| |
|
|
Брейчилл никогда не был важным городом, и в этом была вся его удача. Полторы тысячи душ в дальнем восточном углу Исгера, у самых Пятикоролевских гор, в полусотне миль от друманской границы. Ручей Брич-Крик, лесопилка на опушке Кримсон-Тайд, каменотёсы, пивовары, каретники, кузнецы. Городской совет из пяти человек, которых выбирают на два года, и ежемесячный Зов Героев, на котором совет прилюдно раздаёт задания всем, кто готов взяться за них. Здесь охотно принимают чужаков — редкость для страны, где остальные городки давно смотрят на дорогу через бойницы стен. Исгеру повезло меньше. Двадцать лет назад Гоблинские войны выпотрошили страну и её армию, уцелевшие войска стюард Хедвенд VI стянул к торговому пути, а остальное бросил разбойникам. Приказы стюард получает не в Элидире, а в Эгориане, и все это знают. Лес, зерно и руда уходят на юг, в Челиакс, и обратно не возвращается ничего. Брейчилл всё это пересидел в стороне. Цитадель Алтаэрейн над городом — та самая, что дала холму имя Хеллнайт-Хилл, — стояла пустой восемь лет. Орден Гвоздя ушёл в Варисию ещё поколение назад, оставив в цитадели горстку стражи, а в 4711-м увёл и её. Стены осели, ворота стояли нараспашку, по двору развивался терновник. Горожане привыкли не смотреть вверх. ************************************************************** ТогдаЧетыре недели назад на холм явилась Адские Рыцари. Тихо, почти незаметно. Колонна пришла по западной дороге, обоз, оттиск на бумаге, вежливое уведомление совету — цитадель занята властью, на которую у власти есть право. Горожане переглянулись и решили, что переживут и это. Дело было не в Брейчилле. Челиакс месяцами рассаживал гарнизоны по всему Исгеру — тихо, по одному, вдоль дорог и переправ, — потому что на западе, за Аспадельскими горами, дозревало то, что дозревало давно — Андоран и Челиакс наконец пойдут друг на друга. Исгер в этой войне не сторона. Исгер — коридор, по которому пойдут войска, и склад, из которого их будут кормить. Адские Рыцари не грабили — они реквизировали, под опись, с распиской, которую по закону однажды кто-нибудь оплатит. Лесопилку взяли в казённое пользование на второй день: цитадели нужен был брус, много и сразу. Каменотёсов Тускхеда и артель Посанди перевели на работы при крепости — тоже по закону, тоже с распиской. Кто не вышел на третий день, тот платил штраф; кто не заплатил штраф, тот шёл на работы уже без расписки. Комендантский час с заката. Первым его нарушил подмастерье каретника Вускера, шестнадцати лет, бежавший через площадь к матери. Его окликнули дважды — по уставу положено дважды. Тело выдали семье в тот же вечер, вместе с копией приказа, где было указано, что окликали дважды. Разных приказов было много. Оружие нужно было сдать, кузни перевести на обслуживание и ремонт цитадели Собак с крупных дворов свести — помеха для несения караула. Двери «Кеги Кейдена» опечатали: храм Кейдена Кайлина сочли местом сходок, и жрицу Бринн Тэйт водили на дознание трижды. Великий Дом Снов не тронули — тридцать жрецов Десны без оружия оказались слишком заметны даже для рыцарей, — но у ворот монастыря поставили пост и переписывали каждого входящего. За укрывательство отвечал не только укрыватель. За одного человека, ушедшего от караула переулками, весь квартал платил пеню и три ночи стоял в оцеплении. Это делалось не со зла и даже не для острастки, а потому что так написано в Мере и Цепи: их закон, применённый до буквы, к концу второй недели стал страшнее любого произвола. От произвола можно откупиться. От буквы — нельзя. К пятнадцатому дню Брейчилл перестал разговаривать вслух на улице. А через пару дне в город приехал Реджинальд Кормот. Его взяли открыто, среди бела дня, на глазах у половины рынка — так тоже положено. Обвинение зачитали дважды: подстрекательство к мятежу против законной власти, укрывательство врагов империи. Признания не требовали и но и не пытали. Орден считает пытку признаком слабой доказательной базы. Доказательства у них были. Судили на второй день, в ратуше, при открытых дверях. Совет присутствовал в полном составе и не сказал ни слова — сказать было нечего, приговор выносил не совет. Реджинальду дали право говорить последним, и он им воспользовался. Что именно он сказал, в городе теперь пересказывают в семи вариантах, и все семь короче того, что было на самом деле и никто не скажет теперь точно, что было тогда произнесено. Повесили на рассвете, на площади перед ратушей, на наспех сложенном помосте из брёвен, взятых с той самой реквизированной лесопилки. Тело велели не трогать трое суток и выставили караул, чтобы не сняли. Оно исчезло на вторые. Караул нашли связанным и невредимым — Хэллбрейкеры не тронули солдат, и это было отдельное сообщение, адресованное всем, кто не умеет читать. А вскоре после этого над холмом ударил колокол. Штурм цитадели начали до рассвета, в час пересменки караула. Хэллбрейкеры вошли снизу. Старый ход, о котором в городе знали трое, а помнил один, вывел их в подвалы под холмом — мимо ворот, мимо сигнального колокола, прямо под ноги спящему гарнизону. Наверху в это же время два десятка человек шли открыто, по натоптанной тропе, в руках у них были факелы, чтобы часовой на стене смотрел именно на них. Первую четверть часа всё шло по замыслу. Потом на восточной стене ударил колокол. Дальше цитадель дралась так, как её строили: коридорами. Адские Рыцари не бегут и не ломают строй — они отходят на шаг, смыкают щиты и берут плату за каждый пройденный ярд. Хэллбрейкеры платили. В нижнем зале занялся брус, которым за три недели наспех подпёрли осевший свод, дым пошёл вниз, а не вверх, и люди умирали, не увидев, кто их убил. Перелом случился не в цитадели. Командир гарнизона понял, что подвалы потеряны, и сделал единственное, что имело смысл: не стал умирать в мешке. Он открыл ворота и повёл половину людей вниз — за спину нападавшим, к их домам, к их лавкам, к их семьям. Милю до города они прошли быстро, под светом солнца, и Брейчилл увидел их с крыш раньше, чем ударил набат. Дальше не было ни строя, ни линии фронта. Весь город был охвачен сражением. В какой-то момент дьявольский дракон Киеротакс, выступая от имени Адских Рыцарей, приземлился на вершине цитадели и огня стало ещё больше. Горела лесопилка, от неё занялись крайние дворы, и ветер потащил искры к рынку. Горела крыша над «Маринованным ухом», и никто потом не сказал, чей это был факел и в кого его бросали вообще. Магия шла вперемешку с огнём и била туда, куда доставала: нет в Брейчилле квартала, который не считает теперь свои убытки. У ратуши стояли насмерть — стража, две дюжины ополченцев и совет в полном составе, потому что советникам бежать было некуда и не перед кем. По Брич-Крику передавали вёдра цепью, и в этой цепи стояли рядом те, кто на рассвете были по разные стороны: огонь не разбирает печатей. Где-то в это время отряд Орлиных рыцарей сумел одолеть дракона. Из Великого Дома Снов вышли все тридцать — жрецы и послушники Десны, безоружные, с носилками. Их не тронули ни те, ни другие. К полудню всё кончилось. Не победой — истощением. Цитадель осталась за Хэллбрейкерами, потому что защищать её стало некому. Город остался за собой, потому что тушить его больше никто не мешал. Пойманных рыцарей увели по западной дороге под конвоем, и