'BB'| Aces&Eights: The Way of Outlaw | ходы игроков | - - - Morning, gentlemen.

Фостер пожал плечами.
- Один человек, покупающий патроны для экспедиции какой-нибудь на Запад - это нормально. Просто продумай, как это объяснить, если спросят. Главное, чтобы три компании в разных магазинах в один день не закупались - это может толки вызвать, и через то дойти до полицейских. А магазин... там где-то был, на одиннадцатой улице, кажется. Спросишь у местных.

Предводитель, похоже, и вправду раньше бывал в Де-Мойне. Любопытно было бы, пожалуй, узнать, с какими целями.

- Тогда, значится, если у кого какие пожелания есть - выскажите их Патрику. Еще есть вопросы?
- К скольким вернуться надо? - спросил Алан, небрежно поигрывая кисточкой, которой был украшен чехол его ножа.
- Не задерживаться, - сухо ответил Фостер.

К Патрику тем временем подошел олд-таймер, протянул записочку, где было торопливыми каракулями выведено:
"Уздетчка - 1 шт.
патрон Генри - 20 шт.
масло камфорно - 1"

- Вот, было бы неплохо, - сказал он, отдавая вместе с запиской золотой полуорел достоинством в пять долларов. - Масла склянку. А еще, - он наклонился поближе к уху ирландца, и четко зашептал ему что-то, но так, что слышать мог только он:
- За этими двумя смотри внимательно. Особенно за полукровкой. Смотри, как бы не прирезали кого. Удачи.

В знак признательности ирландец коснулся пальцем полей шляпы. Со стороны могло показаться, что два человека только что просто познакомились.
- Учту.
Пока народ не начал окружать с заявками, Патрик поспешил задать еще один интересующий его вопрос:
- Мистер Фостер, тут такое дело... Три человека - это уже не один. Кто за старшого будет?
О`Нолан поискал взглядом своих двух напарников. Судя по тому, что он видел за утро, то командиром над собой он бы предпочел стрелка. Это если выбирать...

Принимая деньги из рук Сухого Лога, Патрик кивал в такт его словам, стараясь запомнить все пункты из перечисляемого перечня. Было видно,что он не очень доволен своей миссией..
- Так как первый, то еще возьму. - пробубнил ирландец, потом поднял голос и заявил во всеуслышание, - Если кто чего надумал - подходите со списком. Иначе тогда не обижайтесь, что мол чего-то не купил. Кто не грамотен - помогу.

Дальнобойные винтовки оставьте здесь. Надо же. Некоторое время я еще рассматривал один из патронов .56. Забавно. Если бы я заметил у кого-то патрон крупного калибра и не увидел винтовки, то сказал бы, что это странно. Ну да ладно. Не все такие глазастые.
Потому Сепнсер отправился в дом, а его владелец готовить себя и коня к прогулке. Все-таки компания будет не самая плохая.

- Я что, не сказал? - удивленно поднял брови Майкл. - За старшего у вас Алан.

И он взглянул на молодого человека, который своей диковатой внешностью, сказать по правде, внушал доверие не сильнее, чем метис. Взгляд Майка был несколько испытующий, как будто слова О'Нолана заставили его усомниться в том, что Алан подходит на роль старшего. Но парень был, похоже, из тех, кого одним взглядом не смутить, и никак не отреагировал на реплику бандита, а продолжил играть со своей кисточкой.

К О'Нолану между тем подошел Закари и, протянув два доллара, пробасил:
- Одеяло.
И больше ни слова. Голос у него был низкий и сильный, наверное, он хорошо бы пел в церковном хоре.
У Майкла голос был скрипучий и сухой, как пересыпаемый песок.

Еще один новоиспеченный компаньон - мужчина, что называется, в самом расцвете лет (кажется, Майкл назвал его Палмером) подошел, пересыпал в ладонь ирландца пригоршню мелочи*:
- Ружейной смазки и подков пару, если не трудно.

