| |
|
|
|
|
|
Нужно больше, нужна помощь, нужен кто-то. Голос сущности отправился в домены, до которых только мог дотянуться.
|
|
4 |
|
|
|
|
10 очков энергии
Итого расход энергии: 2 очка.
10 -2тратиться +1доход = 9 очков энергии
5 малых чудес:
Я есьм Бог.
И Я - Един!
Цикл первый, пробуждение:
почтим Армагедас,
он храбро пал в ментальном противостоянии с Единым мной . . .
|
|
5 |
|
|
|
|
Дух сидел на своём Камне, что пребывал посреди Ничто. У подножья камня прямо из Ничто пробивался бойкий журчащий ручеёк, образуя небольшое озерцо, в зеркальную гладь которого Дух любил смотреть. В водах озера он видел картины иных Мест. Картины сущего и несбывшегося, картины грядущего и забытого, картины невозможного и вероятного. Никто, даже сам Дух не мог сказать сколько времени он провёл неподвижно вглядываясь в воды, ибо там, где было Место для Камня не существовало Времени. Дух созерцал и Познавал, размышляя о Природе Вещей. Однако даже Духу способны наскучить размышления...
|
|
6 |
|
|
|
|
|
Всё начинается просто...
Для начала, родился вопрос:
"Где появится будущий город?"
Среди тьмы, появился остов.
На остове порос лепестками,
Раскрываясь в четыре звена,
Безымянный, безлюдный лагерь; -
Декорацию твердь обрела!
- "А неплохо!" – Смеющийся голос
Похвалил обретённый улов.
- "Только тускло, пока что, немного..."
И сиянье над небом зажёг.
А затем он, сумбурно танцуя,
Начал символы в нём рисовать:
- "Вот тут сердца, тут кости, тут сбруя...
А тут деньги!! Чтоб воровать!"
Новый город, в четыре масти,
Обрёл карточных, первых слуг...
Для азарта, удовольствий и страсти,
Город создан был, полон приблуд.
|
|
8 |
|
|
|
|
Дир смотрел на миры которые простирались внизу и ему понравился мир хобитов. Но если честно то не своей силой в мире, а тем какие они живущие там. Оборотни, сам Дир до вознесения был полукровкой дриады и человека, а так же прошёл ритуал зверя, и им был тигр. Именно по этому его воины наследуют его черты.
- Мир, что хранит в себе тайны к тебе я открываю путь, - произнес Дир и направил энергию, на край своего домена открывая там врата, пока же на том месте крутился вихрь из листьев который и примет в итоге форму этого портала.
Друид думал, сможет или нет он спустится в тот мир сам или нет. И по всему выходило, что есть много шансов, о том, что домен не покинуть так просто, а значит нужны войны, его люди.
- Взываю к вам, тем кто создан из памяти моей, придите на зов мой.
Из воздуха стали выходить люди, но глаза Дира искали своего друга. Он знал, что тот скажет что зря он вознеся, но может вдруг захочет исследователь новый мир. Но вопрос придет или нет. Да и людям нужно будет где-то жить, они его люди, они его память. В этот момент в голове пронеслись воспоминания.
Рядом с великим дубом, был раскинут небольшое поселение, оно имело забор, храм, небольшой ремесленный район с торговой площадью и академию природы, где учились многие поколения друидов. Сам он и не заметил как направил свою энергию что бы воссоздать это место, место где он учился и впервые встретился с Тиром.
- Что же, будет где жить моим людям, -усмехнулся он и сел на свой трон.
|
|
9 |
|
|
|
|
В бездонной мгле между здездами, где утопает их холодный серебристый свет и куда не смеет погружаться луч солнца, в холодной тишине стоит престол. Смертные очи не косались его тверди бессчетные века, живая же плоть ещё ни разу. Престол не состоит из камня, ни из металла или же костей, но в сути своей похож на все три из них. Измерить его высоту неподсильно никому, как и взглянуть на него со спины или сбоку - сколь не был бы велик наблюдатель, как быстро и долго не оббегал бы он престол, циклопическая твердыня вечно нависает над любым смотрящим, вечно обращенная к тому ликом. От основания и покуда хватает очей, престол украшен вьющимися текстами, переплетениями щупалец и раскрытых рыбьих глаз, что кажутся вытесанными из одной с ним глыбы. Щупальца монолитны и недвижимы под прямым взглядом, однако стоит лишь впустить их в периферию зрения как беспрестанное движение станет очевидно. Покрывающие их зрачки следят за каждым шагом гостя, оставаясь при том неподвижными, словно у утопленника, а рельефные тексты не принадлежат ни одному прописному наречию, но кажутся читабельными при сознательном усилии. Читать их, однако, не стоит. Подлокотники престола исполнены из все того же литого костяного минерала и изображают три пары конечностей - человеческих рук, стрекозиных крыльев и крабьих клешней. В каком порядке размещены эти извояния кажется логичным и самоочевидным в один миг и ни коим образом не получается вспомнить в другой. В вышине виднеется венчающая престол голова, словно отсеченная у какого-то доисторического ужаса, водящегося в самых черных океанических глубинах. Её изкривленные клыки-колья окружают восседающего на троне шипастым, пожирающим свет нимбом, как кажется готовым сомкнуться на предложенной жертве в любое мгновение. На каждом изгибе и в каждой щели престола заметен золотой песок, тускло поблескивающих в умирающих лучах далёких звёзд. Он кажется лёгким, но способного унести хоть песчинку не знал ещё бесконечный космос - каждая грань каждой бархатистой песчинки режется и колится, кусается и вырывается из пальцев, словно обезумевшая от голода пиявка, не оставляя, при этом, малейшего пореза. Это в целом верно для всего престола - телу смертного или эссенции небожителя, прикоснувшегося к нему, циклопический монумент не вредит, сколь не пытался бы посетитель нанести себе об него увечья. Вопреки тому, трон покоящийся в межзвездной бездне более чем опасен, ведь служит местом пребывания твари, что чужда самому мирозданию. Оставьте надежды, все его узревшие, ибо это - престол Дравога-ра, и раз увидели, значит вы его заинтересовали.
