Revolt!!! (Восстань!) | ходы игроков | 1. Штурм Перекопа.

Харон Плутоныч спал, повинуясь неведомому голосу, идущему из глубин небытия. И неслись мимо него, как в дымке, боевые товарищи - настоящие, прошлые и будущие. Вот паренёк садится в аэроплан. Ещё молодой, а уже старик - сотня вылетов, и пять черепов с костями - значит, всего пять раз был сбит и восстал. Лихой. Вот конница несётся с тачанками, перекованными из кладбищенской ограды. Неудержимая, как чумное поветрие. Вот эскадрон гусар летучих, ещё живых.. А нет, то духи мертвецов! Все армии мира теперь - за нас. Вздохнул сладко Харон Плутоныч, потянулся...
Положил враже камушком, да подымет комиссар калачиком. Вот, выходит, и вся нехитрая мертвоармейская премудрость. И так хорошо стало, так просто... Чудный сон, одним словом. Стоило за него и умереть.

Попал. Понравилось. Надо бы конечно почаще таким заниматься, руку и глазомер подстраивать. Глядит и думает, кавалеристы слишком близко, времени терять никак нельзя! Быстренько передёрнул затвор, патроны ещё должны остаться, ну и давай стрелять в кавалеристов! Кавалеристы большие, чего по ним не попасть?

Преображенский удовлетворенно проводил взглядом упавший самолет. Впереди кипела битва, но похоже и без него разберутся. Впрочем, его помощь может пригодиться, интересно будет изучить характер боевых повреждений соратников. Это может натолкнуть на новые идеи их защиты в следующих боях.

Подхватив полы плаща и пригибаясь на всякий случай, Виктор рванул вперед через усеянное трупами поле

Иван методично долбил молотом по белым, особо не разбирая ничего сквозь брызги крови на глазницах , но то, что товарищ Могила после взрыва гранаты уже выбежал из дзота не заметить было трудно. Только вот он не весь выбежал, упала часть его ноги. Долго не думая, пролетарий схватил кусок и побежал следом за убегающим, прибивать его своим молотом обратно.

Мы не знали друг друга
До этого лета,
Мы болтались по свету
В земле и воде.
И совершенно случайно
Мы получили повестки
На соседние фронты
На Великой войне.

И моё сердце остановилось,
Моё сердце замерло.
Моё сердце остановилось,
Моё сердце замерло.

И вот уже целый год
Мы просыпаемся вместе,
Даже если уснули
В разных бункерах.
Мы заряжаем винтовки
Под походные песни.
Разведчик сбежал
Под шквальным огнем, ах!

Моё сердце остановилось,
Моё сердце замерло.
Моё сердце остановилось,
Моё сердце замерло.

Может быть, ты не станешь
Генералом Империи,
Не пройдёшь возле Зимнего
В златых орденах.
Тебе честь не дают
Ни одни офицеры,
И орёшь ты чуть тише,
Чем австрийский монарх.

Ну, так и я, слава Личу,
Не царь, и не кайзер,
Не выдвигал фронт на Львов,
Французам газ не пускал.
Моим именем не
Назван город на карте,
Но задёрнут затвор,
И выполняется план…

И моё сердце остановилось,
Моё сердце замерло.
Моё сердце остановилось,
Моё сердце замерло.

Я наяву вижу то,
Что многим даже не снилось,
Не являлось с ипритом,
Не взрывалось в окоп.

Моё сердце остановилось...
Отдышаться немного,
А я снова пошёл!

Вроде и бой в разгаре, а в голове внезапно закрутилась мелодия модной песенки, услышанная на последнем митинге, более напоминавшем праздничный концерт, нежели нормальный сбор членов партии. Малина тогда не стал вмешиваться, одёргивать - пусть народ погуляет, праздник тоже нужен. И вот ему расплата: теперь услышанная песня никак не хотела уходить из мыслей, мешая продумать ситуацию, отдать правильные приказы. А Белая Конница - не шутки, пора что-то решать... помотав головой, Комиссар, злой на самого себя, прорычал:
- Пристегнуть штыки! Упереть винтовки в землю, прижать весом! Целить в грудину коням, голову вжать, под сабли не подставляться!

