[D&D 5] Divine Love | ходы игроков | Вокруг секса за 180 дней

  — Скорее, последнее, мой дорогой друг. — Виктор назвал дворянина другом, а, значит, по всем правилам этикета и ему следовало считать гостя таковым, тем более что тот так широко улыбался, — Вернее, это малая часть из всех развлечений, ради которых я и прибыл в столицу. Посещаю её каждый год, и чаще инкогнито — репутация-с, знаете ли. Этот раз не исключение, но как будто всё идёт лучше, чем обычно, и вот мы уже знакомы безо всяких предрассудков.

  Разумеется, верить в то, что где-то есть целая область, которой правит семья настоящих упырей, монстров, и их принимают и учитывают на законном уровне как политическую единицу, Эллеор отказывался, как отказывались и все уполномоченные инстанции. Всего лишь легенда, имидж, поддерживаемые когда-то с некой целью, но кто знает, вдруг за нею стоит что-то действительно настоящее и ужасающее? В конце концов, вампиры существовали, и Скив об этом знал как никто другой, будучи прямым потомков одного из кровососов. От мысли этой сердце забилось чуть быстрее, а Вансельтран, словно прозорливо угадав ход мыслей Максимиллиана, разулыбался ещё сильнее, смотря глаза в глаза сквозь свои цветные очки, в которых не было ни одной диоптрии, намекавшей бы на проблемы со зрением, но было что-то, что делало их не просто красивым аксессуаром. К счастью, он же и сумел слегка разрядить обстановку.

  — Ну как же, всегда есть третий вариант - приоткрыть ворота, на полшишечки! — после этих слов мужчина сразу же рассмеялся, и другим эта шутка зашла в не меньшей степени.

  Само собой, никто не помешал дампиру отвести своего барда для лчиного разговора.

  — Ибрагим - мой закадычный друг, мы знакомы немало лет. — Базилио был предельно уверен в каждом своём слове, будто выштудировал этот текст заранее, что, с одной стороны, давало повод ему доверять, а, с другой стороны, как знать, что там за знакомства такие, ведь и с самим бардом Скив знался совсем недавно, — И не просто знакомы: у нас была настоящая музыкальная группа. Ибби, я, Сальвадор - мы называли себя "Бистро", где "бис" складывалось из первых букв наших имён, а "тро", потому что нас было трое. Дворфа мне найти пока ещё не удалось, но вот на Ибрагима я могу рассчитывать всей душой и сердцем. Да, согласен, его имидж... концептуальный, скажем так, из-за чего всегда с девушками были проблемы, но это совершенно не важно, тем более что нам с Салли тогда доставалось больше, хе-хе. Слугой же Виктора он был и раньше, но эти отношения нисколько не мешали нам выступать, музицировать и вообще весело проводить время как друзья. Но эй, нет причин волноваться. Музыка и магия - это суть одного рода начала. тем более что, вон, я видел зачарованные светильники в главном зале, и если думаете, что кто-то почувствует присутствие магии, то ему будет невероятно сложно понять, откуда она исходит. Да и кому это надо, когда все просто собрались повеселиться? Так или иначе, мы вроде как обговорили условия, а что касается платы, то выбросьте из головы эти глупые предрассудки, как только что завещал нам молодой граф Вансельтран: всё на голом энтузиазме, но с той лишь разницей, что в деле будет не деревенская самодеятельность, а мастера своего дела, решившие тряхнуть стариной. Кстати, я видел в подсобке среди инструментов короб от виолончели, но не припомню, чтобы Ленор или кто-то из других служанок играли на ней. Чьё это?

Скив, по своему собственному мнению, не был параноиком, везде и всюду выискивающим коварные сговоры, но и в розово-радужный мир волшебства и доброты тоже не очень-то верил. Труд, как говорится, нужно не уважать, а оплачивать. И всякому бескорыстию есть предел, и любая, сколь бы щедрая и широкая душа рано или поздно будет нуждаться в каком-то отклике, отдаче за свои деяния. Но, пожалуй, один раз можно было принять как данность, что в конкретно этом случае обстоятельства так удачно сложились для нуждающегося дворянина. Почему бы и нет? Случайные стечения обстоятельств бывают ведь не только сугубо плохими.

- Хм-м-м. - неопределённо протянул дампир, размышляя на словами барда, а затем медленно, но всё же кивнул. - Ну... ну ладно, раз ты так в этом уверен, Баз. Хорошо. Не то чтобы я сомневаюсь в тебе, но мне важно заранее знать подобные существенные детали. Совсем не хотелось бы ударять в грязь лицом перед теми, кто оказывает мне услугу, причём такого качества, справедливо ожидая соразмерной ответной любезности. Но раз всё на энтузиазме, то и прекрасно, пусть будет так. Со спокойной душой оставляю музыкальную составляющую этого вечера на тебе, раз у тебя тут всё схвачено. А касательно виолончельного короба...

Скив ответил не сразу, дабы чуть-чуть пощекотать любопытство собеседника.

- Видимо, его оставила одна особа, ранее тут весьма хорошо музицировавшая. У неё определённо есть талант, и это, если тебе интересно, моя двоюродная племянница. Такие вот дела, думайте, герр Базилио!

Хитро усмехнувшись, дампир похлопал барда по плечу и вернул своё внимание обратно к странной вестелийской парочке - прочем, ненадолго.

- Итак, господа! Вопросы решаются, но фронт работ ещё широк. Безмерно рад нашему знакомству, однако не могу позволить себе роскошь задерживаться - сам понимаете, подготовка идёт полным ходом, и я обязан проследить за всем и всеми. Потому вынужден откланяться. Но не прощаюсь, поскольку мы увидимся на сегодняшнем мероприятии, не так ли? Виктор, прошу считать это официальным приглашением. Однако ни к чему не принуждаю и пойму, если явиться не получиться в силу обстоятельств - у всех, разумеется, есть свои дела. За сим откланяюсь. Базиль! Ты, как водится. остаёшься за главного. Не подведи меня!

Более задерживаться в малом зале Скив не собирался, тем более что между делом наметил для себя ещё парочку пунктов в списке для проверки, пока было время - угощения для гостей и демонтаж самостроя Модеста. Хотя и состояние последнего тоже надо бы проверить, а то ещё распугает высоких гостей своим устрашающим видом.

  — Двоюродная племянница, говоришь? Поди, молодая и хорошенькая, хе-хе. — в глазах Базилио заиграл знакомый огонёк, и кто как не Скив хорошо знал, что было на уме у этого бабника и пройдохи, — Но раз она твоя родственница, значит, планов на неё никаких нет. Отлично, отлично.

  Возможно, Элли Картер не помешало бы чуточку романтического опыта, но бард явно был не тем мужчиной, что должен был сорвать её ягодку — а уж в том, что юная леди хранила целомудрие, Эллеор не сомневался. Кто знает, может быть, и он сам... кхм... ладно, сейчас надо думать об организации вечера в первую очередь.

  — Очень любезно с вашей стороны, сэр Максимиллиан. Я буду чрезвычайно рад услышать, как играют Ибрагим и его друг, но ещё больше я буду рад присутствовать на вашем мероприятии. Отрадно видеть, как славный род восстаёт из пучины поругания, и ради этого прикладывают усилия достойные из мужей. — отвечал на приглашение граф Вансельтран с вежливым поклоном.

  Реверанс от более знатного по рангу дворянина делал честь Скивейлену, одновременно давая понять, насколько дружелюбен граф по отношению к нему, что тоже по-своему редкость. Но задуматься стоило несколько о другом — Виктор, очевидно, был в курсе истории, постигшей Максимиллианов. Вот только весть об этом распространялась главным образом по столице, в лучшем случае по окрестностям, и на фоне этого оставалось лишь два варианта - либо слухи доползли аж до далёкого вестелийского княжества, либо молодой граф интересовался этой историей с особым интересом.

  Отдельным удовольствием было наблюдать, как похорошел Модест, обряженный в строгий костюм. Неизвестно, какой мастер шил ему камзол, но тот здорово скрадывал горб и придавал мужчине совершенно не свойственную ему осанку. Привратник караулил возле ворот, и здесь дампир решил задержаться, посмотреть со стороны, как тот проводит время. Самострой, как и следовало ожидать, полностью разобрать к назначенному часу не удалось. Но горбун, возможно, не без участия наёмных служанок, нашёл весьма изысканное решение - вокруг того, что осталось от хибары, раскинули шатёр по типу таких, что обычно стоят на ярмарках. И хотя он довольно сильно выбивался из общего антуража, всё же смотрелся богато, да к тому же и весьма ярко, заметно со стороны, служа заметным маяком для каждого, кто посетит двор.
  Сам же Модест стоял возле ворот, что вот-вот должны были распахнуться перед гостями, и что-то вслух скандировал, заглядывая в листок. Приблизившись ещё, Скив понял, что тот репетирует приветствие гостям.

  — Добрый вечер, Ваше Благородие, хе-хе... нет, не так... Добрый вечор, В-ше Б-гародие! Нет, лучше так... кх-кхм... Добро пожаловаться, дорогие г-гости... Кхм... тьфу, горло... Гхрк-кха... кхм-кхм... Добро пожаловать, дорогие гости... не, слишком просто... Ваше Благородие... Благородие... Благороди-Е! Ди-Е! Во, звучить. Добрый вечор, ва... — тут Модест заметил дворянина, — А, хозяин, Модест здесь, Модест приветствует вас и га-а-готов приветствовать гостей. Вот только чуть-чуть потренируюсь, к вечеру будет от зубов отскакивать, хозяин, зуб даю, Модест справится, о да, да. Ваше Бла-агородие, ха! Ва-аше... ва-аше...

Отложив пока что на потом размышления об подозрительно хорошей осведомлённости графа о положении семьи Максимиллиан, Скив переключил своё внимание на входную группу поместья. Там, к вящему облегчению дворянина, дела обстояли уже куда лучше, чем в день его прибытия домой. Нелепое сооружение было скрыто и точно не будет шокировать излишне щепетильных гостей, равно как и внешний вид дворфа, после преображения тянущего на вполне даже приличного привратника.

- Ха, что я слышу? Тренируешься, репетируешь? Молодец, так держать. От тебя приветствие, поклон и вежливый жест пройти дальше, к дому. Сверх меры не усердствуй, чтобы не быть навязчивым - может не понравиться гостям. И помни, что ты, Модест, будешь первым, кого видят прибывшие, можно даже сказать, будешь лицом этого вечера. Так что давай, не подведи меня.

