Neverwinter Nights | ходы игроков | Тюрьма

Аскания сощурила глаза и окинула Яриса взыскующим взором. Не скрывает ли уж он чего?

Ярис скрывал лишь то, что, неся оружие для соратников, он утомился несколько больше, чем должен был бы утомиться Настоящий Мужчина.

Аскания перестала щуриться на Яриса и вновь обратилась к командующему Ральстону.

— Так что с политической частью, мессир? Что стражники думали о нашей политической повестке?

— Если честно, это обычно никто не читает. Там длинные речи, в которые надо вникать, а на службе обычно всё время что-то отвлекает. Если хотите моё мнение, то лучше будет посвятить шуткам больше, чем одну страницу. Ещё страницы с загадками можно добавить, тоже интересно.

— А светские сплетни?

— Это разве не для женщин?

— Там есть и светские сплетни, адаптированные для мужчин. В последнем номере было про то, кто из сильных мира сего в Ватердипе и на Побережье вообще может быть драконом-оборотнем. Мужчины что, не любят читать про драконов?

— Иногда мне кажется, что моя жена и есть такой дракон-оборотень. Напишите об этом в своём следующем чапбуке.

— Вы семейный человек, командующий? Можем послать моего ворона с посланием вашей семье, что вы живы. Ну или не прямо им: птица может не найти дороги сама, — но, скажем, в замок его светлости, и оттуда они уже сообщат вашим.

— Боюсь, как бы он не накаркал... Извините, я хотел сказать... Я имел ввиду, что хочу остаться здесь, и восстановить порядок. Если к вечеру я всё ещё буду жив, я сообщу об этом своей семье сам, когда приду домой.

Когда Аскания вернулась к воротам, она убедилась, что трое заключённых так и оставались сидеть под надзором Ксавье и безымянного ополченца. Несмотря на численное превосходство, обезоруженные бандиты предпочли не рисковать. Возможно, это спасло им жизни, поскольку к ополченцам за это время успело прибыть подкрепление в виде Сквайра Годрика, Мири, и ещё одного неизвестного Аскании бойца. Они принесли с собой тела трёх павших воинов — первые потери в этом штурме. Среди павших Аскания узнала доспехи воина дома Хоуксли. Это был Ивор. Или Стедд. Эти двое до сих пор не снимали шлемов.

Дойдя вместе со всеми до входа в тюрьму, Вивор встал позади леди Аскании. Следуя своей скромности он не встревал в разговоры, а просто молча делал все что нужно. Как минимум вёл на цепи Дханиса и был постоянно наготове к каким нибудь неожиданностям. Он понимал что ещё настанет время показать себя и что он сможет многому научиться у окружающих его опытных людей.

Помимо трёх заключённых, сидевших на полу под направленными на них копьями, был ещё четвёртый. Одетый в такую же тюремную робу, что и задержанные, этот мятежник однако не был под столь строгим присмотром ополченцев. Напротив, он вальяжно стоял у стены, чуть в стороне от остальной компании, и что-то ел.

Увидев Дханиса, перемотанного цепями и верёвками, он сочувственно ему кивнул, и продолжил трапезу.

— Если бы взяли с собой жреца, — объявила Аскания Мири, — то этого бы не было.

Леди Торнвуд указала на троих мертвых ополченцев.

— Это командующий Ральстон, один из начальников тюремного гарнизона, а это сир Вивор, паладин Ильматера, Растянутого на Дыбе Владыки. Я освободила их из заключения, и сир Вивор решил распространить на наш Невервинтер своё покровительство и защиту. Мастер Ксавье, вы умеете пользоваться рыцарским мечом и щитом? Если так, то возьмите их себе вместо или вдобавок к копью. Остальные джентльмены ополчения: те из вас, кто умеет держать в руках меч, также могут перевооружиться.

Как только рыцарь положил мертвого война и кивнул в строну новых лиц, что появились в центральном зале, за время отсутствия их группы. Он ответил спокойным тоном Аскании:
- Если бы гордыня не взяла над вами вверх, то вы бы не остались здесь. Вы виноваты в трагедии не меньше. Но я пришел сюда не не читать вам мораль, обрести покой в своей душе и наставление можете, только вы сами. - Годрик взял в руки либрам с изображением длани Тира и начал читать литургию.
- "Dies irae, dies illa, dies tribulationis et angustiae, dies calamitatis et miseri;, dies tenebrarum et caliginis, dies nebulae et turbinis, dies tubae et clangoris super civitates munitas et super angulos excelsos..."