половина Брейчилла вышла смотреть на это молча, не понимая, кому теперь кланяться и как быть... *************************************************************** СейчасС бойни прошла неделя. Над холмом стоят строительные леса «Братьев Посанди», и красный дым над башнями погас. У Круга Монументов режут новые имена, и лампады не гасят даже днём. Рынок торгует вполсилы; цены на доску и гвозди выросли вдвое, потому что лесопилки больше нет. Приезжих в городе больше, чем местные помнят: скупщики, наёмники, родня погибших, люди без объяснений и с хорошими лошадьми. Совет заседает третий день подряд и не может решить простейшего: кто теперь владеет цитаделью, что отвечать, когда с запада приедут спрашивать. А приедут обязательно. Весть до Элидира дошла ещё пять дней назад, и то, что придёт оттуда следом, придёт не с двадцатью людьми. Но это проблемы руководства, обычные люди рады тому, что могут больше не думать над каждым произнесенным словом, ходить когда и куда взимается и наконец-то вздохнуть свободно. В «Милости Волшебника» героев поят бесплатно. В «Кеге Кейдена» третью ночь подряд поют то, что месяц назад стоило бы виселицы. В «Маринованном ухе», у которого нет теперь крыши, уже подрались из-за того, чья это была победа. Праздник идет рядом с горем, победа рядом с неизвестностью, восстановление города и быта с неизвестностью в завтрашнем дне. Пятеро молодых Хэллбрейкеров тоже в городе, и в это утро каждый занят своим делом. Один обновляет запас алхимических зелий — они уходят с неимоверной скоростью: тогда на раненых, теперь на несчастные случаи. Другая с отрядом прочёсывает ближние леса, выискивая схоронившихся рыцарей и их слуг. Третья пытается починить то, что уже не поддаётся никакому ремонту. Четвёртый возвращает жизнь сожжённым деревьям и вытоптанным кустам — не людям на радость, а ради равновесия природы. Пятый роется в цитадели: ищет уцелевшие книги Адских Рыцарей и пополняет свои диковины трофейной атрибутикой врага, чтобы обратить её против него же. Каждого из них прямо за утренними делами по очереди отыскал Гюстав, оруженосец Орлиных Рыцарей. Всем он передал примерно одно и то же: благородный воин, солдат андоранской армии и офицер Орлиных Рыцарей Этран Хауэлл ждёт их сегодня перед закатом в храме достопочтенного Кейдена, чтобы поговорить о важном деле, — и на всякий случай советует закончить здешние дела до этого часа. И вот наступил вечер. Пятеро приглашённых в разнобой подходят в «Кегу Кейдена», выискивая взглядом того, кто их позвал. Это оказалось нетрудно: об Этране ходит множество историй, и в первую очередь — с десяток разных баек о том, как он потерял правую руку. Так что взгляд сразу цепляется за мужчину в сине-чёрно-золотом нагруднике с единственным эполетом, на котором вышит золотой орёл. У его стола толпятся горожане. Кто благодарит Этрана за службу, кто сочувствует насчёт руки, кто ставит выпивку. Этран выглядит польщённым, но слегка смущённым таким вниманием, — и, заметив первого из пришедших на его зов, обращается к своим почитателям: — Ребята, я ценю и беседу, и угощение, но мне пора заняться делами. Толпа расходится, напоследок ещё раз чествуя Этрана и освобождая место за столом. Он улыбается с заметным облегчением и жестом предлагает садиться — сперва первому, а затем и всем, кто подходит следом.
|
|
1 |
|
|
|
|
Жак пришла одной из первых. Как бы сильно ей не хотелось продолжить работу в кузне, плечо девушки всё еще слегка ныло и медики рекомендовали ей избегать чрезмерной однотипной активности. Спарринги с рыцарями самую малость поднадоели и она просто решила в кой-то веки взять отгул, тем более она подозревала, что позвали её не для того, чтобы она составила компанию за кружкой эля...
Привычно протиснувшись в дверь полубоком, девушка быстро нашла Этрана, тот заканчивал разговор и, заметив возвышавшуюся над толпой рыжую макушку с коротким хвостом, подозвал её к столу. С недоверием посмотрев на уже потрепанный стул, она села на появившийся прямо под ней металлический табурет, положив локти на стол и подперев голову в ожидании остальных...
Вообще, если хорошо задуматься, это было слегка странно. Ей толком ничего не объяснили, скорее всего потому что её командир ничего толком и не знал. Но ей явно дали понять, что прийти надо. Получалось, что этот офицер был довольно высоко в цепочке командования. Либо кто-то из высоких эшелонов доверил ему важную работу. Встреча в Кеге вместо здания Орлиных Рыцарей говорила, что скорее всего будут и люди вне ордена. В общем, было непохоже, что происходящее - что-то обыденное, что поднимало только больше вопросов кому пришла в голову отправить сюда салагу, бробывшую в ордене вне лазарета только две недели. Им нужен кто-то местный?
Вскоре к столу подошло еще несколько знакомых лиц: девушка, с которой Жак иногда занималась фехтованием, пара эльфов, персик?.. Одного из эльфа, который был чуть менее бледный и болезный, Жак знала достаточно лично - Эльваро частенько захаживал к ней в ремесленную лавку. То сковать ему нахолодную гвоздей - что кстати не очень то и просто - то расцепить цепь в одном месте и сцепить в другом, то затупить кинжал об камни её кузни... Страннее всего было, когда тот пришел просить разбить молотом зеркало и потом склеить его заново. Платил неплохо, видимо парень был при деньгах, но заказы у него конечно... И всякий раз он, вместо того, чтобы как любой нормальный заказчик пойти пить пиво, сидел на лавке в кузне и следил за её работой. Жак бы даже подумала, что просто ему понравилась, если бы не то, как он сверлил её взглядом, будто только и ждал, когда та расслабиться, чтобы горло ей перерезать. Она уже и лавку убрала подальше, но эльф просто встал у стены и все два часа смотрел... Видимо, когда в запасе есть пару тысяч лет, можно и подождать? Или он просто с приветом немного...
|
|
2 |
|
|
|
|
После штурма Саэлис не пошёл праздновать. Три дня и две ночи простоял у стола, готовя зелья лечения. Пока другие веселились, он снабжал лазарет: варил, закупоривал, отдавал ящики тем, кто уже нёс их к раненым. Сам он почти не выходил к койкам. Его место было у колб. Работа напоминала старые времена, цех и бесконечный счёт капель, но одно всё перевешивало. Снабжать тех, кто ещё мог выжить, было важнее, чем собственная усталость и дурной осадок прошлого.
К исходу третьих суток мир перед глазами поплыл. Он уже слабо соображал, когда в дверь вошло нечто круглое и персиковое. Пахло сладостью и травами. Руки сами потянулись к большой банке со спиртом.
«Опять настойка. Не видят, что мне нужен отдых.»
Он взял «персик» за то, что принял за ветку. Существо больше походило на украшенную ёлку, чем на плод, но мысль до этого уже не дошла. Он попытался засунуть его в широкогорлую бутыль со спиртом. Два чёрных глаза оказались слишком близко к лицу. За спиной пискнул кто-то маленький.
Саэлис замер с живым растением в руках.
— Всё. Нахимичился. Пора спать. А ты… как вашу расу зовут? Леший. Извини. Третий день без сна, соображаю туго. Решил, местные опять пришли за настойкой.
«Пора спать.»
Он медленно отпустил Керьяна. Подошёл к последней партии зелий и уже собрался нести ящик в лазарет, когда леший подхватил его сам и побежал туда без лишних вопросов.
— Спасибо.
Саэлис проводил его взглядом, сел на кушетку и закрыл глаза.
