинные заросли, преграждающие путь, ты подлезла под склоненные еловые ветви, практически образовавшие шалаш, и снова закричала. Наконец, тебе ответили – и хорошо, что не паучьим перестуком жвал. Из темноты ветвей с другой стороны толстенного, в три твоих охвата, дерева раздался шорох, а потом ветвей на уровне твоей груди выглянула взлохмаченная голова:
  - Тс-с-с-с! Че орешь? Вдруг кто услышит? – раздался громкий шепот.

  Раздвинув ветви, говорившая вышла, встав прямо перед тобой. Спасенная была немногим старше тебя, но была такой тоненькой, что, казалось, ее может уронить порыв ветра. Одета она слишком легко – в порванную в нескольких местах легкую шелковую тунику с дорогой серебряной вышивкой по подолу и вороту. Но все это великолепие окончательно убивали здоровенные дырки в районе ключиц, где ткань была вырвана с корнем: судя по всему, здесь дополнительно крепился красивыми складками плащик, который покинул свою хозяйку явно неожиданным и насильственным образом. На щеке девочки багровела длинная царапина, а ухоженные черные волосы, чьи кончики были выкрашены ядовито-зеленым, напоминали воронье гнездо.
  - С чего ты решила, что ты мне помогла? Дым что, твоя работа? – смотрела говорившая подозрительно, но, вроде как, без злобы. Да и угрозы ты от нее не ощущала.

  А потом произошло странное. Ты представить себе не могла, что ветер Ульгу может доносить до тебя обрывки чьих-то разговоров, но, тем не менее, услышала чьи-то голоса. Не ушами, нет – они словно шептали где-то у тебя в голове, на краю сознания, и каждое слово отдавалось легким, еле заметным прикосновением тени.

  «С кем она разговаривает?»
  «Встретились. Так не должно…»
  «Правила… запрещают…»
  «Да я для простоты… одинаковые… кто же знал, что…»

  Что девочка перед тобой, что еловые лапы рядом с ней зарябили, словно ты смотришь на них, быстро-быстро моргая, а мир на краю зрения поплыл, стал смазанным. Все это длилось несколько секунд, а потом все пришло в норму.

  «Прекрати, новое… дольше, чем…»
  «…тогда скажем…»
  «Или, может, просто…»
  «Нет, проблем будет больше. Оставим, как есть, и…»
  «Хорошо!»
  «Будешь должна. Язык сотрешь извиняться, и, к тому ж…»

  Все резко прервалось – и голоса, и песнь Ульгу на краю осознания. Ощущение было такое, словно тебе у уха резко хлопнули в ладоши, на секунду оглушив. Твоя собеседница, кажется, ничего не слышала, или, по крайней мере, не подала виду, что слышит. Напротив, она, чуть нахмурившись, посмотрела на тебя и все тем же громким шепотом уточнила:
  - Ты здесь? У тебя взгляд на несколько ударов сердца стал, как стекло. Ты нормальная? Тоже Испытания проходишь, что ли?

Каэлира моргнула. Потом моргнула ещё раз. Затем рука сама собой потянулась, чтобы себя ущипнуть и остановилась только потому что до неё наконец дошёл вопрос незнакомки, и она вообще "вернулась" в реальность. Хотя теперь Душа Тени была вновь не уверена, что всё-таки настоящее, а что нет. Она уже познакомилась с демонами в коридорах, которые не оставляли никаких сомнений в своей "настоящести"... и теперь этот странный разговор, как будто из ниоткуда, ещё и странный такой. Причём тут язык? Неизвестную что, заставят благодарности долго говорить?

Юная друкхари потрясла головой, растрясая мысли. Всё случилось так быстро, было так странно, что у неё на секунду вместе с мыслями в голове закружилась и сама голова тоже. Захотелось куда-нибудь присесть и немного выдохнуть, но над ней нависала тонким ивовым саженцем спасённая и требовала ответов.

— Моя, моя, чья же ещё? — буркнула девочка, рефлекторно растирая виски — голова всё ещё шла кругом. — Или ты думала тебе сама Морати помочь решила?

Язвительность помогла немного успокоиться. Да, точно, они тут на Испытаниях.

— Ну да, прохожу... — пробормотала Каэлира. — Здесь я. Нормальная, нормальная, просто голова закружилась что-то. Может быть, слишком много сил потратила, чтобы мантикору отвлечь...

Не говорить же, что слышала голоса какие-то? После такого она бы и сама себе не поверила, если бы сразу за этим сказала что она нормальная. Да и какие-то подсознательно уловленные истины от наставничества Айлинн, видимо, помогли понять, что об этом разговоре лучше пока помолчать.

— Уф... а что с этими Испытаниями, что дальше делать-то? Где мы? — вывалила свою порцию вопросов Каэлира, чтобы увести разговор в сторону. — Да и кто нас тут может услышать? Лес кругом.

  - Ну, Морати не Морати, а кхаэкурон появился неожиданно, точно также, как и этот дым, - пожала плечами спасенная, присаживаясь рядом с тобой на корточки. – И неизвестно, кто еще может также неожиданное появиться. Как будто в лесу нет зверей, которым мила друхарийская плоть, и которые могут сбежаться на шум. У меня вот резервы почти пустые, между прочим, а воинов, которые могли бы меня защитить, здесь нет.
  Поерзав, девочка, кажется, поняла, что комфортные условия от нее также далеки, как и помянутые воины, и, с горьким вздохом отряхнув землю от иголок, села на попу, вытянув одну ногу и обняв колено второй. Попытка поднять взгляд к небесам закончилась для нее только тем, что взор уткнулся в заслон из ветвей, за которым ничего не разглядеть. Это спасенную не устроило, и она снова внимательно посмотрела на тебя.
  - Вот я и говорю – лучше не орать. Я, когда проснулась на утесе, сначала громко обозначила свое недовольство – так на меня гарпии налетели, еле отбилась. Не хочу повторения!

