| |
|
|
Вереница регламентов и правил засыпала Оли с головой, заодно и погребя под собой золотистые проблески чего-то возвышенного, небесного. Возвращая девочку в тоскливую серую реальность, прижимая плечи к рокриту и заставляя шею склониться в тоскливом жесте. В какой-то момент она даже хотела возразить касательно слишком строгого расписания, но вовремя удержалась, рассудив что её недовольно возглас всё равно останется без ответа. И это в лучшем случае.
Дома - на Тетрии - слуг строго наказывали за непослушание. Настолько сурово и наглядно, что в следующий раз необходимость в подобной демонстрации возникала нескоро. И из всего выходило что Схола в отношении прогенов использует схожие методы... Быть может только применяя их менее справедливо, о чём напоминал вчерашний случай с Мартеллой.
Быть может хотя бы уроки будут интересными? Олимпиаде нравились пение и танцы, впрочем, сейчас никакого настроения для них не было, но также и уроки истории. Особенно древней. А вот тоже правописание было настоящей пыткой - выводить все эти вензели и завитушки так, чтобы каждый из них не отличался от предыдущего, строго соответствуя эталонному образцу. Малейшее нарушение и весь текст заново! Из-за этого Оли ни сколечко бы не удивилась окажись что мальчишек фехтованию учат с меньшим усердием. А ведь были ещё дни, когда всё это нужно было проделывать используя буквы языка на котором Оли и разговаривать-то едва ли умела!
В возмущении сирота смахнула с лица угольно-чёрную прядь и только сейчас заметила что Марцелина-Леония как ни в чём небывало продолжила наседать на Сарэн с вопросами. При этом, судя по всему даже бровью не поведя там, где Оли оказалась выбита из сил и раздавлена. Самым непринуждённым образом это вызывало восхищение... И совсем немного зависти.
|
|
31 |
|
|
|
|
На вопрос Леонии Сарэн только указала на пакет, который молодые прогены все еще носили с собой. Внутри и правда нашелся простенький хронометр, показывающий местное время, а по нажатию кнопочки на "боку", круглого корпуса в районе цифры "3", можно было включить секундомер, который был способен засекать время до одного часа. Стрелки показывали 10 часов и 32 минуты.
– Территория не настолько большая, что бы на ней можно было заблудится – заговорила аббатиса-инструктор – Расположение нужных локаций я вам уже передала. Учитесь ориентироваться на местности, пользуясь указателями.
Около около входа в казармы стоял небольшой, ранее не замеченный, указатель с лаконичными надписями вроде "Столовая" или "Часовня" - по этому если быть внимательным, то потеряться было почти невозможно. Сарэн, конечно, лукавила: Схола занимала очень большую территорию, но все же большая часть этой территории была отдана под полигоны для проведения самых разнообразных тренировочных занятий и даже учебных сражений. Однако все учебных корпуса и казармы размещались весьма компактно и, хоть и выглядели весьма безлико, отличались друг от друга, например как "Меч" отличается от "Огненного Шторма". Закончив с коротким объяснением аббатиса-инструктор велела дальше следовать за ней внутрь казарм. Задержалась ненадолго на первом этаже, что бы девочки смогли зафиксировать в памяти, что именно здесь находятся классы. Потом был подъем по лестнице на четвертый этаж. На входе с лестничной клетки скучала одинокая старшая субтильная девочка в огромных очках, которая тут же вытянулась в струнку, пряча за спину небольшую книжку. Появление Сарэн с новыми прогенами для нее оказалось неожиданностью. Сарэн же конечно заметила спешное и неуклюжее движение дневальной.
– Сколько раз я должна повторять, Илла?! – суровый голос аббатисы-инструктора был полон разочарования – В 12, на плацу. Успеешь пробежать штрафные пару-тройку кругов, значит успеешь на обед. – протянув руку, дождалась пока Илла с поникшей головой отдаст Сарэн книжку. Неожиданно это оказался маленький молитвенник. Аббатиса тяжело вздохнула,вернула прогене книжку – Один круг.
