Пока «Клинки» переводили дыхание и собирали честно заработанные трофеи, из ведущего к поверхности прохода послышались тяжёлые шаги, сопровождаемые звяканьем доспеха.
— Эге-ге-гей, котятки! — раздался голос Джексона. — Не слышу больше энтой тварины, победили вы, значит?
— Моя сложнообъяснимая связь с Малуриат действительно пропала, — пробасил «Умник», входя в зал. Его шерсть была серой от каменной пыли, слипшейся от подсыхавшей тёмной крови в грязные комки, но на его обычно мрачно-задумчивом лице впервые за долгое время появилась, пусть и по-огрски жутковатая, но всё же довольная улыбка. — Любопытно... Теперь, когда она исчезла, я начинаю задумываться — как вышло, что я был единственным из племени, на кого не подействовало её магическое принуждение? Быть может...
— Да брось уже, — махнул рукой Келлер. Бой тоже не обошёл его стороной: броня была смята и болталась на последних неразорванных ремнях, уныло лязгая с каждым шагом, а к шраму на лице теперь явно добавятся новые. — Главное — кончилось эт всё. Так ить? — повернулся он к отряду.
— Рад снова вас видеть! — обрадовался Свен.
Он был действительно рад, потому что если сейчас вылезет кто-нибудь ещё, то Анис точно не боец, а все остальные просто устали, и он — Свен — тоже.
— У нас потери, — сказал он, — И Анис очень устала, чуть не умерев, так что, надеюсь. за вами не бегут какие-нибудь жуткие твари, даже очень маленькие, потому что мы тут еле сдюжили.
— Нет, — уверенно покачал головой огр. — К нашему счастью, репутация этого места достаточно устрашающая, чтобы оградить его от случайных посетителей, а обсидиановые зеркала, судя по всему, утратили своё искажающее влияние, поэтому опасности больше не представляют. Кроме того, мои собратья, теперь, когда они освобождены от контроля Малуриат, сейчас уже заняты самоорганизацией, включая и стандартные оборонительные позиции. Иными словами, я готов заявить, что с большой вероятностью сейчас до вас никто не доберётся.
— Это хорошо, — Свен вздохнул. — Значит мы можем отдохнуть, только не здесь бы...
Он окинул взглядом пещеру и понял, что совершенно не хочет тут сидеть.
— Может есть местечко, где мы могли бы передохнуть пару часов? А может и по боле
— Грегор, значит... — окинул взглядом «Клинков» Келджек, поднявшись на возвышенность, на которой происходило сражение. — Жаль паренька... Напоминал мне себя малость, ну, по молодости. Но тогда я был бессмертен...
— Сожалею, — кивнул «Умник». — И, прошу прощения, но вряд ли вам будет комфортно здесь... Наши представления об удобстве, боюсь, сильно отличаются. Впрочем, у меня есть идея... В конце-концов, моё племя обязано вам своей свободой и, скорее всего, жизнями, поэтому, думаю, я могу убедить их пожертвовать своим временем и доставить вас к башне Тлинских Котов в... относительном комфорте.
— Это было бы здорово, — Свен глянул на молчаливую, уставшую Анис, на Джереми, на Лилтьель, но те как-то вяло молчали, и он решил взять дело в свои руки. — Что нам для этого нужно сделать? Я готов в чём-нибудь помочь.
— Ничего, — улыбнулся огр. — Просто подождите немного, я скоро вернусь...
— О да, подождать... — Свен улыбнулся, сгрёб последнее, что нашёл и сел рядом с Анис, погладив её по колену. — Всё закончилось, не думай ни о чём, я с тобой.
— Да не переживай ты так за меня, я девочка крепкая, — Анис поднялась с земли, слегка пошатываясь от мимолетного помутнения в глазах и опираясь какое-то мгновенье на Свена. Наверное, все же вставать можно было не так резко, зато приятно чувствовать рядом твердое плечо. — Ну что, «Клинки», мы справились. Как себя чувствуешь, Келджек?
— Пока жив, — усмехнулся и тут же закашлялся разбойник.
Свен молча помог Анис подняться и обнял её за талию, прижимая к себе, чтобы она не упала
— В первый раз убивал дракона, — вяло откликнулся Джереми, — Не сказать, что это тот опыт, который я хочу повторить.
Пока «Клинки» общались промеж собой, в пещеру вернулся «Умник», причём не один: его сопровождали четверо огров, вместе нёсших на плечах какую-то конструкцию из брёвен и шкур, напоминавшую носилки. В отличие от встреченных ранее, они выглядели обычными представителями своего племени... впрочем, теперь, когда Малуриат была повержена, а карты извлечены, все они должны были вернуться к своему прежнему облику, не так ли? Не были ли среди них те, кто совсем недавно сражался с отрядом? Впрочем, эти сомнения были быстро развеяны:
— К счастью, — начал пояснять, подходя, «Умник», — когда мы завалили проход, это ограничило возможность наступавших сконцентрировать все силы на нас, оставив нескольких из них по сути вне сражения.
И действительно, на этих великанах не было видно ран, только лишь каменная пыль от обвала.