Сказанное было, конечно, не совсем уж так, как на самом деле, однако некая доля правды в словах дворянина всё же была. Но всё же, по мнению Скива, никогда не помешает лишний подбодрить своего работника или намекнуть на особую важность вверенного ему занятия - для руководителя это ровным счётом ничего не стоит, но зато может хорошенько так замотивировать подчинённых добросовестно стараться и выкладываться по полной.

Завершающим же пунктом короткой предстартовой проверки дворянина было посетить кухню и проверить, чем же сегодня вечером он будет угощать гостей. Ну и, может, самому перехватить прямо сейчас кусочек-другой - как ни крути, а небольшое волнение, невольно вызывающее аппетит, у Скива всё же присутствовало.

  — Модест молодец? Господин хвалит Модеста! О, такая радость, такая радость! Модест будет тренироваться ещё усерднее, гости будут довольны приветствием, о да. А кто не будет доволен и вздумает обижать господина, тому Модест откусит нос, ха-ха! Но он, конечно же, шутит, ведь нельзя откусывать гостям носы, иначе тогда Модеста перестанут хвалить, а этого он допустить никак не можент, о нет.

  Эллеор перешёл к проверку кухню. Посетив рабочую среду, где уже трудились нанятые повара, он ощутил лёгкий тычок чувства ответственности за что-то, что якобы обещался сделать как раз по этой самой гастрономической части. Но, окидывая взглядом кухню, закупленные продукты и то, во что они должны были в скором времени превратиться, Скив мог остаться удовлетворён и спокоен. Да, этим людям придётся заплатить за разовый выход как наёмным рабочим гораздо больше, нежели бы то трудились старые повара из числа постоянной прислуги, разбежавшиеся после того, как особняк Максимиллианов опустел, но эти, по крайней мере, отрабатывали каждый потраченный золотой.

.

  Званый вечер начался, как это обычно и бывает, без громких фанфар, но с лоском. Плавно перетекая из рутинного дня, в предверии сумерек территория поместья окрашивалась огнями фонарей и дополнительной люминисценции, что должна была особо подчёркивать состояние, в котором пребывал дом, а открытые ворота говорили всякому проходящему и проезжающему в карете, что здесь ждут гостей. Каких-то именно? Разумеется, ведь приглашения были разосланы как в письменном виде, так и переданы лично. Мог ли любой другой желающий посетить мероприятие? Конечно же, и даже более того, имелась ставка на то, что первыми придут как раз молодые дворяне, жадные до того, чтобы провести очередной вечер в танцах и с музыкой в обществе себе подобных, и их количество создаст нужную массовку, дабы уже знатнейшие из приглашённых вместо пустого зала сразу попали в нужную атмосферу и смогли в ней раствориться.
  Скиву не было нужды подходить к каждому и приветствовать его. Этим правом могли довольствоваться лишь особо приглашённые, коих дворянин знал поимённо. Гости же сами были обязаны отыскать устроителя всея церемонии и прежде, чем воспользоваться всеми её благами, оказать ему все необходимые реверансы и знаки почтения. При этом каких-то конкретных регламентов не предоставлялось. Традиционно, каждый осуществлял это по-своему: кто изысканным этикетом, кто не менее изысканным подарком или иным подношением, порой и тем, и другим сразу, а всё с целью показать хозяину, что они пришли в его дом не только с добрыми намерениями, но с пониманием, что сие не благотворительный вечер. Возможно, в давние времена, откуда родом пошла есть эта традиция, так всё и было, но в нынешние времена порядки у знати уже сформировались, и это был обязательный элемент.
  Зал постепенно наполнялся людьми. Эллеор не знал никого из них, но мог с уверенностью сказать, что молодёжь нынче одевается по моде, и мода эта не вызывает отторжения ни у него, ни у более старшего поколения. Дампир обратил внимание на музыкантов: Базилио и Ибрахим наигрывали какой-то вялый старинный мотив едва слышным образом, но когда посетителей прибавилось, плавно перешли к более подобающему этюду, зациклив его и начав играть погромче. Вечер только-только начинался, и ожидать активности от гостей было рано. Не видя ни одного знакомого лица, Максимиллиан уже мог подумать было завести новые контакты, чисто ради развлечения, как вдруг заметил в проходной женскую фигурку. Чёрные волосы, тёмный, за малым не траурный цвет наряда и слегка растерянное лицо — прямо "тёмная лошадка", во всех смыслах, за исключением главного. Не узнать Эллеонору Картер было нельзя, и хотя в списке сугубо приглашённых она не значилась, для Скивейлена появление кого-то из этой семьи всегда было добрым знаком. К тому же, девушка была без сопровождения других родственников, что как минимум необычно и уже повод завязать беседу. Впрочем, с этим можно было не торопиться, подождать других гостей и побеседовать с уже имеющимися, пускай незнакомыми, но наверняка полными самых разных и увлекательных новостей из жизни высшего света и не только.

Урочное время неумолимо приближалось, и внезапно Скив понял, что противное ощущение волнения как-то само собой притупилось и постепенно исчезло совсем, по мере того, как начал оживать большой зал, наполняясь гостями, гомоном голосов и звуками музыки. Вместе с тем также выяснилось, что что быть главой вечера не только ответственно, но и весьма приятно - неизбежное внимание гостей, их вежливость и учтивость щекотали самолюбие дворянина. Новые лица, новые имена и фамилии - едва ли Скив смог бы с точностью наизусть запомнить их всех, даже если бы захотел, но такой строгой необходимости, в общем-то, и не было: если судьбе в дальнейшем будет угодно вновь свести его с кем-то из гостей, можно будет "познакомиться" опять, более конкретно и формально, используя подобный вечер как общую точку соприкосновения. Ну а поскольку процесс прибытия и адаптации на месте гостей вполне неплохо наладился, от Максимиллиана не требовалось пока-что прилагать каких-то особенных усилий для поддержания надлежащей атмосферы: знай себе шествуй по залу, улыбайся, взаимно приветствуй вновь прибывших да посматривай, нет ли тех, кто чувствует себя не в своей тарелке.

Одна такая персона как раз и появилась в поле зрения дампира.

Интересно, что Элли была одна - видимо, дядюшка Кристофер решил не докучать ей своим присутствием и контролем и отпустить в вольное плавание. Дело хорошего, но для не умеющего плавать опыт может быть сомнительным. Скив, конечно, помнил правдивую поговорку по тихие омуты и чертей, но, насколько он знал Элли и, судя по её поведению, участие в подобных мероприятиях для нее было не очень привычно, и она несколько терялось. Следовательно, его, как хозяина вечера, святой обязанностью было помочь гостье освоиться и чувствовать себя, как дома.

Максимилиан уверенным, не суетливым шагом направился по направлению к гостье, аккуратно лавируя между гостями.

- О-о-о, мисс Картер! Рад видеть и приветствовать в моём доме в этот чудесный вечер! - официальное приветствие, вежливый поклон, поцелуй руки - ну куда же без всех этих формальностей, ведь они на самой что ни на есть публике!

Галантно предложив Элли руку для сопровождения, Скив повёл её вглубь зала, одновременно кратко инструктируя неформальным тоном и понизив голос.

- Всё в порядке, Элли? Непривычная обстановка? Не теряйся, тут нет ничего сложного, правда. Займись чем по душе. Угостись чем-нибудь вкусным или пьянящим, расслабься, поболтай со знакомыми, если таковые тут есть. Если нет - можно присоседиться к какой-нибудь группке, так и познакомишься. Просто укажи, к кому, и я тебя представлю. Поверь, тут большинство друг дружку не знает до того, как соберутся вместе. Да и я в том числе, ха! А если что-то будет не так - просто дай мне знать, всё наладим.

  Хорошо, когда знаешь человека досточно, знаешь, как подступиться, чтобы он тебя понял и тоже почувствовал себя хорошо. И когда он тоже тебя знает и способен угадать в любой толпе, тоже прекрасно. Без сомнения, Элли в любое время нашла бы общество Скивейлена одним из самых подходящих, но даже это не уберегло её от того, чтобы вздрогнуть — пускай мужчина вовсе не подкрадывался, но рассеявшееся внимание девушки и в то же время внутреннее напряжение заставили её чуть не подпрыгнуть на месте.

  — Ах, Скив... — голос мисс Картер невинно задрожал, равно как и она сама на контрасте между тем, как млела в присутствии старого друга и в то же время ощущала себя несколько тревожно одна посреди множества незнакомых людей, — Я никогда не думала, что тут может быть так прекрасно. То есть, может быть так прекрасно снова, как тогда, раньше. Мы с дядей проезжали мимо в рамках вечернего моциона, и когда он увидел, как тут всё призывно сверкает, пожелал, чтобы я немедленно присоединилась. Мне было до ужаса неловко являться одной, но каким-то чудом он убедил меня, что в доме старого друга семьи это можно себе позволить и... В общем, ты знаешь дядю Кристофера, если он решит кого-то уболтать на что, то сопротивляться будет лишь пустой тратой времени. А Модест просто душка, костюм так хорошо ему идёт. И здесь столько незнакомых людей. Интересно, сколько из них приглашены...

  Смятение Элли было вполне понятным, как и решение дяди. В конце концов, девушка была уже достаточно взрослой, чтобы самостоятельно вращаться в подобных кругах. Многие молодые леди в её возрасте уже имели объявленную пару, не говоря уже о всяких интрижках. Но, кажется, омут Элли был незыблемо тих и исполнен такой же чёрной тишины, как и цвет её волос.

  — А ещё я хотела извиниться, что обременила тебя, забыв виолончель. — девушка стала от смущения переминаться с ноги на ногу, словно ей очень захотелось в дамскую комнату, — На самом деле, она лежала здесь очень давно, и я время от времени приходила... ну, мы ведь обещались присмотреть за особняком, верно? Просто когда тут никого не было, и в пустом зале стояла гробовая тишина... то есть, я хотела сказать, что моим родным изрядно надоело пиликанье, а здесь никто не услышит и не осудит... Хотя, сейчас всё иначе, и, наверное, стоит забрать инструмент... Нет, не подумай, я пришла вовсе не для этого. Такой славный вечер, я просто... у-у-у...