– Есть, аббатис-инструктор! – со вздохов ответила девочка. Быстро пробежалась взглядом по новеньким, попыталась улыбнуться, но получилось не очень. Перспектива остаться без обеда и еще и бегать круги вокруг плаца заботили ее куда больше пополнения. Глазам новеньких предстали почти бесконечные ряды двухэтажных кроватей. Весь этаж был поделен на блоки с полутора десятками кроватей каждый. Все были достаточно аккуратно застелены, около каждой было по шкафу и тумбочке. И конечно же обительеницы. Столько разных девочек в одном месте никто из новеньких проген, наверное, не видел никогда. Возраст, внешность, рост, телосложение - одинаковых, наверное, не было. Старшие по большей части были коротко стрижены, те кто помладше носили волосы разной длины. Но всех объединяла форма. Абсолютно одинаковая и безликая. Но что занятно - на каждой она сидела по разному. И даже сохраняя одинаковый уставной вид, каждая проген выглядела по своему. На четверку новеньких тут же уставились десятки пар глаз. Кто-то с интересом, кто-то безразлично. Так как сейчас было свободное время, большая часть тех, кто осталась в казармах или спала мертвецким сном или была занята чтением, письмом или другим каким изучением разных материалов.
Четверке новеньких достались две стоящие рядом кровати. Одна двухэтажка рядом была занята двумя девочками такого же возраста, которые как раз отдыхали, а кровать напротив и с другой стороны наоборот старшими. И одна из них - хмурая, бритая налысо деваха с кучей явно свежих татуировок очень внимательно следила за всей четверкой.
– Веспа, раз ты ничего не делаешь, объясни новеньким правила – обратилась к ней Сарэн – И когда я говорю ОБЪЯСНИ, я это и имею ввиду. Все ясно? На твою ответственность! Полковой комиссар не только должна уметь следить за чистотой помыслов и моралью вверенных ему бойцов, но и за дисциплиной. А вы слушайте внимательно! Все, располагайтесь, остаток дня проведете по расписанию.
Сарэн щелкнула каблуками и направилась на выход. Отсек же, где поселили новенький вернулся к своей жизни. Почти никто не интересовался новоприбывшим, только отдельные поглядывали на Идрис, Леонию, Элену и Агустину. Бритая, которую Сарнэ назвала Веспой, спрыгнула со своей койки. Девушка (а судя по телосложению и определнным выдающимися частям тела ей было уже около 18) выглядела достаточно грозно - не мудрено, судя по всему ее готовили к вступлению в Оффицио Прифектум - а у Комиссаров должен быть не только железный дух, но и такое же тело.
– Ну привет. Как звать то вас? – дополняли картину еще и два выбитых зуба. Однако, агрессии или недружелюбия с ее стороны как бы и не было заметно – Устраивайтесь давайте, пока вещички раскладывать будете, расскажу чего и как тут.
|
|
32 |
|
|
|
|
Казармы имели мало общего с прежней просторной и уютной спальней Оли - да даже на пустотном корабле у неё был хоть и скромный, но свой угол. Здесь же всё было на виду, в окружении других незнакомых людей и от этого привыкшей к особенному отношению девочке стало немного не по себе. Да, она знала что простолюдины часто живут в подобных условиях, но ей никогда и в голову не приходило что нечто-то подобное придётся примерить на саму себя... И от этого что-то пугливо сжималось внутри.
Растерявшись, и не зная что делать, она просто положила свою сумку на одну из нижних коек. В чём разница между верхом и низом? Какая из них удобней? И применимо ли вообще здесь это слово?
А затем показалась ещё одна прогена, которую Сарэн назвала... Комиссаром?!
Тусклые глазки Оли мгновенно вспыхнули, налившись играющим на солнце янтарём, сочетая в себе всё ещё детское любопытство с почти что религиозным благоговением: о том кто такие Официо Префектус наследница тирана уже имела определённое представление и даже была счаливай обладательницей нескольких их фигурок в рядах своих латунных войск. Также на Тетрии был один самый настоящий, не игрушечный, комиссар, надзиравший за СПО, но как бы девочка не упрашивала родителей, посмотреть на него своими глазами ей так ни разу и не удалось - что было крайне необычно, так как любые другие капризы наследницы неизменно исполнялись.