— Опустите сюда, — указал он им на недавно чешуйчатый камень и вновь обратился к «Клинкам»: — Свободу, быть может, невозможно купить, но позвольте мне хотя бы начать отплачивать её от лица моего племени: мои собратья доставят вас до башни «Тлинских Котов», раз уж вы нашли там себе пристанище.
—
Nalkroro ayh kulknej niz tak? Sma bur ayh stuzor, ka have kika, kulknej kormanaj jeg khe agh baj tak kjani...— пробурчал один из огров, поглядывая на отряд.
—
Kot khe, egor. "Sma bur" ugl bajrak, lat ayh olk ma tukor, — цыкнул на него «Умник», добавляя уже на всеобщем: — Я тоже, разумеется, сопровожу вас.
Свен сурово посмотрел на огров. Вот ещё, удумали их грабить, но ничего отвечать не стал, просто запомнив, что с этими ребятами нужно держать ухо востро. Ну а потом как-нибудь он шепнёт Анис, о чём говорили великаны.
— Спасибо, что поможете нам добраться, — сказал Свен ограм, не представляя, правда, говорят ли они на всеобщем.
Из этой пещеры хотелось убраться. Хотелось уже глотнуть свежего воздуха полной грудью, да и масса камня давила, если не на плечи, то на душу.
— Но! — поднял вверх палец «Умник». — Прежде чем мы отправимся, у меня есть ещё один подарок... Пусть и... хмм...
— Хмм? — недоверчиво протянул Келджек.
— Боюсь, что здесь я вхожу, фигурально выражаясь, в неизведанные воды, — ответил огр, разводя руками. — Дело в том, что после совсем не безвременной кончины Малуриат, карты, которые она использовала, чтобы изменить меня и моё племя — Колода Многих Вещей — потеряли свою связь с ней, но судя по тому, что произошло там, — он кивнул в сторону тоннеля, — не свою силу, которую они могут передать тем, кто пойдёт на... некоторый риск. К сожалению, я не могу гарантировать, что получится обойтись без побочных эффектов...
— У нас есть неутомимые лошади, которые довезут нас без проблем. Вам нужно здесь много где навести порядок и не только. А награду свою мы уже взяли, и даже вам осталось, — Анис пожала плечами, которой вовсе не улыбалось ехать на руках у не самых приятно пахнущих огров. Может, в другое время, когда она не была бы такой уставшей, она бы рассматривала это, как аттракцион, как возможность повеселиться да покрасоваться, но сейчас ей уже не хотелось ничего, кроме как корыта с теплой водой и уютной кровати. — Я не шучу, сокровищ Малуриат насобирала — нам на безбедную жизнь хватит, и вам.
Вот она, проблема нехватки места в рюкзаке. Она знала, что сюда больше никогда не вернется и честно говоря, кривила немного душой, ведь всегда было желание забрать еще немного золота. Может, стоит остаться на час и создать еще одну сумку хранения, в которую можно будет поместить еще золота и драгоценных камней? Но здравый смысл подсказывал, что его и так хватит на всю оставшуюся безбедную жизнь. Разберемся с Рубцом и можно будет махнуть куда-нибудь за пределы точки света в Спокойном, а может, и в Фейвальд. А потом, после отпуска, ей снова станет скучно и её снова потянет к приключениям... Эх, не раскатывай губу, Анис. Тут бы пережить встречу с Рубцом.
Сокровища. Свен никогда не бегал за большими деньгами, но сейчас, видя все эти драгоценности, которые Малуриат собирала всю свою очень долгую жизнь, хотелось взять ещё пару камушков. Свен порылся и нашёл красивый совершенно прозрачный бриллиант, которых никогда в жизни не видел. Он был с перепелиное яйцо. Осталось найти ювелира, который бы сделал к нему оправу и цепочку, чтобы можно было подарить Анис. Да, не волшебное, зато красивое.
— Может, мы чутка отдохнём? — предложил Свен. — Тут, конечно, место не очень, можно немного отъехать и устроить пикник. Да, в Рубце пикник вещь странная, но а когда мы поедим-то тогда?
Про колоду Свен не заикался. Ему не хотелось связываться с подобным. Как и Джереми: к идее попробовать некие новые силы он изначально отнесся скептически. Особенно после уточнения про побочные эффекты. Однако... Чем боги не шутят, а в деле борьбы с Рубцом понадобится любая помощь. Еще немного силы, пусть и из сомнительного источника. И с большим риском. Что же, после сражения с драконом, никакой риск не кажется серьезным, верно?
— И... Что делать? Тянуть карту? Давай, я готов. Узнаем, насколько благосклонна ко мне Авандра.
— Хорошо, — кивнул «Умник». — Я относительно уверен в том, что большую часть негативных свойств удастся контролировать: Малуриат применяла эту колоду так, чтобы максимизировать её эффекты... И её совершенно не волновало, что это приводило и к усилению негативной, искажённой проклятьем стороны. Хуже того, она выбирала, какой картой кого наградить, а Колода... Колода не любит этого, — поёжился он. — Поэтому — только случайность.
Порывшись в просторной поясной сумке, он достал перетянутую широким ремнём колоду. Поднеся её к лицу и скосив глаза, чтобы видеть, что он делает, огр аккуратно вытянул ногтями карту.