  осознав невозможность внятно выразить всю преяду мыслей и при этом побороть природную скромность, мисс Картер закрыла глаза и тихо завыла, поняв, что уже загнала себя в словесную ловушку и выглядит как минимум неуклюже. К счастью, в этот момент мимо прошла служанка с подносом лёгкого вина и совершенно справедливо решила задержаться на случай, елси хозяин решит освежиться. А тем временем ушей Скива, успешно сохранявшем внимательность по всем фронтам, донеслось щебетание каких-то девушек из низкого сословия, но, тем не менее, хорошо одетых и ведущих себя подобающе.

  — Говорю тебе, это парни из того трио.
  — Тах их всего двое, и нет того, коренастенького.
  — Всё правильно, дворфа нет.
  — И теперь на званых вечерах они играют всякую нудятину? Пф-ф.
  — М-да, видимо, их зажигательные шлягеры, на которых мы так лихо вытанцовывали, остались в прошлом.
  — Да и без коротышки всё равно не то. Но могли хотя бы попытаться...

Спутанный поток мыслей Элли дампир выслушал с вежливым вниманием, но, понятное дело, особого значения ему не придавал, понимая, что девчушка чертовски нервничает и потому не совсем ясно соображает. Благодарно кивнув вовремя появившейся служанке, Скив подхватил с разноса бокал светлого розового и вручил племяннице, продолжая вести её вглубь большого зала, едва ли не таща за собой, поскольку шла та настолько же неуверенно, насколько и говорила. Но не стоять же теперь им из-за этого у входа, как каким-то бродягам, в с самом-то деле?

- Ой, Элли, не бери в голову! И вообще сейчас не загружай себя ничем, никакими мыслями. Просто... - Скив невольно сам усмехнулся, понимая, что его "просто" будет звучать для Элли сомнительно. - Просто привыкни немного и получай удовольствие! От атмосферы, от общения, от музыки... да хоть от напитков и десертов, в конце-концов! Также можно присмотреть себе удобное местечко, присесть куда-нибудь и поглазеть на происходящее, например, если нет желания быть в центре событий. Очень неплохой вариант, чтобы пообвыкнуться, я тебе скажу.

Объяснять основы светских приёмов и просто составлять компанию Элли для уверенности Скиву было совершенно не в тягость, но, как бы долг старшего родственника не был силён, Максимиллиан всё же понимал, что не сможет весь вечер водить девушку за ручку, дабы создавать той зону комфорта. Некоторое время - да, безусловно, и хотелось бы верить, что она успеет обрести хоть чуть-чуть уверенности. Однако вечер неизбежно будет набирать обороты, прибудут высокие гости, центровые фигуры, и Скив, как хозяин дома, будет обязан влиться в водоворот событий и оставить Элли в свободном плавании. От этой мысли дампир испытывал натуральные уколы совести, и потому усердно размышлял над решением проблемы - кому можно перепоручить аккуратный надзор за мисс Картер. Думать, к счастью, долго не пришлось - конечно же, своей верной помощнице, секретарю и палочке-выручалочке - Ленор. Уж та-то наверняка сможет и присмотреть за Элли, и, быть может, даже найти верный подход к замкнутой девушке, чтобы по чуть-чуть вытащить ту из защитной скорлупы. Женщины же, наверняка должны найти общий язык.

Кивнув мысленно принятому решению, Скив и сам подхватил со столика, мимо которого они как раз проходили, бокал с вином и сделал небольшой глоток, подавая Элли пример.

- В обыщем, ничего сложного, верно? Рекомендую отведать вина, оно совсем не крепкое. Но, конечно, лучше соблюдать меру, ха-ха!

  Судя по тому, как крепко девичья ручка обнимала галантно предоставленный локоть Скива, Элли действительно нужна была эта точка опоры, ибо без неё она попросту сломалась, выражаясь фигурально. Годы затворничества, не подобающего статусу, давали о себе знать, но надо было понимать всю историю их семьи прежде, чем делать какие-либо поругательные выводы. Возможно, Кристофер Картер поступил слишком жестоко, вбрасывая племянницу в социальный водоворот, но он, по крайне мере, знал, кто будет вращаться в этом водовороте вместе со всеми, и не прогадал. Однако, у Эллеора были делай поважнее, чем возиться весь вечер с одной дамой, и тут помощь Ленориэль оказалась весьма кстати. Пожалуй, стоило её отблагодарить за хорошую службу, но это потом, а пока весь вечер ещё впереди, и надо уделить внимание всем гостям, а тем более приглашённым.

  Появление леди Кирамман обошлось без каких-либо фанфар. Иные дворяне просто не любили, когда к ним разом привлекается много внимания, и Кассандра была из таких. Однако, на входе им оказалис все необходимые почести — двум сыновьям, двум дочерям и, конечно же, самой матери, возглавлявшей группу, но с момента появления уже никак не насаждавшую своей воли в вопросе выбора времяпрепровождения. И пока чада расходились в разные стороны словно птенчики, вылетавшие из гнезда, гордая мамаша с улыбкой на устах высмотрела Скива и поспешила приветствовать его. Дворянин заметил, что Кирамманы принесли с собой какие-то подарки, не иначе как чтя старые традиции в полной мере, и это лишний раз обязывало уделить им особое внимание.

  — Сэр Максимиллиан. — Кассандра протянула ручку, дабы её можно было поцеловать, но без лишнего жеманства, — Признаться, я удивлена, насколько ярко и богато вы представили вечер. Надеюсь, оно не стоило излишних трат, ведь, как мне известно, вашим финансам пока ещё нужен строгий учёт и сугубая мера в расточительности. Но полагаю, что это скоро исправится. А что до других активов: вас видели с ревизией на старой мануфактуре. Не извольте думать, что кто-то специально следит за вами, просто в тех местах уже довольно давно не ступала нога человека. И как сейчас вы оцениваете возможность восстановления промышленных мощностей?

Первой из наиболее ценных "именных" гостей явилась леди Кассандра Кирамман - ожидаемо от пунктуальной и ответственной матери семейства. И деловитой - Скив после обязательного официального приветствия и галантного поцелуя руки не успел даже предложить ей бокал вина, как леди Кассандра сразу перешла к насущным вопросам. Забавный контраст на фоне беззаботной и оторванной от повседневности атмосферы светского вечера, куда приходят веселиться и приятно проводить время. Хотя, конечно, есть и такие люди, которые в любой обстановке умудряются делать дала и решать вопросы, умело совмещая приятное с полезным. К таковым. пожалуй, дампир мог отнести и себя самого, так что вопросы финансово-прикладной направленности его нисколько не смутили.

- О, вы мне льстите, леди Кассандра. Нет предела уровню пышности, и моё скромное начинание далеко до элитных встреч высшего света, уж вам-то точно есть, с чем сравнивать. Я же просто постарался выжать максимум из имеющегося минимума средств. - улыбнувшись, Максимилиан сделал приглашающий жест, предлагая собеседнице за разговором пройтись по залу. - Вы правы, финансово я сейчас... несколько стеснён. Но я работаю над этим. Ситуацию же на мануфактуре оцениваю как непростую, но вполне подъёмную. Скелет производства на месте, нужны лишь расконсервировать и дать финансовые вливания, чтобы заново раскрутить рабочий маховик.

Чуть замедлив шаг, Скив ловко подхватил бокал с вином с подноса проходящей мимо служанки, чтобы вежливо вручить его леди Кассандре.

- Помнится, при нашей недавней встрече вы дали мне немало полезных советов насчёт производства. Будьте уверены, я помню их назубок и обязательно применю на практике. Но, возможно, за прошедшие дни у вас появились новые полезные соображения?

  — Это радует, причём весьма. будь у меня больше свободного времени, то, с вашего разрешения, конечно же, мне бы и самой хотелось взглянуть, как там обстоят дела. Крайний раз мы это делали с вашей матерью. Помню как сейчас, когда стояли у новенького, ещё не настроенного станка и обсуждали, где ваш...

  Вино встало поперёк горла матроне, что, кажется, сама себя поймала на слове, коему не следовало слетать с уст. Но уже в следующую секунду она вдруг распахнула очи, словно увидела перед собой призрака.

  — Клянусь всеми богами, Скив, но я только что вспомнила, что перед тем, как вы свернули производство, в порту задержалась поставка ценного материала с юга. Шелка, золотые ниты и что-то ещё: всё эти товары были оплачены, но из-за бюрократической проволочки не были доставлены вовремя. А потом вы уехали, и доставлять было уже некому и некуда. В итоге груз на огромную сумму задержался в порту, а дальше... а дальше надо выяснять, куда он делся. Поверить не могу, что мы умудрились это забыть, а сейчас меня осенило. Вам нужно с этим разобраться на досуге. Дела давно прошедших дней, но кто знает, вдруг удастся отследить его судьбу и, возможно, даже найти.

  А, возможно, Кассандра и впрямь вспомнила сие неожиданное событие, и потому прервалась. Как бы то ни было, более эту тему они не затрагивали.

  Скив заметил среди гостей заметно выделяющееся красное пятно. То молодой граф Вансельтран уже вошёл в компанию молодых девушек и завладел всех их вниманием. Вне всякого сомнения, как только начнутся танцы, он будет первым, и этот вечер определённо принесёт ему успех. Интересно, как скоро они узнают, к чьему роду он принадлежит, и узнают ли вообще, и как это повлияет на их желание проводить вместе остаток вечера? Так или иначе, его слуга отлично управлялся с инструментом на пару с Базилио, и упрекнуть их в недостойной игре классических мелодий было невозможно. Но, может быть, стоило придать вечеру больше свежести и бойких ритмов? Ведь критическая масса уже собралась, хотя и не все из заглавных приглашённых явились...

