| |
|
|
Саймон. Скорее по наитию, чем намеренно-целенаправленно, перехватываешь ключи так, чтобы металл не звякнул о металл в самый - разумеется - неподходящий момент. Дверь подается, открывается, выпускает прочь, в пропитанную мраком пустоту торгового зала, всех желающих. Не сразу, разумеется - по очереди.
Вот Патагония - уже стоит ближе к проему. Едва заметно, но все же - да, заметно подрагивают плечи от напряжения. Стоит дверному полотну уйти в сторону, как даже дыхание, кажется, на какие-то мгновения задерживает, инстинктивно поджимая руки к груди. А вот - Мария, тоже рядом, но чуть позади. Прижимает огнетушитель под все тот же бок - как багаж скорее, чем как инструмент. Впрочем, нет, стоит - не без твоей помощи - "очертиться" прямоугольнику черного портала "отсюда" и "туда", как тут же перехватывает баллон поудобней: все равно так, будто что-то и правда тушить им собралась, но, в случае чего, из такого положения махнуть-ударить им будет проще, чем если оставила все "как есть".
Делаешь первый шаг. Из почти уютной тесноты складского помещения - в мертвенно-сонные просторы торгового зала. Тихо все, спокойно: и тут, в самом зале, и там, снаружи. Еще шаг. Прислушиваешься, окидываешь взглядом очертания стеллажей и полок. Все та же тишина, все та же статика. Шаг, еще шаг. Крадешься - мимо стоек, мимо стопок одежды, мимо манекенов, которые во мраке так похожи на тела, что даже понимая и осознавая, что это, ты все равно чувствуешь себя рядом с ними как-то неуютно - по крайней мере, пока не подходишь достаточно близко для того, чтобы различить пластик там, где должна быть кожа. То есть, конечно же, не должна - это ведь манекены, а наряженные трупы. Не трупы, не аниматроники с активаторами на датчиках приближения - и на том спасибо. Шаг. Еще. Другой. И снова. Держитесь ближе к массивным стендам, под сенью которых, как кажется, и без того практически непроглядные тени становятся полной темнотой.
В зале пусто, но это не успокаивает - ты видел того чудака у кассы, и не только его, а раз так, значит - все может быть. В какой-то момент ловишь себя на том, что дышишь даже тише, чем мог бы, попробуй ты дышать тихо специально, а на шее, под воротником, выступила предательская испарина, хоть здесь и не особо жарко. Идете. Крадетесь. Ты, уборщица, охранница. То есть, пара охранников и уборщица. Сводная патрульная группа ночной смены обслуживающего персонала, не иначе.
Шаг. Еще шаг. Еще. Мария - теперь так близко, что снова можешь различить не только ароматические нотки ее парфюма, но и пару раз получаешь - не прямо удары, разумеется, а так: больше "касания", чем "тычки" - в спину раструбом огнетушителя, Патагония же - где-то слева и сзади, но тоже так близко, что, при желании, могла бы, вытянув руку, коснуться пальцами если и не твоего плеча, то плеча Веласкес - наверняка. Еще несколько шагов. Вот и выход. Подбираетесь к нему не напрямую, по кратчайшему и наиболее заметному для потенциальных наблюдателей маршруту - обходом, между рядами, ближе к "внешней", боковой, стенке зала.
Выход все так же освещен, битое стекло никто за время вашего отсутствия тоже не прибрал. Никуда не делся и невменяемый "кассир", со своими бормотаниями, всхлипываниями и подергиваниями заодно. Смотрит в стенку, дергается, взрыкивает время от времени, подтягивая то левую, то правую руку к лицу. Проскальзываете мимо - не задерживаясь, практически шаг-в-шаг. Аккуратно, осторожно, но быстро. Ты сначала, потом Мария, Патагония - в конце. Не "вжух", но без задержек.
Не задерживаясь и не утруждая себя пространными беседами - благо, все, что надо, уже обсудили - направляетесь в сторону лестницы. Все та же "формация": ты, Веласкес, уборщица. Не бежите, но уже и не прямо крадетесь, скорей осторожно идете, поглядывая по сторонам и стараясь держаться ближе к стенам. Десяток секунд - и вы у лестницы. Темнеют зловеще пустынные этажи, расходясь галереями в стороны, тих и спокоен межэтажный колодец.
Непроизвольно вздрагиваешь, когда тебя, уже практически поставившего ногу на первую из ведущих вниз ступенек, легонько тычет в правую лопатку чем-то острым - ноготь, к Оракулу не летай - Веласкес. Шепчет, заметно ежась и довольно затравленно озираясь по сторонам.