Очнулся на шестой день. Всё это время за ним ходил дух растений. Тогда он и узнал имя: Керьян. Дружба вышла негромкая и медленная. Ходячий персик время от времени приносил лечебные травы и минералы. Сам алхимик до вызова занимался пополнением реагентов.
Когда запас был собран и зелья заранее готовы, день уже клонился к закату. Саэлис как раз собирался найти Керьяна для разговора, когда его позвали в «Кегу Кейдена». Он согласился.
В таверне искать пригласившего не пришлось. Сине-чёрно-золотой нагрудник, один эполет, золотой орёл, пустой правый рукав. Горожане благодарили и ставили кружки. Было видно: человек хочет, чтобы это скорее кончилось и можно было заняться делом.
У стола Саэлис увидел ещё четверых. Нет. Троих знакомых и одного персика.
«Кажется, я понимаю, зачем меня вызвали. Только бы снова не поставили к котлам без конца, как тогда в цехе. Пусть лучше нужны зелья лечения, во время боя буду раздавать, или то, что я умею устраивать диверсии этим дьяволам.»
|
|
3 |
|
|
|
|
Давно у Сабины в голове такого кавардака не было, как сейчас. Раньше все проще было, понятнее. Были рыцари, которые делали дела на бумаге вроде бы и правильные, но как ихним ликторам вожжа под хвост попадала, так начинали дурить. Были законы Челиакса, неоспоримые, неизбежные, но полные сносок, толкований и двусмысленностей. И были, наконец, простые люди, которые в лоб ни с рыцарями, ни с законами тягаться не могли, но ежели с выдумкой к делу подойти, то жить вполне можно было.
А теперь? Орден Дыбы, неведомо чего забывший в Бричиле, взял и вздернул какого-то важного типа, который, нет бы отболтаться попробовать, как любой нормальный человек сделал, так мученически умер незнамо за что. Потом Бричильцы, вместо того чтобы законы Челиакса себе на пользу обернуть и кляузу на рыцарей написать, сами за топоры взялись, как будто это покойнику чем помочь могло. Затем еще и какие-то молодчики из Андорана появились - а это уж точно означало, что мирного решения не будет. Так еще и Роберто, дурень разлюбезный, чуть ли не в первой стычке кистенем по голове получил, да так, что пришлось его срочно в бричильский госпиталь отправлять, точно сонного рыцаря из песни.
Примерно тогда же крестьянка с ужасом осознала, что ее мнение в ватаге вдруг начало что-то значить и теперь ее решений ждут наравне со словами других вожаков. Раньше ж она просто помощницей Роберто была, ну и быт в лагере вместе с другими женщинами налаживать пыталась. И мечом наравне со всеми махала, само собой. А теперь вот приходилось решать, где устраивать засады, да как ловчее рассеявшихся по лесам рыцарей с оруженосцами выискивать.
В любое другое время спроси Сабину, нет ли у тебя желания поохотиться на узких лесных тропках на набедокуривших рыцарей ада, — она бы без раздумья ответила согласием, но в этом странном восстании все шло не как всегда. Сторонников Челиакса, за которыми охотилась уроженка Верна со товарищами, можно было разделить на две группы. Одни были матерые зубры, с которыми и толпой из засады не всегда выходило сладить. Таких было мало, но с ними девушка с восторгом бы вышла на бой, пусть и понимала, что, скорее всего, осталась бы лежать у безымянной лесной кочки. А вот другие… Оборванные, сбитые с толку, очумелые, некоторые - вообще в одном исподнем. Сдаваться, правда, они тоже не любили. Умом Сабина понимала, что переловить их нужно, и что ловят их вообще-то за дело, но отделаться от мерзкого чувства не могла. Ежели слухи, про то, как знать Челиакская забавляется охотой на рабов, были правдой, то так ли велика была разница между дворянами-дьяволопоклонниками и лесными удальцами сейчас? А самым мерзким было то воодушевление, с которым некоторые лесные молодцы на челиаксцев наседали. Крестьянке пришлось даже надавать по шее одному такому воодушевленному, чтобы тот кураж немного подрастерял и в ум вернулся. Долго ли, коротко ли так дела шли, да только пора настала лесным молодцам возвращаться в Бричил.
Оказавшись во всамделишнем городе, накупавшись и в кои-то веки выспавшись на мягкой перине, Сабина занялась делами хозяйственными. Каша тут заваривалась нешуточная, и хорошего железа, как и хороших мастеров, скоро будет днем с огнем не сыскать. Так что крестьянка насобирала по всей ватаге целую тележку износившегося снаряжения, по деревенской привычке прихватила лукошко со всякой снедью и отправилась на поиски местного кузнеца. Деньги деньгами, но простое человеческое уважение и кошке приятно, не то что человеку работящему.
Кузня сыскалась довольно скоро. Правда, заправлял там не почтенный муж и даже не дварф какой-нибудь, а высоченная деваха, словно бы светившаяся тем же светом, что и ее горн. Сначала удивленная Сабина принялась торговаться, потом засмотрелась, как деваха ловко управляется со всеми этими молотками и клещами, затем, спохватившись, предложила мастерице угоститься и сама, абсолютно машинально, цапнула сухарик. Слово за слово, и следующее, что помнила крестьянка - как она на спор качает какие-то меха, чтобы пламя в горне было ровным, но не слишком горячим.
Кроме того, обнаружился в кузнице и тесак огромадный, самым великанам в пору. Сабина не утерпела и пристала с расспросами: для какой такой надобности потребна здесь такая махина? Да так и ахнула, когда рыжая деваха подхватила его одной рукой да и закрутила в шипящую мельницу.
Хозяйка кузницы откликалась на имя Жак и была хоть и странной, но приятной. С ней можно было и посплетничать, и посмеяться, и сравнить, чем Верн от Бричила отличается, а в чем они, наоборот, схожи. И мечами побренчать, коли охота настанет. Душевная она, не то что всякие.
Решив насущные проблемы, девушка отправилась на поиски вожака их шайки. Роберто обнаружился в городском лазарете, премило болтающим с каким-то одноруким парнем с соседней койки. Наскоро убедившись, что жить ее предводитель будет, и чуть не придушив его в объятьях, девушка вывалила на Роберто ворох накопившихся проблем. Про то, что посторонним слышать не следовало, она не болтала, но отчитывалась очень подробно, точно перед орденским мараликтором. Как прошла охота на рыцарей и во что это обошлось лесным молодцам. Кто сейчас чем занимается, куда раненых отправили, кого нового к себе сманили и про что говорят на окрестных хуторах и заимках. Не забывала крестьянка и жаловаться, и совета выспрашивать: к примеру, Рябой Дужон все рвется другие города по примеру Бричила поднимать, а Сабина пристроила его телеги да лошадей по городу искать и в порядок приводить, чтобы порыв его хоть пользу приносил - верно ли? Или вот Анеж Малой все в Андоран сбежать хочет, раз тут такое делается - отпускать ли, или попробовать убедить остаться? А где денег брать на всю ораву молодцов?
В таких хлопотах - утром и днем дела с молодцами, по вечерам - болтовня с Жак, да отчеты Роберто - прошла пара дней, а потом сообщил Сабине какой-то франт, что ее в храме рыцарь Орла дожидается. Для какой такой надобности? А шут его знает, но дело важное, говорит. Крестьянка уж и все грешки своей ватаги пересчитала, и лишний раз всех опросила, но все одно понять не могла, чего этим благородным от нее понадобилось. Так что, чуть солнце к горизонту направилось, крестьянка оделась понаряднее, косу заплела наново да и отправилась являться пред ясные очи.
