| |
|
|
— Мудрая мысль. Я за! — прокомментировал Умап предложение Траина обустроить лагерь. — А ещё я бы не отказался отдохнуть. Здешние концерты слишком изматывающие...
— А вот мне никто не помогал... Никакие жрецы или шепот в голове не помогали Бронзе.
Услышав самодовольное хвастовство большой ящерицы, маг сделал вид, что не заметил этих слов, и даже не бросил взгляд на Шсаанша, а лишь незаметно улыбнулся — благо, борода с усами хорошо скрывали губы — и решил ничего не говорить. В конце концов, Умап действительно ему напрямую никак не помогал. Тот неплохо справлялся и сам. Но раз боевая эффективность дракона во многом зависела от самооценки, то имело смысл поддерживать её на высоком уровне и не портить ему удовольствие видеть себя таким, каким ему нравилось себе казаться. А необходимая помощь его обязательно настигнет, если того потребует ситуация. Главное, чтобы он не узнал об этом.
Прокручивая в голове образы своего недавнего совместного боя с новой командой, Алатов вспомнил о странной шляпе, которую с головы барда сбила Люська. Он снял с себя рюкзак, чтоб зря не таскать тяжесть, подошёл к месту падения головного убора и подобрал его. Шляпа выглядела как высокий чёрный цилиндр со слегка глянцевой поверхностью и короткими полями. Рядом с основанием цилиндр был украшен двумя изящными белыми полосками. Внутри шляпа была прошита мягким шёлком, очень приятным на ощупь. Умап повертел её со всех сторон и, наконец, примерил.
„Хм... Вроде удобная, — подумал волшебник. — Интересно, как я в ней выгляжу? Потом у девушки спрошу, она наверняка должна разбираться в моде. А сейчас чего-то пить охота...“
Последние слова он уже произнёс вслух, зевнув и почесав затылок под шляпой. Вдруг Умап краем глаза заметил, будто его рюкзак, оставленный в центре зала рядом со всей группой, начал шевелиться. Присмотрелся — точно шевелится! Будто в нём кто-то копошился. Но не никого не было видно, кто мог это делать: все болтали друг с другом и были заняты чем угодно, но не рюкзаком мага. Что происходит?!
Наконец, шевеление прекратилось, но из рюкзака прямо по воздуху к Алатову полетела его фляга с водой. Сама. Не было слышно ни шагов, не было видно ни малейших искажений воздуха рядом с флягой, намекавших на источник левитации фляги. Она просто летела по прямой чётко к Умапу. В футе от него сосуд остановился.
— С-с-сп-спасибо?.. — не сразу произнёс волшебник, посмотрев куда-то вверх, и взял флягу в руки. Открутил крышку, выпил несколько глотков. И правда вода. На вкус та самая, что он наливал из водокачки неподалёку от своего магазинчика.
Ничего толком не поняв, он решил вернуться к группе и обсудить один вопрос, посетивший его довольно бестолковую, но мудрую голову. Прежде чем начать, он окинул всех взглядом, который остановился на Траине! Точно! Он же тоже владеет магией!
— А-а-а... — с доброй улыбкой протянул Умап возглас недюжей догадливости, смотря на дварфа. — Вот кто это был! Спасибо, спасибо... Ловко исполнено, молодец. — Но так как обсудить он хотел совсем не это, сделав небольшую паузу, продолжил. — В общем, это, товарищи... Я тут подумал и вот какой вопрос у меня возник. Наш многоуважаемый дварф здесь находится потому, что ему что-то нужно от Паучихи. Это понятно. Но вот что мне не понятно, так это то, а что здесь делают остальные? По какому принципу мы все здесь оказались? Кто или что нас выбрало? Зачем мы здесь? У вас есть какие-то соображения?
Волшебник замолчал, ожидая догадок от спутников.
|
|
91 |
|
|
|
|
Из темного угла за порталом, того же, что и при первой встрече, выбежал перепуганный Ми и запищал:
- Ви убить дитя Паучихи?! А ето ваш новий друк? Ми приветствовать нових другов! - грибочек помахал лапкой, и стонущий от боли бард махнул один раз в ответ.
- А, это тот гриб-шпион... - пробормотал бледный, обескровленный бард, когда его лечил Траин - Вот же живучий... И как выжил он, хотя не ползучий?
- Ми долго виживал, питаться вкусной водицей с потолка не впервой... А пачиму ти так странно говорить? - удивленно наклонил голову грибочек - Твои слова звучать как песня! Прямо... Как... - Ми задрожал всем своим грибочным тельцем - Как у детей Паучихи!
- Не поминай ее имя всуе... Знаю, она никого не балует, но злоба ее словно коготь иль крюк: помянешь - захватит, мой маленький друг.
- Не друк Ми тибе! Ми ненавидеть пауков и бояться! Ми хотеть к родичам, они бы ни дали Ми в обиду!