- П-простите, а вы... Вы, случайно, не помните - у нас нет какого-нибудь приказа? Или... Инструкции. Про то, что делать, если что-то... Что-то такое случится.
Так, навскидку, сразу после ее слов, озарением ничего не вспыхивает.
- Может, мы должны что-то сделать. Или...
Оглядывается через плечо, проверив все ли тихо и спокойно в расходящихся влево-вправо галереях. Все тихо и спокойно.
- Не знаю. Кого-то найти. Или позвонить.
|
|
91 |
|
|
|
|
До последнего Саймон боялся, что придется с наркоманом у кассы драться. Но нет, опять прошли тихо. Может они и правда были такие незаметные, может наркоман реально был совсем отбитый и не ощущал ничего вокруг. Как вариант, что бы он не принял, может эффект начинал спадать и вместо дикой агрессии этот несчастный теперь просто впадал в апатию. На это, Саймон, впрочем, ставить не решился бы.
Когда что-то кольнуло в ногу, Саймон чуть не вскрикнул. Сдержался, но дрожь прошла по всему телу. Он уже представил, ретроспективно, как к нему подобрался какой-то безумец и пырнул в ногу, или укусил. Но нет. Вопрос только, про инструкции. Веласкес решила, что именно сейчас самое время о таком задуматься. Похвально, конечно, и Саймон сам еще думал иногда о работе, но ситуация явно выходила за все рамки возможных инструкций.
Покачав головой, он тихо ответил, прислушиваясь заодно, нет ли подозрительного шума рядом:
- Не. Не помню такого, - если подумать, это не первый раз, когда Веласкес задумалась о таком, что Саймон тоже вспомнил: - И говорили же, до приезда полиции сотня часов. Звонить бесполезно. В такой ситуации, только самим эвакуироваться, вместе с теми, кто хочет и может, - Саймон указал на Патагонию, как на символ и единственного представителя спасаемых доблестной охраной работников здания.
Закончив объяснение, Саймон также, как и Веласкес, оглянулся, чтобы убедиться - все еще тихо вокруг. Потом шепнул:
- Пойдем.
И все-таки поставил ногу на первую ступеньку.
|
|
92 |
|
|
|
|
Саймон. Слушает тебя Веласкес, глядя то, собственно, на тебя, то - куда-то туда, вниз, то - все в те же коридоры, но, неизменно и одновременно: с пониманием, легким испугом и - легкой же - надеждой. Не спорит, не пытается замечание вставить, кивает даже - на напоминании о бесполезности попыток вызова экстренных служб и, собственно, на предложении продолжить движение.
- Хорошо.
Закрепляет свое полное согласие, очевидно, со всем, тобой произнесенным, третьим - контрольным - кивком. Перехватывает огнетушитель поудобнее, прижимая его к груди, как щит. Или как ребенка. Потом, видимо, передумав, сует обратно под руку.
- Так - значит так.
Результат броска 1D100+5: 61 - "скрытность (перемещение) / Патагония".
Результат броска 1D100+-20: 1 - "скрытность (перемещение) / Мария".
|
|
93 |
|
|
|
|
Когда перед ними раскинулся фудкорт, Саймон машинально задумался о том, что неплохо бы им поесть. Бумажный сверток в какой-то мере манил. Но скорее как напоминание - еда это хорошо. С другой стороны, сейчас они крались по когда-то знакомой, а теперь полной опасностей территории. В тишине и напряжении. В таком состоянии охраннику кусок бы в горло не лез - в том числе из-за опасений, что громкое чавканье привлечет кого не надо. Потом. Все потом, если выберутся.
И почти выбрались. Наверное. Вот только грохот буквально уничтожил все планы и надежды. Обернувшись на источник звука, Саймон увидел застывшую Марию и поймал себя на гадостной мысли - если бы не пошли её спасать, сейчас может уже выбрались бы. Упрекать себя и задвигать мысль куда-то времени не было. Вокруг поднялся крик. Саймон уже отказывался понимать, что происходит - не может быть такого количества наркоманов. Но это не меняло факта, что они были, и они среагировали реагировали на звук.
- Блять, - сквозь зубы прошипел Саймон, - Бежим!
Не ожидая, пока Мария оправится, Саймон схватил её за руку и потащил дальше по ступеням вниз.