— Луна. Хорошая карта, — отметил он, передавая её Джереми. Маг клинка мог почувствовать арканные потоки, пронизывающие его тело, но, хотя в них и чувствовалась червоточина чьего-то проклятия, она была будто бы замазана, ослаблена. — Держи её при себе и никому не передавай, иначе карта потеряет свою силу до тех пор, пока не вернётся обратно в колоду.
Остальные же могли заметить, что Джереми неуловимо изменился, став чуть бледнее, будто бы потеряв цвет.
— Хм, если отказаться от её силы настолько просто, всего лишь передать другому... — задумалась Анис, от глаз которой не ускользнуло мимолетное изменение в виде Джереми после того, как он взял карту. Это риск, но кто не рискует, тот не выигрывает сражения, особенно в том случае, когда силы неравны.
— Ты настолько уже сроднился с этой колодой, что даже знаешь её... личность? — спросила эльфийка у огра. — И каждому может быть положена только одна карта? Что ж, надеюсь, мне не попадется донжон. Сдавай и мне.
— В этой колоде всё ещё недостаёт одной карты... — напомнил «Умник». — Поэтому да, я... ощущаю её внутри себя. Скорее всего, намного полнее, чем сейчас Джереми. Один момент...
Здоровенные пальцы огра явно не способствовали тому, чтобы обращаться с колодой карт, сделанной под людей, но своенравная природа артефакта, скорее всего, помогала ему.
— Трон, — приглядевшись к вытянутой карте, добавил он, прежде чем передать её Анис. — Пока вам везёт — с помощью Трона... м-м-м... то есть, с помощью Ургула мой клан действительно сделал эту пещеру нашим домом. Нашим... и Малуриат.
Как и с Джереми, эффект карты проявился и внешне — корни волос и радужки глаз эльфийки приобрели явно золотистый оттенок и даже заблестели металлом.
Свен всё ещё не горел желанием брать карту, но раз Анис взяла, то чем он-то хуже?
— Я тоже хочу, — подошёл он к Умнику.
Огр еле заметно улыбнулся, прежде чем вытянуть следующую карту.
— Плут, — показал он фигуру на ней Свену. — Опасная карта... Для всех — и друзей, и врагов. Но я уверен, что ты сможешь воспользоваться ей лучше, чем Грокт, её прошлый владелец.
С его словами тень молодого чародея еле заметно подёрнулась, будто бы на мгновение обретя собственную волю... Но лишь на мгновение.
— В Фейвальде хорошо, только по сторонам надо глядеть, а то вот будет так что идешь к горе, а гора тем временем от тебя уходит, тогда поворачиваешь налево и бежишь задом, если бежать достаточно медленно то может и догнать получится, — Уверенно заявила Лилтьель на предложение подруги отправится в Фейвальд когда они закончат с рубцом, при этом эльфийка с готовностью продемонстрировала свои инструкции с воображаемой горой в дальнем конце комнаты. — А я бы покаталась на ограх, — Чуть тише проворчала колдунья и затем с азартом поглядела на их гиганткого друга, — Но Умник ведь может нас провести да? — Предложила она остальным с столь невинной мордашкой словно вообще никто не мог услышать её планов насчет использования огров.
Размышления о том как можно было бы использовать персонального огра на несколько минут ввели эльфийку в мир грёз, и она даже пропустила раздачу карт.
— Ой! Что там? Волшебные карты меняющие судьбу? Я тоже хочу! А от них может вырасти фиолетовая борода? Или чтобы когда ходишь пол как клавиши рояля звучали? — С интересом спросила девушка пытаясь подсмотреть в колоду, но поняв что не особо понимает значения рисунков потянулась чтобы вытащить карту из колоды.
— Я не могу ничего тут обещать: как я уже сказал, это для меня — такие же неизведанные воды, как и для вас, — покачал массивной головой огр, опуская руку так, чтобы Лил могла дотянуться до неё. Не без любопытства, он присмотрелся к вытащенной карте и пояснил: — Судьбы. Ограниченный контроль над метафорической нитью провидения...
Фиолетовая борода у Лил не выросла, но издалека могло показаться, что её кожа стала... Нельзя было назвать её «прозрачной», потому что сквозь неё стали видны не лежащие под ней мышцы, а еле-еле различимый свет бесконечно далёких звёзд, совершенно неподвижных, даже когда она сама двигалась.
Анис покрутила полученную карту в руке. С одной стороны, было ощущение, словно она держала в руке козырь, который менял всю её жизнь. Она теперь знала, что одолеет что угодно, что ей нечего бояться, можно идти в огонь и в воду... Но разум говорил, что это все иллюзия. По сути, карта ничего ей не даёт, кроме этого чувства. У нее не выросли мышцы, не стала сильнее магия. Хотя... Это ощущение бесстрашия и безопасности было не беспочвенным. Она чувствовала, что у нее сейчас есть дом. Есть друзья. Есть настоящее и будущее. Есть цель. Есть средства для её достижения. А что ещё тогда нужно, в самом деле?
Решительным движением она положила карту в нагрудный карман.