- Но родичей нет, сколько их не зови... Все съедены нами - не хотел, но увы...
Тогда Ми плюхнулся на землю, прижал свои культяпки к тельцу и по-детски расплакался. От его хныканья и всхлипов повисла тянущая, тревожная атмосфера, в и без того темных коридорах сгустилась тень.
- Ми... Просто... Ффф... Хотеть... К родичам... Зачем... Ви... Спасти етого ребенка Паучихи?! Аааааааааааа... - запищал грибочек, истерично катаясь по полу.
Скоро к вам прибудут враги... - начал песню бард, быстро щипая на паутине тревожный мотив...
Скоро к вам прибудут враги,
Но склад наш укреплен хорошо,
Коль отдохнуть хотите все вы,
Я бы выбрал для дремы его...
Я могу наложить магический сон,
Но не бойтесь: то не западня...
Сил вам придаст, напитает вас он,
Отплачу за спасение я.
Дверь за собою прикройте скорей,
И послушайте вы мой совет:
Бросьте грибочек, он хоть не злодей,
Но тащить его смысла уж нет.
Не навредят ему слуги Ее,
А вот вас задержит весьма,
Я могу, коль все пройдет хорошо
И на палке пойти с вами туда...
- Неть... Неть! - захныкал Ми и подбежал к барду, тыкая культяпкой ему в лицо - Ти подлый обманщик! Ми не хотеть тут оставаться один... Но Ми понимать, что от него толку мало... Тогда! - Ми подтолкнул охающего барда, заставил его подняться, опираясь ему на шляпку, и схватился культяпками ему за остатки ноги - Ми будеть вести паука! Он вообще ходить ни можеть, в отличие от Ми! И Ми приглядеть за ним, если что - Ми его отпустить, и он упадет на пол! Видите, Ми хитрий и полезний! - гордо сказал грибочек, а в глазах читалась мольба, чтобы его не бросали.
|
|
92 |
|
|
|
|
Шсаанш шагнул вперед, заставив пластины на доспехах негромко звякнуть, и навис над картой Эрики. Его длинный, покрытый чешуей палец увенчался острым загнутым когтем. Драконис с сухим скрежетом опустил коготь прямо в центр свежего чертежа. Он заговорил, и его рокочущий бас, перебиваемый шипящими согласными, зазвучал громко: — Слушайте Бронзу, — выдохнул ящер, пустив из ноздрей тонкую струйку озонного дыма. — Этот болван нарисовал туннели так, как привыкли ходить трусы и ползучие твари. Вот здесь, здесь и здесь... — коготь Шсаанша с силой прочертил три глубокие борозды, перечеркивая боковые ответвления карты: — ...Они расставили свои шелковые силки. Незачем тратить силы и стрелы, прежде чем увидим врага. Ящер резко переместил палец, ведя ломаную, уверенную линию прямо через центральный, самый широкий туннель, полностью игнорируя обходные коридоры. Его вертикальные янтарные зрачки хищно сузились. — Пойдем напролом? Наш путь — прямой удар в самое сердце гнезда, так? Мы обойдем их засады и выйдем прямиком к логову Паучихи. Но перед тем, как сокрушить ее трон... Вот эта пещера. Пленный червяк хрипел, что здесь дети Паучихи собирают свои трофеи и запасы. Вражеский склад. Мы ворвемся туда, заберем всё и оставим им лишь выжженный пепел. А затем — очистим логово.
|
|
93 |
|
|
|
|
— Мы мало того, что навредим засранке, помимо этого можем разжиться чем то полезным, надеюсь. Так что я за склад!
|
|
94 |
|
|
|
|
–Не так быстро, господин... Дворф.–Эльфийка, закончив перерисовывать карту, сбила хлопками ладоней остатки угля и мела, оставшегося ещё с битвы в Кальтбахе.–Во-первых, если мне память не изменяет, Вы ещё не представились. Во-вторых, мне очевидно, что осведомлены в происходящем лучше остальных. Как минимум, вы знаете, что эта за Ллос. И покуда так, я хотела бы услышать всё, что вы о ней знаете, прежде, чем мы покинем очевидно безопасное место и пойдём в очередной коридор, где даже стены будут пытаться кого-нибудь из нас удавить.
Траин остановился. Эльфийка стояла перед ним — невысокая, синеволосая, перепачканная мелом и углём, — и смотрела прямо, без страха и без вызова. Так смотрят не на врага и не на командира. Так смотрят на того, от кого ждут правды.
Он уважал это. И усталость, и рана на шее, и всё пережитое за последний час не были причиной, чтобы отказать.
Он медленно кивнул. Опустил молот, затем обвёл взглядом всех, кто стоял рядом.