Только, в мыслях своих запутавшись, сначала пошла она к Дезнитам и только на полпути вспомнила, что речь-то идет о Кайдене и искать рыцаря скорее надо в трактире, чем у амвона. Сабина еще успела удивиться, как тут сегодня людно, заметить Жак, Керьяна, а потом ее взгляд остановился на подозрительно знакомом одноруком мужчине в синем и черном. Ну ети ж его за обе ноги, надо ж было так в лужу сесть. Он-то, вон, рыцарь, и не простой, а она ему третьего дня здоровьечка желала и к отрядному костру так запросто приглашала, дура! И Роберто, змей такой, наверняка знал, а не предупредил.
Крестьянка поклонилась Этрану вежливо, как подобает, и уселась в уголке, отчаянно желая оказаться где-нибудь подальше от Кеги Кайдена.
|
|
4 |
|
|
|
|
 Помощь в восстановлении лесов и животных нужна была на огромных площадях и Керьян путешествовал, чтобы помогать везде, где сможет. Поселяясь на время в каждом лесу он смотрел за людьми, которые приходят в охраняемые им земли. Если они потребляли слишком много, тратили ресурсы леса попросту, то Керьян мог убедить парочку животных встретить незадачливого мародёра. Если же гости чтили природу, то он помогал им в их делах, охранял их жилища от диких зверей и иногда объединялся с охотниками для уничтожения каких-то тварей неестественного происхождения. Так, поселившись недалеко от одной маленькой деревеньки он познакомился с девочкой, которая ходила в лес за ягодами и грибами, она всегда почтительно относилась к лесу, брала только то, что ей нужно и ничего не ломала. Однажды на девочку напало какое-то неизвестное ему творение, Керьян еле поспел на помощь с парой зверей, чтобы отогнать непонятное чудо. Так он познакомился с Сабиной. После этого они вместе с жителями деревни выследили и уничтожили создание. Керьян полюбил эти места и часто возвращался, чтобы посмотреть как растёт его новая знакомая. К сожалению, долг звал их долой от этих мест и однажды Керьян, придя к этой деревне более не нашёл Сабину. Прождав несколько дней в лесу он решил отправиться дальше выполнять свой долг. После захвата лесопилок и начала массовой вырубки Керьян пришёл в эти земли и препятствовал работе Адских рыцарей как мог: пугал лесорубов, перерывал магией землю, чтобы нельзя было ни пройти, ни проехать. Что мог противопоставить одинокий леший целой системе? Вскоре он стал замечать, что не только он проводит диверсии против новых хозяев лесорубок и попытался познакомиться с другими членами сопротивления. Как-то раз он резко появился у них за спинами в форме маленького зверька, выйдя из формы он поприветствовал их. Маленький отряд уже был готов кинуться на незванного гостя, но, увидев маленького лешего, подумали, что он абсолютно безобиден и не стали его трогать. Так он узнал о Разрушителях ада. Когда была возможность он помогал им в других действиях, направленных на борьбу с этими разрушителями природы. Когда он узнал о событиях в Бренчилле, то укрыл некоторых заговорщиков в своём лесу и готовился к последующим действиям За день до резни в городе он пробрался внутрь в виде зверька, чтобы узнать где он сможет разместить небольшой лазарет для раненых во время боя. Он не участвовал в бою, а взял лекарей, чтобы организовать лазарет для бойцов и животных. Когда начался бой, он пришёл на склад первым, чтобы убедиться, что там безопасно. Удача отвернулась от него и Керьян встретил рыцаря преисподней, пришедшего за припасами. Даже для дисциплинированного рыцаря маленький леший показался не представляющим никакой угрозы. Но Керьян сегодня пришёл не один и пара его верных пушистых друзей из города набросились на солдата сзади. В этот день раненых было очень много и лазарет работал ещё несколько дней. Сам Керьян мог исцелять только волшебными фруктами, создаваемыми его волшебными силами. Когда магические силы иссякали он старался помочь, принося или унося что-либо. Так через некоторое время он познакомился с Саэлесом. Эльф воспринял его немного странно, но Керьян привык, что он вызывает удивление у многих. Познания лешего в травах сильно помогали алхимику, поэтому он ходил за ним гуськом все эти дни. Также в лечебнице он встретил свою старую подругу из деревни. Она заметно выросла и леший даже недооценил насколько. Подбежав он обнял её за ногу, подарил ей парочку волшебных фруктов и убежал за алхимиком, держа в руке букет необходимых трав. На прощание он сказал, что очень рад её снова видеть и наведает её как только будет время. За день до сообщения от Орлиного рыцаря Керьян наконец пришёл к Сабине и с любопытством накинулся на её рассказы о мире, который она успела увидеть за это время Придя в таверну он помахал собравшимся и, посмотрев на местное застолье, вручил Этрану Хауэллу волшебный фрукт, сказав, что это поможет для ясности головы. — Ну что, какие планы, вы поможете выбить этих мародёров из моих лесов?
|
|
5 |
|
|
|
|
Ещё неделю назад Эльваро изучил тушу мёртвого дракона и сказал командиру, ответственному за уборку фарша после побоища:
– Советую отрезать голову монстру, если ещё не сделали. Расколоть череп и максимально расчленить тушу. Если дьявольские слуги вернутся с некромантам, то могут использовать дракона по второму разу.
Эльваро не обделил вниманием и трупы обычных адских рыцарей, исследуя амуницию, их расовый состав и степень дьявольской примеси.
В течение всей недели он осматривал следы пребывания рыцарей и заглядывал в цитадель в поисках полезных магических штучек.
Изучая язык и культуру Челиакса эзотерик обратил внимание на исключительную страсть дьяволов к соблюдению буквы закона. Рыцари Ада страшно исполнительны в соблюдении своих законов. Блюдут их с ревностью религиозных фанатиков. Так что новым шагом в понимании врагов это поиски их документов с целью изучения актуального законодательства Челиакса, особенно на оккупированных территориях в условиях войны, и устава Адских Рыцарей в частности. Отдельный интерес, есть ли у дьявольских слуг неравное отношение к расам людей, хоббитов, гномов, эльфов или гоблинов?
***
К утру с вершины цитадели открылся прекрасный пейзаж на окрестности в лучах восходящего солнца. Наслаждение видами неплохо отвлекало от следов побоища. Однако, настало время встречи.
В «Кегу Кейдена» Эльваро повстречал знакомых, а также знакомых знакомых. С Этраном они знают друг друга давно. Если тот позвал тауматурга встретиться поговорить, то значит есть соответствующая работёнка.
Была здесь и рыжая женщина-кузнец Жак, которой тауматург поручал сделать весьма важные заказы, не терпящие грубой халатности. И с ней другая крепко сложенная человеческая воительница.
Был тут и знакомый дальний сородич Саэлис. Алхимик и знаток местного подземья, кто оказал тауматургу посильную поддержку в походе за особыми подземными грибами.
И настоящий леший тоже пожаловал сюда. Такой союзник — хорошая примета. Похоже, сама земля Исгера больше не желает выносить дьяволов.
|
|
6 |
|
|
|
|
— Наконец-то вы пришли. Подождите секунду, — воин махнул здоровой рукой, и когда это заметила Бринн Тейт, глава местной церкви Кейдена и по совместительству бармен этого храма-заведения, крикнул: — Шесть пива, дорогая, за мой счёт!
Потом взглянул на Керьяна, и на его лице отразился лёгкий ступор — похоже, он не представлял, чем вообще питаются лешие. Впрочем, оно так же быстро и просветлело.