  Уткнувшись носом в подтянутую поближе коленку, девочка продолжила говорить, но теперь ее речь стала более глухой и не всегда понятной:
  - А куда нас отправили, я даже представить себе не могу. Куда-то на западное побережье, наверное – там дикие земли и мало друхари. Там, наверное, - кивнула она в сторону гор, - Гулуах Ронди, Западные горы, а за ними – Стеклянные острова и Расколотые земли. Если это вообще не один из островов, вроде острова Великих Зверей.
  В любом случае, надо отсюда выбираться, - пожала она плечами. Найдем хоть кого-нибудь из сородичей – потребуем, чтобы нас отвезли в Гронд. За хорошее вознаграждение они это точно сделают – а это я пообещать могу. Ну и тебя с собой захвачу заодно, раз уж ты мне немного помогла.

  Подергав зачем-то ветку над головой, девочка получила сверху целый дождь из сухих иголок. Недовольно фыркнув, она зло посмотрела по сторонам, словно сама природа была виновата в ее ситуации, и внезапно сменив тему, заявила:
  - Меня зовут Арэсуит*, кстати. Я из самого Наггаронда. А тебя?

— Это я подожгла траву, — коротко пояснила Душа Тени. — Я немного умею управлять ветрами Акши и Ульгу. А ты?

— Так далеко?! — вытаращила глаза девочка в ответ на предположения новой знакомой. — Разве это возможно? Впервые слышу о таком...

Большинство названий Каэлира даже слышала впервые, отчего сразу стало неуютно. Усевшись напротив Арэсуит, она некоторое время потрясенно полчала, покачиваясь из стороны в сторону и пытаясь всё это переварить. Нет, невозможно! Даже ремарка про "немного помогла" в итоге пролетела мимо острых не только формой, но и слухом ушек Каэлиры — настолько девочка опешила.

Душа Тени глубоко вздохнула, собираясь с духом и подняла взгляд на Арэсуит. В голове что-то звонко щелкнуло: точно, она же забыла представиться в ответ!

— Каэлира. Я из Каэльдры,— пробормотала друкхари, кусая губы. — Так ты думаешь, наше испытание теперь — добраться обратно?

  После твоих слов о возможности управления двумя Ветрами сразу Арэсуит впервые посмотрела на тебя с явным уважением. Она явно оценила твои способности, и сочла, что их наличие сразу делает тебя более достойной. Было ли тому причиной еще полудетское удивление или почти взрослый расчет, ты не знала, но изменившийся тон сразу дал тебе понять, что ты не зря рассказала о своих талантах:
  - Надо же! Я слышала, что редко кто имеет сродство более, чем с одним Шет*! Меня слушается только Гиран – ветер жизни и плодородия. Да, я знаю, что Нефритовый ветер чужд нашему сообществу, - она с подозрением посмотрела на тебя, ожидая колкости, - и больше подходит слабым сородичам с Ултуана и дикарям-азраи, но нам ли оспаривать решение Китараи, наделивших меня этой близостью? К тому же, - объяснения все больше начали походить на оправдания, - я уже знаю, что Гиран в наших руках совсем иной, чем у низших. Мы не забываем, что нет плодороднее почвы, чем там, где пролита кровь, и что смерть освобождает не только Аметист, но и Нефрит! Так что Гиран может быть Гневом Природы и фер… фертильностью, - плохо знакомое слово явно далось девочке не без труда, - а не только цветочками и урожаем!

  После того, как ты перевела тему на географические вопросы, Арэсуит немного поуспокоилась. Разведя руками, она всем видом дала тебе понять, насколько не уверена в своих выводах. Однако, не ограничившись одними лишь жестами, маленькая колдунья уточнила:
  - Возможно, и не там. Я плохо представляю себе, что такие земли могут быть в более обжитых местах. Но вряд ли мы за пределами Наггарота – иначе шансы вернуться назад тают, как жизнь после вспоровшего шею кинжала. У старших колдуний нет цели нас всех убить на Испытаниях – по крайней мере, я так думаю, - Арэсуит прикусила губу и нервно подергала длинную прядь. – Так что мы там, одкуда можем выбраться, не слишком уж рискуя собой.
  Нас, наверное, или чарами усыпили, или каким-нибудь ядом, разлитым в воздухе, а потом перенесли туда, где мы и очнулись. Магией или руками – не представляю. И теперь да, наше Испытание – снова явиться к Старшим и показать, что мы в состоянии преодолеть все тяготы ради учебы. Как этот тоннель с демонами, например.

  Когда ты рассказала, откуда ты, собеседница нахмурилась, силясь припомнить, но быстро бросила эту затею, решив просто уточнить:
  - Каэльдра? А это где? Маленькое поселение какое-то?
  Ты ответила, что это одна из северных сторожевых башен, и Арэсуит присвистнула:
  - То есть ты из семьи изгнанников? Повезло тебе, что есть талант к магии! Иначе бы так и жила среди неудачников, и быстро умерла бы! Кста-ати, - она подалась вперед, - ты же не из простонародья, верно? Твои родители, хоть и изгнанники, из знати? Мне так кажется, потому что ты общаешься со мной на равных, да и держишь себя хорошо, уверено. И речь такая, - она неопределенно махнула рукой, - правильная, не как у слуг или работорговцев. Или того хуже, - хохотнула друхари, - корсаров, которые известные сквернословы!