— Ты права, Э-рика, — произнёс он наконец. Голос был низким и усталым, но спокойным. — Я не представился. Это было... невежливо. — Он чуть склонил голову — не поклон, но жест уважения. — Я — Траин, сын Фрарина, внук Торина-кузнеца. Моё дорожное имя — Траин Каменнолоб. Я дварф Железных Холмов, следопыт и жрец Оромэ, Владыки Охоты.
Он помолчал, подбирая слова. Не для красоты — для точности.
— Тварь, которую я называю Ллосриэль... Она не просто паучиха. Она — Отродье Унголиант, совершенное Зло. — Имя упало в тишину, как камень в глубокий колодец. — Вы не знаете этого имени. В ваших мирах, может, и легенд таких нет. Но в моём — это имя значит «Тьма, которая была до Тьмы».
Он прислонился спиной к стене, скрестив руки на груди.
— Унголиант... Она была прежде драконов. Прежде валаров, хранящих мой мир. Она пришла из Пустоты, что лежит за краем мира. Её не создал никто — она сама себя создала из голода. И она была так голодна, что выпила свет Светлых Древ, что освещали и питали жизнью весь мир. Древа погибли. А она... Она стала больше, чем горы. Темнее, чем самая беззвёздная ночь. Свила паутину, что закрыла небо.
Он сделал паузу, давая осознать.
— Её пытались убить. Валары..., ну, боги — но они не смогли. Даже Оромэ, мой покровитель, Великий Охотник, только прогнал её. Она бежала, спряталась в горах. И там, в темноте, она породила потомство. Бесчисленное. Самая гадкая из них всех - Шелоб, что стерегла проход в Мордор. Были и моргульские пауки, что пленили эльфов и людей. И многих других — тех, у кого нет имён, потому что никто не выжил, чтобы их назвать.
Он оттолкнулся от стены и шагнул ближе к свету.
— Ллосриэль — одна из них. Дочь или внучка Унголиант. Она не такая большая, как её прародительница, но унаследовала худшее: голод. И ум. Она не просто жрёт. Она плетёт. Иллюзии, ложь, шёпот в голове. Ты видела старика. — он кивнул на барда. — Он был человеком. Она сделала его пауком. Не силой — обещанием. Она находит твою слабость и предлагает выход. А потом ты просыпаешься с восемью глазами и понимаешь, что выхода нет.
— Десять лет. Для меня прошёл день. Для неё — десять лет. Она свила здесь гнездо. Родила десятки детей. Превратила это место в охотничьи угодья. И она всё ещё голодна. Всегда голодна. — он помолчал. — Её слабость — дети. Настоящие дети. Она их не трогает. Бард сказал правду. Я не знаю, почему. Но это — единственное, что она не может переступить. И это можно использовать.
Он перевёл взгляд на Эрику.
— Теперь ты знаешь всё, что знаю я. Это Тварь древнее демонов, богов и, возможно, самой реальности. Она умна. Она терпелива. Она умеет ждать. — Он взял молот со стены. — Но я тоже умею.
— Да, тебе, — обратился он к барду, — тоже бы не мешало назвать себя. И откуда ты? И как мое имя знаешь?
А про склад... Да, мысль хорошая, дельная. Отдых всем нужен. А ты, Ми, не верещи, никто тебя не бросит. И кстати, правда, подсоби ему - всё быстрее дело пойдёт.
|
|
95 |
|
|
|
|
— А у вас все так умеют или ты лидер других эльфов? - интересом уточнил полумедведь.
–Я многое умею,–Холодно ответила Эрика. Комментировать интеллектуальные способности эльфов, с которыми был знаком Бьорн, синеволосая не стала, однако на её памяти буквально все знакомые ей эльфы были знакомы с хотя бы письмом, пусть и не всегда грамотным. Возможно, медведь просто из более дикого места.
Спор между Гризлом и Шсааншом она проигнорировала. Пока они идут вперёд и принимают удары вместо Шекли пусть бахвалятся сколько угодно, имеют право. А вот вопрос, заданный стариком, обрётшим новую шляпу, своего внимания заслуживал.
Наш многоуважаемый дварф здесь находится потому, что ему что-то нужно от Паучихи. Это понятно. Но вот что мне не понятно, так это то, а что здесь делают остальные? По какому принципу мы все здесь оказались? Кто или что нас выбрало? Зачем мы здесь? У вас есть какие-то соображения?
