| |
|
|
После того, как такая важная особа проявила внимание к ее проблеме, Валента радостно закивала головой:
— Да вот мой дом — по главной улице, на этой же стороне, через восемь дворов, плетень укрепленный, его сразу видать, да ставенки на окнах зеленым выкрашены... Только чего мне с Хенрикой оставаться? — тут она недоуменно нахмурилась, и тень подозрения мелькнула по ее лицу.
— А затем, что мы сейчас пойдем с тобой в Совет, и будем документ оформлять о пропаже животины — как положено, по всем правилам, — включается в игру моментально, надо ей отдать должное, сориентировавшаяся Хенрика. — Вы, кошелки старые, тридцать лет мне кровь портите, чуть что не по-вашему, сразу начинается — "бумагу напишу", "до Совета Старших дойду"... Вот самое время пришло от слов к делу переходить.
— Да чего ты, Хенрика, сразу-то? — как-то моментально сбилась с настроя хозяйка Эклерчика. — Может, без документов обойдемся? Я в этом деле не сильно понимаю.
— Знаю, что не понимаешь, — кивает председательница. — И пишешь, небось, как курица лапой, и в слове из трех букв четыре ошибки делаешь. Поэтому мы позовем делопроизводительницу, она и составит твою жалобу как положено, ты подпишешь, я завизирую, даже печатью Совета сверху хлопну, и сегодня же с верховой отправим это дело в город...
Последние слова Хенрика произносила нарочито громко и размеренно, чтобы дошло до таящихся внутри ее дома Леа и Лотты. Дианта только сейчас поняла, что председательница и в самом деле использует все обстоятельства в свою пользу, чтобы отправка вестовой в Первопоселение с тревожными известиями для Таниты не вызвала ни у кого подозрений.
Взятая так жестко в оборот, Валента крепко растерялась, и уже не выглядела нахальной и склочной бабкой, смотрела на своих собеседниц как-то робко и угодливо, так что, выйдя на середину улицы и указав местоположение своего дома гостьям из города, безропотно вернулась к дому Хенрики ожидать, пока председательница оденется и отправится с ней к своему месту работы. Видимо, с этой стороны дело можно было считать надежно прикрытым...
Оказавшись на месте, в смысле — во дворе с и в самом деле необычно крепкой для этих мест оградой, которая, видимо, должна была скорее сдерживать могучую собаку внутри, чем не пускать посторонних, Габи начала исследовать происходящее со всей основательностью подготовленной разведчицы — и результат не заставил себя долго ждать: в пыли на вытоптанном пространстве у солидных размеров дощатой конуры обнаружился отпечаток передней части человеческой ступни. Три пальца просматривались вполне отчетливо, так что сомнений не оставалось: босоногая ведьма и похитила бедного Эклерчика.
— Жалко старую, — вздыхает Габи грустно. — И стыдно. Тяжко ей будет, когда узнает, что пса ее твоя сестра зарубила. Сколько нам еще ей голову морочить?
Дальше совместные следы собаки и босой женщины просматривались эпизодически, но в достаточном количестве для того, чтобы стал понятен маршрут их побега — на задний двор, а дальше через огороды на запад, ну а там, видимо, в поля, к тому самому месту, где и произошла роковая встреча таинственной злоумышленницы с Мелисандрой и Леа. Вряд ли из этого следа можно было выжать что-то более существенное, хотя Габи, задумчиво осматривая гуляющих на заднем дворе кур Валенты, вдруг неожиданно сказала:
— А ты знаешь, Ди — эта негодяйка совсем не чувствует себя такой уж могучей. Как я понимаю — собаку она с собой взяла совсем не от избытка уверенности, а наоборот. Видимо, жрица ей успела сообщить, что Мелисандра собралась ее выслеживать, и та изрядно перетрухнула — вот и завербовала себе наспех охранника. Нет, она конечно умеет во всякую грязную магию, но все-таки доброго клинка или стрелы промеж ребер явно побаивается. Мы точно правильно решили — надо ее накрыть побыстрее, пока силы не восстановила...
|
|
91 |
|
|
|
|
Дианта была рада, что Хенрика быстро осознала масштаб проблемы и включилась в работу, несмотря на не самый радушный прием и начальное недопонимание. Ничего страшного не случилось бы, если старушка Валента увязалась следом — им просто пришлось бы дольше продолжать шпионские игры с Габриэлой. Однако помощь сестры-председательницы немного облегчила им жизнь. Для Дианты, которая все еще волновалась за Мэл и раз за разом прокручивала в голове последствия поступка Ноэми, любой, даже маленький успех был важен.
Пока Габриэла была занята поиском следов, Дианта стояла в сторонке, поглядывая по сторонам. Шанс, что на них мог кто-то напасть в данной ситуации был хоть и минимален, но не равен нулю. Так что лучше поберечься.
— А что ей было делать? Дать себя загрызть? — слегка агрессивно ответила храмовница, внезапно раздраженная такой постановкой предложения. Как будто Мэл была виновата во всем этом! — Извини… я вся на нервах. И мы разберемся, кто заварил всю эту кашу и накажем!
Пройдя с Габриэлой по следам до околицы и выяснив, что идут они к указанным Леа полям, девушки вернулись назад к дому Валенты.
— Да, медлить нельзя — согласно кивнула Дианта — Но давай еще зайдем в дом Ноэми. Может там что-то еще есть, что даст какие-то подсказки. Я все больше склоняюсь к тому, что это влияние магии этой «гостьи», но хочу все проверить. Заодно броню одену. Не хочется это делать посреди улицы… а без я себе с голой задницей чувствую. — в порыве чувств храмовница обняла невесту за плечи и поцеловала в маковку — Спасибо. Спасибо, что ты есть, без тебя я бы тут не справилась. Пойдем.
