| |
|
|
Чуть запоздало Горлица поняла, что воин был не просто темерцем, но из отряда "синих полосок". Горько признать, но факт: среди dhoine, эти были самыми результативными по убийствам Aen Seidhe. Убить таких совсем непросто. Строгий отбор, специальная подготовка...Роше постарался. Айлэ оставила позади сестру и Януша. И еще она поняла, кого головорез попытается убить в первую очередь. Но останавливаться уже нельзя - если она промедлит сейчас, то солтыс наверняка уйдет. Не просто так воин решился пожертвовать собой ради него. Значит, староста важен. Ротмистр настаивал на его умерщвлении. Разумеется, если Горлица убьет солтыса, то получит расположение вар Девернохта - нильф сомневался в лояльности старого ветерана. И правильно, что сомневался. И всё же, с чего боец элитного подразделения будет спасать старосту какой-то заштатной деревеньки?..
Ветеран, демонстрируя хорошую выучку, выпрыгнул из окна и тут же скрылся где-то там. Горлице оставалось последовать за ним. Эльфийка рыбкой нырнула в проем, перекатилась, и подслеповато повертела головой, но также использовала и слух. После освещенного помещения ночь казалась особенно темной. Слева хрустнули ветки, зашумело в кустах - сомнений не оставалось. Только бы не попасть в засаду. Кроме того, в отличии от Горлицы, староста наверняка прекрасно знал округу.
Результат броска 2D10: 4 + 6 = 10.
|
|
1 |
|
|
|
|
Проклятье! Траханный темерец оказался одним из головорезов Роше! Вот теперь, кажется, чаши весов в предстоящем бою группы прикрытия сравнялись: скоя'таэлей двое, но и bloede dh'oine стоит двоих. Понимая всю опасность, грозящую любимой сестре, Горлица побледнела, в красках представив всю опасность, грозящую Вирель. В голове лейтенанта мелькнула мысль: "А не наплевать ли на драпающего солтыса и не присоединиться ли к убиению "синей полоски"?"
С глубоким прискорбием Айлэ была вынуждена отказаться от этого заманчивого варианта: слишком уж важна была смерть солтыса для жизни всей ее невеликой ганзочки. Младшенькая - девочка умная и осторожная, и не даст себя так просто убить. Единственное, чем могла помочь ей старшая - это предупреждающе крикнуть перед прыжком в провал окна:
- Gar'ean, sor'ca! Sinn henn na aep "laewedded stribeden"!
Прыжок, перекат, подъем. Прищурась, Горлица осмотрелась и прислушалась, желая уловить малейшие звуки, издаваемые спасающим свою шкуру трусом. Шорох листвы, хруст веток, тихое посапывание пожилого dh'oine: сгодится все, что выведет aen seidhe на след беглеца. Зажмурившаяся Айлэ молча вслушивалась в окружающую природу, стараясь хоть на миг отринуть страх за сестренку. Откуда-то сбоку послышался тихий шум, и эльфийка, криво усмехнувшись припомненным стокам старой баллады: "Дикая Охота по твоему следу, их не остановят засовы и двери...", тихой летящей походкой поспешила на шум. Коли предки будут благосклонны - она станет для выблядка персональной Дикой Охотой.
|
|
2 |
|
|
|
|
Горлице пришлось ломануться следом, через густой кустарник, поросший за деревней тут и там. Староста бежал где-то впереди, напролом, и с головой выдавал себя. До густого леса было еще далеко. Он завернул, и побежал вдоль деревни, а Горлица - за ним. Пока что ветеран держал темп, не уступая эльфийке, но рано или поздно он начнет уставать - быстрее, чем Горлица. Времени, впрочем, не было совсем, и надо ускоряться.
- Скотоели! Скотоели! - заголосил он, пользуясь последним шансом. Нехорошо.
|
|
3 |
|
|
|
|
Староста ломился сквозь кусты, как боров к водопою: собственно, для эльфийки боровом он и являлся. И все бы ничего, если бы он не решил при этом орать, как потерпевший (впрочем, с его точки зрения он-то наверняка и был потерпевшим):
- Скотоели, скотоели!
Ринувшаяся на звук Горлица презрительно скривилась и недовольно прошептала себе под нос:
- Как ты мне уже надоел, голосистая мразь! Все равно же не уйдешь!
Пригнувшись, Айлэ проскочила под ветками какого-то дерева, в несколько прыжков обошла колючий кустарник, зашипела от больно хлестанувшей по лицу острой ветки. Слава Лесу, ей пока что везло - а то угодишь в какую-нибудь ямку, подвернешь ногу, а там и на хрюканье солтыса сбегутся селюки и заломают тебя оглоблями - и никакая сабля, и никакая ловкость Aen Seidhe не поможет.
Сейчас эльфийка была целиком и полностью поглощена охотничьим азартом: глаза горели, на лице блуждала довольная улыбка, крылья носа трепетали, уже готовые уловить запах человеческой крови, тонкие пальцы со всей чувственностью ощущали чуть шероховатую рукоять верного клинка, готового запеть гимн погибели. Еще немного, еще чуть-чуть, и эта свиноматка в человечьем обличье заткнется навсегда.
И тут в спину словно плетью ударил крик, полный боли и страдания. И это был не мужской голос, не грубые интонации dh'oine - так могла кричать только одна живая душа: ее милая, родная, обожаемая сестра. Не надо было быть speathanna, чтобы с пугающей ясностью осознать - это проклятый темерец пролил кровь Вирель. И кровь ее была целиком и полностью виной Айлэ - ведь именно по ее воле Стилет осталась лицом к лицу с ветераном из "Синих Полосок" с поддержкой только в виде Воробья.
Первым желанием старшей дочери Эймиля было ринуться на подмогу любимой sor'ca, но опыт строевой службы безоговорочно давал понять: если она упустит старосту, то на его вопли сбегутся все местные, и тогда уже никто из их hanse не уйдет живым. Отвернувшись от дома, где кипела битва, девушка заставила себя продолжить погоню. С болью в сердце и ненавистью в душе озлобленная Горлица заскрипела зубами и ускорилась, как только могла, в надежде убить врага как можно быстрее и прийти на подмогу Вирель.
|
|
4 |
|
|
|
|
Аэп Эймиль вдруг услышала, как просвистела стрела. Миг сомнения - не по ней ли?.. Нет. Едва видимый росчерк ударил солтысу в спину, куда-то в поясницу, и тот даже умудрился сделать еще пару шагов, но потом упал, шумно завалившись в кусты.
Шанти.
И в следующий момент Горлица оказалась у поверженного. Человек еще был жив, но с каждым мигом дышал вся тяжелее, всё реже. Белый кафтан темнел, кровь заливала землю. Не жилец - такое попадание никто не переживет.
- С-су...каа... - выдавил он. И умер.
Где-то скрипнула дверь.
|
|
5 |
|