— Спасибо, Умник. Теперь, как я понимаю, наши пути расходятся. Хотя я была бы очень рада видеть тебя и твое племя в будущей битве с Рубцом Раздора. Мы планируем сперва отдохнуть, закупиться всем необходимым в Спокойном и отправиться штурмовать Рубец. Если вы сможете прислать подкрепления, как я уже сказала, буду рада.
— Боюсь, что победить Рубец грубой силой невозможно... — отметил огр. — Однако я постараюсь помочь вам там, где без неё не обойтись. Я и моё племя.
— Как минимум, разведка боем. Вот что я хочу. Последнее время мы ходим вокруг да около, решаем какие-то срочные проблемы, словно завершая все текущие дела перед тем, как уходить на самоубийственную задачу... Но может, не так страшен чёрт? А даже если страшен, хотя бы будет возможным придумать какой-то план действий или понял, у кого просить помощи, — размышляла Анис вслух.
— Чтобы провести разведку боем нужно сначала знать, что именно нужно разведывать, — резонно напомнил «Умник». — Даже мы, хоть и живём здесь уже достаточно давно, не знаем, откуда именно исходит влияние Рубца Раздора. Очевидный вариант, конечно — центр кратера... но мы прошли не так далеко от него на плоту, и это был довольно регулярный маршрут для нашего племени. Конечно, его нельзя было назвать безопасным, однако если там и впрямь сконцентрировалось всё зло, вся тьма этого шрама на лице долины Нентир, то я ожидал бы куда более... заметного проявления этого.
— Хммм... — подал голос Келджек. — Ежели этот осколок во мне как-то чуял, где находилась его остальная часть... Может, другие осколки эт осилят? Только лучше не втыкайте их ни в кого, не советую.
— Думаете, самый большой осколок может быть где-то в другом месте, кроме как в центре той самой дыры, которую он проделал? В принципе, да, если он подчиняет умы других и заставляет их служить ему, он мог побудить перенести себя в какое-то другое, более удобное место... Это не чистое зло или тьма. Это скорее хаос, извращение. То самое, что хотела сделать с собой Малуриат.
Анис достала свой осколок, который иногда даровал ей нечеловеческое предвидение. Только потянись к нему — и он покажет тебе несколько вариантов ближайшего будущего, выбирай, какой больше по душе. Словно способный на мгновение порвать ткань реальности, плана, времени... Ну, не порвать, а сделать крохотное отверстие. Перекроить по-своему. Анис чувствовала, что Рубец, похоже, желал того же самого. Перекроить реальность под себя. Эльфийка потянулась к осколку, но в этот раз не за будущим, а попыталась ощутить связующую его с Рубцом нить...
Что-то здесь действительно было... Что-то тонкое, неуловимое... И опасное. И... знакомое? Словно место, где она уже была, словно запомнившийся запах, словно чей-то голос... Но это ощущение не удалось удержать, оно проскользнуло сквозь её пальцы, как мельчайший песок.
Осколки были, безусловно, крайне мощными артефактами сами по себе... но, быть может, вместе они обладали ещё большей силой?
— Спасибо за совет, Келджек. Надо будет попробовать поближе к центру Рубца, — Анис убрала и осколок, почувствовав, как снова накатывает усталость. Нет, сперва все же отдых. Теплая вода, уютная постель...
Свен прислушивался к себе, вертя в руках карту и не мог понять, что изменилось. Вроде бы ничего, но он чувствовал, что в бою точно будет что-то иначе. Его магия отозвалась на карту. К добру ли, к худу, но Свен засунул карту в свои вещи, стараясь, чтобы она не помялась. Ощущения были непривычные. Карта словно спала в нём, ожидая своего часа. Часа боя, где стоит только ошибиться, и всё пойдёт наперекосяк. Но у Свена всегда так было, только сейчас этот «перекосяк» ожидал быть просто феерическим.
Лилтьель тем временем осматривала карту со всех сторон, обнюхивала и кажется даже украдкой лизнула.
— И что с ней теперь делать? — Поинтересовалась Лилтьель у огра, — Просто оставить себе?
Впрочем от вопроса её отвлекла феечка, защебетавшая что-то на своем фейском и отчего Лилитьель округлила от удивления глаза и принялась крутится на месте пытаясь себя осмотреть.
— Что правда? Ухты! Анис посмотри на меня! — Развеселилась эльфийка закачавшись на носочках и помахав ручкой. — А может этот осколок находится в другом месте? Вот в нем ведь был маленький осколок с большим глазастым арбузом переростком внутри. Может и то что мы ищем на самом деле большое в маленьком? или вообще, упал так сильно что прорвал дырку в мире и наполовину упал в другой?
«Умник» пожал плечами.
— К сожалению, моё и без того ограниченное интуитивное понимание распространяется лишь на связанные с нашими и Малуриат проклятьями, — пояснил он, прежде чем перевести взгляд на Келджека.
— ...А? Не, дружище, уж звиняй, но с меня хватило проклятий на сотню жизней, — ответил разбойник, заметив это.
— Справедливо, — согласился огр. — Что же, в этом случае, позвольте мне по крайней мере сопроводить вас.
— Да, я тоже прогуляюсь-ка с вами... — предложил Келлер. — Мне всё равно по пути до Перекрёстка.