Где жила жрица, Дианта не знала, поэтому вести снова предстояло Габи, но вот заходить с парадного входа не стоило. Вдруг кто-то будет на улице и увидит? Опять будут вопросы. Может попробовать забраться через заданий двор? А коняга с броней? Не пойдет.
— Хм… давай сделаем вид, что зовем Ноэми, а потом зайдем? Если мы вот так без слов вломимся в дом - кто-нибудь да увидит… и опять что-то изобретать. — изобретать все же пришлось — Но если что… м-м-м… она уехала в город и разминулись. И мы ищем от нее… записку? Ох. Ладно, идем.
|
|
92 |
|
|
|
|
— Да ничего, я понимаю, — торопливо отвечает на вспышку Дианты и последующие извинения Габи. — Я... я и сама так хотела с Мелисандрой познакомиться и подружиться, а тут вот такое дело...
Когда рослая храмовница в порыве чувств обняла сзади свою любимую, та охотно прижалась спиной к ее груди, хватая и целуя могучие ладони.
— Ди, родная моя, для этого и нужны жены — разве нет? Чтобы в горе и в радости всегда поддерживать и помогать. И я совсем не рада тому безобразию, что здесь происходит, упаси Богини, но идти за тобой и прикрывать тебя... это правильно. Все у нас получится, я верю в тебя. Ладно, гляди, вон в конце улицы старушка эта с Хенрикой уже собрались, давай пойдем, не хочу с ними пересекаться...
Вовремя разминувшись с Валентой, которая наверняка стала бы докучать расспросами и еще больше задержала расследование, девушки с лошадками нырнули в ближайший проулок, в конце которого и находилось жилище Ноэми. Типичный для деревенской служительницы Храма достаточно голый двор без признаков подсобного хозяйства, внутреннюю планировку дома Дианта могла представить даже с закрытыми глазами. Смотровой кабинет сразу за сенцами, за кабинетом — жилая комнатка и крошечная кухонька. Можно было, разыграв представление для гипотетических наблюдательниц, идти внутрь, вот только незадача: у самой калитки стояла еще одна старушка, скрипучим голосом звавшая отсутствующую хозяйку:
— Сестра Ноэми! Сестра Ноэми, я во двор зайду присяду?
Город и окружающие его мануфактурные поселки живут, как известно, по достаточно строгому расписанию. Колокола отмечают начало рабочего дня и время для необходимых перерывов, поэтому и само понятие времени там, под Куполом, давно уже оторвано от положения солнца в небе и прочих зримых природных факторов. Деревня так жить не может — погоде часами в лицо не потычешь, да и сельский труд имеет весьма рваный ритм, когда в страду приходится вламывать по полям двенадцать-четырнадцать часов, а потом оказывается, что можно праздновать и веселиться хоть неделю подряд. Увы, и у сельской аэлиситки в такой атмосфере рабочий день был совершенно ненормированным, зависящим сугубо от совести и деликатности страждущих внимания пациенток. А с совестью у некоторых было явно не очень.
— Здрасьте, — завидев приближающуюся процессию, робко кивает старушка, во все глаза смотря на Дианту. Один ее глаз слегка заплыл от какого-то воспаления, но вторым она усердно исследует облик Дианты, видимо, уже познакомившись накануне с ее младшей сестрой и сейчас сослепу пытаясь понять, Мелисандра перед ней или нет? — А у меня вот песьяк на глазу вскочил. Пришла, стало быть, к сестре Ноэми за мазью какой-нито, а то дергаить и жгеть...
Песьяк, как знала Дианта, это ячмень, если по деревенски. Гнойное воспаление на веке, не слишком опасное, но весьма распространенное среди старушек с ослабленным иммунитетом. Стандартные целебные заклинания, направленные на залечивание ран и прямого ущерба организму, тут были бессильны, однако, как отметила про себя храмовница, чтобы побыстрее избавиться от нежелательной свидетельницы, она могла потратить немного даров Аэлис и моментально свести этот самый "песьяк". Это, конечно, довольно расточительное использование драгоценной силы, особенно учитывая перспективу скорого боя, но тут уж придется самой расставлять приоритеты...
|
|
93 |
|
|
|
|
Дианта чертыхнулась. Сегодня все шло наперекосяк! Конечно, старая мудрость гласила, что ни один план не выдерживает контакта с противником, но это не значит, что Дианта должна была на себе все это чувствовать! Значит —нужно импровизировать дальше. Дианта представила примерную планировку дома жрицы, думая, как лучше обойти старушку с фланга и остаться незамеченной. Пролезть через жилую комнату? А как потом вылезать будешь в тяжелой броне, храмовница? Нет, придется опять выкручиваться, врать. А врать Дианта не очень умела.
— Вот что ее дернуло так рано идти к жрице? – пробубнила себе под нос Дианта. Привыкшая к строгому расписанию, что в Городе, что в армии, храмовница всегда поражалась образу жизни деревенских. Конечно, какой-то распорядок у них был, но очень образный и зачастую Дианте совсем не понятный.
— Доброе утро, сестра. — поздоровалась Дианта с пожилой женщиной. Улыбку давить не стала, стараясь выглядеть серьезной, но не напряженной. В конце концов, она к Ноэми не в гости пришла, а по делу. — Сестра Ноэми в город уехала, судя по всему. Не успела я ее застать, жаль. — храмовница с Габи подошли к пожилой женщине, Дианта внимательно осмотрела "песьяк" ,на который жаловалась женщина. –.- Наверное, я могу помочь с этой гадостью у вас на глазу, пойдемте. Ноэми должна была оставить мне записку.
Дианта уверенно направилась внутрь дома, как будто бывала тут регулярно. Скорей всего Ноэми хранила свои запасы мазей и других медицинских приспособлений в кабинете. Здесь пришлось чуть натянуть поводья: где именно лежали нужные мази Дианта не знала, но хотя бы помнила, что именно учебники рекомендовали в таких случаях. Повезло еще, что ничего не нужно было смешивать, у Ноэми все уже было готово. Насколько Дианта помнила, в ингредиентах мази была бычья желчь, чеснок с луком и, вроде бы, вино в качестве растворителя.