При упоминании тоннеля с демонами Каэлира опять поёжилась, чувствуя как поднимается "гусиная кожа". От того воспоминания она всё ещё до конца не отошла, и не смогла бы ответить однозначно, спроси её вдруг кто, что хуже — тот коридор или же ситуация сейчас. А вот вопрос про происхождение застал её врасплох. Некоторое время Душа Тени молчала, невидяще уставившись куда-то за Арэсуит, пытаясь собраться с мыслями. Она знала, что Анаст-Менлу ей приёмная мать, но она никогда не задумывалась о том, откуда она вообще — просто не было времени, то укрываясь от гнева Менлу, то в попытках ей угодить. Совсем недавно только Каэлире удалось сбросить этот ошейник, что держал её очень крепко, будучи не физическим, а психологическим, и до конца она этой свободы ещё не распробовала.

— Конечно, — наконец кивнула Душа Тени, стараясь не подавать виду, как озадачил её вопрос Арэсуит. — Откуда ж ещё-то?

— И вовсе на башнях не только неудачники живут! Да, там у нас есть завистливый паук Каэльдор, но кхар Айлинн и фэйн Каэшари очень умные, а кхамэйб Латкейр самая опасная воительница которую я знаю, — с вызовом прибавила Каэлира, обидевшись за башню, которую считала "своей", и тех кто там её обучал.

Упоминание коридора с демонами заставило всё-таки девочку решиться озвучить предположение, которое она сначала решила придержать при себе.

— Вообще... вообще, — повторила Каэлира, собираясь с духом, а затем громко зашептала: — Может быть, это как и с демонами? Мне показалось, я слышала чьи-то голоса... они спорили, будто были одновременно близко и далеко от нас. За нами, похоже, наблюдают.

— Впрочем, что с этим делать, я не знаю. Давай попробуем двигаться дальше, как ты и сказала, — подытожила Душа Тени. — Может быть, нам просто нужно сколько-то продержаться здесь?

  Слушая твои дифирамбы башням и их обитателям, Арэсуит криво усмехнулась – на нее все эти слова явно не произвели никакого впечатления. Тем не менее, ответ ее был уже более благожелательным, словно твое уверенное утверждение о происхождении от знати имело для нее важное значение. В принципе, ты слышала, что жители городов крайне ценят родословную, но знала это только в теории: в башнях род был важен, но куда важнее были твои таланты и умения, во многом потому, что за спиной не стояла когорта ближних и дальних родичей, которые с удовольствием «сожрали» бы тебя сами, но от нападок чужих защитили хотя бы ради того, чтобы не демонстрировать слабость семьи.
  - Это хорошо, значит, мне не зазорно с тобой общаться. Мой отец, - гордо заявила она, - один из дворян столицы, алхимик и мастер ядов, добрый знакомый жрецов Храма Кхейна, чьего таланта ищут даже члены Совета и полководцы. Однажды он даже удостоился приема у самого Малекита, и ушел на своих ногах! – последнее, судя по всему, было не менее почетно, чем интерес всех иных друхари вместе взятых.

  Перебравшись поближе к тебе, Арэсуит досадливо вытащила из волос шишку и, смерив ее раздраженным взглядом, отбросила в сторону.
  - Голоса? – она сдвинула брови в задумчивости. – Не, не слышала. Ну, в теории, они могут за нами наблюдать на расстоянии, наверное? И обсуждать, не совсем ли мы провалились? Или близки к выбору правильного маршрута…
  Отодвинув ветки, Арэсуит поднялась и протянула тебе руку:
  - Давай попробуем идти… - она отмахнула в противоположную от гор сторону, - туда!

  …Бурелом и острые ветви, паутина и непонятное рычание в стороне, ямы с обугленными краями и непролазный кустарник делали ваш поход крайне долгим, сложным и муторным. Ты уже не понимала, в каком направлении идешь, но твоя новая знакомая, кажется, ориентировалась лучше – или, может быть, считала, что ориентируется, и упрямо двигалась в одном ей понятном направлении.
  Прошло около часа. Лес и без того был погружен в сумрак, но через кроны нет-нет, да проглядывали светлые кусочки неба, позволяющие хоть как-то ориентироваться. А потом внезапно настала ночь, упавшая так резко, словно светильник в темной комнате задули. Причем ночь эта была такая глухая, что даже хваленое эльфийское зрение не пробивало черноту. Откуда-то сбоку послышался напряженный, немного сдавленный голосок Арэсуит:
  - И-и… И что это случилось? И что нам делать? Главное, - ты услышала, как дрогнул ее голос, - я никогда не читала о таком, чтобы ночь падала вот так сразу, и так непроглядно! Может, - она сглотнула, - они нас засунули на границы царства Хаоса? Может, возьмемся за руки? Ну, на всякий случай?

  Последнее заблуждение ты могла развеять сразу – с вершины Башни ты видела земли Искажения, и этот лес на них точно не походил. Да и смена суток никогда не происходила не столь противоестественно. Так что одной теорией из возможных было меньше.

Каэлира решила довериться своей новой знакомой, потому что она была старше, и по крайней мере поначалу производила впечатление что знает об испытаниях больше. Так что решение двигаться по лесу она не оспаривала. Впрочем, оно удачно согласовалось и с её планом тоже. И вдвоём по крайней мере не так страшно. К сожалению, долго это небольшое воодушевление не протянуло и было прервано самым бесцеремонным и внезапным образом: опустившейся тьмой, которая Арэсуит, очевидно, напугала. Напугала, впрочем, она и Каэлиру. Хотя та привыкла прятаться во времена, когда Анаст-Менлу над ней имела большую власть, и потому наверное Ульгу ответил ей взаимностью, сейчас это было совсем не то. Неестественно, непонятно, тревожаще.