  По залу прошёлся гул обеспокоенных, удивлённых, взволнованных голосов. Было впору напрячься, но гости всего лишь отреагировали раньше хозяина на появление ещё одного гостя, и это был такой гость, что заставил бы трепетать сердце каждого. И когда двери распахнулись, всяк и каждый был исполнен душевного трепета и готовности увидеть среди присутствующих леди Санлорд, явившуюся собственной персоной. В окружении верных стражей, что готовы были защищать верховного кардинала, она поразила публику не только своим статусом, но и ярким, богатым нарядом в багровых тонах, сочетавшем в себе невероятным образом и торжественную вычурность, и солидную строгость, дававшей в моменте простор для фантазии, но столь же грубо обрезавшей её в разгар полёта там, куда мог направить взгляд лишь самый смелый. Оркестр смолк, когда властные шаги зазвучали в зале. Но вот Селена вскинула руку в указующем жесте, и он соатвил верных стражей стоять за дверями, двое с одной стороны, двое с другой, и ни один не последовал за нею. Госпожа окинула взглядом присутствующих, насладилась их реакцией с подобающей ею величественностью и сразу же сделала другой жест, дававший право иным расслабленно выдохнуть, а инструментам зазвучать вновь, на сей раз с большей истовостью, старающейся угодить гостье, чей статус совершенно не соответствовал этому собранию. И, тем не менее, леди Санлорд обладала властью демонстрировать этот статус там, где считала нужным. С её появлением званый вечер задышал принципиально по-новому, но немало людей затаили дыхание в ожидании, какое ко всему этому отношение имеет сам хозяин, сэр Максимиллиан, с какой стороны подступит и как объяснит явление дивы в стане черни, коей, без сомнения, все прочие являлись по сравнению с леди Санлорд.

Момент, когда леди Кассандра осеклась, едва не сказав нечто лишнее, не ускользнул от внимания Скива, однако он вежливо не заострил на этом внимание, тем более что дальнейшая информация была намного ценнее и интереснее. В копилке памяти дампира добавилась новая заметка повышенной важности - наведаться в портовое управление и разузнать судьбу той задержавшейся партии. Но это, разумеется, потом, всё потом.

Тем временем алого цвета прибавилось - не только граф Виктор отдавал этим вечером предпочтение красным тонам в одежде. Появление кардинала Церкви, конечно, было эффектным, и даже без каких-либо ненужных фанфар, громких глашатаев и прочей мишуры. Статная, обворожительная, властная и опасная женщина - поистине дьявольское сочетание, даром что к нему в дом явилась священнослужительница. Мысленно Скив возблагодарил богов за удачное стечение обстоятельств - ранее имев честь познакомиться и поговорить с ней под сводами храма по-простому, на равных, Максимиллиан сейчас не испытывал того трепета который леди Санлорд, несомненно, внушала большинству присутствующих. Это было крайне важно, ибо сильные мира сего тонко чувствую подсознательный страх тех, с кем общаются, и его отсутствие - чёткий признак разделения людей на тех, кто ниже и слаб, кем можно помыкать и командовать, и тех, кто обладает внутренним стержнем и уверенностью - к таким можно относиться, как к ровне.

Покуда леди Санлорд вальяжно вступала в залу, отдавая невербальные команды, у Скива было с десяток драгоценных секунд, которыми он распорядился с пользой - немедленно поманив к себе Ленор и шепнув той на ухо краткие распоряжения: "Персональную официантку к леди Селене, смышленую и расторопную. Приказы и капризы - выполнять, сообщив мне."

Одернув камзол и смахнув с плеча несуществующую пылинку, Скив глубоко вдохнул и направился навстречу высокой гостье. Ощущения, наверное, как выходить на дуэль против чемпиона арены. Хотя, в общем-то, ничего такого сложного, все действия давным-давно заучены до автоматизма, просты и понятны. Не медленно, но и не суетливо, размеренным, уверенным шагом пройти вперёд, как и надлежит хозяину вечера. Остановка на положенном расстоянии. Взгляд, прямой, открытый, но не бросающий вызов. Учтивая улыбка. Обязательный галантный поклон. И, конечно же, поцелуй руки - однако, пожалуй, длящийся чуть-чуть дольше, чем положено этикетом. Впрочем, едва ли кто это заметит, кроме неё самой.

- Моё почтение, леди Селена. Рад приветствовать в моих скромных стенах, безмерно польщён вашим визитом... и очарован.

  Количественное и, самое главное, качественное изменение текущего бомонта не обошли вниманием и музыканты. Классический мотив, успевший приесться, плавно затух, и не успела партия Ибрахима полностью стихнуть, как Базилио, приосанившись и взяв инструмент с особой статью, взялся наигрывать куда более сложное и интересное произведение, и его товарищ тотчас вторил ему. Зала стала положительно оживляться.

  — Скромность храма не умаляет духовного богатства его настоятеля. — леди Санлорд не торопилась отнимать руку, и её лицо не скрывало наслаждения превосходством, — Но и не оправдывает сугубую бедность. Тем не менее, место сие внушает комфорт. Как много лиц молодых и незнакомых. И некому лебезить. Столько пустых и простых душ, но тем они и чисты, и непорочны. Хотя...

  Селена обратила внимание на девушек, в чьей компании значился Виктор всё это время. Мужчина, вне всякого сомнения, проявлял чудеса обаяния, и все девицы звонко смеялись и льнули к нему, совершенно не чураясь, как это обычно бывает, соперничества подруг, будто бы заранее говоря, что готовы прыгнуть к нему в карету втроём и в точно таком же составе переселиться в постель. Это и привлекло леди Санлорд, что, будучи привыкшей вращаться в кругах более сдержанных людей, могла счесть сие нежелательным для себя фактором. Но тут же перед глазами кардинала возникла служанка с подносом и винными бокалами. Ленор оказалась расторопнее некуда, и девушка, выбранная ею, тоже не подкачала. Бокал, что своим насыщенным бордо прекрасно гармонировал с нарядом Селены, оказался в её руках, и всё бы ничего, но та вдруг недовольно скривила брови, когда увидела шевельнувшиеся за чепчиком служанки кошачьи ушки. Ушей дампира донеслось едва различимое, но чёткое и властное « Кыш!», и впору было провалитсья сквозь землю, но пока что единственное, что действительно как в воду кануло, было общество служанки-зверолюдки, предельно ясно понявшей, что её обществу тут не рады. Уже после такого облома можно было распрощаться и с шансами произвести хорошее впечатлением, и с обществом высокородного представителя знати, но, вопреки ожиданиям, леди Санлорд осталась и даже пригубила принесённое вино, что в свою очередь было очень хорошим знаком.

  — Вынуждены чтить указ Императора? — тихий, почти щепчущий голос леди был не предназначен для чужих ушей, итут стоило отметить её умение вести тайные беседы, будучи у всех на виду, — Что дальше? Начнём давать им титулы, земли? Служить при доме порядочных господ, помня о том, кто они есть — вот предел, в который должна упираться звериная голова. Или, скажете, есть в этом, не побоюсь слова, сброде что-то, что позволяет считать их...ф-ф... людьми?

С каменным лицом пережив мгновения гнева кардинала, Скив затем позволил себе чуть расслабиться, когда уловил её настрой. Дампир улыбнулся и виновато развёл руками, показывая, что тут ничего не поделать.
— Вынужден, леди Селена. Как и все мы. Я уверен, Его Величество действует из лучших побуждений... впрочем, хорошо, что закон не устанавливает никаких обязательных к исполнению нормативов, не так ли?
— Но вы юудете их исполнять, сэр Максимиллиан, будете, дабы содержать свой авторитет на должном уровне. Все мы будем, ибо внемлем гласу Его Величества. Но кто внемлет гласу нашего Бога, нашему вечному солнцу силы, той самой, которой мы отвоёвывали своё место под солнцем?
Леди Санлорд прикрыла глаза на секунду, а затем без лишних слов пригубила бокал и сделала несколько крупных глотков, осушив его практически полностью. «Ей нужно хорошенько выпить, тогда эта агрессивная дурь выветрится, и всем станет легче»: мысль сия была совершенно разумна и логична, и пришла бы в голову не только Скиву, но и любому наблюдательному дворянину.
— Все мы грешны, ибо служим двум господам, а порой даже и трём, и большему числу. Только покаяние спасёт нас.
В целом Скив предпочёл бы не впутываться в пространные теологические споры, но в рамках поддержания разговора он этой темы коснуться всё же вполне мог.
— Ну-ну, не всё так уж плохо. Минимум двое господ неизбежны, ведь мы живём в организованном обществе, совмещая физические бытие с духовным. И опять же, как я уже упоминал, считаю, что грех греху рознь, и многие из них не так страшны и вполне могут быть искуплены добродетелями.
Проследив, как лихо кардинал управилась с бокалом, дампир немедля сделал знак рукой, командуя принести им свежие бокалы.
— А то и вовсе: некие, на первый взгляд греховные, поступки, могу быть очень даже благотворными душе и телу. Разрешите развернуть мысль?
Поначалу Селена сделала лицо, какое сделала бы женщина, исподволь заставившая мужчину признать свою неправоту и всячески унижаться перед нею. Но Эллеор сумел вывернуться так, что кардинал вскинула бровь и посмотрела на него с явным интересом.
— Внимаю, глаголь.
— Чудно. Извольте...
Подхватив с поднесённого подноса два бокала, Скив галантно вручил один Селене, а второй оставил себе. Приподнял в руке, демонстрируя кардиналу.
— Итак, грехи. Образцам благодетели принято их всячески избегать, и это правильно, но всегда ли это единственно верный путь? Я считаю, что нужна всего лишь разумная мера и верное применение. К примеру, гнев при обуздании поможет воину стойко сражаться. Гордыня поможет не забыть о собственной чести пред лицом суровых обстоятельств. Даже лень в какой-то степени поможет сберечь силы, которые можно будет затем направить на правое дело. А алкоголь в разумных дозах дарует расслабление разуму, а душе - кратковременное избавление от забот. Примеры можно продолжать...
Прервавшись, Скив и сам пригубил от своего бокала, и переводя дыхание, и наглядно демонстрируя сказанное.
Слушая мужчину, кардинал сложила руки на груди. С учётом объёмов последней и откровенности наряда в некоторых местах, вид сделался, мягко говоря, очень отвлекающим.
— Говорите словно настоящий адвокат демона. Кто бы ещё стал так истово защищать грехи как не самый ярый грешник? — вскинутая бровь и не думала опускаться, — Или же человек, умудрённый столь большим опытом, что не поучиться ему само по себе будет грехом.
Невероятно, но Эллеору удалось заинтересовать Санлорд ещё больше, и та даже не скрывала этого.
Скив стоически поборол соблазн и не задержал взгляд на собеседнице там, где не следовало. По крайней мере, надолго.
— Адвокат? Ну... я не стал бы рассуждать о том, чего не понимаю, так что... Не скрою, что я не святой отшельник, и вообще едва ли могу быть примером для благочестивого подражания. Однако делает ли это меня нечестивцем, подлежащим суровому порицанию и небесной каре, леди Селена?
Улыбнувшись, дампир сдела ещё глоток вина.
— Как говорил одним мудрец: "Хороший ли я человек? Нет. Но стремлюсь ли я стать лучше? Вот в чём нюанс!"
— Нечестивцем, м-м... — За это слово леди Санлорд зацепилась и не пожелала отпускать вплоть до того момента, пока Скив не сказал остальное, — Подлежащим наказанию. Очень суровому и очень... проникновенному.
В тот момент каким-то мистическим образом они становились ближе, и вместе с растущей угрозой Скив ощущал, как растёт и другое чувство. Быть может, то хмель ударял в голову?
— Как жаль, что здесь не место и не время для подобных "разговоров", но я буду ждать тебя в исповедальне, дабы как следует замолить все самые грубые и грязные твои грехи.
На словах "грубый и грязный" явно был сделан акцент. Но был ли повод беспокоиться всерьёз?
Сохраняя внешнее спокойствие и невозмутимость, внутренне Скив всё же ощущал небольшой мандраж от затеянной им с кардиналом опасной игры. Однако, в целом дампир понимал, что делает. В конце-концов, не клади голову в пасть львице, если боишься клыков!
— Что же, пусть так. Положенное мне приму, леди Селена. Но всему своё время. Придёт оно и для моего покаяния. Но а пока оно не наступит...
Дампир улыбнулся с видом хулигана, задумавшего новые мелкие преступления.
— Я буду вынужден ещё немного отяготить свою душу. На сей раз стяжательством. Право слово, леди Селена, даже стыдно немного от таких низменных стремлений, но что поделать? Деньги - основа любых начинаний. А без прочного фундамента даже мастер-каменщик не выстроит высокую башню. Но вот будь Меридианская банковская сфера чуть болоее отзывчивой...
Максимиллиан многозначительно замолк, наблюдая за реакцией женщины с целью определить, стоит ли продолжать плавно вворачивать в игривый разговор подобные деловые нотки.