— Вот, сестра. — храмовница передала нужную баночку пациентке и наглядно показала, как заложить мазь. — Знаете, что делать? Вот так закладываете за глаз два раза в день, утром и перед сном. В течении пяти дней, не меньше. Вы ко мне так присматривались... должно быть знакомы с моей сестрой? Мелисандра ее зовут. Меня — Дианта, а это моя невеста — Габриэла. Ноэми должна вернуться через день-два. Обязательно зайдите к ней и скажите, что я вам велела использовать. Хорошо? Так... Где же она могла оставить мне записку?
Текрурийка очень надеялась, что от такого шквала ее пациентка не станет заваливать ее вопросами и просто взяв мазь пойдет по своим делам. А они смогут наконец-то осмотреть жилище жрицы на предмет каких-то улик.
Результат броска 1D20+4: 13 - "Обман".
Результат броска 1D20+3: 15 - "Медицина"
|
|
94 |
|
|
|
|
Взятая в оборот Диантой крестьянка лишь растерянно хлопала глазами на новость о том, что Ноэми неурочно уехала в город. Ну да не верить городской аэлиситке у нее оснований не было — спасибо репутации Храма.
— Ой, спасибо, доченька, про энту мазьку мне соседка и говорила как раз, — сказала бабулька, принимая лекарство из рук храмовницы. — А что же это сестра Ноэми так торопилась, что и табличку-то свою не вывесила на калитку?
— Кхм, — неловко кашлянула Габи, и Дианта вспомнила, что Хенрика вроде про эту табличку упоминала, когда отправляла их с Леа за Лоттой, но, похоже, бурное общение с ремонтницей привело к тому, что за поручение председательницы обе девушки в пути позабыли. Ну да это было поправимо, раз с легковерной старушкой разобрались. Накинув поводья лошадей на пару самых крепких столбов, держащих плетень (за неимением нормальной коновязи лучший вариант), следопытка быстро сгоняла в сени и там действительно обнаружила нужную дощечку на веревке с надписью, а дальше обе девушки занесли свои доспехи и снаряжение в смотровой кабинет, где можно было теперь без посторонних наблюдательниц экипироваться.
— Знаешь, лошадок бы сдать надо на местную конюшню, что ли. — говорит Габи, помогая Дианте облачаться в чешуйчатый доспех. — Просто, если сейчас искать Ноэми эту пойдем — конными это точно не вариант, меня с лошади следы читать не учили, да и Богини знают, в какие она дебри забраться могла, верхами по зарослям особо не погуляешь. Или, может, пока тут, в доме осмотримся? Какие будут приказания?
|
|
95 |
|
|
|
|
— Оставим лучше тут. — покачала головой Дианта, затягивая пояс на кожаной куртке — Не хочу лишний раз деревенским на глаза снаряженной попадаться. — оставалось только меч на спину повесить, но для начала все-таки хотелось осмотреть жилище Ноэми — Давай тут осмотримся. Честно скажу, что искать - незнаю. По этому ищи все, что выбивается из быта деревенской жрицы. Должен у нее где-то журнал приемов быть… — Дианта покрутилась на месте, вошла в кабинет. Вряд ли в нем будет что-то интересное, но заглянуть стоило. Другой «журнал», который интересовал храмовницу, более личный. Может быть жрица вела дневник? И забыла его, когда торопливо собиралась бежать. Он мог лежать уже где-то в спальне. Может у Ноэми тайник какой-нибудь был? А с другой стороны - зачем? Но проверить все-равно стоило.
— Посмотри на пол, может половица отходит? — окликнула Габриэлу Дианта — Мало ли, тайник у нее был. — после чего вернулась назад в кабинет, чтобы уделить внимание склянкам и коробочкам. Храмовницу интересовало что-то выбивающееся из привычного инвентаря деревенской жрицы: зелья, яды - все, что угодно не требующееся в обычных обстоятельствах. или просто подозрительно не маркированное. Когда все варианты были исчерпаны, Дианта обратилась к последнему аргументу - божественному чутью. Богиня наделила ее способностью чувствовать присутствие добра и зла. Возможно, гостья из другого мира была тут и успела наследить? А может были и другие следы. Закрыв глаза, Дианта обращается к своим чувствам, сосредоточившись на запахах и звуках. Что-то светлое и светлое и хорошее всегда звучало для нее переливающейся музыкой колокольчиков, а злое и темное воняло тухлятиной.
— Направь меня, наставница. — тихо прошептала текрурийка, сжимая свой священный символ.
|
|
96 |
|
|
|
|
На просьбу Дианты проверить дом на наличие тайников Габи лишь страдальчески вздыхает:
— Ты явно переоцениваешь мое следопытское чутье, родная. Чтобы вот прямо полностью обыскать дом — надо и полы поднять, и под крышей пошарить, это работа как бы не на полдня для небольшого отряда. Аааа... ладно, допустим... — и она начала простукивать и расшатывать каждую половицу в кабинете, пока Дианта принимается за изучение скляночек и баночек в шкафу — увы, без особого результата.
Нет, некоторые специфические снадобья, окажись они в руках простой крестьянки или какой-нибудь горе-алхимички вроде Эмилии, вызвали бы не просто какие-то вопросы, а могли стать поводом бить тревогу, но в ведении аэлиситки такие вещества чего-то замечательного собой не представляли. Озадаченно нахмурившись, храмовница взялась за лежащий прямо на столе и давно уже просящий внимания так называемый Единый Дневник Врачебной Деятельности, новую форму которого внедрили в Храме сравнительно недавно, года два-три назад, вместо нескольких, вроде бы сразу четырех отдельных журналов с записями по разным видам этой самой врачебной деятельности. Это была загадочная, даже мистическая в каком-то роде особенность делопроизводства под Куполом, известная каждой работающей с документами сестре: требования к отчетности возрастали постоянно, бумажный вал, катящийся что сверху вниз, что снизу вверх, становился все выше и выше с каждым годом, пока не погребал под собой целые ведомства. Периодически начальство, которому от роста бюрократической дурости тоже приходилось несладко, пыталось хоть как-то оптимизировать это безобразие, внедряя новые, более приемлемые формы бумагомарания, однако через несколько лет все возвращалось на круги своя.