— Красиво! — Анис смотрела на Лилтьель, которой, похоже, был очень по душе её новообретенный дар даже с эстетической точки зрения. Сама Анис чувствовала бы себя немного не в своей тарелке с таким видом, она все же воин, хоть и сейчас чаще видит серебряные звёзды Кореллона, чем за всю свою прошлую жизнь.
А сама эльфийка лишь чувствовала нить со своим домом... или тем, что могла назвать свои домом. Сейчас у нее не было ничего ближе к этому названию, чем старая башня Тлинских Котов. Не самый полезный дар в бою, но прямо сейчас то, что ей было нужно...
— Прогулки не будет. Я перенесу нас в башню через карту. Другой пользы от неё я сейчас не чувствую, так что грех будет ей не воспользоваться. Так что, мы будем прощаться. Было приятно сражаться бок о бок и признаюсь, первое впечатление о тебе у меня было обманчиво, Кел. Ты классный парень. Была бы рада, если бы ты продолжил путь с нами не просто до Перекрестка, а и до победы над Рубцом.
— Эт-т я уж точно не пропущу... — усмехнулся щербатой ухмылкой Келджек. — Но наперво мне подготовиться нужно. Не в том уже возрасте, чтобы с мечом в зубах да без штанов в бой лезть, котятки, сами уж понимаете. Ну а до тех пор — удачи!
— У меня нет сомнений, что мы ещё увидимся, — кивнул «Умник».
— И тебе спасибо, Умник. Ты самый милый огр, которого я встречала, — Анис одарила его широкой улыбкой, которая смотрелась на её лице совсем по-детски из-за усталости — так сонный ребенок улыбается родителям, которые вот-вот отнесут его в кроватку.
А дальше она достала карту, вгляделась в неё, почувствовала связь... Что дальше? Наитие подсказывало, что нужно всего лишь сделать шаг... Или, поддавшись усталости, опуститься на столь манящий золотой трон...
У «Клинков» на мгновение заложило и чуть кольнуло в ушах когда затхлый воздух заброшенной шахты, вонявший не только и теперь уже не столько живущим в нём племенем огров, сколько сгоревшей в собственном колдовском пламени драконихой, сменился на чуть-чуть пыльный, но куда более приятный ветерок, сквозивший из узких окошек-бойниц башни «Тлинских Котов».
Сначала показалось, что перемещение сопроводило и странное шипение, но нет: это был всего лишь трессим, увидевший появившуюся перед ним из ниоткуда Лил. Вздыбив шерсть и распушив перья, он попятился бочком к окну и торопливо выпрыгнул наружу.
Иллюзия роскошного трона развеялась, и Анис обнаружила себя на куда более практичном, но, пожалуй, куда более удобном стуле.
За окном вечерело.
Свен немного обалдел от такой резкой смены обстановки, но постарался не подать виду.
— Как ты, дорогая? — тихо спросил Свен, подойдя к Анис и присев перед ней на корточки.
Он волновался за Анис, ведь она выложилась на полную, чуть не погибла, и вообще они давно не отдыхали нормально, ели впопыхах, да ещё вот дракона убили и помогли освободить целое поселение огров. Насыщенный был денёк, и Свен хотел чем-нибудь помочь Анис, женщине, дорогой его сердцу
— Ну вот, каждый раз, когда он видит кого-то нового, он сбегает, и даже не погладить. Хотя у меня есть ощущение, что он просто докладывает кому-то там... на той стороне. Жаль, я не умею превращаться в птицу, чтобы это проверить. — ответила Анис Свену, протягивая руку к улетевшему коту Боотизу, но так как он был бесконечно далеко на данный момент для протянутой руки, она воспользовалась возможностью потрепать Свена за волосы и погладить его по щеке. — Все хорошо, Свен. Наконец-то можно снять кольчугу. Держи монету, открывай вход, зажигай камин. Лилтьель, ты еще не была в этой башне? Она внутри больше, чем кажется снаружи.
— Сейчас, — улыбнулся Свен, мечтающий не только отдохнуть, но и помыться.
Он взял монету и вложил её в секрет.
— Прошу, — картинно поклонился он, когда вход открылся.
Комната, в которой они очутились, с камином, шкафами с книгами и парой столов со стульями внезапно преобразилась: стены уехали куда-то вдаль, являя взору отряда вырастающие из ниоткуда полки, столы, кровати, ящики, целые отгороженные тонкими заслонами из дерева комнаты... Зал увеличился раз в десять в каждую сторону, не меньше... даже несмотря на то, что они явно всё ещё были в башне. И чего тут только не было! Разное снаряжение, от верёвок и палаток до оружия и брони, полки с крошечными фигурками животных, вырезанных из полудрагоценных камней, дерева и кости. Большой прямоугольный стол, на котором мог уместиться даже Умник, расположил на себе макет Рубца, изображавший рельеф местности до мельчайших деталей, казалось, что можно рассмотреть чуть не каждое деревце в крошечных лесах. Из разных точек били вверх тоже маленькие, но всё же весьма заметные лучики света. Другой стол, стоявший рядом, был завален листами бумаги, испещрёнными наспех написанными заметками, а ещё часть была прикреплена иглами на большую доску на стене рядом. Были здесь и небольшая алхимическая лаборатория, и зачарованная на работу без топлива кузня, и стол с остатками резидуума, явно предназначенный для зачарования... Камин зажегся сам собой, словно приветствуя гостей. Тут даже был колодец с чистой водой!