  Селена улыбнулась. Любая улыбка была бы ей к лицу, но та, которую увидел Скив, преисполнялась неоднозначной трактовки. Предложение или просьба — не важно, с чем из этого хотел позднее обратиться мужчина, но дворянка готова была это принять. Вот только и с её стороны будут условия, непременно будут, и это предстоит обсудть уже позднее. Насколько позднее, Эллеор понял уже из того, как леди Санлорд аккуратно достала откуда-то из закромов маленькую записную книжечку, выдернула из корешка грифель для письма и, сделав какие-то пометки, прижала к губами. На бумаге отпечался жирный оттиск помады, а когда записка оказалась в руках Скива, её содержание гласило: "Завтра, в моём доме, в это же время". Дампир успел прочесть это, пока убирал бумагу в потайной карман, где ей было самое место, ибо это уже попахивало чем-то очень личным и даже интимным.

  Хрустальные люстры поместья Максимиллианов дрожали от звуков вальса, а воздух был пропитан ароматом дорогих духов, пудры и лёгкого напряжения, вызванного присутствием высшего света. Леди Санлорд как раз собиралась сделать колкое замечание касательно роли денег в порочных кругах общества, когда музыка внезапно оборвалась. Не из-за ошибки оркестра. Причина была куда более весомой.

  Двери парадного входа, что с самого начала открывали слуги, с грохотом распахнулись сами собой. В зал, плавно извиваясь, вползла гостья, чьё появление превратило шумный бал в подобие застывшей картины.
  Это была леди Синдерелла. Её нижняя часть тела, мощный, покрытый переливающимися багрянцевыми чешуйками хвост, бесшумно скользила по начищенному до блеска паркету. Верхняя часть, облаченная в корсет из черного шелка, расшитый жемчугом, медленно обводила замершую толпу надменным взглядом золотистых вертикальных зрачков.
  Селена, ещё секунду назад казавшаяся оплотом невозмутимости, выронила письменный прибор. Она не могла отвести взгляд от того, как хвост ламии, мощный и гибкий, с тихим шелестом преодолел порог.

  — О боги… — прошептал кто-то в толпе, но звук утонул в звенящей тишине.

  Синдерелла не обращала внимания на испуганные вскрики и побледневших кавалеров и девушек, часть из которых попадала в обморок, причём половина из них даже не театрально, а вполне себе натурально. Она двигалась прямо к центру зала, где стоял Скивейлен. Когда ламия оказалась в паре шагов от хозяина дома, она приподнялась на хвосте, возвышаясь над гостями, словно древнее божество, случайно заглянувшее на огонёк к смертным. Её чешуя мерцала в свете свечей, отражая блики как тысячи крошечных зеркал.

  — Я опоздала? — негромко произнесла ламия, хотя в тишине зала её голос прозвучал как удар колокола.

  Ламия склонила голову набок и незатейливо осмотрелась. Все эти взгляды — они явно будоражили её натуру, привыкшую к покою, но в то же время и возбуждали. Синедерелла издала звук, похожий на тихое шипение, переходящее в мелодичный, низкий смех.

  — Дороги были полны любопытных, Максимиллиан, — ответила она на свой же вопрос, — Мне пришлось задержаться, чтобы не напугать твоих "друзей" раньше времени. Хотя, судя по их лицам, я всё же перестаралась.

  Она медленно повернула голову в сторону леди Санлорд, которая стояла ближе всех. Та вздрогнула, но не отступила.

  — Будет ли этот вечер стоить того, чтобы я покинула своё болото. — продолжала Синдерелла, снова обращаясь к хозяину. — Нечто большее, чем просто изысканное вино и светские сплетни...

Прежде чем спрятать заветную бумажку, Скив успел коротко кивнуть, без лишних слов принимая приглашение. Ощущение, что он направляется прямиком в ловушку, всё нарастало и нарастало, но не успело разрастись в полноценную тревогу: внимание и дампира, и гостей накрепко оказалось прикованным к появлению новой гостьи. Очень и очень особенной гостьи.

Раньше, в скоромной и тесной обстановке магазинчика тканей, было затруднительно точно оценить размеры Синдереллы, хоть и было очевидно, что особа эта немаленьких габаритов. А вот сейчас ламия престала пред Скивом и его гостями во всей красе, шокируя более слабых духом своими размерами. Их можно было понять - дампир и сам при первой встрече был изрядно поражён. Да и сейчас, признаться, Синдерелла выглядела более чем внушительно и опасно. К счастью, к её появлению Максимиллиан был не просто готов - он её ждал, ибо ему самому не терпелось узнать, какой же коварный план задумала ламия, ранее дав Скиву наказ непременно пригласить её на готовящийся вечер.

- Никакого опоздания, леди Синдерелла! Вы как раз вовремя. - Переключив внимания на новую гостью Скив, однако, благоразумно встал так, дабы не поворачиваться к леди Санлорд спиной и тем самым не выказывать вопиющего неуважения кардиналу. - Уверен, ваш визит будет стоящим того, ведь помимо напитков и угощений у нас есть располагающая атмосфера, изысканная музыка и, разумеется, прекрасная и благородная публика.

Скив украдкой покосился на Селену, ожидая её реакции - при всей её неприязни к зверолюдам она наверняка не причисляла к таковым такое древнее и благородное существо, как ламия, так что вечер кардинала не должен был быть бесповоротно испорчен.

  Казалось, одно только появление кардинала сделало мероприятию честь, на которую он в принципе не мог рассчитывать и статусу которого ничуть не соответствовал, но был возвышен до такого уровня, что уже не мог считаться простым званым вечером. Однако, когда зальные светильники пали на ламийскую чешую, ранг приёма взлетел просто до каких-то неисчислимых высот. Аналогичный эффект могло произвести разве что прибытие Его Величества, и Скивейлен уже не смоневался, что рассказы о сегодняшнем вечере облетят всю столицу немедля и наверняка достигнут даже императорского дворца. Жаль, сам Зигмар сейчас решает важные государственные дела с зильбернийским королём, а то кто знает, может, и он в скором времени почтит своей царственной ногой этот паркет.
  Мысли об императоре коснулись не только головы дампира. Леди Санлорд, в чьих обязанностях, между прочим, было поддерживать порядок во власти в отсутствие короля, наконец справилась с внутренним давлением и сочла нужным обратиться к Синдерелле, но уже с высоты своего собственного статуса, который по праву считала никак не ниже ламийского.

  — Последний раз госпожа Синдерелла почтила своим присутствием Его Величество, и более не соглашалась ни на один другой светский приём даже в лучших домах столицы. Что же заставило её вдруг так резко перемениться в настроении и... понизить требования?

  Комментарий был уместен, и любого дволрянина мог бы поставить в очень неловкое положение. Но змеедева хорошо подготовилась к таким вопросам, оставаясь при этом верной себе.

  — Сэр Максимиллиан - мой дражайший друг и значимый деловой партнёр. — произнесла онва с важным спокойствием, в котором была заключена большая сила и авторитетность.

  Окружающие разом и изумлённо ахнули. Ни добавить, ни убавить — вне всякого сомнения, эти слова подняли и без того уже витающий среди звёзд авторитет самого Скива, ибо до сего момента среди друзей ламии значился один лишь император, и то, с какой лёгкостью та вписала молодого дворянчика в свой близкий круг общения, произвело настоящий фурор.
  Но тут стоило отметить и уровень подготовки Селены. Не была бы она кардиналом, если бы не могла постоять за себя в столь грозных раутах, и потому тотчас нашлась, что изобразить в ответ.

  — Наш друг. — не оставаясь в оппозиции, но изящнейшим образом присоединяясь к всеобщей славе, леди Санлорд вдруг подставила локоть Скиву так, что тот просто был вынужден по-кавалерски подхватить её руку, и притянула к себе, — И нащ... партнёр.

  Мог ли этот вечер трижды прыгнуть выше своей головы? Оказывается, мог. Особенно стоило отметить, что после долгого отсутствия на светской арене этот приём был своего рода новым дебютом, и кто же знал, что он обернётся таким образом. Без сомнения, восхитительнейшим, наивыгоднейшим и, не побоимся этого слова, эпичнейшим!
  А Синдерелла лишь улыбнулась, принимая развитие событий как естественный их ход, и лишь после этого торжественно окинула взглядом зал.