- Спасибо, Патрик. Я б записал, было бы чем! - учтиво кивнул крепыш и отошел от собирающего деньги ирландца и направился к коновязи. Толкнув своего скакуна плечом в плечо, Уэйн принялся расправлять потник и чепрак, двигать седло и подтягивать подпрги да ремешки.

- Чак, дружище, посмотри верным глазом, все так я взнуздал Котла? А..и еще..ты ведь остаешься, да? Не приглядишь тогда за моей Джули? - качнул он винтовкой в петле.

Захолодело всё внутри Милоша, как услышал он, куда собирается вести их Фостер этот, налились руки свинцовой тяжестью, глухо и сильно ударила кровь в виски, ноги, и те чуть не подкосились.

Охо-хо-хо-хо-хо-хо. Ай-я-яй. Вляпался ты, Милош, вляпался по самые уши, совсем всё плохо, ой, плохо всё, плохо как. Не просто на какое-то дело собрал их Фостер, чёрт его подери, окаянную голову, не разделаться там с кем-нибудь напакостившим, не ограбить даже дилижанс какой-нибудь на дороге, а собирается он вести их грабить банк, да в городе, да там ещё и солдат куча, и охранников, и горожан. Это ж, даже если выгорит дело, розыск и виселица. Ох, плохо дело, плохо дело-то как…

А уж как услышал Милош, что его, «поляка» то есть (других поляков-то нет) собираются отправить со скрипачом этим и ещё какими-то парнями на «отвлекающий маневр», тут-то совсем Милошу и поплохело. Хорошенькое дельце, значит — отвлекай знай на себя всех солдат, охранников да горожан, пока подельники на другой стороне города банк грабить будут. Вчетвером-то. Ох, беда. Ох, конец всему. Ох, дела творятся…

Вот и стоял тихонько, нос повесив, да вздыхал, охо-хо, дела-то какие, батюшки-матушки, беда-беда. Беда-беда-беда. Невыносимо жалко было себя Милошу, что вот пристрелят его в этом Де-Мойне и даже никто не поплачет о нём и имени на могиле-то никто не напишет, а даже если и напишут, то неправильно, фамилия ведь длинная. Ковальскому-то Милош вот написал, а Милошу кто? Беда-беда. Ох, судьба. Заскулить захотелось, тихонечко и протяжно, и с трудом удержался Милош. Эх, Милош-Милош, куда ты себя втянул, куда?

— Патрон бы мне… — поднял поляк глаза на отправляющегося в город ирландца. — Вот ему, — кивнул на стоящий у опоры дома карабин. — Штук… тридцать хоть. Мало вот у меня.

Хотелось верить, что патроны пригодятся до последнего.

Пока участники банды передавали Патрику деньги и пожелания, юноша, который приехал вместе с Картечиной, собрал свои вещи, подошел к боссу и негромко, но твердо сказал:
- Я, пожалуй, тоже пас.
Сцена, разыгранная с рыжим, в точности повторилась еще раз вплоть до отведенных пол плащей. Паренек уже играл против правил - если он хотел выйти из дела, надо было раньше думать, но лишнего кровопролития никому не хотелось, и пока что его тоже просто отвели к сараю, чтобы он не мог слышать разговоров бандитов.

Впрочем, все было, по сути уже оговорено, мужчины поседлали коней и распределились на группы. Первой выехала команда Дока - сам Кэрри, Палмер на красивом вороном мерине, прямо таки отливавшем на солнце, как будто вместо кожи его покрывал бархат или парча, Реддингтон на своем непутевом Котле и Крис - его морган, привычный к долгим переходам, хорошо отдохнул и то и дело помахивал хвостом, косясь на гнедую кобылу Дока. Та, впрочем, ни малейшего интереса к нему не проявляла и смотрела на своих спутников едва ли не так же надменно, как сам "Мистер Десять Пальцев".

Затем, выждав некоторое время, отправились поляк и два его спутника - Джо, сменивший свою шляпу, что, впрочем, не сильно его печалило, и Алабама, выклянчивший у кого-то еще одну сигаретку. С виду это была настоящая "компания непутевых джентльменов", как охарактеризовал её, глядя вслед удаляющимся путникам, Закари. Пожалуй, на грозных грабителей они походили не больше, чем на доминиканских монахов или индейских вождей.