В другой руке он все еще держал 'свой' огнетушитель, и сейчас он думал, как лучше всего его использовать. Отбиваться? Может быть. Но у Саймона мелькнула еще мысль - если будет шанс спрятаться - метнуть огнетушитель куда-нибудь подальше, чтоб это привлекло такое же внимание, как грохот сейчас. А самим попытаться спрятаться. Получится ли? Саймон понятия не имел.
|
|
94 |
|
|
|
|
|
Саймон уже видел обезумевшего человека, буквально готового разбить собственное тело об пол. Но все равно, вид летящего мимо человека, разметанного на куски от соприкосновения с полом - это было страшно. И заставляло бежать еще быстрее, если это вообще было возможно. Но куда бежать? Выли со всех сторон, и Саймон не верил, что их группа сможет сбежать от этих безумцев. И тем более добежать до парковки и найти там машину, чтобы наконец свалить отсюда.
Охранник решил рискнуть. Объяснять времени не было, но как только они выскочили на пространство фуд-корта, Саймон резко затормозил, показывая остальным в сторону ближайшей стойки, за которой можно было спрятаться:
- Туда! Быстро! - прошипел он сквозь зубы.
Сам он кинулся к ближайшему столику, схватил стул и потащил его обратно к лестничному проходу. Не доходя до лестницы, он метнул в нее стул, после чего сам тут же кинулся за стойку. Оставалось только надеяться, что новый грохот отвлечет наркоманов его звука его собственных шагов.
Результат броска 2D100+30: 72 + 97 + 30 = 199 - "на проверку скорости и маневренности бега, выше - лучше"
Результат броска 1D100+35: 99 - "на проверку точности и дальности броска, выше - лучше"
Результат броска 2D100+-5: 82 + 49 + -5 = 126 - "на проверку незаметной и тихой реализации действия, выше - лучше"
|
|
96 |
|
|
|
|
Саймон. Тело еще не успевает понять, что вы уже на месте - что под ногами больше нет ступеней, что лестничный колодец - все, закончился, выплюнув вас на широкий, открытый - слишком открытый - простор пусть и "сбрызнутого" торгово-точечными инсталляциями, но "распахнутого настежь" фудкорта, а разум уже начинает свою лихорадочную работу по просчитыванию вариантов. И варианты, вроде, находятся. Хоть какие-то, но - варианты.
Оттормаживаешься так, что подошвы, скользнув по плитке, буквально "протаскивают" тебя, как по льду, вперед еще на полметра - точно, даешь отмашку в сторону той стойки, которая - вот, рядом. "Corona de Hamburguesa".
- Рапидо-рапидо!!!
|
|
97 |
|
|
|
|
Когда Саймон вжался в остальных, на пару секунд он вроде даже дышать перестал. Только сердце стучалось. Или его, или чужое, или все. Громко, казалось что сейчас оно и выдаст. Но нет, после треска стула-приманки, все как будто успокоилось. Ну, 'успокоилось'. Несколько рычащих снаружи не добавляли спокойствия. Беспокойства добавляли. И тяжело было понять, сколько их там. Два? Четыре? Шесть? По большому счету без разницы. Саймон не сомневался, что если их заметит один, то заорет и созовет еще толпу, сколько их там сейчас на лестнице сожрало стул.
Оставалось так и жаться к остальным, будто они сейчас играли в какой-то уже зашедший сильно не туда твистер. Положи правую руку на грудь Веласкес, а левую ногу на пятно соуса на полу. Если тебя не услышали и не сожрали - ты победил. Дерьмовая ситуация, но хотя бы можно было выдохнуть (очень тихо) и думать чуть спокойнее.
Сейчас они были в относительной безопасности. И Саймон уже видел примеры, как эти безумные просто зацикливаются на чем-то и не сильно смотрят по сторонам. Наилучший пример - 'кассир' у стойки в магазине, где они Веласкес нашли. Мимо него вообще прошли спокойно. Одна проблема - непонятно было, сколько сейчас таких 'кассиров' в фудкорте, и куда они смотрят.
Еще вариант был опять кинуть что-то. Подальше от их шатра. А самим в этот момент двигать в другую сторону. Но тоже, непонятно, где сейчас все эти, куда они побегут, может их больше сбежится. Идеально было бы, если они вообще не смотрели на шатер, тогда не таким безумным вариантом было бы просто пройти мимо. Опасно, да, но возможно. Саймон задним числом пожалел, что они не додумались в магазине Веласкес обмотать чем-нибудь мягким ноги, чтобы заглушить шаги. Могло помочь сейчас. Или сделать все еще более скользким. Возможно стоило просто снять нахрен обувь. И ею же кидаться для отвлечения внимания.