  — Так чего же вы стоите? Громче, музыка! Танцуйте!

Интересно, в этом был план Синди - ненавязчиво поближе свести Скива с кем-то высокопоставленным, тонко используя особенности психологии знати и банальную женскую ревность? Или она задумала что-то ещё? Вообще быть объектом лёгкого соперничества высокопоставленных персон Скиву раньше как-то не приходилось, и ощущения были странноватыми. С одной стороны, неплохо, конечно, чувствовать себя настолько востребованным. С другой - Максимиллиан прекрасно понимал, насколько мимолётны могут быть капризы знати. В моменте ты - фаворит, а в другом - уже забыт. Подобные повороты дампир не воспринимал за большую трагедию, вместо этого прагматично считая, что нужно пользоваться моментом, раз уж он представился.

Поэтому, когда Селена во всеуслышание объявила его своим и другом, и партнёром, дампир не хлопнулся в обморок счастья и не отвесил челюсть от удивления, хотя позывы были. Напротив, усилием воли собравшись, дворянин стоически и даже с некой напускной небрежностью выдержал максимальную концентрацию внимания ошарашенных гостей на своей персоне. С готовностью подхватив кардинала под руку, Скив молча коротко кивнул - мол, да-да, господа и дамы, всё именно так и есть, ничего особенного.

Однако полагающаяся важности момента пауза и тишина уже были выдержаны, а вечер должен был продолжаться, так что полуприказ ламии был весьма кстати - но, разумеется, требовал подтверждения хозяина дома. С этим Максимиллиан медлить не стал.

- И впрямь! Леди Санлорд, леди Синдерелла, мы ведь собрались здесь, чтобы отдохнуть и славно провести время, так не будем же отвлекаться! Маэстро, извольте музыку!

Скив Сделал жест рукой в сторону музыкантов, давая отмашку и сигнализируя продолжать играть - однако не в полную мощь, а на разумно-умеренном уровне, как ранее и договаривались.

  Музыка, до этого момента казавшаяся лишь фоновым шумом, вдруг обрела плотность и глубину. Ибрахим, чьи пальцы порхали по струнам эбонитовой лютни, словно живые, и Баз, извлекавший из своей любимой флейты звуки, от которых по коже пробегали мурашки, решились сделать то, о чём и дговорились — превратить обычный вечер в нечто запредельное.
  Публика всецело поддержала инициативу, и вскоре по залу медленно закружились улыбающиеся пары. Но главными среди них был дампир и его избранница — хотя, относительно ролей в данном случае ещё можно было поспорить. Леди Санлорд вела его сама, позволяя лишь создать видимость кавалерского главенства в танце, но уже к тому моменту Эллеор почувствовал, как пространство вокруг них стало меняться. Это не было иллюзией в привычном понимании — скорее, сама реальность стала податливой как горячий воск.

  — Вы выглядите так, будто ожидаете подвоха с моей стороны, Максимиллиан, — прошептала леди Санлорд, чья рука крепко сжимала ладонь мужчины. — Расслабьтесь. Я всего лишь хочу... хочу...

  Дворянину оставалось лишь слегка улыбнулся, сохраняя безупречную осанку. Но он уже чувствовал на себе взгляд Синдереллы — тяжёлый, проницательный, почти осязаемый. Она стояла чуть поодаль, наблюдая за тем, как её "проект" зарабатывает очки успеха в глазах высшего света, и в её глазах читалось нечто большее, чем просто удовлетворение от удачной интриги.

  А затем началась магия. Первые аккорды вальса, казалось, вытолкнули гостей из привычного ритма жизни. Люди, ещё минуту назад перешептывавшиеся и оценивающе разглядывавшие Скива и его особых гостей, вдруг замерли, а затем, словно подчиняясь невидимому дирижёру, стали двигаться строго в такт, и это уже был не просто танец.
  Скив заметил, как свет в зале изменился: он стал мягче, золотистее, словно вечернее солнце застыло в зените. Воздух наполнился ароматом ночных цветов, которых не могло быть в этом закрытом помещении. Леди Санлорд, казалось, стала легче, почти невесомой. Её движения приобрели грацию, недоступную смертным, а глаза начали светиться тем самым странным, притягательным блеском, который бывает только у тех, кто прикоснулся к древним тайнам. И не только у неё.

— Скажи мне, я грешна? — спросила Селена, и её голос прозвучал как эхо в пустом соборе.

  Скив почувствовал. Это было похоже на озноб, пробегающий по затёкшим венам. Музыка Ибрахима не просто играла — она вплеталась в саму ткань бытия, заставляя каждого гостя забыть о рангах, ревности и политических играх. В этом танце не было места фаворитам или изгоям. Было только движение, ритм и странное, почти пугающее чувство единства и открытости. Максимиллиан вновь краем глаза ухватил образ ламии. Синдерелла не танцевала. Она стояла, прислонившись к колонне, и её губы были тронуты едва заметной, почти хищной улыбкой. Она знала! Она знала, что произойдет, когда барды-виртуозы начали играть этот конкретный вальс, узнала его, не иначе как, и хотя магический эффект не воздействовал на неё, оставляя, пожалуй, единственным незатронутым существом во всём доме, всё же интерес к происходящему сохранялся с прежней силой. Вскоре и Эллеор проникся этим интересом, ибо со всех сторон зазвучали голоса окружающих его людей. Очень интересные голоса и интересные мысли, произносимые вслух, но как бы невзначай.

  — Омут моих грехов не имеет дна. Я грязная, порочная лицемерка, которая должна провести в покаянии всю оставшуюся жизнь, но этого будет мало. — шептала леди Санлорд, томно глядя в глаза Скиву, но как будто разговаривала не с ним, а делилась сокровенным сама с собой, — Я должна быть наказана. Это роскошное, красивое не по годам тело должно быть поругано самым грязным образом. Чтобы низшие расы обступили его и извергли своё естество, и тем смыли хотя бы часть моих грехов. Я унижаю достоинство стольких тварей, в то время как унижено должно быть моё собственное. И я тайно жажду этого ради искупления моих грехов. Кто-нибудь, кто будет достаточно смел, олнажды подарит мне это ощущение чистоты...

  — Я знал, что вампиры не могут дать потомства, и всегда пользовался этим ради собственного удовольствия. — Виктор, чья истинная природа теперь уже не вызывала сомнений, смотрел в глаза своей партнёрши по танцу с романтичной улыбкой, но даже он говорил сам с собой, а ты даже не обращала на его слова внимания, лепеча что-то в ответ, — Однако, даже отец доказал, что это не совсем правда, и каждый раз, приезжая в столицу, я прохожу мимо этого дома, понимая, что он пустует из-за меня. Но сегодня, когда я нашёл его живым и цветущим, меня переполняет гордость и желание во всём открыться этому молодому человеку, но в то же время и разыгрывается какой-то демонический страх, препятствующий этому. Мне не стоило сюда приходить, особенно сейчас. Забыть, забыть прошлое... но как я могу забыть свою любовь... и не быть при этом монстром, монстром в понимании человеческой морали...

  — Мне всегда было спокойно только с ним. Есть в нём какая-то аура, выгоняющая любую тревогу из души. Или я сама это себе выдумала. Но даже сейчас, спустя много лет и годы разлуки, я всё ещё чувствую эту ауру. — юная леди Картер стояла далеко у стенки, украдкой выглядывая Максимиллиана среди танцующих, и хотя он находился далеко, всё равно слышал её мысленный разговор так, будто она стояла рядом, — И я не могу ему в этом признаться, ведь это неправильно, леди так не должны поступать, да и он не поймёт. Я всего лишь подруга детства... всего лишь... а хотела бы быть...

  — Юный господин уже давно не юн, и вчера он показал это. Я наблюдала его взросление с младенческих лет, но всё же проглядела момент, когда он стал настоящим мужчиной. — слышались рассуждения Ленор, ответственно наблюдающей за прислугой, гостями и всем-всем-всем, где могло потребоваться её участие, но всё равно взгляд срывался к господину и заботливо оценивал каждое его действие, — А сейчас он возрос ещё больше, и в скором времени женское внимание станет ещё одним видом его богатства. И если мне, в прошлом нянечке, а ныне простой служанке, суждено померкнуть перед лицом знатных красавиц, то так тому и быть. Останется ли Скиву нужна моя верность после этого? Но ведь должен быть кто-то, на кого он сможет положиться...

  — Я знаю, что ты слышишь меня, Скивейлен. Я знаю, что за эксперименты проводит твой бард со своим старым приятелем. И хотя эта старая как мир песня на меня не действует, не переживай, в моих планах нет мыслей вредить тебе, а даже если и будут, то ты об этом никогда не узнаешь. — дамия продолжала сверлить хитрым взглядом танцующую пару кардинала и молодого дворянчиками, демонстрируя своё превосзходство даже над магией, что пленила всех в этом зале практически без исключения, — Я буду рассчитывать на благодарность в следующий раз, когда зайдёшь в гости — в конце концов, иначе ты не искупишь части долга, наложенного браслетом Астры, хе-хе-хе... ой, что-то у меня голова кружится от этой магии... сосредоточься, Мефалар...

  — Максимиллианы вновь на коне - уж, во всяком случае, молодой дворянин собирается оседлать его так же шустро, как и до этого вся семья ушла со столичной и экономической арены. У меня нет уверенности в том, что он не пропадёт снова, как и в прошлый раз, и не утянет за собой всё, что успеет взять. Его энтузиазм заразителен, и мне действительно хочется инвенстировать в его бизнес, но слишком настойчиво лезут в глаза риски. Если бы только Скив по воле случая стал частью нашей семьи, взял бы в жёны одну из моих дочерей, хотя бы Мередит или, например... или... — рассуждения леди Кирамман было сложно не услышать и не распознать этот мягкий, но деловой тон, полностью отражавший весь склад ума Кассандры, — Нет, только не Кейтлин. Без сомнения,, я желаю ей добра, но если между ними что-то есть, если у них начнётся роман... Мне ведь придётся пересмотреть все семейные планы. О боги, за что вы наградили меня таким количеством детей? Но кем бы я была, если бы не думала о детях... И, тем не менее, Кейтлин ребёнок моего мужа, не мой... или всё-таки мой... сложно, как всё сложно, сложнее чем алгоритмы процентных ставок в дворфийском банке...