Веспа, разумеется, ещё не производила "того самого" впечатления, которое ожидала девочка - всё же и она была только учащейся - но даже так Оли едва удержалась от того чтобы не открыть рот из-за внезапного прилива восторга!
- Элена, - переборов робость, представилась юная прогена.
Новое имя звучало столь же непривычно как и вся обстановка вокруг, однако, присутствие рядом почти-комиссара будто само собой прибавило уверенности.
- А вы правда станете комиссаром? - воодушевившись, следом спросила она. - Самым-самым настоящим?
|
|
33 |
|
|
|
|
Пытаясь осознать все, что с ней сейчас произошло, пытаясь выдержать все взгляды сирота как будто выпала из этого мира. И так бы и пропустила рассказ Сарэн о расписании, если бы кто-то внезапно не коснулся ее ладошки. Она даже вздрогнула и слишком резко обернулась на молчаливую Бренн-Идрис. После возмущенных взглядов Марцелины-Леонии и Олимпиады-Элены такая теплота была неожиданной. И все это от девочки, которая пряталась за ее спиной? Может она просто не понимает всей тяжести греха, лежащего на ее душе? А может просто хотела поддержать? Ведь мастер-аббат, да и их инструктор говорила, что прошлое должно оставаться в прошлом и не мешать будущему. Именно так, оно не должно мешать будущему Агрипины... Нет, уже не Агрипины. Оно не должно мешать будущему Агустины! Она ничего не ответила, просто слегка сжала ладошку Идрис в ответ.
На память жалоб никогда не было, но вот расписание и строгие временные рамки для Агустины были в новинку. Даже во время войны, она просыпалась не в строго определенное время, а по собственному почину. Но, конечно же, не валялась в кроватке, а тут же одевалась, умывалась и бежала узнавать, что может сделать сегодня и чем может помочь. До всего этого ужаса, и во все все слуги подстраивались под юную госпожу. Но взрослые же как-то жили по строгому расписанию? Значит и ей придется повзрослеть еще сильней и еще раньше. Правда, сирота даже минимально не представляла, что такое жить по такому строгому графику каждый день. Похоже, даже небо отражало ее текущее состояние. И это состояние только сильней ухудшилось, когда аббатиса показала им место жительства. Не временного пребывания... ЖИТЕЛЬСТВА! Столько людей! В одном месте. Аж голова шла кругом. Привыкшая к уединению сирота осознала, что самой большой будет не то, что кто-то узнает о предательстве ее родственников, а то что ей даже негде будет скрыться от осуждения. Что уж говорить хоть о каком-то чувстве приватности?
Когда им представили девушку, которую готовили к поступлению на службу в Официо Префектус, Агустина засмотрелась. Конечно, тут была огромная разница в возрасте, но ей хотелось быть такой же грозной и сильной. Не долго думая, она закинула свои вещи на вторую свободную нижнюю койку и села на краешек кровати. Поболтав в воздухе ножками, Агустина подняла взгляд на Веспу, косясь на светящуюся восхищением Элену.
- Агустина. - но ничего не спрашивать ни говорить не осмелилась. Вместо этого, принялась изучать свободные полочки тумбочку. В конце концов, туда стоило и разложить все свое нехитрое имущество. А хроно, которые им выдали, похоже должен был стать ее самым большим другом. Так что сирота тут же сунула его в кармашек формы. Еще бы найти какую-нибудь веревочку или цепочку, что бы не потерять.
|
|
34 |
|
|
|
|
Вытащив из пакета с вещами хроно, девочка расплылась в широкой довольной улыбке, словно ей сделали лучший подарок на день рождения. И не удивительно – на корабле за временем могли следить только офицеры и уоррент-офицеры, занимавшие должность начальников смен и им аналогичных, а все прочие довольствовались склянками. И для Леонии получение такого прибора было равносильно принятию в узкий клуб избранных.
Пощелкав копками хроно и довольно кивнув самой себе, Леония спрятала хроно в карман и, не задерживаясь, проследовала за инструктором, попутно вертя головой в поисках очередных указателей: надо же запоминать, что, куда и откуда! Пока получалось, что ориентироваться в Схоле не так-то сложно: ну хотя бы потому, что не было такого разнообразия палуб, и все, условно, находилось в одной проекции. Да и людей с техникой меньше было, что тоже весьма неплохо: если не брать в расчет небо-над-головой, конечно.
