Взгляд Т’риссайн сразу же перескочил на Нэзеса. Она жестами спросила его: «Можешь ли ты помочь мне?»
Мужчина, разморенный только что закончившимся развлечением, так же на пальцах показал, что да, готов на всё по желанию госпожи.
«Как вернешься домой, пошли слугу в мой дом с посланием к дроу по имени Аморин. Пусть он возьмет моего раба и приведет его на задний двор «Золотого зуба». Хорошо?» – быстрыми жестами пояснила суть своей просьбы Т’риссайн.
Мужчина согласно кивнул, не став спрашивать, зачем это вдруг понадобилось жрице. Неужели сама не собирается возвращаться домой?
«Скажи еще, чтобы раб оделся», – добавила жестами жрица и, встав и набросив плащ на плечи, подошла к мужчине. Наклонилась, целуя его рядом с ухом и почти беззвучно добавляя:
– Спасибо.
Нэзес кивнул, а затем удивленно поднял брови, взглянув в сторону ванной, где в дверях оказалась Хелинда, читающая одну из молитв. Спустя мгновение за спиной Т'риссайн появился громадный паук с явным запахом кислоты и разложения, и немедленно атаковал, только вот попасть не смог. Его челюсти клацнули в опасной близости от спины убийцы, которую на себя дернул драконоборец.
Т’риссайн резко развернулась, выхватывая из ниоткуда клинок, и бросилась на жрицу. Однако, натолкнувшись на проклятую ширму, промахнулась.
- Как ты могла? Жало Лолс, провалившая её испытание! - Выкрикнула Хелинда, отступая в сторону и принялась за чтение новой молитвы, тогда как призванный паук еще дважды умудрился клануть челюстями мимо цели, не успевая поймать ловкую убийцу. Коснуться, чтобы достать противницу, при этом жрица не смогла, профукав попытку проклясть её.
– Да что эта старая сука обо мне знает?! – не стала сдерживать эмоций и Т’риссайн. – Что вы обо мне вообще знаете?!
Она зло рубанула по плечу Хелинду и отступила, выдернув испивший крови клинок.
Жрица стиснула зубы, чтобы не вскрикнуть. Кровь полилась из глубокой раны, и ничего иного, кроме как лечиться, она не придумала, прочитав молитву Паучьей Королеве.
- Богохульница! - Выпалила в ответ на обвинения в адрес богини, Хелинда. - Тебя ждёт более худшая участь, чем смерть!
Паук снова попытался ухватить челюстями Т'риссайн, и завелся, топая всеми лапами, когда это не удалось.
Очередная атака не достигла своей цели.
– Знаешь, где я тебя вертела? – прошипела Т’риссайн. – И богиню эту твою. Я отрекаюсь, слышишь? Отрекаюсь!
Хелинда фыркнула, явно не собираясь больше беседовать с сумасшедшей, которая по своей воле отреаклась от Лолс. Такие заканчивали обычно крайне дурно.
- Я прослежу, чтобы ты была достойно наказана. - Мрачно произнесла она, пытаясь наложить на противницу проклятие слепоты.
Паук в очередной раз клацнул челюстями, не достав убийцу.
Женщина взвыла, схватившись за глаза.
– Поцелуй меня в задницу, – прошипела она, стремительным броском втыкая клинок ей в плечо и вновь отступая. – Я все равно убью тебя, даже будучи слепой.
Хелинда улыбнулась даже тогда, когда очередная рана появилась на её теле.
- Ты-то меня уже поцеловала. - Напомнила она, вновь исцелив себя и следя за тем, как промахивается в который раз паук. Бесполезное создание.
Жрица зарычала и вслепую махнула клинком, но не попала.
Даже слепой Т'риссайн оставалась опасной и не спешила убегать, как, наверное, поступила бы на её месте сама Хелинда, потому жрице нужно было решить, как её обездвижить, чтобы доставить для правосудия в Лолтаэ. Так или иначе, а выбор был небольшим. Жрица коснулась ладонью противницы, заставляя её ощутить боль во всём теле и проявляя на её коже раны от невидимых ударов.
Короткий меч Т’риссайн скользнул в опасной близости от тела жрицы, а вместо крика боли с губ женщина сорвался короткий смешок.
– Тебе не взять меня живой, сука.
Ответить Хелинда не успела, поскольку в неё с разгона влетел Нэзес, вскользь черкнув по шее своим оружием. Жрица охнула от удивления.
- И ты? - Воскликнула она, отступая к ванной.
Паук, не способный никак даже зацепить Т'риссайн, поглядел на другую жертву, подчиняясь приказу призывательницы.
Женщина стиснула зубы, мечтая только об одном: не попасть в Нэзеса, который, судя по удивленному возгласу, вступил в бой. Причем, эта мысль изрядно удивила ее, на стороне отступницы. На звук найдя Хелинду, она воткнула клинок в ее тело, куда-то в бок или в живот и сразу же выдернула.
- Предатели. - Выдохнула, сплевывая кровью Хелинда, и снова обратилась к Лолс за исцелением, а паук атаковал Нэзеса, впрочем, не более успешно, чем в случае с Т'риссайн.