  А музыка всё играла, и люди кружились в танце как ни в чём не бывало, и точно так же под потолком кружилась звёздная пыль, облаком золотых частичек нависая над огнями свеч и как бы обещая, что всё происходящее подобно сну, и ничто из того, что было сказано, не выйдет за его пределы, равно как и никто не вспомнит, о чём и кому говорил. Кроме Скива, который, конечно же, всё запоминал и продолжал слышать все голоса, но имел возможность присоушиваться лишь к тем, чей ему был наиболее интересен и важен. Да и ничто не запрещало ему наслаждаться танцем и музыкой, ибо последняя всё-таки была не просто одурманивающей магией — она была произведением искуства, ценностью, заключённой сама в себе, и этого у неё было не отнять ни при каких прочих условиях.

Эффект музыки превзошёл все ожидания Скива, хоть он и отдал распоряжение играть в половину от возможного. Счёт времени потерялся, и дворянин не знал точно, как долго он и его гости, будучи в плену музыкальных чар, кружатся в танце. Несколько минут, а может пару часов, или и вовсе уже весь вечер? Происходящее сильно напоминало утренний сон перед самым пробуждением, когда сновидения и реальность столь близки друг к другу, что невозможно их отделить, но осознанности происходящего уже достаточно, чтобы усилием воли проснуться. Что, собственно, дампир и хотел сейчас сделать. Он уже услышал чужих мыслей столько, что у наверняка бы пошла кругом голова, если бы волшебство не погрузило и самого дворянина в лёгкий полуэйфорический транс, эффективно приглушая резкие всплески эмоций. Так что он просто впитал услышанное, как губка впитывает воду, дабы всё осмыслить потом, в спокойной обстановке.

Но перед тем, как закончить вальс, нужно было ещё кое-что сделать.

Улучив момент, Скив нашёл взглядом Синдереллу. Озвученные ею требования были прямолинейны, но тут она была в своём праве - как-никак, просто само её появление очень прибавило значимости фигуре Скива в глазах приглашённого общества. Так что, не прерывая своего танца с Селеной, Максимиллиан кратко кивнул ламии, обозначая, что понимает и принимает на себя обязанность соразмерно вернуть долг.

А затем, спустя ещё несколько исполненных фигур, дворянин украдкой убрал руку с талии леди Санлорд, поднял вверх и опустил ладонь вниз, параллельно паркету, давая музыкантам сигнал плавно завершать их феерическую мелодию. Ведь всего хорошо в меру, даже чудес.

  На этот раз барды всё-таки вняли как положено, и уже через несколько секунд магическая аура стала слабеть, пока полностью не истощилась. Музыка же продолжала играть в прежнем ритме, но в ней уже не чувствовалось того наполнения, что прежде — продолжение и финал сонаты прозвучал как копия самой себя, подражание ученика мастеру, с которым они одновременно начали, но где последний вдруг перестал играть, дабы посмотреть, насколько хорошо его урок был усвоен.
  Однако, это не помешало балу продолжиться, и пускай мелодия сменилась, но не изменились лица — улыбающиеся, счастливые, беззаботные. Никто из них даже не понял, что, возможно, выдал все свои тайные мысли и чаянья, равно как и не запомнил того, что услышал сам. И только Эллеора это не коснулось, ибо что-то или кто-то оградил его от данных воздействий. Дворянин мог подозревать, что в деле вновь замешана ламия, но внутреннее чутьё подсказывало, что оставалась и иная сила, иная сторона, оказывающая влияние на общие интересы.

  Роскошная карета остановилась, едва не пропустив ворота, за оградой которых ввечеру пестрели огни торжества в поместье Максимиллианов. Из-за бархатных занавесок окошка выглянула физиономия блондинки и наморщила лобик, присматриваясь и одновременно с этим отмечая для себя один за другим повод для негодования.

  — А чему ты удивляешься? Скив намерен восстановить статус кво. На его месте я бы тоже организовал похожий вчер с танцами и музыкой для подобных себе. — мягко отозвался голос молодого мужчины из глубины салона.

  — Подобных ли? — леди Роттердам окинула взглядом парковочные места для экипажей гостей, и на секунду её взгляд расширился почти до безумия, — Это карета кардинала! Разрази меня огонь, леди Санлорд у него в гостях?!

  — Тише, сестрица. Даже если это её личная карета, оно не значит, что...

  — Клянусь всеми богами, я вижу её красный наряд через окна! Эта она, она здесь и... ТАНЦУЕТ С НИМ!

  — Ты сейчас выпрыгнешь из кресла и пробьёшь своей милой головкой потолок. Лучше держись за меня и не дай этому случиться...

  — Хватит лапать меня, сейчас не до этого! Нет, ты только глянь, да как он посмел... как он смог! Это... это...

  — Снова задыхаешься? Понюхай мешочек с травами, полегчает. Тебе показалось.

  — Нет, мне не показалось. Я сейчас... Я сейчас ещё лучше посмотрю. — отдышавшись, леди Роттердам припала к стеклу с удвоенным прищуром, но уже через несколько секунд обомлела, увидев за большими окнами бального зала змеиное тело, — О... боги... я... сейчас...

  — Дыши ровнее, сестрица. — мужчина обнял её рукой за плечи, а другой прижал к носу спасительный мешочек с лекарственными травами, чья душистость должна была облегчать недуг лёгких, пускай и в этот раз он был вызван всего лишь крайней степенью волнения, — Кучер! Кучер, чтоб тебя, двигай! Ох, что за демон дёрнул нас прокатиться по этой дороге в этот вечер и в этот час...

  Время гостепримства и веселья подходило к концу. Музыка играла уже не вполсилы, но в четверть от неё, и это было верным знаком гостям, что пора и честь знать. К тому моменту многие были уже морально к этому готовы, хотя, справедливости ради, всем так понравилось, что реши Скив проложать до самой зари, они бы остались и танцевали ещё. Но всему своя мера, и лучше приберечь запал для следующего раза, чем так беззаботно истратить его сейчас. Тем более что все дела, которые нужно было сделать, были сделаны. Дампиру пришлось уделить очень много времени леди Санлорд — вернее будет сказать, она хотела получить максимум его времени и не отпускала до той поры, пока сама не устала, а женщиной Селена была довольно стойкой. Ей очень не хотелось уступать в присутствии ламии, но всё же определённые возрастные ограничения накладывали свой отпечаток, да и собственный статус не позволял слишком сильно сближаться с низкоранговым дворянином — во всяком случае, на публике. В итоге у Эллеора ещё оставалось немного времени чтобы уделить их другим гостям. Они ещё немного поговорили с Кассандрой в основном о делах, но после пары бокалов леди Кирамман несколько развезло, и лепетать всякую милую чепуху ей стало намного проще и приятнее. Танцевать она не собиралась, не в её стиле это было, зато охотно уступила молодого дворянина одной смелой девушке, что очень набивалась в компанию Скива и хотела танцевать с хозяином дома. Мужчина её не знал, и вряд ли это знакомство могло быть чем-то реально полезным, учитывая низкое сословие данной особы, но её энтузиазм и смелость стоило похвалить как минимум одним коротким танцем, а как максимум — уделить остаток вечера в личных покоях, на что, собственно, так и рассчитывала. Но решать было Максимиллиану и никому более, ведь, возможно, у него были другие планы, на других женщин или же без оных вовсе.
  Зал постепенно пустел, и даже прислуга, наводнившая его для скорейшей приборки, не создавала необходимой массовки, чтобы сердце в конечном иооге не посетило щемящее чувство конца праздника. Но всё в жизни проходит, и это надо уметь принимать, равно как и то, что не всё из этого может повториться вновь, и оно уходит безвозвратно. К счастью для Скива, это был не первый и, будем надеяться, аделко не последний званый вечер. Но сможет ли он превзойти себя снова? Ведь после кардинала и ламии более значимым гостем может быть только сам король-император.
  Однако, в зале ещё присутствовали люди из числа особо приглашённых и просто хорошо знакомые лица.
  После танцев со Скивом леди Санлорд не погнушалась пристраститься к местному вину, и пускай оно было ей не по статусу, однако, в большом количестве обрело покой на дне её чрева, из-за чего дама нуждалась в поддержке вплоть до препровождения её в карету.
  Компанию ей составила и Кассандра, но, в отличие от священнослужительницы, жена магната знала меру и умела сохранять лицо даже в подпитии. Беспокоиться о её судьбе не следовало, разве что галантно попрощаться и позволить сынам, многие из которых уже нашли себе пару на вечер, увести с собой и мамашу.
  К слову, что касается пары, то тут больше всех повезло Виктору. Непонятно, какой харизмой должен обладать человек и что при этом говорить, но все из тех трёх девушек, с которыми он общался весь вечер, готовы были сейчас накинуться на него и раздеть прямо в зале. Без сомнения, он уведёт всех троих куда-нибудь в гостиницу или вроде того, хотя Скив как хозяин дома мог позволить ему заночевать в гостевой спальне, и тогда уже узнать наверняка, потянет ли Вансельтран тройной груз деликатной ответственности — также это хорошая возможность увидеться с ним прямо за завтраком.
  Исчезновения Синдереллы мужчина так и не заметил — возможно, его не заметил вообще никто из присутствующих, хотя, казалось бы, такая видная во всех смыслах персона попросту не могла такое проделать. И всё же ей удалось, но это лишь значило, что ламия исчерпла необходимость в своём присутствии, и более важные дела ждали её в другом месте и в другое время.
  Не считал бы себя дампир бдительным, если бы не заметил черногривую головку, скромно суетящуюся близ парадной двери и готовой покинуть дом в полном одиночестве. В этот момент Элли могло быть особенно жаль, но что если одной только жалости мало, чтобы привлечь к себе должное внимание?

Пусть вечер и плавно подходит к своему логическому и, хотелось надеяться, успешному завершению, с облегчением выдыхать Скиву было ещё рано. Увы, такова уж участь ответственного хозяина вечера - если ему самому и удастся повеселиться и отдохнуть в процессе, то явно намного меньше, чем беззаботным гостям, пришедшим на всё готовое и у которых голова не болит от организационных моментов. Потому и пил и ел этим вечером дампир очень мало - всего парочка лёгких закусок-канапе и буквально один бокал вина, который он умудрился растянуть почти что на весь вечер, чтобы совершенно точно ненароком не захмелеть. Трезвость мыслей ему была необходима для множества вещей: и чтобы не терять бдительности, присматривая за ходом мероприятия, и поддержать непринуждённые разговоры с гостями, и сохранять надлежащую координацию движений, дабы не наступить партнёрше на ногу или подол и не столкнуться в ходе вальса с другими танцующими парами, да и чтобы в завершении мероприятия лично попрощаться и проводить гостей к выходу из поместья - каждого, дабы никто из них не чувствовал себя обделённым, брошенным и позабытым.