Без особого интереса Дианта, поглощенная надеждой на спрятанный в тайнике личный дневничок, стала листать страницы, заполненные аккуратным и далеким от стереотипной врачебной скорописи почерком. Записи с жалобами, оказанной помощью и выписанными снадобьями — старушки с чирьями, беременные женщины с токсикозом, маленькие девочки со ссадинами и порезами — все как и везде, все достаточно обыденно. Тщательно проследив по датам несколько последних дней, храмовница дошла до конца, не обнаружив ничего примечательного, и под кряхтение продолжающей простукивать пол Габи сжала в руках священный символ, призывая данное Раненой Богиней сверхчувственное восприятие... Без каких-либо результатов, в доме все было чисто. Вздохнув, Дианта машинально бросает взгляд на журнал, перед тем как захлопнуть его — и вздрагивает от неожиданного открытия. В "Едином Дневнике", аккуратно разлинованном в соответствии с утвержденным стандартом, каждая страница была предварительно пронумерована и проштампована в уголке печатью храмовой канцелярии. В Стражах Пограничья ей приходилось иметь дело с похожими журналами, так что сперва она даже не обратила внимание на эти цифры в уголочке. А зря — ибо последняя заполненная записями страница этой тяжелой тетрадки имеет порядковый номер 64, а вот следующая за ней на развороте помечена как 67.
Сомнений быть не может — целый лист вырван с корнем по причине... а какая тут еще может быть причина, если не связанная напрямую со всей этой взбудоражившей Долгунцы историей?
|
|
97 |
|
|
|
|
— Погоди, Габи, полы вскрывать. — Дианта подняла палец — Я сомневаюсь, что все это началось давно, а значит, и устроить серьезный тайник она не успела бы… мне кажется, тут должно быть что-то простое. — и тут глаз храмовницы зацепился за несоответствие нумерации страниц! Судя по всему Ноэми зачем-то выдрала целую страницу, перенеся при этом все записи…
…а все ли? Зачем же вырывать тогда было лист?
— Габи, подойди сюда, пожалуйста. — дождавшись невесту, Дианта показала ей находку — Видишь? Страница вырвана. Судя по датам, скрытая запись была сделана дней пять назад, как раз, когда начались все странности. Как думаешь, выкинула она эту страничку?
Закрыв тетрадь, храмовница огляделась еще раз и прошлась по комнатам в поисках какого-нибудь мусорного ведра. Существовала небольшая вероятность, что страничку журнала Ноэми вырвала, когда решила бежать и не успела ее или изорвать или спрятать. По этому можно было попробовать поискать.
— Мда… Не думала, что придется в мусоре копаться…
|
|
98 |
|
|
|
|
— Да я, знаешь ли, и не собиралась, полы-то калечить, — отзывается Габи на замечание любимой. — Вряд ли она от нас вообще что-то скрыть хотела — она ведь даже письмо прощальное написала, где почитай во всем призналась... Мы тут, возможно, и в самом деле зря время теряем.
Однако время, как оказалось, было потрачено совсем не зря. Габи, не особенно погруженная в бумажную работу, только важно кивнула, когда Дианта продемонстрировала ей журнал с вырванной страницей.
— Интересно... Думаешь, там про нашу ведьму что-то было? А зачем она это вообще туда вписала, если хотела ей помогать и скрывать свою с ней связь? А потом так палевно от этой записи избавилась... Ты мусорку ищешь? Это ж не город, в самом деле, где бумагой разбрасываться можно, тут ее наверняка на растопку пусти... — и тут обе воительницы, глянув друг на дружку, не сговариваясь, бегут к очагу на кухню, будто там и в самом деле со вчерашнего дня догорает бумажка, которую можно еще успеть спасти. Нелепый порыв, продиктованный больше исследовательским азартом, чем какими-то рациональными соображениями, но еще более нелепым оказывается то, что разлинованная страница из журнала действительно лежит под очагом в специальной коробочке для растопки, вместе с мелко наструганной сухой щепой — даже не смятая, просто свернутая в трубочку. Развернув ее, Дианта среди знакомых уже записей находит причину порчи журнала:
12 мая 253 О.К. Имя пациентки — неизвестно (ушла от ответа). Возраст — неизвестен (выглядит на 25 или моложе). Обнаружена в бессознательном состоянии на окраине ореховой рощи за экспериментальным полем номер 4 со следами укусов крупных диких зверей ( судя по размерам челюстей — медведи либо лютоволки?) на животе, предплечьях, шее, икрах и внутренней поверхности бедер. Предпринятые меры — наложение заклинания Лечения ран (второй круг)
Здесь эта густо перечеркнутая запись обрывалась — словно решившая внести в журнал примечательное происшествие деревенская жрица вдруг передумала. Хотя удивительнее было другое: если эта подлая злодейка сразу же заколдовала свою спасительницу (почему та и не сообщила никому в деревне о своей находке), зачем Ноэми вообще взялась что-то пытаться записывать?