— Слушай, Керьян, если что — две мне, а ты заказывай что хочешь. Еду тоже скоро принесут, там много всего разного. Так что отдыхайте: разговор у нас будет важный, но и о себе забывать не стоит.
Когда принесли пиво, он встал с кружкой в руке, пена стекала на стол и на пол.
— Хочу поднять этот тост за тех из вас, кто бился за этот город, кто помог одержать первую значимую победу, — с ним чокнулись двое проходивших мимо солдат. — Продолжайте в том же духе, и скоро мы сделаем Исгер свободным!
Закончив, Этран отсалютовал кружкой собравшимся и тяжело повалился на стул. Было видно, что активные движения офицеру всё ещё даются с трудом.
— Так вот, теперь к делу: я покидаю Орлиных Рыцарей и ухожу в стратеги к Хэллбрейкерам, — он широко улыбнулся. как раз в этот момент принесли еду. — Неофициально, конечно же. Официально я в отпуске по лечению на неопределённый срок. Направляюсь я в штаб-квартиру, в Сарингаллоу, — сами понимаете, путь туда неблизкий, и я выбрал вас себе в сопровождающие. Ну и работёнки там вам подкину. Со мной не про...
Договорить Этран не успел: всех в Кеге отвлёк смачный удар кружки о барную стойку. Это была Бринн.
— Ну же, друзья! Во имя всего весёлого и доброго, как того хотел бы наш любимый Кейден Кайлин, — пришло время для сегодняшнего конкурса! Кружку в руки и на сцену!
Весь храм потонул в аплодисментах. Четверо из вас недоумённо озирались. Все, кроме Жак.
А Этран, довольно улыбаясь, оглядывал зал и вас — пытаясь понять, примет кто-нибудь участие в забаве или нет.
|
|
7 |
|
|
|
|
Сабина только ухмыльнулась украдкой на слова рыцаря. Фу-ты, ну-ты, как у этого андоранца все просто получается. Захотелось ему в другой город поехать — и вот все уже должны свои дела побросать и в очередь выстроиться, чтоб от него в дороге комаров отгонять и опахалом обмахивать. А то, что у нее отряд, у Жак — кузня, у Кирьяна тоже дела какие-то, возможно, имеются, рыцаря как будто бы и не интересовало. Он даже всех собравшихся за столом друг другу представить не позаботился.
Впрочем, свое мнение крестьянка пока держала при себе. Кто его знает, насколько этот Этран обидчивый? Или есть у него доклад важный, или другое задание ответственное, про которое он сейчас скажет. Может, еще пояснит, зачем ему понадобились именно они. Посмотреть, каков из себя этот Сарингаллоу, и что за люди лигой командуют, Сабине, может, и было любопытно, но бросать Бричил сейчас, когда восстановления после битвы и близко не закончены, а где-то собирается поход возмездия? Для такого, на взгляд девушки, требовались причины посерьезнее, чем чужая дорога да обещание работенки.
На громкий удар кружкой Сабина с интересом обернулась. В ее родном Верне такое могло означать или танцы, или песню. Ну или состязание, кто кого перепьет. Сплясала или спела бы девушка с огромным удовольствием, а вот пить не тянуло.
|
|
8 |
|
|
|
|
Саэлис сидел на самом краю выделенного им пространства, слегка откинувшись назад, чтобы его узкие плечи не слишком бросались в глаза на фоне массивной брони Жак или крепкой стати Сабины. Светло-серые, почти белые в полумраке Кеги глаза лениво переводили взгляд с одного лица на другое. Пальцы эльфа привычно и абсолютно бесшумно перебирали по столу тонкий стеклянный флакон, отсчитывая невидимые капли.
Андоранский пафос Этрана стекал с него так же легко, как пивная пена с краев кружек на деревянный пол. Сделаем Исгер свободным, сопровождающие, подкину работенки... «Благородные рыцари всегда мыслят категориями триумфальных арок и красивых рапортов. Они не понимают, что Ад — это не просто армия в черных доспехах, которую можно перерубить мечом. Ад — это безупречно отлаженный механизм, где каждая смерть занесена в реестр, а живые люди лишь чернила для новых контрактов. Чтобы сломать его, нужно не просто махать флагом. Нужно бросать камни в шестеренки. И лить кислоту на приводные ремни», мысленно поморщился Саэлис.
Когда Керьян засеменил к офицеру со своим персиком, Саэлис на секунду замер, прекратив вращать пробирку. Его взгляд зафиксировался на здоровой руке Этрана. Эльф невольно прикинул траекторию: если этот вояка решит отмахнуться от лешего, как от назойливой ветки, Саэлис успеет перехватить универсальный флакон. Не потому, что он верил в дружбу, а потому, что этот ходячий плод Кримсон-Тайд три дня таскал ему минералы и не давал свалиться в алхимический бред. Своих Саэлис не сдавал. И уж точно не позволял делать из них расходный материал для чужих стратегий.
Внезапный грохот со стороны стойки заставил эльфа резко выпрямиться. Плечи мгновенно поднялись, ладонь скользнула к перевязи, нащупывая холодное стекло дымового шара. Секундная вспышка старого цехового рефлекса, ведь если гремит, значит, сейчас полыхнет или пойдут надсмотрщики. Но это была лишь Бринн, созывающая публику на конкурс. Зал взорвался аплодисментами. Саэлис медленно выдохнул через нос, чувствуя, как под кожей ладоней, покрытых химическими ожогами, утихает зуд. Голова слегка закружилась от шума.
— Конкурс. Громкие звуки без угрозы уничтожения. Очередная местная традиция тратить время, пока буквы челиакских приказов сохнут на западе.
Когда перед ним опустилась пенистая кружка, эльф даже не прикоснулся к ручке. Алкоголь. «Дьяволы обожали, когда их рабы пили: пьяным умом легче управлять, он охотнее подписывает контракты и пропускает двусмысленные сноски в указах», подумал он. Саэлис аккуратно, кончиками пальцев, подтолкнул кружку обратно через стол, остановив её ровно напротив здоровой руки Этрана.
— Благодарю, офицер, но нет. Спирт хорош в колбах, как растворитель, а не внутри. Просто воды. Или сока. Любого, лишь бы не бродило.
Вокруг стола, несмотря на сквозняки из дырявой крыши, медленно потянулся шлейф, намертво въевшийся в его одежду и кожу за годы работы в подземельях культа. Это не был запах трактирного перегара. От пещерного эльфа пахло едкой, сухой горечью ритуальной соли, застарелым медицинским спиртом, серным осадком и едва уловимым металлическим ароматом окислившейся меди. Этот запах въелся под его неровно обрезанные ногти и матовые белесые ожоги на запястьях — стойкий маркер человека, который проводит ночи у кипящих растворов.
Услышанное ранее название штаб-квартиры заставило флакон в пальцах Саэлиса снова замереть. Сарингаллоу. Слово отозвалось в голове странным, эзотерическим зудом. «Что это за место? Бывшая цитадель, монастырь или очередная шестеренка в дьявольском механизме Челиакса? Если Адские Рыцари оставили там свои следы, Саэлис обязан вспомнить их структуру. Путать слова на этой войне — значит путать уязвимости врага», эльф чуть прикрыл глаза, выуживая из глубин памяти архивные записи, которые ему доводилось видеть или мельком переписывать в лабораториях Асмодея.
Пока Бринн у стойки ждала первых смельчаков, а Жак задумчиво разглядывала лежащий у её локтя кузнечный молот Сабины, Саэлис чуть подался вперед. Оперевшись локтями о край стола, он уставился на однорукого стратега своим немигающим взглядом.