–У меня всё просто: я из ордена Чёрной Печати. Мы занимаемся защитой нашего мира от экстрапланарных сущностей. Как правило – демонов, но ситуации разные случаются, хотя про эту Ллос я не слышала ничего.–Эльфийка пожала плечами, глядя на Траина. Она хоть и была обучена грамоте и довольно долго прослужила в "Ордене", теоретическая плоскость всё ещё была вне её компетенции.–В день, когда я попала в портал, демоны начали бойню в Кальтбахе, одном крупном городе. Я преследовала одного из них переулками, но в какой-то момент угодила в ловушку, коей, собственно, и был портал. Полагаю, именно сюда он вести не должен был: его задачей было увести "Куда нибудь отсюда", то есть от места, где его разместили. Так что сюда, где бы это "Сюда" ни было, я попала по чистой случайности, но это не самая сильная проблема. Куда хуже – то, что если господина Каменнолоба переместила не только в пространстве и между планами, но и во времени, то... Боюсь, к битве за Кальтбах я не поспею...
Выводы из этого она делать пока не решалась. С одной стороны – да, спешить особо некуда. С другой, самое обычное любопытство её подстёгивало как можно быстрее вернуться в родной мир и узнать текущую диспозицию.
Впрочем, с идеей разграбить склад она была согласна.
|
|
96 |
|
|
|
|
— Да, тебе, — обратился он к барду, — тоже бы не мешало назвать себя. И откуда ты? И как мое имя знаешь?
Бард мрачно кивнул, и пока все шли по проходу, поведал в стихах, что звали его Неллион, а прозвище ему дали - Шепчущий, или же Утгорд, на его родном языке. Неллион Утгорд (он начал говорить о себе в третьем лице, прямо как Ми, только это больше подчеркивало, что ныне личность прошедших времен ему чужда) был из мира, где пауки - это всего лишь маленькие, с собаку размером, домашние питомцы, и в целом они довольно дружелюбны к человеку, если не одичалые. Неллион был бардом, процветающим и успешным - то есть питался грязью не сырой, а приготовленной, спал не на гвоздях, а на затупленных деревянных колышках, и вообще жизни его можно было только завидовать. Он с теплотой описал, сколь много в его обеде было жареных жуков, и как разнится это с нынешней ситуацией. Ми недовольно бурчал что-то о "плохих богачах-пауках", пока доходяга опирался на него, а Неллион поведал, что Паучиха сделала целью своих детей убийство Траина, ведь она предвидела, что он появится однажды... Правда, в пророчестве не было и слова о его товарищах.
- Она о вас знать не может, друзья, так что шансы у вас все же есть... Но бойтесь детей ее, бойтесь меня - иль все угодите вы в сеть.
Пока шла болтовня, остальные занимались делом. Шсаанш закрывал остальных своим могучим телом от паутины, выстреливающей, точно арбалетные болты, Бьорн, обратившийся обратно шифтером, отдирал паутину от прочной чешуи, Эрика элегантно резала нити и предупреждала остальных, когда стены начинали вибрировать, выпуская все новые и новые паутинки, а Умап с Траином шли позади - не потому что боялись, но остальные были слишком заняты продиранием сквозь проклятущую паутину, так что дворф и человек прикрывали путь обратно. Траин видел в темноте, но пауков позади замечено все же не было... Умап красовался в новой шляпе, и пусть она ему была немного велика, это только помогало - так точно не слетит. Правда обзор иногда загораживала...
Бывший паук и Ми шли посередине - потому что с самой великой яростью паутина атаковала именно этот странный дуэт, так что пленника приходилось защищать от неловкой участи быть удушенным.
И тут произошло нечто, что было до боли знакомо... Голубоватое свечение. Захваченные врасплох и открывшие дверь в еще более темный коридор, были насильно затянуты в портал, образовавшийся в самом дверном проеме, как выгнутое светящееся зеркало.
В нос ударил свежий, пьянящий воздух. Запах травы, ломающейся под ударами тысяч сапог. А вокруг - целая толпа каких-то мрачных низких людей, закованных в доспехи. Не протолкнуться... Оглушающий боевой клич пронесся по рядам воинов, так, что в ушах противно зазвенело - особенно у чуткой Эрики. Послышался приказ: "Всем: стой!", и идущий впереди дворф (если судить по размерам, здесь в основном были дворфы, тот, что шел впереди, был на несколько сантиметров выше, но все равно низким), поднял кулак вверх, и все тут же за полшага остановились, лишь чудом не сбив новоприбывших.
- По моей команде! - раздался зычный, точно раскатистый гром, глас - Щитоносцы, два шага вперед! - и ряды дворфов чётко перестроились, многие даже не обращали внимание на появившихся из ниоткуда существ - видимо, не до того было. Некоторые удивленно поворачивались, но так же четко стояли на своих местах.
- Строй: Монолит! Жрецам приготовиться! Проклинайте передние ряды! У них арбалеты - ни шагу из-за щитов, медленно продвигаемся вперед!
С западной и восточной стороны надвигались отряды уродливых зеленых существ - похожие на орков, но немного более мелкие, передние ряды действительно заряжали арбалеты, а дворфы тем временем разделились четко посередине, и разошлись в разные стороны.