– Предатели? – удивилась Т’риссайн, резко шагнув вперед и втыкая клинок ей под ребра. – Вовсе нет. – Сказала она уже опускающемуся на пол телу, нащупала ее глазницу, осторожно приставила острие меча, чтобы не задеть свою руку и воткнула, с хрустом и чавканьем добивая противницу. А затем вытерла клинок об нее и выпрямилась. Она не слышала Нэзеса, не понимала его мотивов… и это напрягало.
Паук пропал, а Нэзес молчал, хотя слышно было его участившееся от драки дыхание совсем рядом.
Она убрала оружие и протянула руку, чтобы нащупать его, хмурясь и закусывая губу.
Он подал ей руку, теплую и слегка влажную, и ожидал приказов, распоряжений, просьб на тему того, что делать дальше.
– Мне нужно вытащить Элоила из дома, – вздохнула Т’риссайн, беря его руку и постепенно успокаиваясь. – Но сначала надо избавиться от слепоты. Ты сможешь прочитать свиток?
- Нет, я не знаком с такой магией. - Покачал головой мужчина.
Женщина кивнула, принимая такой ответ.
– Можешь забрать с нее что-нибудь полезное себе, – сказала она, отпуская его и возвращаясь ощупью в комнату. Попросить владельца послать слугу к Аморину прямо отсюда? Сколько у нее времени, прежде чем все жрицы дома Шерран начнут ее искать? Разумеется, тайно. Т’риссайн сложила ладони в молитвенном жесте, уткнувшись носом в него, и подумала о том, что сначала нужно избавиться от слепоты. Любая жрица Лолс получит приказ ее убить мгновенно, стоит только ей оказаться в поле зрения, а тех, кто Лолс не молился, она не знала. Разве что такие могли быть среди Извергов.
Нэзес кивнул и снял с убитой няньки кольцо, ожерелье, затем забрал кнут и плащ, которым укрылся сам.
- Что дальше? - Спросил он без волнения уже, да и дыхание стало спокойнее. Сказывался опыт многочисленных сражений. Мужчина вложил в руку Т'риссайн амулет, который носила Хелинда. - Её медальон давал возможность общаться на расстоянии не больше мили.
Она кивнула, лихорадочно думая над тем, что дальше, и медленно спросила:
– Почему Лолс хотела, чтобы я убила тебя?
Если бы убийца видела сейчас лицо мужчины, то и без ответа подумала бы, что он понятия об этом не имеет.
- Не знаю. - Пожал он плечами. - Но нужно уходить отсюда. Она могла из ванной с помощью амулета с кем-то связаться.
Значит, она просто старая ревнивая сука. Эта мысль доставила Т’риссайн определенную долю удовольствия. Такую, что женщина даже смогла посмеяться над богиней: ставить ультиматумы таким особям, как убийца, всю жизнь отдававшая себя сначала брату, потом консорту, потом Элоилу и Нэзесу… это надо быть очень непроницательной личностью.
Она поднялась, убирая медальон во внутренний карман. Пальцы наткнулись на завернутые в ткань глаза Сашре.
– Ты, конечно, не знаешь, есть ли здесь анклав других богов, – вздохнула женщина. – Можешь ли ты попросить пергамент и чернила? Хочу отправить послание Аморину, а то как-то неспокойно на душе.
Нэзес поглядел на растекающуюся лужу крови под Хелиндой, а затем кивнул.
- Может, лучше стоит это сделать где-то в другом месте? - Настойчиво, пусть и негромко, напомнил о том, что оставаться в Кнуте и прянике было небезопасно, мужчина. - Посланника можно нанять любого на улице.
Собственная безопасность, в отличие от безопасности Элоила, ее мало заботила, и Т’риссайн нахмурилась, получив очередное напоминание, но спорить не стала. Хотя и подумала, что пара минут точно не сделала бы никому не хуже. Она была бы уж точно спокойнее и могла бы думать о других делах. Например, как вылезать из дерьма, в которое угодила по собственной (?) милости. Тем не менее, убийца, упрямо сжав губы, покорно подала ему руку, мол, веди.
И мужчина вывел её из комнаты, а затем и из заведения, шепнув служанке, чтобы не беспокоила отдыхающую гостью. Это могло дать им дополнительно пару часов.
Уже на улице они поймали какого-то разносчика газет и за пять серебряков тот согласился мигом доставить нужное сообщение куда угодно в пределах Налан Саджа.
Разобравшись с посланием и частично успокоив свою душу, Т’риссайн попросила увести ее куда-нибудь в переулок, с глаз окружающих, чтобы можно было немного подумать в спокойной обстановке о том, что ей известно вообще о поклонниках других богов в этом городе. Впрочем, едва ли она что-то знала, а если и знала, то давно забыла к дьяволу. Ибо зачем жрице Лолс было знать это? По сути, единственные, кто мог хотя бы чем-то помочь ей, это Изверги, но к ним она бы пошла лишь в самом крайнем случае, потому как за большие деньги они могли прекрасно продать отступницу дому Шерран. Или любому другому дому, который пожелал бы взять Шерран за яйца.