— Попридержи свои проповеди, кормирец! — отмахнулась Аскания от Годрика. С неё было достаточно глупости капитана Киппа и всяческих потакателей его глупости. Теперь, когда она обрела за собой массу в лице командующего тюремным гарнизоном и сира Вивора, пришло время исправить ошибки лидера ополченцев.

Девушка повернулась к Мири и сероплащнику рядом с ним:

— Капитан уже выделил людей, чтобы обезопасить второй проход в тюрьму? Ещё нет? — спросила она у последнего из оставшихся в живых слуг Хоуксли. — Пожиратель разума проник сюда по этому тоннелю, также как и мы. Следовательно, он знает о потайном проходе, а потому может воспользоваться им, если его карта будет бита. Следовательно, проход следует взять под стражу. Если люди ещё не выделены, то мы должны сделать это сами. Но сначала нужно разместить пленников в камерах, чтобы они не мешались. Я полагаю, что это лучше сделать в том крыле тюрьмы, куда ушла группа Киппа. Так они будут зажаты между основными силами и дозором у главных ворот. Шанс того, что их освободят другие заключенные, будет невелик. Ксавье, Мири — берем преступников и идёмте. Остальные — оставайтесь здесь. Вам, командующий, и вам, сир Вивор, я предлагаю тоже пройтись со мной. Я покажу вам тайный выход из тюрьмы после того, как мы закончим с пленными, а затем мы присоединимся к штурму.

В ответ Вивор с готовность кивнул:
- Я готов идти, леди. - И мотнув головой в сторону Дханиса, которого по прежнему держал на цепи, спросил, - его так же берём с собой?

Аскания кивнула.

— Мастер Дханис сослужил свою службу нам и может возвращаться в камеру.

Мири повёл пленников в коридор, как и распорядилась Аскания.

— Капитан Кипп приказал, чтобы Ксавье и Ярис подменили меня и Зашира там, внизу, — вспомнил Мири, запирая в камере очередного бунтовщика.

— Нас он списал сюда из-за ранений, хотя я себя хорошо чувствую благодаря магии сира Годрика. Про вас, леди Аскания, он ничего не говорил. Но Аномен тоже ранен, и, будь я командиром, я бы его тоже заменил на бойца посвежее.

Ксавье принял щит и меч, убирая копьё за спину. Леди Аскания оказалась права, и с таким вооружением кормирец выглядел более самим собой, чем когда он был вооружён одним лишь копьём ополченца. Довольный обновкой, он обратился к сквайру Годрику:

— При всех недостатках леди Аскании, она не потеряла ни одного бойца, пока мы пробирались в тюрьму. Нам даже удалось сохранить жизни пятерым бандитам. Капитан Кипп же в первом же бою потерял троих. Сколько врагов вы сразили при этом?

Годрик продолжил молча выполнять свою работу. Хотя при этом, слышал Асканию, но не обратил внимание. Как только он закончил молитву от обратился к Ксавье:
- Легко обойтись без потерь, стоя в безопасном месте, в карауле. А, воин? Аскания не бог и не спасет тебя от стрел, или магического заряда. По крайней мере может не успеть. И тогда - рыцарь указывает на павших товарищей - тебя ждала бы такая же учесть. Мне тоже крайне не нравится, что мы условно разделились. Но вот в чем проблема. Капитан Кипп действует согласно предписаниям и воинскому уставу. Когда в свою очередь Леди Аскания, показывает не очень хороший пример, как должен вести себя человек из благородных, да и как жрец тоже. Выбор очевиден. - Годрик поднялся с колен, и поправил застежку на поясе.
- Если, это так важно то восемь к одиннадцати. - Он осмотрелся, как и предполагалось, никто из заключенных не попытался забрать главный зал с воротами, это радует -
Как уже было сказано, капитан отдал приказ. Вы и Ярис должны нам помочь, нужно отбить арсенал, где засели заключенные. Раненные остаются здесь, Аскания пусть о них позаботиться.

Все имеющиеся заключенные были благополучно распределены по камерам.

Командующий! — обратилась Аскания к Ральстону. — Это здесь есть Дарвин Пита.

Она вытащила из-за пазухи клочок бумаги с верноподданнической запиской преступника.