Поле вдруг из обычного превратилось в ужасающее, яркий погожий день стал не приятным, а издевательским. Орков было намного больше, и обе стороны готовы были проливать кровь. Раздался неприятный грубый голос предводителя орков, выкрикивающий непонятные слова. Хотя, почему непонятные? Он наверняка сказал: "Стреляйте!".
И воздух засвистел, рассекаемый тучей стрел, полетевших по дуге на головы всех присутствующих.
|
|
97 |
|
|
|
|
Шсаанш двигался в авангарде отряда. Когда из темноты подвала с резким, сухим щелчком вылетала очередная белая нить, драконис не уворачивался. Он намеренно подставлял под удар свои широкие плечи и грудь, укрытую литой чешуей. Липкая пряжа Паучихи бессильно разбивалась о его природную броню или застревала в костяных пластинах высокого гребня. Когда Бьорн отдирал от его спины самые крупные пучки паутины, Шсаанш лишь глухо рокотал.
Излияния пленного барда Неллиона о его прошлой жизни, жареных жуках и домашних пауках размером с собаку драконис слушал в пол-уха, считая это обычной болтовней шисска. Однако, когда речь зашла о пророчестве и о том, что Паучиха не предвидела появление спутников Траина, Шсаанш резко повернул к барду массивную голову. Его янтарные зрачки хищно сузились.
— Твоя Госпожа слепа, как пещерный червь, — пробасил Шсаанш. — Сеть хороша против мух и трусливых бардов.
***
Слепящая вспышка света вымела из головы Шсаанша остатки мыслей о пауках и пророчествах. Портал, возникший прямо в дверном проеме подобно выгнутому живому зеркалу, не оставил времени на тактический маневр. Драконис почувствовал, как неведомая сила с корнем вырывает его из душных подземных коридоров. В следующее мгновение в лицо ящеру ударил непривычно чистый поток воздуха, пахнущий сочной сырой травой. Пространство вокруг взорвалось сотнями голосов и оглушающим боевым кличем.
саанш мгновенно припал к земле, перенося вес, а его хвост хлестнул по траве, ища опору. Янтарные зрачки сузились: отряд оказался почти зажат в тиски между монолитным строем закованных в броню Кхро-ц’исс и набегающими с флангов волнами зеленых тварей. Сверху донесся зловещий, нарастающий свист — небо потемнело от тучи стрел, пущенных по крутой дуге. Реакция чемпиона была молниеносной. Шсаанш резко выпрямился во весь свой рост, закрывая собой Эрику широкой спиной в кольчуге и пластинах чешуй – женщина хотя бы могла стрелять издали и поэтому заслуживала прикрытия.
|
|
98 |
|
|
|
|
Каменные стены, плюющиеся со всех сторон мерзкой паутиной, резко сменились толкучкой нескольких десятков низкорослых мужиков в броне посреди какого-то поля. Умап, будучи очень чутким и внимательным, безусловно, заметил каждое мгновение данного сложноописуемого перехода, но понятия не имел, как его интерпретировать. Как это вообще работает? Да чёрт его знает! Но, наверное, так должно быть. Волшебник с очень ранних лет уяснил, что много понимать — дело совершенно не обязательное. Куда важнее уметь чувствовать и предвидеть. А предвидел он, что сейчас будет что-то нехорошее.
Оглянувшись вокруг — благо, в толпе дварфов это было сделать несложно — маг увидел две армии зеленокожих страшилищ на востоке и западе. Кажется, они намеревались воссоединиться, но почему-то центром встречи выбрали этих малочисленных карликов. Другого места не нашли, что-ли? Алатов даже в тисках коренастого народа чувствовал себя некомфортно, а уж быть зажатым пузатыми орками — так вообще ужас! Ой, а зачем это они стрелы пускают?.. Где укрыться?!
Через секунду Умап уже лежал рядом с Эрикой под широким ящеровым куполом. Удобно, однако! И солнце не печёт, и стрелы не капают. Но совсем расслабляться нельзя, нужно решить вопрос с орками. Надо как-то их убедить, чтобы они сюда не приходили. Мужичок окинул взглядом своих спутников. Шсаанша ни в коем случае не стоило отвлекать, он работал отличным зонтиком. Траина тоже лучше не беспокоить — он был нужен среди своих, к тому же куда отпускать лекаря? Бьорна не было нигде видно, так что оставался только один единственный вариант.
— Мадам, здравствуйте, это снова я, — обратился Умап к Эрике. — А Вы тоже заметили, что орки и стрелопад как-то связаны? Вот то-то и оно, я же чую! Ну так вот. Надо бы попросить их прекратить это дело, а то кто-нибудь и пораниться может. Я сам опасаюсь к ним подходить, они товарищи суровые, а вот Вы, мадам, вижу, привыкли разговаривать по-серьёзному! Нет-нет, вы не подумайте, я не сравниваю Вас с орками, Вы намного красивее. Я хотел сказать, что мне кажется, их главный послушает Вас, если Вы убедите его не стрелять и мирно отойти в сторону. Подозреваю, что добраться до него будет непросто, поэтому я снова сделаю Вас невидимой, как в тот раз. Помните? А дальше уж сами выберете действенный подход к ихнему генералу или как он там называется... Ну, как Вам мой план?
