[WoD] Long way home | ходы игроков | 1.1. The dust must flow

  По нервам Смита пробежал каскад обжигающих электрических разрядов, искусственно разгоняя синапсы и заставляя сокращаться мышцы с нечеловеческий скоростью. Мир вокруг будто бы замедлился, – рывок, Чернокнижник сдернут с места, облачко газа из его скафандра рассеивается не с катастрофической скоростью, а очень даже заметно для Джонни. Иглы дрона выплевываются зеленой тканью на пол еще до того, как автодок начал работать. Россыпь мелких молний статикой отзываются на потерю контакта с жертвой по поверхности маяка, и тут же автоматика перестает работать, замирая. Но движение из люка не прекращается, что-то похожее на полупрозрачные лианы скользнуло за край провала, переплетенным клубком жгутов и канатов свешиваясь, ниспадая вниз, к полу.

  Пульс за двести. От скрежета зубов вот-вот посыпется стружка из эмали. И пока сам Джонни был готов станцевать вихрь из клинков и лезвий, остальной мир жил по своим обыденным правилам и не спешил отзываться на барабаны в его ушах. Медленно, бесконечно медленно заполнялся индикатор готовности рейлгана. От досады агенту оставалось лишь приложиться шлемом к прицелу и выжидать то самое мгновение, когда биение сердца, колебания мускулов и клубок из гидрогеля сойдутся в одну пространственно-временную линию, чтобы сделать выстрел.

  Выстрел

  Секунда едва разменялась другой, покуда в сознании Смита на внутреннем циферблате одно деление медленно сменилось следующим, в реальности субъективные данные не коррелировали с объективной скоростью агента. Прицеливание, тактическая сетка на экране шлема вырисовывает вероятные уязвимые узлы пульсирующего клубка лиан – легкий ш-ш-шик сработавшего механизма, и игла летит ровнёхонько под основание лиановидного жгута. В месте попадания расцвёл микро-взрыв вязкого полупрозрачного ихора и синеватого фосфоресцирующего сока, подчиняясь кинетической силе удара. Джонни заметил конвульсивное содрогание по "щупальцам", некоторые, наиболее близкие к разорванной "лиане", начали скручиваться, обхватывая поврежденный участок.

  Альфа-Ромеро сообщил Смиту, что Чернокнижник зашевелился. Уже в следующую секунду он, будто сразу же оценив ситуацию, не вставая, подтянул карабин и пальнул в сторону клубка щупалец, свешивающегося с потолка. Пучок снарядов достаточно сильно рассеялся к моменту попадания по ксенотвари, но Джонни видел, как множество вторичных вспышек разом вспыхнули по всей поверхности "лиан", распыляя в вакуум светящуюся синим жидкость сока, мгновенно становящуюся газом и рассеивающуюся. Последующий спазм всех без исключения канатов-жгутов был реакцией, предшествовавшей очень быстрому втягиванию клубка обратно в потолочный люк.

  –Заканчиваем протокол. Повторяю, заканчиваем протокол, - прокричал Джонни, пересиливая какафонию из сирен в своём шлеме. К его чести, вакуум обладал шикарной звукоизоляцией, чтобы весь этот ужас слышал лишь сам технократ

  Удостоверившись, что ещё один ксенос решил не связываться со своими потенциальными жертвами, Джонни повернулся на 180 и навёл рейлган на злосчастную антенну. Снести, критически повредить устройство - было созвучно с искренним желанием избавиться от угрозы.

  А затем пришла мигрень, апатия и остальной спектр заёма своих собственных сил у будущего (уже настоящего) себя.

  – Альфа-ромеро, включи визуальный диалог, пожалуйста, - с одышкой произёс Агент, - Похоже, у нас 2:1. Ты как? Жить будешь?

  Ещё один выстрел, кинетический снаряд беспрепятственно проник в зону влияния маяка и разнес его вдребезги. Тело Смита прошила судорога, но реакция организма была не на внешнее воздействие, вовсе нет... это так сказалось следствие предыдущего разгона синапсов, впрочем, для Джонни ускорение и последующее торможение прошло гладко. Через некоторое время на ближайшем контейнере снова засветилась лазерная проекция.

  Пошатывающийся Чернокнижник подошел к Смиту. По мере того, как агент привыкал к отказавшему было телу, его скорость и жестикуляция возвращались.
  "Смит, твои котировки чуток просели. Дыши ровно. У меня микрохирург завершил экстренную латку, а вот ты выглядишь как актив перед дефолтом," – агент посмотрел на изуродованную антенну-маяк: – "Маяк обнулен, но там, выше, в техническом горизонте, фиксирую повышение температуры, впрочем, "они" нас не "слышат" и не "видят". Обмена сигналами больше не видно."