Но, разумеется, отдельные персоны заслуженно получали от Скива чуть больше персонального внимания.

Первой такой особой была леди Санлорд - не только из-за наивысшего статуса этой дамы, но и с целью обезопасить кардинала от перебора с алкоголем - Скиву ведь совсем не было нужно, чтобы она вдруг случайно оступилась, оговорилась и выставила себя в плохом виде... или, что ещё хуже, вдруг не присмотрела себе захмелевшим взором какого-то другого фаворита, кроме дампира. Так что Селена была галантно взята под ручку и медленно, но уверенно проведена дворянином по залу на выход, а затем - по дорожке мимо ожидающей её охраны и прямиком к роскошной карете. Чинно и благородно, безо всяких глупостей, могущих бросить тень на облик и репутацию что самого дворянина, что его высокой гостьи.

С леди Кирамман, к счастью, так возиться не пришлось, ибо держалась куда лучше предыдущей особы, и позаботиться о её возвращении домой было кому - несомненно, один из плюсов большого семейства, как мог оценить Скив. Так что с ней дампир сердечно попрощался, поблагодарив за почтение визитом и высказав надежду на повторные встречи, и с чистой совестью оставил её на дальнейшее попечение сыновьям.

Виктор, в отличие от светских львиц, держался отлично и помощи явно не просил, но... услышав ранее его мысли и, соответственно, узнав о гложущих вестелийца тревогах, Скив хотел ему немного посодействовать хоть в чём-то. Вообще, Максимиллиан не особо рассчитывал, что кто-то всерьёз вознамерится заночевать у него в особняке, но распоряжение подготовить пару-тройку гостевых спален всё же было служанкам предусмотрительно отдано - просто на всякий случай. И, видимо, не зря, потому одной из служанок Скивом было дано поручение аккуратно поинтересоваться у Виктора, не желает ли тот остаться на ночь.

Аналогичный вопрос, кстати, было поручено адресовать и той смелой дамочке, что всё норовила обратить на себя внимание Скива. Казалось бы, подобный вопрос следовало бы задать лично, но пока что у него были дела поважнее. И дело было вовсе не в высокомерии или пренебрежении, просто, если отбросить напускные правила приличия, и Скиву, и ей было предельно ясно, что дело сводится к обычному взаимовыгодному обмену. Очевидно, ей хочется урвать себе кусок внимания, дабы затем в своих кругах общения бравировать, что удалось запрыгнуть в постель хозяина успешного вечера, громко давшего о себе знать. Скив, в свою очередь, получал в обмен охотно раздвигающую ноги девчонку для одноразового развлечения. Всё просто, всё честно и старо, как мир. Так что дампир, на правах хозяина положения, просто выказал свою благосклонность к подобной сделке, пусть и опосредованно, через слуг.

И последней по очередности, но не по значимости, из приметных персон была Элли Картер - к ней Скив, разумеется, подошёл лично, дабы поинтересоваться, как в целом прошёл её вечер, всё ли в порядке и надо ли проводить её домой.

  С того момента, как Селена перешагнула порог парадной, беспокоиться о её судьбе было совешенно не нужно, так как снаружи её уже поджидали вооружённые и готовые на всё стражи-лакеи. Даже если бы Скив захотел вмешаться, его бы всё равно потеснили — кардинал не давала иных указаний на этот счёт, а когда её уводили, лепетала что-то про ответное приглашение в свой дом, но об этом мужчина и так помнил.

  Ожидать, что Вансельтран лично поблагодарит за апараменты, было излишне — в крайнем случае, он сделает это за завтраком, если не отбудет ещё до того момента, ну а пока у него имелось целых три причины не отвлекаться, и каждая из них настолько возбудилась и заразилась его харизмой, что готова была высосать её чуть ли не прямо в коридоре по пути в опочивальню. Интересно, было ли у Виктора взаимное желание сделать то же самое, но в несколько ином, более свойственном своей природе ключе, подобно тому, как оное недавно вознкло к дампира?

  И, наконец, самый скромный и нелюдимый, но оттого по-своему несчастный гость, заслуживший персонального внимания хозяина. Элли уже почти готова была выпорхнуть, как, деликатно настигнутая Эллеором, тотчас передумала и уже готова была не расставаться с мужчиной хоть всю ночь напролёт — разумеется, не в том смысле, в котором это же предполагала другая девица, но всё же довольно близко к тому, учитывя подслушанные мысли юной мисс Картер.

  — Это был прекрасный вечер. Такой чарующей музыки я не слышала давно... Кхм, да, впрочем, такого я не слышала ещё никогда. Это было столь волнительно и завораживающе, что, признаюсь, в какой-то момент я потерялась в чувстве времени и пространства. Удивительно, как правильные ноты и правильные инструменты в руках мастеров творят чудеса. — похоже, брюнетка не репетировала хвалебную речь заранее, из-за чего та вышла слегка скомканной, но зато совершенно искренней, — И сразу столько знаменитых гостей. Не знаю, как вы добились такого, но, право, я ожидала гораздо меньшего, и... пожалуй, это был слишком большой уровень для кого-то вроде меня. Но не для вас, конечно же, это был восхитительный дебют, всё просто замечательно...

  А вот вторая часть уже запуталась в эпитетах, которые слегка не соответствовали настрою девушки. Её взгляд метался, стараясь смотреть куда угодно, но только не в глаза Максимиллиана, словно опасаясь осуждения или надменности. Да уж, с таким характером, не изменившимся, вопреки ожиданиям родителей, с годами, единственная надежда рода на продолжение имела все шансы эту самую надежду не оправдать. И тут не грех было поймать себя на мысли о том, что, может быть, всё это время Картеры серьёзно рассчитывали выдать Элли за Скива? Мысль, конечно, дерзкая, но справедливая и слишком живучая, чтобы, едва народвшись, не умереть сразу же, однако, в то же время и лишённая практического умысла и какого-либо шкурного расчёта, ибо до последнего времени и сегодняшнего дня в особенности благосостоятельность семьи Максимиллианов не имела за собой, ни пресловутого блага, ни состоятельности. Возможно, даже сама брюнетка знала об этих планах, но как тогда воспринимать её мысли во время волшебной симфонии?

  Вкоург стало как-то слишком тихо. Практически все гости уже разошлись, и только самые нерасторопные шуршали гардеробом. Уютное чувство усталости после всех забот и тягот мероприятия накатило вместе с лёгкой тоской по каким-то ностальгическим временам, которых, может быть, и не было вовсе, но на душе от них было всё равно тепло и приятно.

  — Я... Я не знаю, что сказать... Скив.

Уж неизвестно, какие в точности планы строила семья Картеров в отношении Скива и Элли, но кое-какие мысли самой девушки дампир подслушал, и на основании этого мог строить определённые предположения. Не сказать, что для себя особо заманчивые. При всём уважении к Картерам и персональной симпатии к Элли, он никак, ну никак, хоть убей, не мог представить её ни в своей постели, ни под венцом, и едва ли что-то могло бы изменить мнение дампира на сей счёт. Вот хорошие друзья - запросто. Но, пожалуй, и всё. И, судя по всему, эту точку зрения когда-то рано или поздно придётся донести непосредственно до леди Картер, если она сама к ней не придёт. Да уж, нелегко, наверное, приходится наставникам, что потихоньку раскрывают глаза юных наивных дарований на суровую реальность.

Но то всё дела грядущие. Прямо сейчас же Скив не хотел разочаровывать гостью, для которой обыкновенное посещение званого вечера уже было сродни персональному подвигу. Так что сбивчивую похвалу дворянин принял, скромно улыбнувшись и с благодарностью кивнув.

- Спасибо, Элли. Знаешь, я и сам приятно удивлён и обрадован, что всё так хорошо прошло... по правде говоря, намного лучше, чем я ожидал. Рад, что тебе понравилось... понравилось же?

Максимиллиан вопросительно приподнял бровь, но предпочёл не напирать сверх меры, а сочувственно покачал головой.

- Да и не нужно слов. Тебе просто нужно немножко разобраться, переварить и усвоить сегодняшние ощущения, прийти в себя. Музыка, публика, общение, танцы... Знаешь, если не слишком-то всё и было по душе - не огорчайся. Очень может быть, что нужно просто почаще являться на такие вот вечера. Вдруг распробуешь и войдёшь во вкус.... Ну либо же, вполне возможно, это просто не твоё развлечение - это совершенно нормально, у всех свои интересы. Ты определишься со временем. Ну а пока что просто не грузи себя лишними мыслями и отдохни.

Обернувшись, Скив окинул взглядом опустевший зал, высматривая свою незаменимую помощницу.

- Ленор! Ленор, будь добра, подойди. Для тебя есть важное поручение: прошу тебя организовать экипаж и лично проводить госпожу Картер домой, в целости и сохранности, хорошо?

  Юная леди Картер слышала наставления Скива с поистине ученической преданностью. И чем больше он говорил, тем ярче блестели эти щенячьи глазки, воодушевляясь на что-то, что, возможно, в будущем сослужит ей хорошую службу. Но на деле всё былосовсем иначе — не в будущем оно проявилось, а прямо сейчас, и едва ли это можно было назвать хорошим.

  Максимиллиан только успел воззвать к Ленор, как вдруг перед его лицом, вытягиваясь на носочках в силу разницы в росте выросла Элли. Мужчина повернул голову, встречаясь с нею взглядом, а через секунду его уста вдруг согревают губы девушки. Мгновение — чмок — и бежать! Тепло оставило кожу быстро, но память об этом радостном взгляде, словно уже услышавшем слова признани я в любви и мысленно давшим моментальное согласие, закрепилась надолго. Маленькая фигурка в чёрном платье скрылась за дверьми парадной, и догнать её, конечно, можно было бы, но неожиданность поступка взяла своё, и Скив растерялся. Ну дела.

  Эльфийка явилась так быстро, как смогла.

  — Да, господин? Кажется, все гости уже покинули поместье.