После ответа эльфийки маг задумался, как можно было бы временно отвлечь орков, чтобы те не стреляли. Ну или хотя бы не делали это так прицельно. Вот было бы здорово, если бы они оказались в тумане, например...
Умап посмотрел на западный отряд орков через щели между множеством дварфийских ног и почесал затылок.
Результат броска 1D20+-2: 14 - "Заклинание через шляпу".
|
|
99 |
|
|
|
|
Перед тем, как ворваться на склад, эльфийка убрала меч в ножны и достала арбалет, по этому на поле битвы дворфов с орками она оказалась во всеоружии. Другое дело – что на поле битвы дворфов и орков она вообще оказываться не планировала, но это детали.
Громкий топот воинов, лязг доспехов и грохот щитов не сильно, на самом деле, огорошил следопыта: она всё же к этим звукам привыкла. Однако яркий солнечный свет был малость неприятен по началу. Адаптироваться получилось только к моменту, когда стрелы уже были в зените.
И у некоторых её спутников к тому моменту уже были какие-то соображения насчёт происходящего.
–Во-первых не "мадам", а "фройляйн", во-вторых переубеждать орков и дворфов друг друга бить – задача бесперспективная, где бы мы ни оказались.–Раздражённо сказала Шекли, приседая в "теньку". Щит у неё был, но он был весьма мелким и не справился бы с тем, чтобы полностью защитить от такого дождя стрел. А вот драконис эту задачу может даже осилить, пусть и единоразово. Главное – чтобы на эльфийку не упал.–У меня есть идея понадёжнее...
С этими словами она закрыла глаза и попыталась сосредоточиться, будто ни то вспоминая, ни то пытаясь какими-то перцепторами что-то почувствовать, в чём зрение могло только помешать...
|
|
100 |
|
|
|
|
Свежий воздух ударил в лицо, как пощёчина. После спёртой, пропитанной паутиной темноты подземелья он был почти невыносим — слишком чистый, слишком живой. Трава под ногами. Запах пота, стали и сырой земли. И грохот — тысячи подкованных сапог, бьющих в землю в едином ритме.
Траин моргнул, прогоняя остатки портального свечения, и первое, что он увидел, — строй. Настоящий, боевой строй. Дварфы. Десятки дварфов в тяжёлых доспехах, с щитами, с секирами, с мрачной решимостью на бородатых лицах. Они двигались, как единое целое, и земля дрожала под их шагами.
«Где это мы?» — мелькнула мысль. Осторожно выглянув из-за щита, Траин окинул взглядом окрестности - что тут рядом? Где дварфы могли столкнуться с зеленокожими? Что это за горы, лес?..
— Щитоносцы, два шага вперёд! — прогремел командир.
Траин не раздумывал. Он не знал этих дварфов, не знал этой войны и этого поля. Но он знал строй. Он знал команды. И он знал, что делать, когда воздух начинает свистеть от приближающихся стрел. Он выбросил щит вверх и вперёд, прикрывая не только себя, но и тех, кто оказался рядом: Ми, дрожащего у его ног; Неллиона, едва стоящего на ногах; Умапа, чья новая шляпа теперь сияла одинокой мишенью.
— Ложись! — рявкнул он спутникам и припал на одно колено, выставив щит под углом.
Стрелы застучали по щиту — часто, зло, как град по крыше кузницы. Три. Пять. Десять. Одна скользнула по краю и воткнулась в землю у самого бедра Ми. Гриб пискнул и прижался к сапогу Траина. Дварф даже не шелохнулся.
Пока стрелы падали, он оглядывался — быстро, цепко, по-охотничьи.
Поле. Широкое, открытое, залитое неестественно ярким солнцем. Трава вытоптана тысячами ног. Слева и справа — дварфийские щитоносцы, выстроившиеся монолитом. Впереди — орки. Самые настоящие. Мелковаты по сравнению с теми, что он видел в Мглистых горах, но такие же уродливые, такие же злобные. Арбалетные болты уже заряжены. Их вожак что-то орёт на Чёрном Наречии — Траин не знал этого языка досконально, но интонацию понял без перевода. «Пли!».
«Выходит орки везде одинаковые», — подумал он мрачно.
Он не знал, в каком мире они оказались. Не знал, чья это война и кто эти дварфы. Но прямо сейчас это было неважно. Дварфы бились против орков. Значит, Траин Каменнолоб был на своём месте.