— Я не видела ничего такого в землях Искажения, — шепотом возразила Каэлира, пытаясь осмотреться по сторонам, без особой надежды что-либо увидеть. — И даже там ночь не падает так быстро.
—Но ты права, давай возьмёмся за руки, — Душа Тени протянула свою первой, поняла что Арэсуит наверное её не увидит и попыталась нашарить руку новой знакомой сама. — Если ты права, и это как с коридором, то всё что нам остаётся — это идти, правда?

Одну попытку разогнать навалившуюся тьму друкхари всё-таки предприняла: попыталась призвать Акши и осветить себе дорогу. Но в остальном... в остальном, похоже, выбора у них не было: только идти, пытаться выбраться из зоны этого наваждения.

  - Я-а-асно, - протянула Арэсуит, и голос ее недвусмысленно дрогнул, - Не нравится мне это, ой не нравится! Куда же нас забросили тогда? Это должно быть место, откуда мы в состоянии добраться до Гронда, так или иначе!
  Создавалось впечатление, что девушка ищет в своем громком голосе эдакую опору – типа, пока я слышу свои слова, все в порядке. Впрочем, одного голоса ей явно было мало – после некоторого шуршания по сторонам и твоих наводящих подсказок ты почувствовала, как на плечи легли чьи-то холодные руки. После недолгих выяснений стало ясно, что это именно твоя новая знакомая – и отпускать тебя она не намерена. Хотя согласилась ослабить хватку и переместиться к предплечью, пока ты колдуешь – и на том спасибо.

  После нескольких манипуляций с Акши ты все же сотворила небольшой огонек. Тьму разгонял он крайне слабо, но позволял хотя бы смотреть под ноги, чтобы не споткнуться о ближайшую ветвь. Ну и окружение можно было изучить, если приблизиться к нему. Последнее, правда, оказалось совершенно бесполезным – деревья в чернильной тьме совершенно не отличались от того, какими они были при свете дня, и даже ковер травы и мха под ногами был все тот же.
  Оставалось только идти вперед.

  В итоге вы с Арэсуит скооперировались – ты подсвечивала дорогу, а наггарондка своими чарами убирала самые тяжелые преграды. В итоге, помогая себе магией, вы двигались не слишком медленней, чем днем, и, наверное, даже более по прямой, хотя никаких ориентиров, чтобы проверить это, не было.
  Голода ты пока не чувствовала, хотя от перекуса не отказалась бы – к счастью, перед самым прибытием в Ковенант вы с Айлинн плотно поели. Да и устала не особо – пробежка по Башне от подвала до верхней площадки была куда утомительней. В целом, это все соответствовало, по твоим прикидкам, нормальной реакции организма. А вот то, что без света не становилось холоднее, было неправильно – даже дома с наступлением ночи становилось ощутимо холоднее, а здесь должно было быть зябко и подавно. Но нет – температура не изменилась.

  Минут через десять Арэсуит дернула тебя за руку:
  - Все, привал! Мне надо подумать, что делать. А то так можно идти бесконечно. Может, взобраться на высокое дерево, и оттуда оглядеть лес, чтобы сверить маршрут?

  Где-то на краю слуха тебе снова послышался какой-то вздох и шепот, после чего в темноте внезапно раздался с трех сторон леденящий душу громкий волчий вой – как будто звери вас окружили, и все плотнее сжимали кольцо. А следом одна за другой начали загораться пары желтых глаз. Одна… Две… Три… Семь. Вой продолжался, но волки, если это были они, пока не приближались.
  Твоя союзница выдохнула: такое ощущение, что с облегчением, словно досель опасалась, что во тьме поджидают гораздо более страшные угрозы.
  - Волки! Если подберутся, я задерживаю их – ветвями, корнями, а ты атакуешь?

  Вой стих, и огоньки немигающих глаз начали приближаться.

— Но как мы будем сражаться в такой темноте! — воскликнула Каэлира, в отличие от подруги совершенно не успокоенная тем что на них позарились "всего лишь волки". — Я ничего не вижу, а они нас чуют!

Закусив губу, Душа Тени лихорадочно соображала. И тут до неё дошёл наконец смысл недавно сказанных Арэсуит слов: дерево! Там их не достанут!

— Давай залезем на дерево, а там уж посмотрим, — затараторила Каэлира, нервно притоптывая, — оттуда можно будет и отбиваться, как ты сказала, и осмотреться. И во всяком случае они нас там не достанут. Кто знает, сколько их в темноте, я не знаю, справимся ли мы!

  - Думаешь? – удивилась Арэсуит. – Ну хорошо, давай!

  Как оказалось, сказать легче, чем сделать. Твоя новая знакомая, видимо, не обладала такой обширной практикой по прятанью от суровой матери, или просто не была настолько ловкой, и поэтому никак не могла нормально уцепиться за ветвь и подтянуться. И, если бы не тот факт, что нижние ветви росли достаточно близко к земле, пришлось бы тебе спускаться и подсаживать ее, рискуя быть съеденной, ну или оставлять на растерзание зверям. В итоге ты вынуждена была лечь на толстую ветвь. Обхватив ее одной рукой, а другую протянуть стучащей зубами Арэсуит, подтягивая ее наверх.
  Вы успели вовремя. Забравшись по стволу метра на два и устроившись в широкой развилке, вы видели, как желтые глаза окружили дерево и замерли, чего-то ожидая: видимо, рассчитывали, что рано или поздно вы сами спуститесь. Тяжело дышащая «природница», чья ффигура едва угадывалась в неровном свете твое огонька, сложила из пальцев замысловатую фигуру и продемонстрировала ее сидящим внизу волкам со злым: «Х-ха!». Словно в ответ на ее жест, поодаль снова раздался вой, и примерно на том же расстоянии, где вы впервые заметили волков, зажглись новые хищные глаза. И они тоже начали приближаться, готовясь, видимо, образовать вокруг дерева новый круг охотников.