— А живучая эта "пациентка"... — комментирует тем временем через плечо Дианты разбирающая перечеркнутые строчки Габи. — Если ее реально изгрызли так крупные хищники — она должна была кончиться от потери крови за пару минут. И еще. У меня странное какое-то ощущение... Будто Ноэми вроде и пыталась всех обмануть, и в то же время... она будто хотела, чтобы ее разоблачили. Эту страницу можно было сто раз уничтожить за столько-то дней. Непонятно...
|
|
99 |
|
|
|
|
— Странно это все. — Дианта задумчиво вертела в руках вырванную страницу — Сначала зачеркнуть, а потом засунуть в коробку для растопки? Не сжечь, не порвать… — храмовница сложила страничку и убрала к себе в поясную сумку. На всякий случай. После чего погрузилась в свои мысли, изредка крутя головой, словно пытаясь найти еще какие-то зацепки, которые могли бы помочь понять ситуацию лучше. Пока что выходило так, что Ноэми нашла свою «подругу» за полем раненную, после атаки какой-то зверюги, выходила, а потом вдруг резко решила сбежать… Скорей всего дело действительно было очаровании или каком-то другом колдовстве ибо Дианта не верила, что жрица могла за четыре дня принять добровольное решение предать своих сестер, предать все, во что они верили. Ради чего? Ради человека (человека ли?), которого ты видишь впервые? Ради какой-то лучшей жизни? Не бывает «лучшей» жизни по щелчку пальцев! В основе благополучия всегда лежат кровь, слезы и пот! Нет, здесь точно дело в очаровании или другом колдовстве.
— Наверное, тут мы уже ничего не найдем. — Дианта еще раз прошлась по жилищу жрицы, заглядывая в углы и ящики, осматривая полки, попутно делясь с Габриэлой мыслями — Мне кто-то говорила, что преступники всегда хотят, чтобы их раскрыли… хах… глупости, на самом деле. Но сейчас это выглядит именно так. Ладно, двинули к полю, иномирная гостья здесь уж очень задержалась. Лошадей тут оставим.
Образ храмовниц и жриц Раненой Богини всегда ассоциировался с добротой, сочувствием и самопожертвованием. Если бы кто-то не знакомый сейчас увидел бы выражение лица Дианты, то скорей всего приписал бы ее к храму Рамоны (что не мудрено, учитывая наследственность). Не зря у грозной воительницы была татуировка башни, закрытой латной рукавицей, ведь защищать своих сестер можно не только врачеванием и моральной поддержкой, но и с мечом в руке.
|
|
100 |
|
|
|
|
Габи кивает, и обе воительницы выходят на улицу, еще раз на ходу проверяя подгонку снаряжения: сегодняшний их поход будет проходить, увы, вдали от ателье с модными платьюшками и театра с интересными постановками.
— Так что лошадками-то делаем? Здесь их оставить точно не вариант... — Габи забрасывает руку за спину, проходясь пальцами с характерными мозолями лучницы по оперению стрел в колчане. — О, глянь, это ж Лотта вон шагает? Похоже, по нашу душу...
Старшая ремонтной мастерской Долгунцов, рослая и широкоплечая, действительно топала широким шагом прямо к дому Ноэми, явно имея к Дианте с Габи какой-то разговор, так что девушкам оставалось лишь дождаться, пока она дойдет до калитки.
— Так, сестренки, — предварительно оглянувшись и убедившись в отсутствии посторонних ушей, начала Лотта. — Вроде пока нигде не спалились. Хенрика сегодня собирается отменить выход бригад в поля, а вместо этого устроить типа масштабную уборку всей деревни. Вроде как вопрос уже давно назрел, так что больших подозрений не вызовет, а вызовет — на то она у нас и председательница, чтобы от всех уметь отбрехаться. Написала она письмо в Храм Таните, с ним отправит верховую, так что часов через шесть, а то и раньше, здесь точно будут грамотные целительницы, кто сообразит, как Мелисандру на ноги поставить, дай Богини. Такие вот дела. Я так понимаю, вы пешими собираетесь по следу идти? Мне сказали — лошадок ваших пристроить на конюшне деревенской.
— Ага, как раз об это говорили, — кивает согласно Габи.
— Добро, устроим, — продолжает Лотта, явно раздумывая на следующими своими словами. — Слушайте, девчат, такое дело. С письмом в город поехать должна я, как Хенрика сказала. Вот только... Возьмите меня с собой, а? Председательница, конечно, начальство большое, и ей дальше видать, но вы же видели, что Мелисандрой случилось? Вам реально понадобятся лишние руки с оружием. Сделаем все тихо и тайно, я уже продумала. В бригаде моей надежные девчонки есть, кому я как себе доверяю, вот с письмом такую и пошлю, обернется еще быстрее моего. А я потихоньку огородами дерну из деревни, и к вам в полях присоединюсь. Сами подумайте: уж на что наша Лейка бестолковая и бесполезная, а ведь если бы ее рядом не было с Мелисандрой — та бы до сих пор в полях лежала. Вас, понятное дело, двое... да только три головы да шесть рук — оно еще надежнее. Обузой я вам в пути не буду — как в разведку ходить, да с оружием обращаться, представление имею, иначе б меня не поставили здешнее ополчение натаскивать. Что скажете?
— Знаешь, где находится ореховая роща, что за полем номер четыре? — спрашивает крепко задумавшаяся и взвешивающая все за и против Габриэла.
— Да, конечно! Я здешние окрестности вообще как свои пять пальцев с детства изучила. И к месту, где Мелисандра на ведьму нарвалась, проведу, я поняла уже, где это.
— До того места я и сама добраться смогу, — задумчиво отвечает Габи. — Леа там Мелисандру волоком тянула, такой след точно не потеряешь...
Синхронно и Лотта, и следопытка смотрят на Дианту, очевидно, признавая за ней право последнего и решающего слова.
|
|
101 |
|
|
|
|
— Да что с ними случится-то за час? — нахмурилась Дианта, закидывая ножны за спину и подтягивая ремень так, чтобы до рукояти было легко дотянуться — Найти сена только какого-нибудь…
Конечно, в уходе за лошадьми храмовница не понимала толком ничего, как и в уходе за любыми другими рабочими животными. Но почему-то ей казалось, что ничего страшного лошадкам за столь короткий промежуток времени не сделается.
Появление Лотты прервало размышления об уходе за лошадьми и прочей скотиной и мягко говоря вызвало у Дианты раздражение.