— Он вор, сбежавший из тюрьмы, а до этого севший сюда из-за своей разрушительной любви к выпивке. Возможно, вы его помните. Мы встретили его в составе банды при попытке убийства и ограбления одной доброй старушки. После того, как его сообщники были перебиты, Дарвин под страхом немедленной расправы согласился сотрудничать с правосудием и стать нашим переговорщиком с заключенными в тюрьме. Я считаю, что предложить его устами этим бедным чертягам шанс сдаться прежде, чем они будут уничтожены, было бы милосердным и триадолюбивым. Вернее, я считала так до того, как увидела следы пыток и расправ в крыле, где вы с Вивором были заключены.

— В любом случае обстоятельства показывают, что в переговорах может быть и практический смысл. Кипп теряет людей, как мы видим, и, коль скоро так продлится дальше, до пожирателя разума ни он, ни его люди рискуют не добраться. Все они будут мертвы. Если сопротивление заключенных удастся ослабить с помощью переговоров, то это будет на руку ополченцам. Чего там, только так эта миссия, вполне возможно, может не потонуть в крови. Да и сами заключенные, я думаю, дважды подумают о том, чтобы отвергнуть предложение о сдаче, если узнают, что их как живой щит использует нечестивый монстр из Андердарка.

— Командующий, вы руководили гарнизоном тюрьмы и знаете контингент её заключенных. Вполне разумно, что если Дарвин будет использован с целью, которую я для него предназначила, его следует использовать именно вам. Вы будете направляющей волей за ним как за переговорщиком, и вы будете говорить ему, что и кому сказать и что обещать. Я затем заверю и легитимирую возможные обещания и амнистии сдавшимся мятежникам от лица храма Тира и городского правосудия. Но это если вы готовы использовать Дарвина. Это будет шанс для него спасти свою падшую душу. Решайте.

Затем Аскания обратилась к присутствующим ополченцам со следующей речью о том, почему им следует слушать её, а не далекого капитана Киппа и его герольда:

— Уставы и предписания, о которых говорит Годрик, — это, видимо, что-то кормирское. Какая-то ещё попытка их монархии выстроить людей строем вопреки их природе и воле богов, посягнуть на их собственность и неотъемлемые вольности, я уверена. В Невервинтере, когда капитан Кипп принял монету из рук нашего лорда Алагондара, он обещал защищать город, его жителей и власть его сюзерена. Как он справляется с этой миссией здесь и сейчас вы можете видеть.

Девушка указала на разложенные на полу тела погибших.

— Его цель — ужасный монстр, но его отряд, лишенный его собственным указом жреческой помощи и ниспосланного богами исцеления, стремительно тает ещё на подступах к этой цели. Я не думаю, что в свете этого возможное следование Киппом предписаниям и уставам кормирских государей сильно утешит семьи его павших людей. Сверх того, я повторю, есть два известных нам выхода из тюрьмы: эти основные ворота и тайный тоннель, прорытый покойным главным надзирателем. Пожиратель разума также знает о них и может воспользоваться ими, если захочет сбежать. Между тем капитан Кипп до сих пор не предпринял никаких действий для того, чтобы обезопасить этот второй проход. Я, по крайней мере, считаю это непредусмотрительным и неблагоразумным с его стороны, а вы уж решайте сами.

Аскания посмотрела на Портокоплоколоса? Как, Баал побери, его зовут? Может быть, его стоит наконец спросить об этом? Некоторые безымянные вещи прям преображаются, когда им дают имена.

— В свете всего этого я говорю, что ростер замен и перестановок, присланный капитаном с Годриком, оставляет желать лучшего, и предлагаю следующее: Ярис и вы, добрый человек (боюсь, что я не знаю вашего имени, представьтесь, пожалуйста, я была бы признательна услышать ваше имя!), останетесь вдвоем на воротах. Мастер Зашир и добрый Мири возьмут на себя оборону скрытого тоннеля. Такой распорядок, с учетом имеющихся у нас сил, мне кажется наиболее подходящим. Всё же Мири и Зашир ранены, а заключенные не знают о скрытом тоннели, значит, шанс на случайную атаку там ниже. В крыле, откуда я и Ярис только что вернулись с командующим и сиром Вивором, с другой стороны, всё ещё могут быть мятежники. Они могут атаковать ворота, потому тут лучше разместить двух наших свежих людей. Мастер Ярис сверх этого уже может считаться экспертом по восточному крылу тюрьмы, так как уже побывал в его тьме и вернулся оттуда с богатой добычей!