Третья группа выехала последней, когда урчание в животах уже недвусмысленно намекало, что неплохо бы и пообедать в городе. Их дорога была немного короче других. Метис ехал на злобной маленькой кобылке, должно быть, помеси чикасо и мустанга, и глядя на него никто не сомневался, что досталась она ему даром, будучи темной ночкой украденной из чьего-нибудь загона. Рядом ехал Алан, норовивший хлестнуть своего коня по уху, если тот проявлял малейшее неповиновение - тянулся к какому-нибудь пучку травы или спотыкался на склоне. Облик этих двух мужчин, в отличие от предыдущих, не оставлял сомнений, по крайней мере в том, что честным трудом они зарабатывать себе на жизнь не любят. На их фоне ирландец, в обычной компании сошедший бы за обычного бродягу, тоже выглядел каким-то проходимцем.

Миля за милей, бандиты, как бывалые, так и новоиспеченные, приближались к городу.
Де-Мойн. Ни много ни мало – столица штата.
Много – сотни домов, поезда по расписанию, чистые улочки, десять тысяч жителей. И пусть некоторые из них говорили, что «еле сводят концы с концами» - на самом деле, по сравнению с западными штатами, тут как раз жили, а не выживали.

Но и мало: по сравнению с великими городами Востока – Ричмондом, Нью-Йорком или Сент-Луисом – это была сильно разросшаяся деревня. Или шахтерский поселок – в округе активно добывали уголь.

Айова находилась на Среднем Западе. Через неё не гнали на север стада коров разухабистые техасские парни, тут не грохотали винтовки охотников на бизонов, а индейцы не завывали свои леденящие душу боевые кличи. Не было кварталов красных фонарей, не текло рекой виски, не сходились друг с другом на пыльной улице легендарные стрелки. Здесь усталые шахтеры пили горькую в долг, потому что им задерживали зарплату, а бастовать большинству уже надоело. Здесь степенные фермеры спокойно обсуждали цены на муку и мясо, поправляя ровные, тщательно выкрашенные заборчики своих участков. Здесь играли по маленькой, маршала называли «начальником полиции», а послушные дети помимо обычной школы ходили еще и в воскресную. Здесь, говоря о «серьезном бизнесмене», подразумевали владельца акций железной дороги, а не хозяина магазина или борделя.
Но те, кто пересек континент, кто видел и нетронутые прерии, и стотысячные города – те чувствовали: это уже Запад. Где-то здесь, в окрестностях Де-Мойна, совершали свои «подвиги» братья Джеймсы, не так уж далеко отсюда гонялись друг за другом головорезы Куонтрила и джэйхокеры Дженнисона (такие же, по сути, головорезы), а стоило пересечь красавицу Миссури – и ты оказывался уже в Канзасе, краю скотоводов. На Среднем Западе не каждый встречный носил при себе оружие, но не в диковинку было видеть посреди улицы человека с кобурой на бедре. Здесь в кабаке могли дать в рыло только за то, что собеседник оказался "не с той" шахты. Здесь не требовалось скакать три дня, чтобы найти человеческое жилье, но и спрятаться было несложно, если знать где.
Воздух в Айове не был отравлен свободой, но её душок уже ощущался. Когда-нибудь, наверное, все захолустные штаты станут чем-то вроде Среднего Запада. А пока это и была та «крайняя» Америка, которую полудикий фронтир отделял от невозделанной и незаселенной белыми людьми части континента.

Де-Мойн. Много ли, мало ли… для одной банды - достаточно.

- Ээх, не люблю я маячить перед офисом шерифа, да еще и накануне дела, ну да вам видней, сэр.. - вроде ни к кому не обращаясь, посетовал громоздящийся на пританцовывающего и шарахующегося скакуна крепыш.

- Тпрру, волчья сыть, травяной мешок! Ровно, ровно! - неуклюже, но крепко обхватив бока того, он неожиданно уверенно успокоил того и пристроил за морганом Криса.