Он дождался, пока град стрел утихнет, и чуть опустил щит. Сзади раздавался голос командира, отдающего приказы. Впереди — зелёная волна, готовая захлестнуть строй.
Траин поднялся. Стряхнул стрелу, застрявшую в кольчуге. Оглядел своих.
— Все живы? — коротко спросил он.
Результат броска 1D20+5: 9 - "Внимание: пытается понять, где они, что происходит; Это его мир? Это прошлое? Узнает ли он это место, этих дварфов?".
|
|
101 |
|
|
|
|
Тоннели, паутина, липкость, паутина, паук, тоннель, паутина, паук, тоннель... Бьорн тут был уже какое то время и начало было многообещающим, но все что приходилось делать сейчас, это лишь сдирать остатки налипшей паутины. Этого хотели духи?
И шифтер шёл всё ещё окутанный мыслями по поводу барда. Какая то порча нашла на соратников, но он продолжает говорить кажется полезные вещи. Что же происходит. Кто он такой, союзник ли? Или лишь жертва загнанная в угол и теперь готовая на всё, лишь бы запудрить мозг? Бьорн встречал такого человека, что притворился домашним, а потом накинулся на спину со своими отвратительными грязнющими зубами.
Но бойтесь детей ее, бойтесь меня - иль все угодите вы в сеть.
Кажется никто уже не слушал этого паука. Они верили ему. Но не Бьорн. И дальше случилось..
Результат броска 1D20+1: 3 - "Бросок 1".
Результат броска 1D20+5: 25 - "Бросок 2".
|
|
102 |
|
|
|
|
Туча, затмевающая небо, полетела, и волной нахлынула сверху. Стрелы стучали по броне, щитам, аки проливной дождь, не задевая, кажется, никого достаточно сильно... Но впечатление оказалось обманчивым. Когда эльфийка и человек, что спрятались за могучим ящером, взглянули на своего защитника, увидели то, от чего в животах как-то неприятно похолодело. Шсаанш стоял, все еще стоял, но в руках, плечах, и даже груди, выросли деревянные оперенные колышки. Стрелы... Все-таки нашли свою цель.
Раздался боевой клич дворфов: ряды стали быстрее продвигаться вперед, чуть не топча незнакомцев, и кто знает, чем бы это все закончилось...
...
Как вдруг все стихло. Свет померк, и глаза снова оказались ослеплены, только на этот раз черной мглой. Проморгавшись, все обнаружили себя лежащими в знакомом коридоре, из которого несколько секунд назад исчезли... Только вокруг их ног была почему-то обвита веревка - не связана в узлы, а просто лежала, видимо ею их и опрокинули. Рядом носился паникующий грибочек, не понимающий ничего, а в углу дрожал одноногий паук. Да, теперь все увидели то же, что и Бьорн: вязкая мерзкая субстанция, в которой была запачкана его нога, шесть тонких рук, и лысина, что раньше была прикрыта цилиндром.
- Н-нет, невозможно... - бормотал он, с ужасом глядя то на компанию пленителей, то на свои шесть рук - Я не верю глазам... Почему они живы... И почему жив я сам... Я кажется понял: Госпожа их схватила... Они прямо в сеть из чар угодили... Как я, но наверно мне то даже в радость... Недолго мне жить отныне осталось.
Вдруг бард истошно завопил, царапая себе лицо когтями. Из царапин брызнула та самая мерзкая жижа - кажется, он был в необъяснимом ужасе, все время повторяя: "Ячеловекячеловекячеловекячеловек..."
- Траин... - вдруг резко дернувшись, Неллион перестал орать, повернув голову ко всем присутствующим - И вы, несчастные, пришедшие сюда... Вы думаете, сможете ее одолеть? Она обманула даже меня... Сказав, что человек перед вами - вот сеть...
Бард опустошенно уронил голову, схватившись за нее двумя руками. Был ли он когда-то человеком? Или "Неллион Утгорд" - всего лишь иллюзия, сотканная Ллосриэль, чтобы оттянуть неизбежное? Любит ли она вправду своих детей? Хотела ли, чтобы бард все-таки выжил, или подло ударил в спину, когда ее враги попадут в сеть из образов?
Мысленные вопросы, которые были написаны на застывшем в гримасе ужаса лице паука, повисли в воздухе без ответа. Как бы то ни было, перед компанией скрючился возможный враг.
Результат броска 3D6: 4 + 3 + 2 = 9 - "Урон Шсааншу".
|
|
103 |
|
|
|
|
Шсаанш тяжело рухнул на одно колено, и этот глухой удар бронзового тела заставил вздрогнуть каменный пол пещеры. Иллюзия растаяла, но фантомная боль от десятка стрел, вонзившихся в его плоть под крики сражающихся дварфов, все еще жгла спину и плечи. Ящер шумно выдохнул, бешено мотнул головой, избавляясь от остатков черной мглы перед глазами, и рванул когтями обвившую ноги веревку, разрывая ее.