Теперь жрица посмотрела на Ксавье. Вы могли заметить, как она вставила в свою речь повторяющийся мотив осуждения излишней зазаконености Кормира. Это было сделано не только из-за собственного презрения Аскании, жительницы вольного города, к подобного рода уставам и предписаниям, навязываемых людям так называем государством, но частично и для Ксавье. Леди Торнвуд решила про себя, что он, видимо, покинул свою Лесную страну тоже не просто так, а значит, вероятно, тоже мог иметь какие-то претензии по этой части. Ну и да, Яриса она тоже похвалила не просто так. Это тоже была стратегия по привлечению сторонников.

— На помощь основному отряду мы выдвинемся следующим составом: я, вы, сир Вивор, вы, командующий, и вы, Ксавье. Возьмём с собой оставшиеся пары мечей и щитов. Глядишь, там найдутся сероплащники, которые смогут их использовать. На месте мы сможем определить, как продвигаться к Яме дальше. Что скажете?

— Звучит разумно, я согласен. Не понимаю, почему Капитан Кипп не сделал так сразу.

Мысленно Вивор был рад посадить Дханиса обратно в тюрьму. Все-таки не доверял он ему. Выслушав внимательно речь Аскании, он еще раз проверил свое снаряжение и ответил:

- Идея мне нравится. Особенно то, что вы пытаетесь все решить дипломатическим путем. Ну по крайней мере, все что возможно решить. Выдвигаться я готов и, как понимаю, нам нужно поспешить.

Годрик выслушал до конца всю демогогию Аскании все с тем же невозмутимым лицом, после чего взял слово:

-Прекрасная Речь Аскания, долго репетировала пока мы сражались с убийцами и мородерами? В моей стране полный порядок и стабильность благодаря роду Обарскиров и их законам! И городам вроде Невервинтера есть чему у нас поучиться. Но как уже говорилось я здесь в гостях и в память о тех, кто не жалея жизни защищают его я воздержусь и оставлю свои мысли по поводу "Вольных" городов побережья при себе. Но не смей... - рыцарь подошел в плотную к Аскании - Не смей посягать на честь моего королевства жрица! Или я вобью твое подобие чести в грязь, Торм мне свидетель! Я не вызвал тебя на дуэль только потому, что ситуация и так патовая. А ты что делаешь? Подбиваешь людей к бунту? - Годрик отошел и глубоко выдохнул, зажмурив глаза. Он массировал вески пальцами правой руки - после чего развернулся и продолжил.
-
Я пришел сюда исполнить свой долг и сделаю это так, или иначе. И окажу посильную помощь, любому доброму человеку. А дальше пусть всевышний решит... - Годрик развернулся и двинулся в сторону группы капитана, не желая задерживаться в зале. Он был настроен на то, чтобы чудовище было мертво, а реагенты наконец попали на стол алхимиков.

— Ты... ты... Ты ложный рыцарь! И тиран! — только и могла ответить потрясённая Аскания в спину Годрика, когда он уже начал удаляться. Видимо, девушка уже имела какое-то представление о нём как о падшем существе после того, как он в своём низкопоклонстве перед иерархией предпочёл Киппа ей. Но сейчас он явно сбил её с ног — метафорически.

В реальности Аскания всё ещё стояла на ногах. Годрик — больше, кстати, не сир Годрик, вы заметили? — мог поклоняться своим кормирским законам и королям — земным воплощениям Бейна, насколько это знала Аскания — сколько угодно. Она была девушкой, у которой есть по-настоящему святая миссия.

— Командор, сир Вивор, Ксавье, Мири, товарищ Мири. Не обращайте внимание на этого мужлана, притворяющегося чем-то, причастным к рыцарству. Следуйте за мной. Я сначала отведу часть из вас к вашему посту — а остальным покажу, где расположен тайный проход — потом мы проследуем к ударной группе.

Когда Годрик начал обрушивать на леди Асканию свою агрессивную речь, Вивор не подал виду, но все его нутро было натянуто как струна. В любую секунду он был готов выхватить меч и ринуться в бой плечом к плечу с жрицей. И было не важно, кто их противник. Вивор верил ей и не собирался стоять в стороне.
Однако видя, что все улеглось, он слегка расслабился, но бдительности нисколько не уменьшил. Сколько еще их ждет в этих стенах подобных потасовок? И сколько врагов их поджидает впереди…а может и совсем близко. Надо быть начеку.