— Спасибо, Свен, — Анис встала со стула и не без труда вылезла из кольчуги, бросив её на стул. — Вот бы еще эта башня сама воду в бадьи набирала, было бы вообще замечательно, — мечтательно бормотала Анис, вылезая еще и из поддоспешника и кольчужных чулков.
— Я сейчас всё сделаю, — заверил Свен, помогая Анис вылезать из кольчуги и собирая её, чтобы потом почистить. — А ты отдыхай. Чашечку чая себе достань и посиди спокойно, ты и так умоталась.
— Так, я тебе не беспомощная дева, которую надо вызволять из башни, — щелкнула Анис пальцами, вычищая кольчугу от остатков жижи, которой удалось проникнуть через ритуал чистоты, уже слабеющий за прошедшее время вечных скачек и путешествий. — Но... от твоей заботы не откажусь, конечно. У тебя изумительный талант подбирать такую теплоту воды, чтобы в ней было и уютно, и не обжигало. Небось, сам её своей магией подогреваешь? — выбросив грязь и слизь в окно, Анис повторила свой очищающий трюк и с одеждами Свена — вот кому удобно!
— Нагрею тебе воды, — улыбнулся Свен. — А то, что из башни тебя вызволять не надо, так это даже хорошо.
Свен негромко рассмеялся, беря Анис за руку обеими руками, и чуть сжал.
— Спасибо, — выпустив ладонь Анис, он сам скинул ненужные сейчас вещи на одну из коек и пошёл заниматься водой для Анис, насвистывая что-то весёленькое.
Наконец, оставшись в одной камизе, Анис рухнула на кровать, погружаясь в пучину мягкости и уюта. Но спать пока не хотелось. Битва была совсем недавно, и наверное, сердце еще не забыло, как бешено колотилось с полчаса назад. Мысли возвращались к ощущению руки Свена на своей руке, что конечно же, сейчас было гораздо приятнее, чем через кольчужную перчатку. Она слегка улыбнулась, прикрыв глаза и расслабляясь.
Минут через двадцать купальня была готова. Свен тронул воду, убеждаясь, что температура идеальна, и пошёл тревожить отдыхающую Анис.
— Можешь идти купаться, — он сел на край кровати, на губах была ласковая улыбка. — Если что, я готов потереть тебе спинку.
Анис открыла глаза, совершенно неожиданно проснувшись от голоса Свена. Неужели задремала на мгновение? И сколько это мгновение длилось, если он уже успел нагреть воду и все приготовить? Первым, что она увидела, была его улыбка, и на душе у неё стало очень тепло, словно он не воду грел своими чарами, а ёё саму.
— Только если пообещаешь, что не будешь подглядывать, — неожиданно для себя самой ответила утвердительно Анис, спрыгивая с кровати. Она вытащила из сумки еще одну сумку поменьше, а из неё какое-то масло, еще одно, какие-то травы, еще одни, мыло, гребешок, пористый камень... полотенца не было, но она была уверена, что у Котов такое найдется. — Что, в тот раз ты купался первый, сейчас мне уступаешь? Я ведь могу долго отмокать...
— Отмокай, — ласково сказал Свен. Он был очарован Анис и сегодня, чуть её не потеряв, полностью в этом себе признался. И понял, что второй потери дорогого ему человека он не переживёт. — Ты такая красивая.
— Я?.. — неожиданно замерла Анис, вытаскивающая из сумки свое единственное зелёное платье. — С этой копной седых волос, мешками под глазами и синяками на мальчишеском теле? — она повернулась к Свену, словно желая сказать что-то еще, но серые глаза чародея так смотрели на неё, что все мысли выветрились из головы, осталась только несколько дурацкая улыбка и слегка порозовевшие щеки.
— Ты, — улыбаясь, ответил Свен. — Ты просто прекрасная, светишься вся прямо, и твой свет манит меня, как мотылька.
Пришлось отвернуться и спрятать заалевшие щеки. Почему эти простые слова были так приятны? В отряде Фистала не было никакой разницы, мужчина ли женщина, все были кровными братьями, словно одной семьей, а здесь, в Клинках Рассвета, все были такими... разными. И Свен, который не переставал показывать своё внимание к ней все это время...
— Спасибо, мне очень приятно, что ты так думаешь, — мягко ответила она, возвращая взгляд, а в голове в это время роилось слишком много мыслей: и про его почившую супругу, и про его вечный поиск мести, и про его возвышающуюся над сидящей эльфийкой фигуру, но почему-то все эти мысли крутились сейчас вокруг него. — Ты мне тоже... нравишься. — она снова улыбнулась, снова заалела, как какая-то девчонка, и не придумала ничего лучше, чем завернуть в платье всё её умывальное достояние и побыстрее отправиться в сторону бадьи с водой, пока этот разговор не превратится в еще более неловкий.