Думая все это, Саймон продолжал прислушиваться. Когда слюнявые звуки отдалились, он прижал палец к губам, призывая к тишине, после чего попытался 'отлепиться' от их импровизированного твистера. Нужно было действовать, и прежде всего он хотел попытаться осторожно выглянуть и посмотреть, с чем они теперь имеют дело.
Результат броска 1D100+20: 104 - "елозимся".
|
|
98 |
|
|
|
|
|
Присмотревшись к наркоманам, Саймон вновь, уже в который раз, убедился в безумстве происходящего. Милитарист какой-то был странный сам по себе, даже не считая поведения. Но охранник уж никак не мог быть в таком состоянии. Не то чтобы Саймон считал, что среди охранников не бывает наркоманов, безумцев или просто плохих людей. Но всякие такие нюансы обычно дома оставляются. Так что объяснение было одно - они пережили какую-то химическую атаку, которая довела всех до такого состояния. Мысль сама по себе была страшная, и открывала еще целый пласт размышлений - что сейчас происходит снаружи, почему он с здравом уме, и только проснулся в беспамятстве, кто вообще это все сделал. Последний вопрос был вообще бесполезный. Первый предполагал серьезные проблемы даже если они смогут выбраться из здания. Как ни крути, все плохо.
Но выбираться как-то надо. Какое-то время Саймон еще наблюдал осторожно за тремя и еще одним. Один был при деле - лизал пол. Важное занятие. Остальные вроде как были в пассивном состоянии. Ждали, видимо, еще звуков, чтобы сразу кинуться. Тот, что с винтовкой, казался опаснее других, но не из-за наличия оружия. Он вряд ли понимал сейчас, как стрелять. Саймон на это надеялся, по крайней мере. Но этот решил убивать время ходом туда-сюда. Патрулировал, считай, территорию.
Нужно было понять, насколько эти четверо сейчас зациклились в своих действиях. Тот же 'кассир' простоял у стойки весь их разговор тогда с Веласкес, и еще какое-то время до и после. Если понять, как они себя ведут, куда смотрят, когда милитарист не смотрит в их сторону через клумбу. Можно было вычленить время, чтобы попытаться уйти. Благо далеко ходить было не надо - лестница, куда Саймон кинул стул, была оккупирована, но их было еще пять, и следующая ближайшая сгодилась бы не хуже.
|
|
100 |
|
|
|
|
|
Наблюдать за этими людьми - жутко. Не ведут они себя, как люди. Может потому и жутко - не столько из-за опасности, сколько из-за противоестественного ощущения. Это было частично и рабочее ощущение - охранник должен замечать, когда что-то не на месте или не в порядке. Сейчас же не в порядке было все, и люди были не люди. Хотя Саймон уже давно не чувствовал ответственности хотя бы за порядок в здании.
Наблюдение, впрочем, было полезным. Трое оставались статичными. Саймон смотрел на них, но похоже было, что они действительно просто остаются на месте. Хорошо. Четвертый же ходил и, что особенно неприятно, слушал. Сука. Была бы возможность его тихо убрать, Саймон наверное попытался это сделать. Но нет, нет такой возможности. Значит надо просто не шуметь. Легко и просто. Типа как в прятки играешь, только с намного более высокими ставками.
Между тем нужно было докладывать о результатах. Отодвинувшись чуть назад, Саймон принялся совершать обратные телодвижения, чтобы развернуться к своим. Говорить он опасался, потому, кое-как повернувшись лицом к Веласкес и Патагонии, Саймон, убедившись, что они смотрят, принялся показывать все буквально на пальцах.
Сначала он указал в сторону, где видел троих странных. Поднял три пальца после. Потом в сторону, где патрульный. Поднял один палец. Потом сделал движение, будто 'ходил' пальцами по полу, показывая, что тот на месте не стоит. После Саймон еще приложил указательный палец к уху, показывая, что милитарист еще и слушает. Он не был уверен, насколько понятны его эти жесты.
Пришло время показывать главное. Безопаснее всего было выбираться сзади, чтобы был меньше шанс попасться милитаристу. Потому Саймон указал поочередно на себя, потом на Патагонию с Веласкес, указал в сторону, куда планировал выбираться, и сделал движение руками перед собой, будто продолжал ползти. Выбираемся, мол, туда, ползком. По крайней мере, сам он собирался так поступить. Охранник опасался, что кто-то из его попутчиц запаникует и откажется выбираться. Но по его мнению, лучше было двигаться, чем оставаться тут, лежать без движения посреди чавканья вокруг.
Результат броска 1D100+20: 120 - "елозимся".
|
|
102 |
|
|