|
|
10 |
|
|
|
|
|
|
|
10 очков созидания
-5 очков(открыто передаётся в этом ходу для Амбар-метта(uryo))
|
|
14 |
|
|
|
|
Дружный хохот наполнил улицы:
"Вот так новость..! Мы родились!"
По бумажным, по закоулочкам,
Люди радостно разбрелись.
Джека голос орал вдогонку:
- "С ДНЁМ РОЖДЕНЬЯ, ПОГОЖИЙ ЛЮД!
И ТЕБЯ ПОЗДРАВЛЯЮ, РОЖА;
И ТЕБЯ ТОЖЕ, ЛИЗОБЛЮД!"
Хохотал, опьянённый властью,
Шут, над площадью воспоря:
- "А ДАВАЙТЕ, УСТРОИМ ПРАЗДНИК?!"
Миг - и временем стала заря.
Закружилась энергия вихрем, -
Встрепетал демиплан под рукой.
Столы, яства; музыка, игры,
Площадь вскоре забили горой.
Гедонизма счастливые звуки,
Захлестнули рисованный дом.
Этот праздник резвился все сутки...
А что было - расскажем потом!
|
|
15 |
|
|
|
|
Отдохнув от Творения Дух Камня решил что настало время продолжить задуманное. Продолжить Творить и Наполнять миры.
|
|
16 |
|
|
|
|
|
– Он поможет... Он обязательно поможет. –
Диру Суртсону фон Муспельхайму, бывшему малому конунгу крепости Муспельхайм а ныне заключённому 6-46 рунического крыла казематов восточного леса, было холодно. В принципе ему было холодно всю его долгую дварфийскую жизнь, но только теперь, сжавшись в дрожащий комок спутанных волос и арестантского трепья на жёсткой скамье своей стылой, влажной камеры, Дир по настоящему понял, насколько же ему на самом деле холодно. Цепкий, пронизывающий мороз обволакивал каждый несчастный дюйм его покрытого гусиной кожей тела, заливался в лёгкие обжигающе ледяной водой при каждом вздохе, заставлял дрожать деревенеющие пальцы и стучать зубы, обвивал босые ноги щупальцами холодного железа. Дир уже много раз умолял охранников дать ему теплой одежды или хотя бы одеяло, но чёртовы садисты лишь кричали ему заткнуться и пару раз били дубинками, не желая отдавать даже его рабочие пулены из дублёной кожи. Мысленно, Суртсон много раз возвращался ко дням до своего заточения, когда теплая одежда и горячая еда воспринимались как данность. Конечно, даже со всем тем теплом, которого он лишён теперь, ему уже тогда было Холодно, но в те счастливые деньки он ещё этого не осознавал. Ему тогда казалось, что это называется "комфортно" а порой даже "жарко", но теперь Суртсон отчётливо понимал, как заблуждался. Чтобы по настоящему почувствовать тот ужасный холод, который сковывал его всю жизнь, Диру всего-то и требовалось, что хоть раз повстречаться с настоящим, свободным огнём. Порабощенный, закованный в очаги и костры огонёк, которым ему приходилось обходиться всю жизнь не шел ни в какое сравнение с тем диким, вольным пламенем, с которой Суртсон успел подружиться в последние дни своей свободы. О, как он скучал по этому прекрасному янтарному пламени! По его изящным язычкам, танцующим на стенах и балках как божественные балерины, по развивающейся на ветру копне черного дыма, по заразительному смеху потрескивающих углей, по этим нежным объятьям тепла...
– Он поможет. – Подбадривал себя Дир, закрывая покрасневшие глаза. – Он понимает нашу любовь. Он все понимает. Он нас познакомил, он не позволит нас разлучить. Он придёт и вытащит меня отсюда, Он приведёт Возлюбленного. Тот снова будет танцевать со мной. Мы с Любимым ещё обнимемся. Обязательно обнимемся. И я скормлю ему все, что он пожелает. –
|
|
18 |
|
|