  Поджав ноги и ухватившись за ветку, маленькая друхари повернула к тебе лицо и задумчиво протянула:
  -Смотрю я вниз и думаю, что все это как-то противоестественно. Особенно с этими твоими словами о голосах. Может быть, мы не просто видим иллюзию, а пребываем в ней? Это бы объяснило все странности. Каэлира, ты, раз близка с Ульгу, можешь попытаться ее развеять?
  Хотя, - перебила она саму себя, - вряд ли проверка была бы такая, что под силу только «теневицам». Есть мысли, как можно преодолеть обманку, используя силы другого Ветра, или в принципе без них?

— Ннн... не знаю, — пропыхтела Каэлира, пытаясь устроиться на своей ветке поудобнее — по крайней мере, не животом на неё ложиться, потому что пока она тянула Арэсуит, та так сильно надавила на него, что похоже там что-то прищемила, и теперь живот болел тянущей болью, которая мешала сосредоточиться. — Н-наверное...

— А что твой ветер может? Ну кроме того чтобы тебя укрывать? — попыталась наконец собраться с мыслями. — Сначала нас хотели напугать. Потом посмотреть, каковы мы в бою. А что сейчас они хотят у нас проверить?..

Душа Тени с опаской глянула вниз, в море голодных горящих глаз, и поёжилась. Захотелось домой с новой силой — и не столько от страха перед опасностью (она почти уверилась в предположении напарницы что это иллюзия), а от собственной беспомощности. Ничего она не понимала и не знала, что делать с полученным знанием! Но всё же, попыталась при помощи манипуляций с Ульгу воздействовать на окружение. Что именно делать девочка не знала — или в панике забыла, что Анаст-Менлу говорила насчёт развеивания иллюзий — но попытаться всё-таки стоило. И начала она с окружавшей темноты — вот она точно была неестественной, раз Акши ничего сделать с ней не смог.

Тем не менее, что-то её беспокоило. Странное ощущение, что куда бы они не пошли, нашёлся бы очередной монстр. Мантикора в поле. Волки в лесу. Что если это тоже часть загадки, что никак не поддаётся решению?

  Кажется, твой вопрос задел Арэсуит – вообще девочка очень болезненно относилась к любому вопросу о своей редкой для друхари силе, видя в них толи попытку уязвить, толи нападку. Волшебница недовольно фыркнула, сумев вложить в этот звук целую гамму чувств, от возмущения до пренебрежения, после чего горделиво заявила:
  - Он может все! И укрывать меня, и нападать на врага, даже будучи невидимым, из-под земли, и захватывать его живым, если мне то нужно, и заставлять страдать, если только того я пожелаю! Он помогает менять токи жизненных сил в организме, исцелять раны и давать заряд бодрости, увеличивать витальную силу и продлять удовольствие от жизни, и даже повышать плодородие земли и друхари!

  Сказанное звучало, как по писанному, но той глубокой внутренней уверенности, когда эльф говорит о том, в чем действительно умел, не было даже близко. И следующие слова Арэсуит это подтвердили, прозвучав к тому же с долей стыдливости:
  - Правда, большинство из этого я не умею. Но это пока что! А когда смогу, тогда… - девочка мечтательно вздохнула.

  Молчание затягивалось, и ты повторила свой вопрос. Со стороны напарницы послышалось шебаршение, как будто она устраивалась поудобнее, а потом раздался неуверенный ответ:
  - Ну, может, находчивость? Или выдержку? Или умение справляться с разными трудностями? Или силу духа, чтобы мы не заплакали и сказали, что никуда больше не пойдем? Или просто убрать самых слабых? – тут Арэсуит немного приободрилась, словно уверилась в озвученную теорию. – А действительно, слушай! Нас точно больше, чем готов учить Ковенант! Ну, не будут же мэтрессы заниматься с таким количеством слаботалантливых девочек! Вот нас и закинули в разные места, и, когда умрет достаточное количество, тех, кто выжил, заберут обратно! Чем не вариант?

  Пока природница развивала эту мысль, ты попыталась как-то воздействовать на окружение с помощью Ульгу. Неестественная Тьма, первая, с которой ты попробовала взаимодействовать, не поддавалась – такое ощущение, что твой Ветер бил в огромную нерушимую стену. Но вот когда ты отпускала энергию в свободное течение, то сразу возникало странно передаваемое словами ощущение, будто ты пытаешься изнутри раздвинуть пузырь – и он постепенно поддавался, пока продолжалось воздействие. Но стоило твоей магии ослабнуть, как ощущения «пузыря» пропадали, и попытки его «раздвинуть» начинались с начала.

Каэлиру заметно "встряхнуло", когда Арэсуит принялась сыпать своими предположениями. Слишком разумно звучали слова её новой знакомой. Слишком похоже на то, как рассуждали в её мире взрослые. Чтобы немного успокоить себя, девочка ещё раз попыталась вспомнить, через что они уже прошли. Та колдунья говорила о том что они прошли уже четыре, пятое было — поразить мишень. Значит, сейчас идёт шестое? А может, не только оно?.. Всё-таки, в восприятии Каэлиры всё, что она перед этим сделала — прошла через коридор, да поразила мишень. Скорее всего, сейчас не их боевые навыки проверяли — хотя, конечно, точно было сказать нельзя. Двенадцать испытаний всё же, и юной друкхари было сложно представить, что каждый раз можно проверять. Могли и по нескольку раз пройти.