Свен вздохнул, глядя вслед Анис, удаляющейся в купальню, продолжая улыбаться. Да, он не забывал о своей супруге, но, как ему казалось, смог отпустить в этой череде боёв, когда не знаешь, проснёшься ли ты завтра утром. Он хотел полюбить Анис, эту воинственную деву, эльфийку, что переживёт его на столетия, что горела, и он хотел гореть рядом с ней.
А у Анис все роящиеся мысли, к её самой ужасу, превратились в одну: «пойдет он за ней или не пойдет?». Она не смела оглянуться, потому что любой из вариантов был для нее пугающим. Не пойдет — значит, не нужна? А если пойдет — то что тогда делать дальше? Но вот она зашла за штору в комнате с бадьей и вроде бы штора больше не пошевелилась за её спиной. Все еще не смея громко дышать, словно только что произошло что-то запретное, она сбросила с себя камизу, побросала ароматные травы в бадью, взбила пену побольше да погуще и погрузилась внутрь, утопая в белых барашках. Вот и славно. Страх и напряжение уступили усталости и уюту. Она снова закрыла глаза, утопая все глубже, так, что над водой осталось лишь её лицо. Свен повернул голову на звук закрывающйся шторки. Его пальцы чуть-чуть подрагивали, помня прикосновения к невероятно нежной коже ладоней, пусть и умеющих держать оружие. Эльфы. Эльфы были теми существами, которые приводили Свена в восторг своей чуткостью и грацией, но он мог на них только смотреть, тем более, что тогда он был не один. А вот сейчас у него появилась Анис, он был готов сделать для неё всё, что угодно, лишь бы увидеть её улыбку, коснуться её губ. Дотронуться.
Он решительно поднялся, скинул рубашку, оставшись в одних штанах, и пошёл за Анис.
— Это я, — тихо сказал он, ещё не решаясь откинуть шторку. — Пришёл потереть тебе спинку.
Свен произнес свои слова как раз в тот момент, когда Анис уже начала чувствовать некоторое разочарование тем, что он так и не пошел за ней сюда. Казалось бы, чего она ожидала? Этот стеснительный парень, ему нужно время... Но похоже, что он стеснительность как раз переборол, вот только стесняться теперь стала она сама, Анис...
— Смелее, — донесся её голос из-за шторки, а вслед за голосом был слышен всплеск, должно быть, Анис взбивала посильнее пену.
Свенельд зашёл за шторку чуть ли не зажмурившись, но распахнул глаза, чтобы видеть затылок Анис, сидящей в бадье. Он подошёл и не зная, куда девать руки, но увидел мочалку и взял её, потеребил в руках.
— Подогреть воду? — спросил он, а ладони легли на плечи Анис, чуть поглаживая.
Свен чувствовал себя странно. Он уже давно не был неопытным юнцом, что не знал женщины, но с Анис всё было словно впервые, и он очень волновался... А вот Анис опытной не была. Нет, конечно, у нее были в юности целовашки, но это было, наверное, так же давно и так же понарошку, как игра детей на детской площадке — по человеческим меркам, она и была тогда несмышленным ребёнком. С того времени много воды утекло, она пережила потерю матери, тренировки и битвы, странствия и дружбу... Любви только у неё не было. Ещё не было?
— Мр... — сказала она, словно трессим, которого чешут между крыльями, — Не надо, вода и так прекрасна, ты подогрел её идеально, — она чуть приподнялась в бадье, подставляя теплым нежным рукам и плечи, и спину.
— Ты такая замечательная, — тихо сказал Свен, касаясь плеч. — Красивая. Нежная...
Он гладил Анис ладонью и мочалкой, нежно, бережно. Он старался не спугнуть эту невероятную женщину, которая позволила ему уже больше, чем он мечтал
— Наверное, только рядом с тобой, Свен. — она зажмурилась от приятных прикосновений и подставляла ему уже спину целиком, практически вылезая из воды, — И для тебя. Для всех я ведь суровый командир, не так ли?
— Даже у сурового командира должен быть выходной, — с улыбкой сказал парень. — И сегодня именно такой день. Выходной. Просто побудь со мной не-командиром, а просто Анис, волшебной девой из эльфийских лесов.
— Ты говоришь именно о том, что мне сейчас и хочется. Волшебная дева рядом с волшебником-мужчиной, — оглянулась она, стремясь поймать взглядом снова его серые глаза.
Свен поймал момент, обхватил ладонью горло Анис нежно-нежно, приподнимая голову, и коснулся губами её губ. Нежно-нежно, не настаивая ни на чём... И Анис ответила. Так же нежно, как и он, снова зажмуриваясь. Это было... приятно. Не как в книжках, наверное, все же она бы предпочла ещё немного массажа для уставшей спины. Но тоже неплохо. А главное, что глаза были так близко... Такие красивые и добрые. Он целовал и одновременно гладил её по плечам, чуть массируя, целуя, чтобы та не выскользнула из его рук. Нежными, но уверенными движениями парень разминал ей плечи, и плевать было, что поза была категорически неудобная.
— Я сделаю тебе массаж, — тихо сказал он, оторвавшись от её губ, обветренных, но сладких. — Но сначала вымою тебя, дорогая.