  "Будем считать, что это последствия сверхурочных. Жаль, здесь нет кофе" - отшутился Джонни, - "Ладно, минута на перекур, и можно двигаться дальше. Я пойду первый, но оба смотрим по сторонам."

  Медленно приходя в себя от последствий своих же методик, Смит перезарядил обойму на свежую, отложив неполную в самый конец кармана. Потом, когда-нибудь потом, он пересоберёт боезапас, но было бы обидно тратить и без того скудные резервы времени боя на такую мелочь, как перезарядка. Следом пришла пора вернуть компоненты телепорт-пластины к себе. Наверное, хорошо, что он не сработал. Лишиться ценного девайса в агрессивном мире было бы очень тяжко. А вот медбот оставался у Чернокнижника. Опыт подсказывает, что ему этот прибор куда нужнее.

  "Рад, что ты в строю" - отозвался мужчина после приготовлений, - "В одиночку здесь действительно будет тяжко. Ну что, готов? "

  "Кофе в этом секторе имеет отрицательную рентабельность. Я прикрываю тыл. Двигаем вниз. Я возьму на себя первый транш урона, " – закончил сообщение Чернокнижник, прежде чем отключиться, и проверить карабин.
  Спустя несколько минут два агента направились вниз, по широкому транспортному съезду на нижний ярус. Гигантский спиралевидный спуск шириной в 12 метров и высотой в 6 метров когда-то был трактом, по которому из гиперсклада грузы доставлялись в нижний технический тамбур, где попадали на старинную дорогу прямо на поверхности луны. Наклонный тоннель начинался просто, будто съезд на многоярусной парковке, но по мере заглубления и первых поворотов ощущение пропало, сменившись на чувство коридора в скальной породе. Массивные ребра из тусклого титана укрепляли своды, выхватываемые световым лучом из кромешной тьмы. Местами, из небольших дыр в потолке, белыми полосами кристаллизовался иней, переливающийся цветами "бензиновой" пленки. Где-то посередине пути застрял остов брошенной техники, вгрызшийся захватами в металл пола.

  Спустя 150 метров технократы подошли к выходу из тоннеля. Тут, с потолка, прямо с решетки вентиляционного люка, свисали тонкие нити чего-то похожего на ксеномох, каскадом "водопада" свисающий метра на 3 вниз, когда агенты подошли ближе, "стебли" медленно развернулись к ним псевдолистьями, но агрессии не проявляли, а будто питались их инфракрасным излучением тел. Сам по себе транспортный тамбур представлял из себя прямоугольное помещение примерно 20 на 25 метров и высотой метров 12 с потолком, теряющимся в переплетении балок, металлических решетчатых переходов с перилами и мостиков на высотах от 6 метров и выше, представляя из себя модульные сервисные леса, тянущиеся к самому верху лестницами, туда, где, вероятно, находились линии коммуникаций и трубы вентиляции. По серым стенам зала вверх от пола тянулись пучки толстых кабелей в металлической оплетке, перехваченные стальными скобами.

  Пологий бетонный пандус спуска обрывался в четырехметровой трещине на всю длину помещения и глубиной метров в пять, оставшейся после сдвига грунтов во время лунотрясения. Рваная дыра открывала на обозрение агентов коридоры технического коллектора уровнем ниже, проложенные под полом и идущие в две противоположные стороны, одна к Икару, другая куда-то вовне. Силовые кабели толщиной в человеческую руку, проложенные в земле, были разорваны с чудовищной силой ещё во время Катастрофы. Справа от пандуса агенты видели выход в самый низ шахты гравилифта, того самого, с гиперсклада. Двери его были открыты, но кроме искореженной кабины там ничего не наблюдалось. Слева, в левой стене, располагался транспортный шлюз в тамбур, соединяющий технические помещения и поверхность, огромный круглый люк диаметром 5 метров, похожий на дверь в банковское хранилище, со стальными силовыми засовами, а перед самой гермодверью – пустая площадка для разворота грузовиков. На дальней стене, на небольшом модульном возвышении от пола, куда необходимо было подняться по узкой стальной лестнице, виднелась дверь-люк, над которой выступала из стены темная застекленная "будка" с панорамным обзором на помещение. Лучом света через стекло выхватывало тыльные стороны пузатых квадратных мониторов. Часть потолка зала, по всей видимости, не избежала участи пола, обрывки арматуры свисали посередине, будто игрушки на ветвях металлической сети балок, на которых также были заметны следы искажений. Часть металлолома валялась внизу, в трещине.