Но разве справилась бы она одна с кхаэкуроном? Это больше походило бы на убийство. Каэлира вновь вздрогнула, осознав, что таким образом положила ещё одну гирьку на часу весов Арэсуит. Впрочем, почему тогда волки, которые, как известно, по деревьям лазать не умеют? Послали бы каких-нибудь птиц или того, кто умеет... медведя, какого-нибудь. И почему темнота?

От всего этого голова разболелась, и Каэлира, кажется, даже всхлипнула. Впрочем, этот же собственный всхлип заставил её встрепенуться и немного прийти в себя: не хватало ещё расплакаться при Арэсуит!

— Может ты и права, — сглотнув, наконец заговорила Каэлира. — Но сидеть на месте я просто так не могу. Может, можно с этой темнотой что-то сделать?

Девочка с опаской взглянула вниз, и пересела на ветке ещё раз. Потом прицелилась — и швырнулась вниз Акши. Без особой надежды, просто проверить — волки ещё там?

  - Может и можно, - покивала Арэусит на твое предложение, заинтересованно смотря вниз. – Вот только как? У меня пока ни одной здравой идеи нет. Я слыхала, конечно, что азраи могут ходить по Корням Мира так, что спускаешься ты к ним в одном лесу, а через неделю выходишь в другом, пройдя в деяток раз большее расстояние, причем даже под океаном. Но я не азраи, и такими навыками, - ты могла представить, как она, говоря это, недовольно дергает краешком рта, - не обладаю. А если бы и обладала, то маршруты мне не знакомы.
  Огненный шарик тем временем врезался в траву и, затухая, осветил два круга волков, терпеливо и неподвижно, как каменные статуи, ждущих свою добычку. Было их толи два, толи три, толи вовсе все четыре десятка – одним словом, много. Но пока они только зыркали здоровенными глазижами и сидели без движения. Надолго ли, тут ты ответить не могла. Но, с учетом всех перипетий этого похода, такое «спокойное» ожидание вряд ли продлится надолго.

  - Может, попробовать приложить все силы к одной точке, и попытаться пробить дыру? Если это иллюзия, конечно. Ну, как вскрывают латный доспех: там, где не справится изящный клинок, поможет острый тонкий стилет, попавший в щель между доспехами. Правда, - парировала самой себе Арэсуит, - если догадка не верна, мы вовсе останемся без магии.

  Тем временем ты продолжала эксперементировать с «пузырем» - достаточно осторожно, чтобы опасения знакомой не стали свершившимся фактом, но достаточно напористо для того, чтобы удостовериться, что чем больше сил ты вливаешь по местности, тем сильнее «пузырь» растягивается. Но пока что силы нажатия изнутри для успеха не хватало. Попытавшись построить аналогии на основании имеющихся у тебя немагических знаний, ты могла предположить, что практически полное опустошение резерва позволит этому пузырю натянуться настолько, что он лопнет – сам, или от точечного воздействия небольшим резервом сил: ну, так, как Арэсуит говорила о стилете и доспехе.
  Оставалось только решить, нужно ли тебе это, и, если да, следует ли пробовать самой, или пытаться подбить на проверку соседку по ветке.

Каэлира тем временем пребывала в смешанных чувствах касательно своего открытия. Конечно, пригласить на помощь Арэсуит было очевидным решением, но... разве они не должны были справиться с этим заданием в одиночку? Как девочка успела подслушать, они не должны были встретиться, а раз так... значит ли это, что она не смогла бы в одиночку пройти испытание? Звучало обидно, даже с учётом всего происходящего!

Чем больше обо всём этом Душа Тени думала, тем сильнее болела голова. Волки были на месте, но если бы от них ожидали решительных действий, возможно наслали бы всё же кого-то, кто мог достать их сверху? Уф! Каэлира в сердцах стукнула кулаком по шероховатому стволу дерева и ойкнула, когда в ладонь уткнулся сучок. В отчаянии, она зажмурилась и попробовала сделать ещё одно: громко (ну, насколько "про себя" может быть громким) заявить, что это всё ей кажется. Ведь если их физически занесло куда-то, голос бы она точно не услышала, верно? Значит это всё-таки очень странное и осязаемое, но — наваждение. Возможно, если себя достаточно сильно убедить что это всё ей кажется — сработает?

Ну а вернуться к раздвиганию пузыря всегда можно успеть... наверное. Если она не ошибается, конечно.

  Со стороны Арэсуит раздалось шуршание, а следом – напряженное сопение. Кажется, девочка тоже решила попробовать иллюзию, если это, конечно, была она, на прочность. Ты же решила попробовать справиться с наваждением одной силой своей воли. Как оказалось, «громко подумать» о чем бы то ни было – задача нетривиальная. Для этого надо было сосредоточиться, а этому, как на зло, все мешало – бурчание Арэсуит, равномерное ритмичное шуршание листвы, неудобная поза на ветке и все тому подобное. Постоянно в разуме, помимо требуемого утверждения, роились иные мысли и чувства, и сконцентрироваться на одном-единственном ну никак не получалось, хоть ты тресни.
  Возможно, сосредоточению помогла бы медитация, которую практиковала Анаст-Менлу, но что за ней крылось, помимо позы, которую на дереве ну никак не займешь, ты не знала. Не помогло ни зажмуривание, ни затыкание ушей. А, может, и сама идея была не столь эффективна – кто знает? Как бы то ни было, твои попытки убедить кого-то или что-то, что все вокруг – лишь видение, остались бесплодными.