— Сарингаллоу, значит... Надеюсь, там тише, чем здесь.
|
|
9 |
|
|
|
|
Жак было сложно что-то вставить в разговор, во многом потому что в отличие от всех остальных тут присутствующих, её ареал обитания был ограничен получасом от ворот города - в саду пивовара росли вкусные зеленые яблоки с кислинкой и они с Меррином перелезали через забор, набирали из в рубаху и бежали от его старого полуслепого сторожевого пса...
Эти мысли не давали нормально соображать. Честно говоря, они не давали ей соображать уже которую неделю. Отвлекаться получалось только во время работы или тренировки. Почему то то, что Жак отправила в могилу и лазарет добрую пачку солдат Челиакса никак не помогало с этими воспоминаниями, хотя по всем канонам бардовских рассказов должно было. Когда-то... хотя это было всего лишь три года назад, какое там "когда-то"... Жак не смогла стерпеть очередную выходку дяди и, вначале криком, потом бранью, а потом и обычным мордобоем, высказала наконец своё мнение. Может, тут тоже нужно что-то сказать?
Очередной выступавший рассказал что-то про удалых разбойников, которые грабили богатых, раздавали бедным... люлей, конечно, раздавали, судя по услышанному Жак вполуха. В итоге, когда тот сошел со сцены, девушка выпила полкружки слегка кисловатого эля залпом и встала посреди какого-то очередного уточнения.
– Я скоро.
Она довольно резко толкнула свой стул, который начал падать, но вместо ожидаемого грохота просто рассыпался на быстро тлеющие ржавые ошмётки. Доски сцены слегка скрипели под её ногами, но девушка помнила как делала ступени, ведущие к ней, поэтому была весьма спокойна. Публика, пару секунд назад разливавшая по трактиру пиво мимо рта, похоже уловила слегка изменившийся тон происходящего в центре внимания.
– Его звали Меррин.
Сама история была не слишком примечательной. Каждый в таверне мог рассказать такую же, со своего опыта или, если лично ему повезло, только с опыта близкого ему человека. Не слишком умело рассказанная, история ужималась до того, что к её соседям пришли рыцари, забрали три мешка зерна и, поскольку их сын был болен, дали бумажку, по которой в ратуше можно было получить мешок зерна. Мать стояла в очереди неделю кряду и всякий раз оказывалось, что на них мешков сегодня не хватило - "приходите завтра". В итоге, уж из-за голода или нет, но Меррин умер.
– У меня было время подумать над абсурдностью ситуации. Вместо того, чтобы просто взять два мешка, рыцари забрали три и дали бумажку... Им нет дела до порядка. Они вернуться и как один будут говорить, что с ними придёт покой, порядок и справедливость, но на деле им будет важна только власть. Абсолютная и абсурдная, ради себя самой. Им нет дела до жизни людей под их властью, будь их воля - они бы правили сожженными полями, пересохшими реками и руинами городов. Они будут обещать порядок и они, как и полагается хорошему дьяволу, не будут лгать - нет ничего более упорядоченного, чем ряды могил на кладбище. Помните за что мы сражались и за что в своё время сражался Кайден. За свободу, за выбор, за жизнь, пусть и наполненную резкими поворотами, но жизнь.
Она подняла свою кружку и со словами "За Кайдена" допила стакан. Про себя она только подумала "За Меррина", но у каждого было на уме свое имя.
Победит ли эта повесть на соревновании? Ха, ха и еще раз, ха. Но, вернувшись за стол, Жак хотя бы почувствовала, что может сосредоточиться на деле. Новых вопросов не возникло, но теперь она была готова слушать ответы на чужие.
|
|
10 |
|
|
|
|
– Благодарю за приглашение, Этран. Я готов составить вам вооруженную компанию по этой дивной стране.
Наёмник явился на собеседование в чистом благопристойном ни о чём не говорящем окружающим виде. Этран и так знает, кого призвал. Выделяться своими необычностями тауматург будет по мере необходимости. От выпивки отказываться не стал и аккуратно сделал глоток. После исследования пыльного замка не помешает. Мыслями эльф всё ещё блуждал в прошлом. Вспоминал, чего знает, а чего ещё предстоит узнать об этих землях. В том числе от собравшихся.
Нежданный конкурс талантов оказался поистине внезапным. Никто не предупредил иноземца о таких чудных местных традициях. При случае как-нибудь поучаствует в подобной забаве, когда увидит в этом смысл. Сейчас же Эльваро явился сюда по работе. Потому и пил аккуратно, дабы не опьянеть и уважить собравшихся в момент их радости. И печали угостившего:
– Этран, при случае обязательно посети Кионин. Наши целители помогут исправить потерю руки. Их услуги не из дешевых, но я постараюсь уладить вопрос цены в твою пользу. Получишь самую качественную регенерацию без побочных эффектов вроде неконтролируемого обращения в кошкочеловека с переменой пола впридачу. А пока более быстрое решение — сделать протез руки. Кто знает, может рыжая Жак на это способна?
|
|
11 |
|
|
|
|
— Спасибо, я солнышком питаюсь, хотя иногда не откажусь от подкормки.
— Саэлис, налей того же, что и всегда - с меня немного сока , - Кирьян превращает ещё один волшебный фрукт в сок, — Кажись на сегодня это последний, столько живых существ мы хоть как-то на ноги поставили сегодня, а их все не кончается. Какое же большое ваше жилище с жилищами.
— Так куда ты хочешь нас увести, рыцарь? Моё дело защищать мой лес и людей рядом живущих. Путешествовать я люблю, да и интересен мне этот мир очень, столько нового от народу я в этом городе узнал. Да только как это поможет защитить эти земли и моих подопечных, если с тобой я уеду?
Посмотрев на призыв к соревнованию по историям Керьян сказал.
— Как же я буду рад узнать что-нибудь новенькое об этом мире.
Прожил я совсем немного, но думаю и у меня за время моих путешествий появилось несколько интересных историй.
Керьян был бы не против вступить перед местными жителями.
|
|
12 |
|
|
|
|
Слушая рассказчиков Этран был один из немногих, кто слушал и аплодировал всем. Остальные были не столь благожеланны. Когда в зале не надолго воцарялась относительная тишина, а точнее привычный для кабака гул воин отвечал на вопросы собранных им людей.
— Путь туда не близкий, Саэлис, но думаю мы пойдем или по реке до ближайшего города, а потом уже наймем там судно и по ней пойдем. Надеюсь ни кого не встретим, а если и встретим, не думаю что понадобится что-то специфическое.
После этого пошла выступать Жак, ее слушали молча, каждый был в своей печали, после окончания раздались аплодисменты, памяти который ее рассказ всколыхнул.
— Рано мне протез, рано. Она ещё не до конца, увы, — он легко постучал себя по культе, — но спасибо за предложение.
— Дорогой леший, а ты не думаешь, что лечить дерево нужно не с веток, а корня? Так вот, имненно в этом городе эти корни можно ухватить. И вылечив там, ты защитишь лес по всему Исгеру!
В этот момент Бринн, своим зычным голосом обратилась к толпе.
— Ну что, есть ещё желающие или я объявлю победителя?
|
|
13 |
|
|
|
|
Когда Жак вернулась к столу, Сабина подняла кружку.
- За Меррина. И за всех, с кем наши пути разошлись. Пусть мы встретим их в лучшем мире.
Что же за безумие здесь произошло? Рыцари ада никогда не славились добротой душевной, но бессмысленная жестокость? Неспособность выполнять свои же обязательства? В ордене Божьего Когтя любой мараликтор бы лишился всей кожи на спине за подобную небрежность. И едва ли уставы ордена Дыбы были сильно мягче. Может, все это проделки мерзкой Ламашту, или другого божества, насылающего безумие?