Долго спал Верещагин, и всё думал, что же это подъём не трубят? И только решил сходить-проверить, как на тебе! Протрубили! Пока просыпался, мысль мелькнула - "Ты же коммунист, Верещагин! Как не стыдно, товарищи в бою, а ты спишь! И что, если побудки не было, могли и горниста убить!" Поставил себе цель работать над собой и впредь не спать в бою и на партсобраниях. Ну, на собраниях ещё можно.
А комиссар уже отдаёт приказы, стоять под натиском кавалерии. Дельно командует, да только Харон Плутоныч до окопа добежать не успел, а винтовку в его руках - ножницах не удержишь. Ну ничего.. Я теперь сам себе штык, получше винтовочного!
Сделал короткую перебежку до края ДЗОТа, уперся ногами в надёжный бетон, и выставил раскрытые ножницы перед собой. Налетай, беляк, только тебя и ждём!

Наконец тело вновь подчинилось вервольфу. Не раздумывая он кинулся в стону ближайшего противника. Бой еще не закончен, эти жалкие куски мяса заплатят за свою наглость и закончат свое существования так как должно - в его пасти.

Размахался знаменем, но теперь уже стягивал его обратно в траншею. Налет кавалерии. Черное знамя вещь достойная, и его потоптать своими копытами скакуны Рыцарей не должны. И Лисеева тоже не должны. Зачем давать себя топтать? Посреди всеобщего наступления и постоянного сражения к знаменосцу приходили какие-то совсем обесчувственные, тягучие мысли, но думать еще и над этим равно не было ни времени, ни желания.
Мертвоармеец ушел в траншею, и снова взял знамя-копье на изготовку.

- Ну мам, ну еще полминуточки!
- Подъем!

Ксюха сонная, землю с лица оттирает, палит в белый свет, как в копеечку, не понятно, куда и по кому. А вот что живое и движется, туда "Ванечка" и огонь.

1. Нелюбин
Почувствовал, что теперь не просто восставший, а настоящий гвардеец - плечи как-то расправились, взгляд засверкал недобро. Пальнув в белую конницу и не промазал. Только вдруг что-то ударило в спину - зря, ох зря пренебрег уцелевшим белогвардейцем... Но придет и его черед!



2. Чепаев
Страшное дело - встречная конная рубка, "лава" на "лаву"! Когда сшибаются две волны кавалерии, кони крушат друг другу ребра, всадники вылетают, как из пращи, шашки срезают по полчеловека за взмах, головы летят, как футбольные мячи... И хотя сейчас ты один против конного строя, но ты видишь страх в глазах вражеского всадника, что несется тебе навстречу. Столкнулись, как две скалы - искры летят! Его тяжелый палаш пронзил тебя насквозь, как пика, но в последние мгновения перед темнотой ты увидел, как летит, громыхая, его голова в стальном шлеме. И вновь тьма...



3. Комиссар
Командуешь, поднимаешь восставших, но то и дело кто-то путается под ногами. Порой белогвардейцы рядовые - этих можно не замечать, а вот Белый Рыцарь - это дело серьезное... Снова наседает на тебя, но на этот раз его удар мечом ты легко отбил ледорубом. А потом в упор всадил ему пулю в плечо. Видишь - этот сдаваться не будет... Но когда враг снова занес меч, его раздавил тяжелым ударом, вмяв в стену траншеи, кулак вашего Броненосца. Как раз вовремя.



4. Лисеев
Комиссару вновь требовалась помощь в убеждении павших товарищей вновь встать и продолжить бой - и твое знамя помогло ему в этом. Сразу двое задергались, зашевелились и поднялись с земли, взявшись за оружие.



5. Ксюха-Швея
...И пулемет застрочил вновь. Засвистели пули, зашлепали по земле в траншее - и одна шлепнула в голову белогвардейца, что выставил ее не вовремя. Еще один готов.