  БАМ... БАМ... – уже на самом верху пандуса Смит ощутил подошвами скафандра ритмичные, редкие удары неизвестно откуда. Звук в вакууме естественно не распространялся, но земля, тем не менее, всегда оставалась лучшим проводником колебаний, намного более лучшим, чем воздух. Чернокнижник остановился, пучком света он начал методично осматривать помещение, останавливаясь то на свисающем с потолка мусоре, то на техническом коллекторе в разрыве, то на дальней двери.

  – Альфа-Ромеро, подключись к проектору. Нужно объёмное сканирование помещения. Отследи шум и подсвети направлени до источника вибрации, пожалуйста.

  На визоре Джонни прорисовались скудные линии... прямоугольная схема помещения, шведские стенки лестниц на стенах, мишура лесов на середине высоты зала и выше, силовые кабеля, низ шахты гравилифта, входы в вентиляционные трубы и коммуникационные узкие лазы с оптоволокном на потолке, четкая граница разлома и его точная ширина от 3,9 до 4,1 метра, на краях, у стен чуть меньше, и глубокие трещины в породе под стенами, начала туннелей-линий коллекторов в противоположные стороны.
Недостаточная мощность импульса. Вероятность структурных аномалий – 50 процентов.
  Высветилось сообщение, когда сканер попытался проникнуть через дверь на дальней стене.

  Кроме прыжка через разлом, минимум три решетчатых мостика на лесах были удобными для пересечения последствий катастрофы, оранжевой линией на визоре Смита построились безопасные маршруты по потолку на другую сторону. На транспортном шлюзе слева появилась пульсирующая красная метка.
Зафиксирована циклическая вибрация. Крупногабаритный объект за гермодверью. Рекомендуемый радиус безопасности – 10 метров.

  Джонни похлопал Чернокнижника по плечу и показал на гермодверь, после чего предостережительно тыкнул в том направлении своей винтовкой.
  Удостоверившись, что мужчина его понял, агент прижал палец к своим губам (на шлеме), махнул в сторону условно безопасного маршрута и пригласил за собой.

  Смит подошел к краю разрыва и остановился, вытащив из разгруза одну из телепортерных пластин. Установив её возле края, агент вложил в руку коллеги небольшой маячок и жестом попросил далеко не уходить. Затем, оценив ситуацию, короткий разбег и прыжок на ту сторону, с осторожной надеждой, что в случае проблем, он успеет нажать на маячок в своей руке и прыгнуть обратно наверх. К счастью, никакие щупальца не утянули его вниз, и прыжок совершился как и ожидалось.

  Оказавшись на той стороне, Джонни первым делом предостерёг коллегу следовать за ним. Разложив вторую площадку, Смит попросил коллегу поднять первую и прыгать у совместно с оборудованием. Что могло пойти не так на этот раз?

  В условиях лунной гравитации четырехметровая пропасть преодолелась обманчиво плавно. Будто в чуть замедленной съемке, Смит летел над обрывками кабелей и кусками арматуры внизу, подмечая детали, и тем не менее, ощущение удара в ногах возвестили об окончании падения по дуговидной траектории. Джонни спокойно преодолел препятствие.
  Чернокнижник закинул карабин за спину, замер на мгновение, оценивая расстояние, крепко сжал телепортационную метку, и рванул с места. В отличие от агента резидент распластался в пространстве хищным силуэтом, ноги и голова вперед, руки назад, но двигался четко, приземлившись всего в нескольких метрах от спутника. Едва выпрямившись, он проверил что-то на запястье и кивнул Смиту.

  Смит подбодрил коллегу жестом, но зато снова приложил палец к губам. Нужно было двигаться дальше, выбираться из комплекса, пока они оба и сами не стали мёртвой его частью

  Смит направился к двери дальней комнаты. Со времен лунотрясения системы защиты не менялись, а потому были слишком легкими для агента. После серии манипуляций сработали мощные магнитные затворы, и створка отошла в сторону, приоткрывая путь внутрь. Что-то клинило в гермодвери, не позволяя распахнуть ее более, чем на две трети, но этого, конечно, было более чем достаточно для двух человек.

  Внутри царила стерильная чистота и было как будто бы совсем пусто. В темном небольшом помещении находились только еще одна гермодверь какого-то запасного выхода и, на стене, вертикальная лестница на второй этаж, где, через проход в потолке, виднелись треснувшее в самом углу толстое панорамное окно и терминал управления дежурного оперативника.

  Чернокнижник все быстрее оглядывал транспортный тамбур позади, покуда Смит вскрывал дверь. Джонни видел проявившиеся в движениях напарника резкость и скорость переключения внимания, и только когда проход в дежурное помещение открылся, резидент остановился, дернул Ди за плечо, требуя внимания, и дулом карабина указал на большой люк гермодвери наружу, после чего ладонью и растопыренными пальцами в воздухе изобразил паука, указательным пальцем тыкнув туда.