  Оставалось одно – работать с «пузырем». И ты начала спокойно и плавно наращивать силу давление, перекачивая резерв из себя в окружающую «действительность». Вскоре закружилась голова, а лоб покрылся бисеринками пота. Во рту появился неприятный медный привкус крови, а руки начали подрагивать, словно ты весь день фехтовала с ведьмами. Но ощущения от «пузыря» стали еще более зыбкими и ломкими, и ты продолжила давление.
  Наконец в ушах раздался громкий резкий лязг, как будто сотня воинов в один миг ударила мечом о железную кромку щита, и тьма вокруг опала. Буквально за одно моргание – вот она была, а вот ее нет. Яркий свет бил по зрачкам, не позволяя рассмотреть ничего вокруг, в ушах все гудело, словно кто-то дул в трубы, язык стал напоминать неподъемное бревно, а общее состояние было такое, словно тебя долго и упорно били палками, а потом заставили пробежать десять полетов стрелы без остановки.

  Самым краем слуха ты уловила чье-то удовлетворенное: «Еще одна. Долго соображала». «Но долго продержалась», - возразил ей еще один голос.
  К губам поднесли что-то холодное, и снова прозвучало требовательное: «Пей». Ты исполнила требование, и стало немного легче – зрение еще не вернулось, но слабость и боль ушли, хотя ты по-прежнему ощущала себя кувшином, из которого впервые вылили всю воду. Да и речь, кажется, вернулась.

  Ты предпочла приходить в себя, не пытаясь совершить лишних телодвижений, и позволила своему телу лежать расслабленным. Да и, откровенно говоря, вряд ли ты бы смогла что-то большее, чем выдавить из себя несколько слов. Наверное, покой, пускай и болезненный, после всех треволнений тебе был за счастье – однако продлился он не долго. Вскоре до тебя донеслись, как из-заповоротка стены, чьи-то негромкие, полускрытые гулом голоса.
  - Вот эту берите. Осторожнее.
  - Да, хозяйка. За ворота?
  - Не видишь, что ли? Она приходит в себя. На подушки ее тащи.
  - Да, хозяйка.

  Яркий свет над тобой на миг оказался скрыт чем-то темным, и ты почувствовала, как тебя отрывают от земли и перекладывают на что-то более мягкое. Попытки пошевелиться давались тебе с трудом, а вопросы, если ты их и задала, остались без ответа. Ты чувствовала мягкое покачивание, и вполне могла догадаться, что тебя куда-то несут – но даже попытка посмотреть, куда, была тебе не по силам.
  Впрочем, путешествие оказалось недолгим – со света вы перешли в тень, а потом тебя снова приподняли и переложили во что-то еще более мягкое и обволакивающее, похожее на ощупь на шелк и позволявшее оставаться в той полулежащей позе, в которую тебя устроили чьи-то руки. Стало комфортнее и, хотя силы не вернулись, тело потихоньку начало становиться более послушным. Через несколько минут ты уже могла неспешно шевелиться, а через тень стали проявляться очертания мира – знакомая стена Башни Гронда, помост с тронным возвышением неподалеку, места для собравшихся учениц. А вокруг – гора подушек и одеял, черных с серебряным шитьем, между которыми стоят невысокие столики с незнакомыми тебе фруктами на тарелочках, бутылками темного стекла и изящными хрустальными кубками.
  А рядом с ними – будущие чародейки. Кто бледная и бессознательная, кто вяло двигающаяся, приходя в себя, кто за столиком, подкрепляя физические силы. Разговоров здесь особо не велось – все, кого ты видела, выглядели не лучшим образом, и ты, вероятно, тоже.

  День клонился к закату, и алое солнце скоро должно было нырнуть за стены. Стоящие рядом с нагромождением подушек магические светильники на высоких ножках потихоньку начинали лучиться умиротворяющей синевой, и было ясно, что даже с наступлением ночи вы не останетесь в полной темноте.
  Промаргиваясь, ты увидела, как к «лежанке» подходят два человека с рабскими ошейниками, бережно несущие какой-то продолговатый груз на переносной кровати с ручками. Остановившись в паре шагов от тебя, они молчаливо подняли с этой кровати свою ношу, на поверку оказавшуюся такой же эльфийкой, как ты, и заботливо устроили ее на подушках, после чего, подхватив ложе, ушли обратно. А e неподвижного тела, разметавшееся неподалеку, ты заметила знакомые ядовито-зеленые кончики волос.

Какое-то время Каэлира позволила себе лежать и ничего не делать, вернее — не реагировать на внешние раздражители вовсе. Правда, и "позволила", наверное, было неверным словом: даже если бы девочка захотела, вряд ли бы смогла. Только упоминание ворот вызвало у неё какую-то реакцию — истощённая друкхари всё равно не пошевелилась, но у неё хотя бы на краткий миг возникло подобное намерение. Чувство было противоречивым: ещё не так давно она всерьёз раздумывала над тем, чтобы действительно оказаться "за воротами". С другой стороны, теперь, когда она всё-таки прошла испытание, уже было обидно отступать.

С другой стороны, какое это по счёту испытание? От Каэлиры пока ускользала методика подсчёта чародейками их успехов, но вроде они говорили об одном. Значит впереди ещё... четыре? Мысли в голове ворочались с трудом, ещё тяжелее чем язык во рту, и даже немного подумав, юная друкхари ощутила как обессилела вновь. Поэтому она вновь погрузилась в озеро кататонии, из которого даже не выплыла — так, нос показала.

Прошло заметное время, прежде чем силы к девочке вернулись хотя бы на уровне хотеть что-то сделать. Большая разница с "мочь", однако, и прежде чем Каэлира предприняла хоть какие-то попытки подвигаться, прошло ещё какое-то время, за которое на носилках успели принести и Арэсуит, кажется. Проверять, однако, друкхари не стала — довольно нетрудно понять, что зеленовласой сейчас примерно так же плохо, как и ей, а значит вряд ли бы она чего-то добилась. В место этого Душа Тени доковыляла до стола, заняла свободное место с краю и принялась подкрепляться угощением. Вопросов было много, но она не решалась их задать. Уткнувшись в тарелку, она отщипывала кусочки пищи и клала их в рот, после чего медленно жевала. Когда наконец силы к ней вернулись настолько, что она даже смогла сидеть прямо, она решилась задать вопрос, оглядев присутствующих:

— Кто-то знает, какое это было испытание?