Для воина-чемпиона не было ничего более унизительного, чем оказаться сбитым с ног фальшивой магией. Его гребень яростно вибрировал, издавая сухой, металлический шелест. Янтарные зрачки дракониса сфокусировались на бьющемся в истерике шестируком нелепом чудовище-барде. Каждое слово Неллиона, царапающего свое облезлое лицо, лишь сильнее распаляло холодную ярость. Ящер медленно поднялся в полный рост. Он сделал тяжелый шаг вперед, нависая над хнычущим существом, и его массивный хвост с силой рубанул по граниту, выбивая искры.
— Хватит скулить, падаль! — громовым басом отрезал Шсаанш. — Твоя Госпожа соткала красивую ложь, чтобы напугать нас, но она лишь показала свою слабость. Она боится нашей стали.
Драконис бесцеремонно наступил тяжелой трехпалой лапой на одну из нижних рук паука, лишая его возможности сбежать или сотворить новое колдовство. Лезвие его топоразастыло возле Неллиона.
— Мне плевать, кем ты был — человеком или тварью, — холодно процедил ящер. — Ты назвал себя сетью в ее руках. А сеть, которая не может удержать добычу, просто сжигают. Куда ведет этот коридор и как содрать шкуру с твоей Ллосриэль? Дыши и отвечай!
|
|
104 |
|
|
|
|
Резкая боль в затылке мгновенно вернула мага к реальности. Умап скукожил лицо в страдальческую гримасу и взялся обеими руками за голову. За что с ним так? Он же почти всех победил...
— Мы выиграли? Все живы? Ух, как мы их! А ведь нас было меньше!
Тут внимание Алатова привлекло самобичевание барда, раздирающего своё лицо. Очень странное поведение. Сам ли он хочет истязать себя или им движет какая-то сила? Вон, дракон тоже забеспокоился и принялся его расспрашивать. Надо подойти поближе и послушать, что старик ответит.
Результат броска 1D20: 11 - "Магия".
|
|
105 |
|
|
|
|
Оказавшись вновь в подземелье, Шекли открыла глаза.
Что же, дело было не в порталах – и на том спасибо. "Лёгкие" подзатыльники от медведечеловека, и с полей брани эльфийка сотоварищи вернулись в столь привычны дурдом. С пауками, грибами и прочей антисанитарией. И, что характерно, опять пришлось пачкать тренч в пыли, копившейся на местных полах несколько, кажется, веков.
–Так, эту верёвку я из принципа забираю.–Придя в себя через пару секунд высказалась синеволосая, начав сгребать канат, которым их всех повалили с ног. Кажется, у эльфийки на эту верёвку и шею того, кто всё это устроил, появились далеко идущие планы.
Сматывание верёвки стало только первым этапом к тому, чтобы систематизировать происходящее. Вторым на очереди был Неллион. Он вновь обратился пауком, что, возможно, снимало с Ми необходимость его таскать на себе – опорных конечностей у него поприбавилось. А вот насчёт рассудка такого сказать было нельзя.
–Так... На внешность не смотрим, глазам тут особо доверять нельзя. Нужно понять, он всё ещё не собирается нам вредить, или опять под каблук этой паучихи забрался?–Сказала эльфийка, закрепляя свежую верёвку на рюкзаке. На вопросы Неллиона она отвечать не планировала, вместо этого пыталась понять, он тут комедию ломает, или готовится трагедию устроить?
Понаблюдав за бардом, она обратилась к дракониду:
–Хорошо сработано. Только надо Вам подыскать щит побольше – на случай, если подобное повторится. Может, удастся какую-то дверь отломить и под это приспособить...
А вот дворф что-то молчал. Хотя, вроде как, тут всё его вотчина. Даже не попричитал про "Ужо я енту Ллосиху на молот-то намотаю!", как это у дворфов принято в таких ситуациях.
Осознавшая это эльфийка осмотрелась по сторонам и нашла подозрительно молчаливого жреца, лежащего на полу. Можно было бы усмехнуться его низкой стрессоустойчивости – обычно дворфов одной иллюзией не запугать так, чтоб они валялись полдня в апатии. А значит, ситуация куда хуже...
Следопыт подошла к жрецу и, буркнув что-то недовольно на магическом, коснулась его двумя пальцами. После чего тоном матёрого офицера – с семидесятилетним стажем, между прочим! – буркнула на дворфа:
–Будешь лежать так дальше, боец, оружие и броню в ведро переплавлю, а самого до половой тряпки разжалую!
Результат броска 1D20+4: 11 - "Проницательность".
Результат броска 1D8+2: 10 - "Лечение ран"
|
|
106 |
|