— Чего ей не сидится в мастерской?.. — проворчала храмовница догадываясь зачем ремонтница решила их с Габби догнать. Но не убегать же от нее? Придется выслушать. Новость о скором исцелении сестры Дианту несомненно обрадовали, да и вопрос с лошадьми решился сам собой, но дальше… Уже по тяжелому взгляду Дианты Лотта могла понять, что храмовница совсем не в восторге от предложения ремонтницы.
— Лотта, я буду с тобой честна. Мне не нравится твоя идея. — честно ответила Дианта — Ты нарушаешь указания председательницы, подвергаешь себя опасности. Не приведи Богини с тобой что-то случится, что я буду объяснять Хенрике? Твоей жене? Твоим дочкам? Буду объясняться, что не уберегла, не отговорила от глупости? Вдвоем нам будет проще, потому что мы уже давно знакомы с Габриэлой. Твои способности для меня загадка. Ты же должна понимать, ведь занималась с ополчением. Слаживание не просто так придумали. — Дианта вздохнула — Знаешь что? Ты можешь помочь по другому: спрячься где-нибудь в посадке или кустах рядом, и если гадина попробует дать деру, мы ее на тебя выгоним. Тут ты ее по голове и оприходуешь. Или так или письмо. Подвергать тебя лишнему риску я не и ею права.
|
|
102 |
|
|
|
|
Лотта, выслушивая разумные и резонные слова Дианты, откровенно и неприязненно морщилась, особенно когда та упомянула про жену и дочек, однако все-таки до конца надеялась, что все эти речи — лишь подводка к строгому инструктажу, и суровая паладинка в итоге даст ей добро присоединиться. Не стоит и говорить, как она просияла, когда надежды эти полностью оправдались.
— Принято, Старшая! — хлопает ремонтница себя в грудь в подобии воинского приветствия. — Богини свидетельницы, проблем со мной не будет, ты — главная, тебе и командовать. Сейчас, лошадей устрою, насчет письма распоряжусь, это нескольких минут дело, а потом встречаемся... Есть тут балочка к западу от деревни, я как раз от мастерской отъеду, там поменяюсь с девчонкой надежной, она ждет уже, и прямиком к вам, чтобы никто не увидела... Быстро все сделаем, лады?
Когда Лотта широким шагом повела в поводу обеих лошадок до конюшни, Габи, нахмурившись, озабоченно поглядела ей вслед:
— Даже не знаю, услышала она тебя или нет, и понимает ли вообще, во что ввязывается. Ладно, без местной проводницы шариться по здешним полям было бы трудновато, так что все правильно. Идем искать балку эту? Сперва, наверное, по главной улице выйти на южную окраину деревни...
Долгунцы, к слову, проснулись окончательно. Самой главной приметой пробуждения была ожидающая посреди проходящего через всю деревню тракта телега, к которой из всех проулков спешили девочки школьного возраста с холщовыми сумками, где, очевидно, находились тетради и письменные принадлежности, ну и всякие вкусняшки наверняка, ибо какая деревенская мама отпустит дочь учиться без дополняющего столовский обед перекуса? В Долгунцах, как помнила Дианта, не было своей школы, так что местной детворе приходилось ездить каждый день в Буревое.
— Деревенские к нам едут, — прокомментировала Габи, будто что-то вспоминая. — Знаешь, когда еще Луиза в школе училась, она придумала для здешних девчонок дразнилку: "Долгунцы, Долгунцы — через голову штанцы". Те обиделись, нажаловались учительнице, та передала это мам-Аме, ну а та уже тогда была при должности, поэтому дочерей строго строила, чтобы не подводили ее и не позорили. Надрала, в общем, уши Луизе здорово. А теперь я думаю — права Луиза была, не бровь, а в глаза попала. Действительно, вся деревня у них — сплошное "через голову штанцы"...
Возчица, тучная женщина лет пятидесяти, гулким голосом вслух пересчитала по головам всех забравшихся в повозку детей, прикрикнула на кого-то, чтобы не шалили, и с протяжным "нннно!" тронулась к Буревому. Пара наших воительниц покинула деревню следом на ними, стараясь идти в стороне от шлейфа поднятой пыли. Огляделись, убедились в отсутствии посторонних глаз, свернули с дороги, нашли ту самую балку, уселись ждать Лотту прямо на землю.
— Собаку бы нам сюда хорошую, — говорит Габи. — Без собаки тяжко будет, я, конечно, кое-чего соображаю в следах, но... Ладно, с чего начнем тогда? Двинем сразу к месту боя? Или здесь попробуем встать на след Ноэми? Есть у меня еще одна штука, старые охотницы обучили. Вот как ты можешь учуять вблизи дэвов, мертвяков и прочую нелюдь — так и я могу. Где-то в пределах мили. Наша ведьма что-то явно непохожа на человека, так что это может пригодиться. Но ты не радуйся сильно, оно не показывает ни места, ни даже направления. Только то, что где-то в окрестностях имеются дэвы, феи или ходячие мертвяки. Ну и магию еще это дело тратит.
В это время, проламываясь через куст орешника, сверху в балку спрыгнула подзапыхавшаяся Лотта.
— Все, вот она я, — начала она докладывать Дианте. — Все чисто прошло, ни перед кем не спалилась. Щит, правда, захватить с собой не смогла. Стеганку в дорогу надеть да булаву взять — это обычное дело, когда по Закуполью едешь, а щит... могло бы подозрения вызвать, если б я за ним домой забежала. Ладно, обойдемся как-нибудь. Какие будут приказания, Старшая?
Дианта же, раздумывая о дальнейших действиях, мимолетом вспомнила, что щит Мэл, да и, наверное, еще что-то из ее снаряжения, остался в полях, на месте столкновения.
|
|
103 |
|
|
|
|
Дианта проводила Лотту взглядом и покачала головой.