Между тем, разумные вопросы начал задавать один Керьян. А рыцарь… сказать по правде, видала девушка намасленных ужей, которые были прямолинейней, чем этот Этран. Пожалуй, пора была брать дело в свои руки, если, конечно, крестьянка хотела внести в происходящее хоть какую-то ясность.
- Вы, ваша милость, не взыщите, да только больно мудрено говорите. Я назовусь сначала, хорошо? А то неловко как-то путешествия обсуждать, даже не знаючи, с кем говоришь. Зовут меня Сабина, я из ватаги Роберто Локслидейлского. Ну или отряда, как нынче говорить полагается. В город ваш прибыли мы дня четыре назад и с тех пор помогаем, чем можем: за дичью ходим, новости с дальних хуторов носим, ну и прочее всякое тоже делаем.
Девушка обвела собравшихся взглядом. Вроде и подробно все рассказала, а вроде и лишнего не сболтнула. Можно надеяться, что и странные эльфы ответят тем же.
- И ежели я надумаю в поход собраться, мой командир меня обязательно спросит: "Как же так, Сабина? Все вот тут помочь Бричилу пытаются: кто за ранеными ходит, кто крышу мастерит, одна ты, незнамо куда собралась". И сказать по правде - самой себе мне тоже тяжеленько на этот вопрос ответить будет. Так что если у вашей милости задумка какая конкретная имеется, что нам в Перекрестке сделать надобно, - это одно дело. А ежели нет, то не обессудьте: проводить - провожу, коли командир отпустит, а затем в Бричил вернусь.
Имелось, правда, у девушки серьезное опасение, что Этран уже переговорил с Роберто и тот мог откомандировать свою подчиненную в распоряжение этого орлиного рыцаря. Но ежели так, то выходит, что Хауэлл этот куда важнее, чем кажется на первый взгляд. У Роберто в таких вопросах нюх был точно у лиса.
|
|
14 |
|
|
|
|
В ответ на похвалы и соболазнования, Жак только молча кивнула.
– Присоединюсь к вопросу - дойти, уж тем более доплыть, до города явно не звучит как что-то требующее спешно собрать новый отряд из новичков и наемной силы.
Жак не раз и не два работала с заказами тех, кого собирательно называли "приключенцы" - наемники, искатели сокровищ, странствующие маги и прочие люди и нелюди которым хотелось рискнуть своей жизнью и чужим спокойствием ради непонятно чего. Половина их отряда попадала под это описание с точностью с которой гвоздь входит в крышку гроба, а значит, если верить её наблюдениям о том, как часто менялись бойцы в таких командах - жди беды.
– А откладывание полного рассказа "на потом" выглядит... не очень, – девушка решила оставить свой коментарий про шоры при себе, – у меня здесь родня и кузня, а запасов или денег после всего произошедшего нет. А с моей рукой брать лишние заказы не получится, да и времени как я понимаю нет.
Девушка решила тоже представиться.
– Жак. Местный кузнец, сейчас новобранец Хеллбрейкеров. Насчет своих магических способностей ничего толкового сказать не могу, сама не знаю что это и откуда.
|
|
15 |
|
|
|
|
— О, я прекрасно знаю с кем говорю, а вы знаете кто я, тут милая можешь не беспокоиться. Я почти три дня занимался подбором этого отряда. И поверь, — мужчина довольно искренне улыбнулся, — ничего твой Роберто тебе не скажет, он уже получил все необходимые распоряжения. Так что тут выбор только за тобой - прозябать дальше в его компашке или попытаться стать кем-то в Лиге. Именно шанс на это я вам даю.
— Дорогая Жак, а никакого полного рассказа и нет, я зову вас с собой проводить меня до Сарингаллоу где вы получите шанс и подзаработать и подзаработать над куда более интересными вещами под командованием штаба, а не полевых командиров. Что ж до кузницы - тут можешь не волноваться, есть пара кузнецов, увы дальше не могущих сражаться, которые и репутацию поддержат и провалиться делу не дадут. А в штабе тебе и со способностями может смогут помочь.
Этран отвечал на все вопросы довольно охотно и кажется ничего не скрывал.
|
|
16 |
|
|
|
|
– Чтоб нам в интересном времени жить... – Её дядя пару раз использовал пословицу, подслушанную им у какого-то островного студента академии. Кажется, смысл он не до конца понял, но использовал частенько.
– Хорошо. При условии, что часть этого самого "подзаработать" можно будет выплачивать тут моей матери. И что если здесь начнется буча - мне помогут как можно быстрее вернуться. Или хотя бы мешать не будут.
В принципе, если она заработает достаточно, можно будет всей семьёй переехать куда-нибудь поближе к столице. Или штабу, если дело будет того стоить. Доверять дяде молоток без присмотра Жак не собиралась.
|
|
17 |
|
|
|
|
Ответ Этрана был расценен как нерешительное сомнение по неотложному вопросу и вызывали сомнения касательно его дальновидности и адекватности:
– Восстанови руку перед выходом из города. Она не отрастет сама. Протез не побрякушка для красования перед девками, а способ для однорукого воителя вернуться в строй и просто-напросто выживать в эти нелегкие времена. Установка может быть в какой-то момент болезненной, но ты ведь справишься. Тем более здесь в городе с нами есть отличные специалисты по анатомии, медицине и кузнечному делу, которые сообща сумеют быстро сделать всё, что нужно.
Эльф сделал ещё небольшой глоток пива и представился тем, кого тут не знает:
– Моё имя Эльваро. Рад знакомству с коллегами Жак и Саэлиса, — упоминать про фамилию пока не к месту: — Ну что ж, слыхали что-нибудь о городе Сарингаллоу? Вот скажем ты, Саэлис, наверняка что-то знаешь. Как решится проблема с соком для коллеги, поделись информацией, пожалуйста.
Результат броска 1D20+7: 21 - "Дипломатия: Мотивирование Этрана установить протез".
|
|
18 |
|
|
|
|
— В вас я и ни минуточки не сомневалась, — возможно, чуть прохладнее, чем следовало, отозвалась крестьянка. — Да только окромя вашей милости и тех, кто меня хоть немного знает, тут есть и такие, кого я в первый раз вижу. И им, чай, тоже любопытно, кто у них в попутчиках будет.
Будь Сабина той молодой дурочкой, что с оруженосца наплечники срывала, да будь у Этрана обе руки — наверняка услышал бы он о себе что-нибудь не слишком лестное. Это ж сколько о себе думать надо, чтобы, собрав за одним столом незнакомцев, их друг с другом не познакомить? А когда они сами знакомиться начнут, вообразить, что это ему представляются. Ну и из всей тирады Сабины про то, что негоже город посреди восстановления бросать, услышать только, что девушка боится, как бы ее начальник не заругал, — тоже талант надо иметь немаленький.
Но уроки Роберто не пропали втуне, и вместо того чтобы раскричаться, девушка задумалась. Вот едет этот Хауэлл командиром делаться. Или советником, или стратегом - не важно. Будет ли он хорош? Черт его знает, может, челиаксцев и станет ловко бить, как его в Андоране учили. Да только внимания к людям и их надобностям от него, пожалуй, не дождешься. А если еще заметить, что сманивает он собравшихся обещаниями денег и места хлебного, а про судьбу Исгера или Бричила — только что-то невнятное про корни сказал, да тост поднял— то и вовсе печально делается. Хотя, может, и не имел он в виду ничего такого, и Сабина к нему просто придирается, но все равно на душе неспокойно как-то было.