6. Верещагин
Вернулся из тьмы в багровое зарево боя. Поклацал руками-ножницами - все работает! Все ближе и ближе вражья конница... Страшный удар! На скаку разрезал пополам всадника вместе с конем! Ворох внутренностей наружу, фонтан крови! Но вдруг задергалась "улучшенная" рука, ткнула тебя же лезвием в бок, гадина.



7. Пушок
Пусть больно и страшно, пусть лапы еще непрочно стоят на земле, но жажда крови сильнее - пошел рвать врагов по траншеям, искать недобитков. Двое белогвардейцев один за другим превратились в истрепанные окровавленные ошметки. Они пытались остановить тебя штыком и пулей - не вышло.



8. Иванов.
Ремонтировать бронеголема - непростое дело. Тем более когда бронеголем носится по траншее, крушит дзоты и давит белогвардейцев. Только успевай... У тебя пока успевать не очень выходит.



9. Преображенский
Пригибаясь и придерживая шляпу, бежишь к следующей траншее, где орудуют твои товарищи. Чуть не споткнулся, увидев, как летит с холма тебе навстречу конная "лава" Белых. Но замешательство было секундным - ты уже видишь, как падают сраженные Белые Всадники, в том числе и от рук-ножниц твоего подопытного. Неплохо, неплохо!



10. Малокровный
Приложил верную винтовку в плечо, пальнул - да только срикошетила пуля от доспехов Белого Рыцаря, что несется на тебя во весь опор.



11. Сухов
Разошелся так, словно твой штык направляет сама Смерть! Стреляешь в упор, бьешь наотмать прикладом, пробиваешь штыком, пригвождая к земле. Еще двое пали под ударами - тебя не остановить, хоть они и пытались.



12. Броненосец
Закончил с бункером и вдруг обеспокоился судьбой командира - ведь нет у Комиссара такой прочной брони и такой живучести, как у тебя. И успел вовремя. Редко когда удается подкрасться незамеченным такой бронированной туше, но у тебя получилось - и Рыцарь явно не ожидал твоего появления. Один мощный удар кулаком - и от него осталось только мокрое место и расплющенные доспехи.



13. Иосиф
Вот теперь ты поймал и услышал "музыку сражения" - твой клинок запел, отзываясь на пролитую кровь врагов. Раненного врага ты, играя и чуть ли не вальсируя под музыку в голове, изрубил на части. Но... враги закончились! Разочарованно огляделся и увидел, что "добавка" на подходе - Белая Конница несется в атаку и уже почти догоняет вас.



ВСЕМ.
Рубя, стреляя, взрывая, круша и заливая кровью все на своем пути, вы прорубили путь на само "Орлиное Гнездо". И контратака Белой Конницы - акт отчаяния, а не реальная возможность что-то изменить. Восставших уже не остановить. Над вами пронеслись черные крылья аэропланов и где-то впереди забухали сброшенные с них бомбы, затрещали пулеметные очереди. Вновь обагрила горизонт залпом "Варвара" - и снова тяжелые снаряды взметнули фонтаны земли, перепахивая очередную батарею или узел обороны белых.

Когда Белые Рыцари уже достигли вашей траншеи, вы услыхали позади сигнал рожка и страшный, пробирающий до костей рев - "УРРРРРРАААААААААААААААА....". Он катился, как раскат грома, как приливная волна. Это шла в атаку Мертвая Кавалерия.

Товарищи вашего командира Чепая, восставшие всадники в черных бурках, с острыми шашками - целая лавина шла навстречу уже поредевшей "лаве" Белых. Те заколебались на мгновение, кто-то даже пробовал отвернуть прочь, но было уже поздно - мертвоармейцы набрали разгон и страшным тараном смели Белых Рыцарей, рубя их и растаптывая копытами мертвых коней.

Победа!

Преображенский продудел что-то воодушевляющее, пока остальные дорезали живых. Сам же профессор старался держаться подальше от мясорубки. Эксперимент сработал неплохо, его надо обдумать... Но следующие идеи уже на подходе!