— Нет, вряд ли она понимает во что ввязалась. — храмовница запрокинула голову к небу и зажала глаза пальцами — Даже я не полностью понимаю, что нас ждет. И еще больше мне непонятно ее рвение… надо будет спросить. Пойдем.
Шагая по деревне, Дианта ненадолго погрузилась в воспоминания. Как ходила в школу с сестрой - вот уж были беззаботные времена! Погруженная в воспоминания, храмовница лишь что-то нечленораздельно хмыкнула в ответ Габриэле — то ли соглашаясь, то ли не соглашаясь. И только когда они вышли на окраину, Дианта прокрутила в голове слова Габи и ответила осмысленно:
— Идем к месту, которое Леа отметила, где драка была. Оттуда начнем. И пока повремени со своими приемами, для начала глазками посмотрим, — дождавшись Лотты и прежде чем идти дальше, Дианта обратилась к ремонтнице. — Лотта, скажи, а зачем тебе все это? Надеюсь, не из-за всех этих спекуляций вокруг Одетт?
Впрочем, ответ Лотты был прямой и открытый и у Дианты не было никаких причин чтобы ей не верить. Ее желание защитить свою деревню было похвально, но вот авантюризм и геройство могли обернуться бедой.
— Хорошо, я поняла тебя. Но прошу, сестра, без геройства. Я не хочу быть той, кто приносит дурные вести! — Дианта сделала паузу, давая время, чтобы слова впитались в разум Лотты. — Сейчас мы идем туда, где Меллисандра с Леа впервые столкнулись с ведьмой. Ты, Лотта, остаешься в засаде. Найдем там рядом какое-нибудь удобное место. И если ведьма побежит огреешь ее по голове. Но ТОЛЬКО в этом случае, ясно? Габи, тоже останешься в укрытии с другой стороны. Со скольки футов уверенно сможешь попасть в цель? У Ноэми и ее подружки должно сложиться впечатление, что я одна. Ясно? Выдвигаемся.
|
|
104 |
|
|
|
|
На вопрос Дианты о том, что же побуждает ее идти и рисковать жизнью вместе с профессиональными воительницами, Лотта отвечала, тщательно подбирая слова:
— Вы, девчат, не думайте только, что у меня детство в заднице засвербело, как у школьницы которая весь день по полям с деревянным мечом носится, в Стражей Пограничья играя. То, что жрицу нашу тварь эта свела, да Мелисандру своим колдовством свалила — за это ты, Дианта, с ней от Храма своего посчитаешься, я не сомневаюсь. Но только я так думаю, и от наших, от деревенских, она свою порцию должна получить. Просто... понимаете, вот был у нас опытный участок. Там сестра Хенрика пыталась вывести особую породу льна, у которого волокна приспособлены, чтобы бумагу из них делать. Лет двадцать пять она экспериментировала, на крошечных деляночках скрещивала разные сорта. Рамонитки к ней приезжали ученые, с ними постоянно спорила и советовалась, и наконец у нее прямо начало получаться нужного качества волокно, только запасов тех сортовых семян — одна горсточка всего была. И вот в одну ночь большую часть посевов с той горсточки ведьма эта поганая взяла и магией своей потравила с концами. Представляете? Полжизни женщина работала, пробовала, экспериментировала, Богиням молилась, чтобы дело выгорело — и разом почти все псу под хвост. Она, председательница наша, виду не подает, но по ней это дело крепко жахнуло. И вот теперь, когда мы знаем, кто это сделала, и ее, паскуду такую, теперь искать... мне кажется, от нас, деревенских, кто-то тоже должен ее по горбу погладить, чтобы нескоро обратно разогнулась. Но вы не думайте, я все по дисциплине буду делать, скажете сидеть в засаде — просижу сколько положено, — заканчивает она торопливо, явно боясь, что храмовница может передумать.
Собственно, именно поэтому в ответ на финальные указания перед выдвижением к цели она лишь с энтузиазмом закивала, а вот Габи отреагировала куда скептичнее, пожимая плечами:
— Не думаю, если честно, что в том месте имеет смысл опасаться ее засады. Не, сделаем все, конечно, по правилам, но на кой ей там продолжать сидеть — дожидаться, пока из деревни и в самом деле прибудут охотницы? Сомнительно, Ди...
— Там, кстати, скорее всего, не получится прямо с противоположных сторон это поле окружить, — вставляет и свои соображения Лотта. — Две ближних лесополки сходятся под прямым углом, с юга да запада, а так вокруг пространств открытое.
— На месте разберемся тогда, как грамотнее разойтись, — отвечает Габи. — Со ста пятидесяти футов в движущуюся мишень я по пять стрел подряд засаживала без промаха, вряд ли эта тварь бегает быстрее, чем я тетиву натягиваю...
И Лотта повела Дианту с Габи по полям, между которыми имелись подзаросшие тропки. Времени это дело заняло изрядно, никак не меньше получаса: где-то, конечно, можно было срезать напрямую, но ремонтница шла строго по уже натоптанному, а городские сестры, помня ее рассказ о нелегком и кропотливом деревенском труде, тоже не решались топтать молодые льняные всходы ради экономии времени. Так в конечно счете, сделав солидный крюк, вышли к тем самым лесополкам, где инициативу на себя взяла уже Габи, выдвинувшись вперед и исчезнув в зарослях. Вернувшись, доложила Дианте:
— Вроде никого. Ну ладно, давай все равно как ты задумала. Лотта — идешь с этой стороны до самого поворота, там засядь под каким-нибудь кустом, чтобы контролировать место круга. Я буду здесь, Ди, ты выходишь вон оттуда, с открытого места, чтобы к нам в засаде внимания не привлечь...