Да уж, поза и правда была очень неудобная. Она хотела было предложить ему присоединиться, и мгновенно заалела от представшей перед её глазами картины. То время, когда она вместе с отрядом Фестала спокойно мылись все вместе в озере, казалось прошлой жизнью. Она чувствовала себя девушкой. И рядом был тот, кто ей нравился... Оторвавшись от губ Анис, Свен, алеющий щеками от возбуждения, присел на бортик бадьи напротив Анис и прыснул в неё капельками воды, радостно улыбаясь.
— Ну что, — спросил он, — потереть тебе спинку, моя воительница?
— Конечно, мой чародей, — улыбнулась она ему в ответ, перехватывая на мгновенье его руку своей, и аккуратно прикасаясь к его плечам, словно это было что-то запретное.
Свен выдохнул, зажмурившись, и распахнул глаза, глядя на Анис. Её прикосновения дарили тепло и ласку, и он плыл в этом. Взяв мочалку, он окунул её в мыльную воду и принялся аккуратно и нежно намыливать Анис, чтобы той было приятно.
— Мр, — только и могла сказать Анис, чуть приподнимаясь в бадье и протягивая Свену бутылочку с маслом, а потом снова зажмуривая глаза. Хотелось бы, чтобы такие мгновения никогда не заканчивались.
Чародей намыливал Анис, тёр кожу мочалкой, но старался не переусердствовать. Плечи, руки, шею... К груди он пока спускаться опасался, ведь это был их первый столь интимный момент. Но он позволил себе коснуться губами её затылка, когда приподнимал ей голову, чтобы потереть в районе ключиц. Анис была приятна его нежность. Может, с её точки зрения он зря старался переусердствовать — она-то вовсе не неженка! — но все же, это было приятно. А прикосновение к затылку... Ммм, тысячи мурашек пробежали по телу, покрывая кожу, она от неожиданности повернулась и обхватила Свена, даже не задумываясь о том, что из-за мокрого пола это может быть несколько опасно... Свен сначала схватился руками за край бадьи, так это было неожиданно, но потом обнял Анис, прижал к себе и нашёл губами её губы. Коснулся их своими только обозначая поцелуй, давай ей возможность самой решить, что она хочет. До чего же он был милым и нежным... Конечно же, Анис ответила на поцелуй. И ответила куда более страстно, чем в прошлый раз. И в этот раз было куда приятнее, ведь спина уже не ныла, сама она уже расслабилась и словно бы отдохнула... И как же вокруг было уютно и хорошо! Полумрак вечернего солнца, проникающий через витражное стекло где-то вверху, большая бадья с теплой водой — мечта последних нескольких дней... И нежный заботливый мужчина рядом.
Оторвавшись от губ, Анис обнаружила себя уже обнявшей Свена, её руки поглаживали его через уже мокрую рубашку. Она улыбнулась снова, в глазах Анис читалось счастье.
— Давай теперь я тебе потру спинку? Ты ведь тоже устал, а ведь весь вечер вокруг меня крутишься. Ты ведь знаешь, что у эльфов принято купаться вместе? По крайней мере, у нашего отряда было так, наверное, из практических соображений, — пожала она плечами, а руки потянулись к завязкам на рубашке Свена, пока вода не нанесла предмету одежды непоправимый ущерб.
Свена взяло стеснение просто потому, что Анис была второй женщиной в его жизни, и он просто боялся сделать что-то не так. Мало ли, какие были обычаи у эльфов. Вот нарушит сейчас какой-нибудь и всё, пиши пропало.
— А у вас ещё были какие-нибудь обычаи, о которых мне стоит знать заранее? — спросил Свен, стягивая рубашку.
Анис была такой мягкой, приятной, невероятной. Её хотелось обнимать, носить на руках и вообще забрать из этого гиблого места. Но она была воином, она была лидером отряда, каждый день, каждый час принимала сложные решения, которые больше не мог принять никто. Теперь, стоя в одних штанах, он уже собирался их снять, но медлил, потому что желание уже наполнило его чресла. Анис не хотелось отвечать. Вместо слов она обняла Свена ещё сильнее, практически вставая с бадьи, чуть ли не вешаясь на него, такого горячего, полного противоречий, страсти и нерешительности, желания и нежности.
Свен залез в бадью прямо в штанах. Всё равно стирать, подумал он, на самом деле ещё стесняясь. Он прижал к себе Анис, а потом взял мочалку и провлёл ею по груди, а потом провёл раскрытой ладонью за ней другой рукой.
— Ты такая красивая, — севшим голосом сказал он, гладя Анис по обнажённой коже.
— Как и ты, мой чародей, — увлекала Анис за собой Свена, поглаживая его по щеке, по спине, по груди и животу, целуя и обнимая в то время, как в комнате становилось все темнее после заката, и очень скоро стало не разглядеть, что происходит там между двумя влюбленными за занавеской в дальнем уголке невообразимо большой башни Клинков Рассвета. Им и не нужен был свет, разве что иногда сверкали над ними звезды, отражаясь от радужки Анис, и загорались от внутреннего огня Свена стоящие вокруг свечи. Оставим их в конце этого дня, ведь для них в этот момент не существует ничего, кроме здесь и сейчас.