Может ли девушка не допустить Этрана до важной должности? Да какое там. Разве что из лодки его выронить, а это скотство первостатейное; не пойдет она на такое. Значит, надо с ним отправиться и досмотреть, чтобы Хауэлл свое невнимание к людям дальше трактирного стола не выносил. Ну или, в крайнем случае, от Роберто с ватагой беду отвести.
— Ну, коли у командира вопросов не будет, то и мне резона отказываться нет. Согласная я. На тех же условиях, что и Жак. Только вот еще какое дело… Нам бы прикрытие или легенду какую: кто мы и зачем в Сарингаллоу направляемся. Король-то наш, ну… не очень ловок в делах государственных. Но ведь есть и посмышленее люди у него при дворе, а отряд у нас приметный больно получается.
|
|
19 |
|
|
|
|
Саэлис проводил взглядом кружку, скользнувшую обратно к здоровой руке офицера, и на секунду прикрыл глаза, баюкая в пальцах пустой стеклянный флакон. Речи Этрана про «шансы», «штабы» и «полевых командиров» ложились на эльфийский слух ровно так же, как челиакские контракты — гладко, веско и с кучей пустого места между строк.
— Шанс, значит, — тихо, почти безынициативно повторил алхимик, и его светло-серые глаза немигающе уставились на Хауэлла. — С точки зрения логистики, везти группу необстрелянных полевых новобранцев через половину воюющей страны только ради «сопровождения» одного раненого стратега — избыточная трата ресурсов. Из чего следует вывод: штабу в Сарингаллоу нужны не просто новобранцы, им нужны именно мы, то есть, кто уже замарал руки в реагентах и чужой крови на этом холме.
Эльф перевёл взгляд на Эльваро, который как раз интересовался деталями маршрута. Пробирка в пальцах Саэлиса замерла, издав едва слышный стеклянный клик.
— Сарингаллоу. Я вспомнил этот узел, — Саэлис чуть подался вперёд, и от его одежды явственней потянуло сухой горечью ритуальной соли и медицинского спирта. — Многие называют его Перекрёстком. Он находится почти в самом центре Исгера. Идеальный логистический хаб для путников и место встреч для тех, кто координирует действия в разных концах страны. Если Лига закрепилась там, то они действительно пытаются держать руку на артериях региона. Это разумно. Но и дьяволы это понимают. На перекрёстках всегда больше всего засад.
Саэлис снова повернулся к Этрану. Лицо пещерного эльфа оставалось пергаментно-спокойным, но в глазах промелькнул холодный ремесленный расчёт.
— Я согласен ехать. Растворять шестерёнки Ада в промышленных масштабах куда эффективнее, чем вылавливать одиночных недобитков по лесам. Но у меня есть встречное условие, офицер. Мои универсальные флаконы и бомбы требуют точных формул, а формулы Брейчилла я полностью познал, мне нужен полный, беспрепятственный доступ к архивам, лабораториям или снабженцам Лиги Разрушителей Ада в Сарингаллоу. Если у штаба есть редкие чертежи, рецепты или реактивы — я должен иметь право выкупить или получить их для работы. Без бюрократических проволочек, сносок и контрактов. Мне нужны формулы, а Лиге нужен результат. Договорились?
Эльф откинулся на спинку стула, возобновив плавное, методичное вращение флакона между обожжённых пальцев, ожидая ответа однорукого стратега, а после немного добавил.
— Я за равноценный обмен.
|
|
20 |
|
|
|
|
Чтож, если дело того не стоит, то я всегда смогу вернуться в ближайшие леса, а там мой труд не пропадет. Да и внушаете доверия вы моим спутникам не сильно, лучше бы вам поискать друзей среди своих попутчиков.
Ладно, думаю можно хоть ненадолго выдохнуть от всех ваших карт и планов. Почему бы и не поделиться одной забавной историей?
Керьян бодрым шагом направляется к сцене, не забыв кружечку бодрящего сока.
—Однажды я вместе с медведями настиг отряд местных разбойников, занимавшихся браконьерством в лесу. Разбойники в испуге залезли на сосну, да так кучно, что ветки трещали под их весом. Сверху на напугавших их косолапых градом сыпались шишки и матюки.
—Неторопливо подойдя к дереву с арбалетом, я взвёл тетиву и предложил сделку: подручных отпущу на все четыре стороны, а вы взамен сбрасываете лидера вашей шайки и оставляете на земле все свои пожитки, включая оружие и награбленное. Они, недолго думая, пинками спихнули своего вожака прямо в руки моим друзьям. Оставлять в живых трусливых подручных, конечно же, никто не собирался — как только они слезли и бросились наутёк, об их незавидной судьбе в чаще позаботились другие лесные жители.
—Осмотрев пленника, было решено, что лидеру банды очень не хватало правильного питания. Ближайшую неделю разбойник откармливался редкими волшебными фруктами. Кормили его до тех пор, пока тот не превратился в идеальную геометрическую фигуру — шар.
Мой маленький друг (подразумевая лешего, постеснявшегося подняться на сцену) и медведи покатывались со смеху, глядя на этот результат лесной селекции. Впрочем, мишкам пришлось попотеть, когда мы наконец решили главаря отдать на суд людям: на лесных холмах вожак то и дело норовил набрать скорость и укатиться в овраг, так что медведям приходилось работать живыми бортиками и ловить его лапами, словно в гигантском бильярде.
Навеселившись вдоволь, мы аккуратным перекатом все же доставили пленника в местную деревню.
Придя в деревню я сказал:
— Принимайте работу, служивые,
Я похлопал круглого вожака по боку, и он очень забавно зазвенел, как перезрелый арбуз.
— Если попытается укатиться - просто подпирайте его бревном. Еды больше не давайте, а то в ворота деревни не поместится.
—В деревне давно разыскивали членов этой банды, но тут правосудие зашло в тупик: ни одна тюрьма не могла вместить такого круглого человека - он просто застревал в дверях, как пробка в бочке, а обычную верёвку на нём было невозможно закрепить из-за идеальной формы: любые узлы соскальзывали, и разбойник, испуганно пища, просто крутился внутри пут, как волчок.
—Оставив ошарашенных стражников наедине с их новым круглым имуществом, я весело свистнул и мы с моими лохматыми спутниками скрылись в густой чаще, слыша позади бурлящую от удивления деревню и ругательства грозы местных дорог, застрявшего в неопределенном положении
Результат броска 1D20: 15
Результат броска 1D20: 14
Результат броска 1D20+1: 10
|
|
21 |
|
|
|
|
Этран хохоча похлопал истории Керьяна. На Сабину ж глянул как на несмышлёную девочку, с немного печальной улыбкой, когда та начала про легенду говорить.
— Буду честен - ни кто, за то, что вы просто придете ничего вам не даст. Ни нормального финансирования, ни рецептов. Штабу нужны люди, я выбрал вас. Когда мы приедем будут задания ведущие нас по пути освобождения, выполняйте их - повышайте свою репутацию и вам откроется много новых и интересных путей. И по поводу знакомства, я давно считаю, что первое впечатление обманчиво зачастую и только пережив вместе несколько стычек вы сможете узнать друг друга истинно! — потом он посмотрел на тауматурга, покачав головой, — Про протез я уже говорил, надо ждать пока рука заживет, иль ты думаешь я просто так без нее хожу, поверь маги если б могли уже давно б вырастили новую.
— Что ж полагаю на этом все, жду вас здесь же, завтра по утру, в девять часов, будем выдвигаться в путь.
Тем временем объявили победителя - мужика упоенно рассказывающего минут пять про то, как рыцарей ада разносил, словам его ни кто не верил ни на грош, но описывал подробности чертяка красиво.
|
|
22 |
|