А в остальном «все знакомое, все родное»: не по форме, так по духу. По крайней мере сценку «вздрючь караульного» Леония наблюдала не раз и не два – и Илле досталось куда мягче, чем проштрафившемуся корабельному составу. Естественно, на борту «Гефсимании» сама проген на дежурство никогда не заступала, но была достаточно сообразительна, чтобы понять, что здесь, в Схоле, вставать на караул придется – и хорошо, если так, как эта прогена, а не как дневальные у кубрика низших чинов, на тумбочку. Так что малышка наблюдала и за реакцией Иллы, и за поведением начальства, запоминая на будущее, как делать надо, а как – нет.
Воспитательная программа длилась недолго, но и этого времени хватило, чтобы обозреть длинные ряды коек на новом месте пребывания. По прикидкам бывшей флотской, места здесь хватило бы на полноценный абордажный батальон, и еще место для взводов поддержки останется. И ей предстояло стать одной из этого множества – то есть, как следствие, потратить массу усилий для того, чтобы завоевать себя хотя бы тот статус, который был на родном борту. А еще надо найти свою «команду», умудрившись в процессе ни с кем не разругаться и не нарваться на наказание от старших офицеров… Мало-помалу Леона начала понимать все масштабы «бедствия», и это заставило ее призадуматься.
После недолгой прогулки по залу Сарэн сдала четырех новобраниц одной из старших учениц – ажно будущей комиссару, представление которой было встречено со стороны флотской восхищенным взглядом. Шутка ли, увидеть вживую комиссара, пусть даже с приставкой «кадет-» - такие личности во флоте встречались даже пореже, чем капитаны кораблей! Если, конечно, брать не только капитальные суда, но и всякий эскорт, поддержку и тому подобное, вплоть до массивных почти невооруженных транспортюг.
На приветствии со старшей Марцеллина-Леония решила пока побыть паинькой, и не затирать о том, что ее раньше звали по-другому, что она, вообще-то, собирается во флот и все такое – с этими девушками ей еще какое-то время жить бок о бок, поэтому лучше сначала присмотреться. Закинув пакет на верхнюю полку и тем самым «застолбив» место, девочка повернулась к Веспе и «по-взрослому» протянула руку для приветствия:
- Привет, Веспа. Я теперь Леония, будем знакомы. Готова слушать и запоминать, сейчас только запрыгну на второй ярус.
В полном соответствии со своими словами, прогена собиралась забраться на верхнюю кровать и там уже приступить к разбору содержимого пакета – что в тумбочку, что по карманам, что еще куда-то. К тому же сидеть наверху, свесив ножки, и слушать куда приятнее, чем просто стоять и стричь ушами.
|
|
35 |
|
|
|
|
Бренн было не привыкать к стеснениям и лишениям, так что если её чем и пугали ряды коек - то лишь тем что вокруг остаётся мало место для пряток среди теней. И в таком случая место за спинами тех, кого она хотя бы боится меньше, чем всех остальных, выглядело ещё более привлекательно. И буд-то предшествующих испытаний было мало, вместо того что бы уже дать передышку несчастной душе, её опять заставили перед кем-то стоять и что-то говорить. Очередной внимательный взгляд от которого не спрячешься, что от тебя что-то ждет.
- Идрис... - Пыталась сказать тихо, но шепот вышел звенящим. Такой что не за что не потонет в гомоне голово вокруг, а напротив, внимание к себе привлечет. Но может этого достаточно и госпоже комиссару она не покажется на фоне остальных хоть сколько-нибудь интересной? Просто серое пятнышко, не стоящее внимания.
|
|
36 |
|
|
|
|
Как ни странно на фонтанирующую реакцию Элены среагировала не сама Веспа, а ее соседка снизу, до этого выглядевшая спящей. Когда она приподнялась на локтях, чтобы посмотреть на новеньких стало понятно, что она ничуть не уступала телосложению Веспе, но у нее была короткая стрижка соломенных волос и самой яркой чертой лица были глаза. Самой его при это страшной. Холодные, как пустота космоса, голубые глаза не выражающие абсолютно ничего. Если горящая огнем аугметика Сарэн была немного пугающей из-за своей искусственности, то голубые глаза соседки Веспы пугали своим безразличием ко всему. Эта девочка не просто видела смерть, это были глаза убийцы.