— День заканчивается, — прибавила она, отхлебнув немного вина. — Они дадут нам отдохнуть, прежде чем продолжить, наверное?

  Большинство девочек тебя либо проигнорировало, либо ответило неуверенным пожатием плечами. Однако заданный вопрос все же всех заинтересовал, и твои слова тихо покатились среди будущих чародеек. Наконец они дошли до одного из столиков, где все же знали ответ – высокая для своих лет друхари, одетая, как и ты, в теплые одежды, не без труда поднялась и скупо объявила:
  - Я первая, кто здесь пришел в сознание. И я спросила об этом не других, а дошла до наставниц. Они ответили, что все станет известно в полночь. А посему, - она отмахнула рукой словно приказывала, - ожидайте вестей.
  Устало опустившуюся на место эльфийку никто не стал спрашивать о подробностях, даже возмущаться не стали, хотя злой шепоток все же среди присутствующих пробежался. Ты прикинула, что до полуночи ждать еще часа полтора, и продолжила восстанавливать силы. Не в последнюю очередь вином – в нем, судя по всему, было намешано немало трав, и оно действительно помогало сохранить хотя бы слабое подобие бодрости. А еще, кажется, понемногу восполняло резерв.

  Вскоре твоя знакомая пришла в себя – по крайней мере, подала голос, негромко застонав. Однако двигаться она не собиралась, и ты подползла проверить, как там она. Оказалось, что природница чувствовала себя еще хуже, чем ты – по ее собственному предположению, потому. Что она попыталась зачерпнуть магии из собственных жизненных сил. Выглядела она и правда не ахти – белей полотна, с черными кругами под глазами, резко очертившимися костями и подергивающимися пальцами.
  оттащив ее к столику, ты помогла девочке хоть немного поесть, и сообщила, что ждать еще час с лишним. Арэсуит, ставшая на удивление покладистой, тихо тебя поблагодарила и, зарывшись в подушки, провалилась в полудрему, сказав, что все расскажет и обо всем спросит потом, как станет чуть меньше похожа на нежить.

  Но раньше, чем она пришла в себя, на помост поднялась одетая в роскошное струящееся платье чародейка с белыми волосами, чей лоб был украшен витой диадемой. Не сама Морати, конечно, но явно одна из старших магичек Ковена. Заговорила она спокойным тихим голосом, однако он звучал так близко, что хотелось обернуться, нет ли кого за плечом.
  - Юные девы, я поздравляю вас с прохождением Испытаний. Самые неудачливые, трусливые и слабые отсеялись – одни насовсем, другие вернутся в свои дома, сокрушаясь о том, что никогда не станут лучшими из лучших. Но и вы, прошедшие, не гордитесь успехами – вы лишь лучше лишь худших, а то, способны ли вы стать одними из нас, покажет только время. Отныне у вас два пути – умереть или стать чародейкой Гронда. Забирайте свое имущество и следуйте за прислужниками, отныне вы будете жить на третьем этаже Башни, и с годами будете подниматься все выше. Поэтому я прощаюсь с одними, а другим говорю до встречи через несколько лет, когда я попытаюсь вложить в ваши пустые головы хоть что-то путное.

  С тихим шелестом чародейка развернулась и покинула помост. Вы остались ждать рабов Ковенанта, но, оказалось, что на этом поздравления не окончены. На край помоста встали те молодые волшебницы, которые до этого помогали с организацией, и громко заявили:
  - Всех поздравляем, новые сестренки! Учитесь, развивайтесь, слушайте и помогайте старшим, и тогда вы поймете, что жизнь здесь – самое прекрасное, что у вас было! Здесь великолепно, и никогда не бывает скучно! Рады, что вы с нами! Поз-дра-вля-ем! Поз-дра-вля-ем!!!
  «Новые сестренки» ответили на эти крики вялым усталым одобрением – пускай сил не было практически не у кого, но все же их лица светились радостью и восторгом. Им, и тебе тоже, предстояла новая жизнь.

Попытка узнать, что происходит, Каэлире облегчения не принесла — но она и не надеялась особо. К счастью, томительное ожидание можно было пережить, посвятив себя заботе об Арэсуит. Не сказать, что Душе Тени был присущ какой-то излишний гуманизм или сострадание, как ребёнок она была довольно эгоистична. Но эльфийка была хотя бы немного более знакомым лицом среди остальных, а кроме того это позволяло забыть о томительном ожидании и отвлечься от мрачных мыслей. И собственной обессиленности.

Когда же наконец им объявили, что испытания окончены, Каэлира не ощутила желанного облегчения. Смешанная гамма чувств, не отпускающая её с момента последнего испытания, так никуда не делась, тревогу никто не развеял, и она всё ещё ощущала себя в странном полусне, между явью и реальностью, где вдруг исполнение желаний постепенно превращается в ночной кошмар. Сил как-то реагировать, сделать хоть что-то — хотя бы даже робко попроситься домой! — у неё не было. Вместо этого Каэлира, как сомнамбула, пару раз ударила в ладоши, что-то натужно промычала, никаким образом не демонстрируя того энтузиазма, что источала молодая волшебница и соседки, а после отправилась вслед за остальными.

Ощущая себя подхваченной бурным потоком, с которым бороться было бессмысленно, единственное что девочка сейчас хотела — поскорее закрыть страницу этого дня.