– Как мило, любовь моя, у тебя появились фанатки. – голос хоть и был ровный, но насмешливые эмоции в нем явно прослеживались.
– Ой, заткнись Кристина. – фыркнула Веспа, бросая взгляд через плечо, после чего даже пожала руку Леонии. У молодой прогены затрещали кости – И хватит уже с этими соплями с сахаром. Один раз было смешно, десятый уже нет! Это Кристина, не обращайте внимание, что она ведет себя как холодная сука, на самом деле добрейшей души человек. – вернула подачку Веспа – Сарэн Вешает на нас весь надзор, потому что...
– Потому что она мерзкая тетка... – перебила Кристина, свешивая ноги на пол – Мы будем нести службу в рядах прославленных Отпрысков Темпестус. По этому она считает, что мы должны быть готовы к самой большой ответственности. Как будто ей недостаточно нашей бесконечной преданности Отцу Человечества и рвения принести смерть врагам Его.
– Ну все-все. Не возмущайся. Отправят еще вместо обеда на полигон...
– Я готова отвечать за свои слова, Веспа. – холодно бросила Кристина.
– А я жрать хочу! На голодный желудок не то чтобы навоюешь много. Ну все, хватит. А вы чего рты разинули?! – оторвавшись от спора с соседкой, будущая комиссар обратила свой взор на новеньких – Я ж сказала вроде, вещичик разложить, нет? Чего замерлил?! – а это уже было обращено к Идрис с Эленой – Значит так. Слушаем и запоминаем. Эй, вас тоже касается! – девушка легонько пнула ногой стойку кровати, где спали одногодки новеньких. Две девочки, одна темнокожая с короткими и слегка свалявшимися волосами, а вторая совсем низенькая и болезненно бледная и худая (однако Леония тут же распознала в ней пустотницу, жившую на станции с явно повышенной гравитацией) подскочили почти моментально – Это ваш дом. Все должно содержаться в порядке. Если я увижу не заправленную кровать устрою разнос и наказание. Потому что если увидит аббатиса-инструктор, разнос она устроит мне. Тоже самое касается грязи и беспорядка. Любые вещи, кроме тех, что разрешены уставом и те, что у вас есть сейчас под запретом... – тут Веспа сделала загадочную паузу и понизила голос – Однако, сама же аббатиса-инструктор разрешает отступать от этого, пока она сама не видит. Но не вздумайте ей об этом говорить. Это верный способ получить наказание и остаться без еды. Я не собираюсь вам вытирать сопли, но если у вас действительно возникнут какие-то проблемы, то можете обращаться смело. Я не позволяю никому обижать или задирать своих из блока. Но облажаетесь сами и вас уже даже Император не спасет. Я выучила это по плохому... – Веспа развернулась к слушателем спиной и стянула рубаху, показывая уродливые шрамы на спине. Очевидно от кнута. Натянув рубаху, снова развернулась к слушательницам – И помните, если провиниться кто-то один, наказывают всех. По этому если уж что-то задумали... Подумайте еще десять раз. После отбоя все должны быть на своих местах. После подъема у вас 15 минут чтобы заправить постель, привести себя в порядок и одеться. В пять пятнадцать вы должны не выбегать на улицу на построени, а уже стоять в строю. Иначе что? – суровый взгляд уперся в темненькую девочку.
– П-простите...
– Что мне твои извинения?! Ты вынесла из этого урок?!
– Д-да..
– Очень надеюсь. Учись рассчитывать время. По началу будет казаться, что его на все не хватает, потом привыкните. Я научилась даже на музыкальном инструменте играть. И я надеюсь вам не надо говорить, что мы не терпим здесь воров, лгуний и обманщиц? — все это мало было похоже на форменный инструктаж, но и жизнь в Схоле была явно куда сложней, чем простое следования правилам.
|
|
37 |
|