Несколько минут потрачено на манипуляции с предосторожностями — совершенно напрасные, как в итоге оказалось. Храмовница благополучно вышла к тому самому кругу, являвшему собой и в самом деле впечатляющее зрелище — будто исполинская повариха вдавила землю тридцатифутового диаметра толкучкой. Поскольку никаких признаков наличия противника на горизонте не просматривалось, осталось лишь просигналить сестрам, чтобы выходили. Габи, впрочем, едва покинув свое место, просигналила Дианте с Лоттой, чтобы они шли к ней, а не наоборот. И не зря — как раз ей на пути попалось место, где, по-видимому, колдовство неизвестной сразило Мелисандру. Когда храмовница приблизилась, невеста уже протягивала ей кольчужные рукавицы сестренки.
— Мне в рюкзак положить или сама понесешь? — спрашивает она. — Казенное имущество все-таки, за него спрос в любом случае с Мелисандры будет.
Пока что никому не хотелось думать о последствиях произошедшего с Мэл, о том, что ее может ожидать нечто более страшное, нежели головомойка за потерянную экипировку.
Подошедшая Лотта тем временем бережно подняла оставшийся здесь же щит Мелисандры с храмовой эмблемой, прокашлявшись:
— Тяжеловат... Это самое, девчат, я его возьму пока, ладно? У вас обеих все равно оружие под обе руки, а мне в бою может сгодиться...
|
|
105 |
|
|
|
|
Дианта неопределенно хмыкнула: странно, что сестра-председательница ничего не говорила о своих экспериментах и о том, что результат этих экспериментов был уничтожен стараниями ведьмы. Несмотря на то, что «гостья» уже успела надела зла и уничтоженные труды Хенрики только добавились к списку, Дианте казалось, что круги на полях появились отнюдь не для того чтобы испортить урожай, их предназначение было совсем другое, ускользающее от храмовницы.
— Не забывай, мы имеем дело с кем-то не из нашего мира и думать эта ведьма может совсем не как мы, по этому нельзя ничего исключать. — ответила Дианта на сомнения Габриэлы, когда они оказались на поле. — Кстати, а где пёс? Леа говорила, что Мэл собаку убила, но что-то я ее не вижу здесь.
Храмовница покрутила головой все еще пытаясь вспомнить что-то из учебников и учебы об эффектах магии, которые хоть как-то были похожи на такие вот странные круги. Из того, что она успела узнать, выходило, что здесь было проще переместиться из одного мира в другой. Может и круги эти были с этим связаны? Что-то вроде компонента для заклинания?
— Убери к себе, если не сложно. — попросила Дианта Габриэлу, когда та показала кольчужчатые перчатки, оставленные сестрой. Нужно было думать, что делать дальше. Устраивать засаду в надежде, что ведьма вернется на место преступления? Сомнительно. Однако, с момента нападения прошло не так много времени и не было ни сильных ветров ни дождей, которые бы могли замести следы.
— Уверена, что тебе нужен щит? — с сомнением поинтересовалась Дианта у Лотты — Выглядит тяжелым для тебя. Только мешать будет. — а дальше к Габриэле — Сможешь найти следы ведьмы? Надо понять куда она дернула после встречи с Мэл.
Результат броска 1D20+5: 21 - "Внимательность (Габби)".
Результат броска 1D20+1: 13 - "Магия/Аркана".
|
|
106 |
|
|
|
|
На вопрос о собаке Габи вздохнула.
— Эклерчик-то? Там лежит, — указывает она в направлении, откуда пришла. — Вот там, получается, у Мелисандры с Леа был наблюдательный пункт. Там его твоя младшая зарубила с одного удара, добежала вот сюда... да, перчатки и остальное себе возьму... а дальше, стало быть, ведьма должна была ломануть в противоположную сторону.
Пока следопытка подбирала снаряжение Мэл, Лотта даже слегка возмутилась в ответ на сомнения Дианты:
— Слушай, ну ты меня за квашню-то канцелярскую не держи. Я, может, не каждый день с оружием упражняюсь, но вот с железом вожусь постоянно, а ты попробуй без силы в руках пруток дюймовый на десять кусков ножовкой распили, а барабан у трепалки знаешь сколько весит — и я его одна спокойно вынимаю да на место ставлю. Уж щит-то в боевом положении удержу, — подхватив его, она становится в одну и простейших стоек, которым профессиональных воительниц обучают лет в двенадцать, берет наизготовку булаву... в принципе, сойдет. Одни Богини знают, какой гадостью может швыряться проклятая ведьма, и со щитом ремонтнице всяко будет безопаснее, чем без.
Пес и в самом деле лежит невдалеке, зарубленный в прыжке одним размашистым ударом, пересекающим холку, лопатку и шею. Судя по краям запекшейся раны — Мэл добавила к удару божественную силу, ну да это и понятно, такого противника надо валить с первой попытки, второй у тебя может не оказаться.
— Крепостной мастиф, из забракованного помета, — комментирует Габи, поворачиваясь к Лотте с последней надеждой. — Это он, правильно? Пес вашей Валенты?
— Правильно, правильно, — кивает ремонтница. — Я такого никогда не понимала. В деревне собаку надо держать, чтобы гавкала да хорьков с лисами от курятника отгоняла — ну так и заводи себе какую-нибудь жучку, для хозяйства необременительную. А такого кабысдоха кормить — это ж столько мороки...
— Ну, теперь у Валенты морока закончилась, — мрачно отвечает Габи.
— Мдааа, — протягивает Лотта. На этом обсуждение трагической судьбы Эклерчика и завершается. Габи, будто опомнившись, приступает к активному поиску следов, сразу же начиная распоряжаться и отгонять Дианту с Лоттой от определенных мест, где они могли бы затоптать улики.
— Так, здесь она, по рассказу Леа, орала и... и, похоже, выплясывала или притопывала, вон сколько пальчиков в земле четких. Затем, пес учуял угрозу, бежит на Мелисандру, та бежит на него... вот ее сапог, похоже... тут они столкнулись, Мелисандра пробегает дальше, и здесь вот она падает. Дальше из кустов выбегает Леа, а наша босоногая дает стрекача в противоположную сторону... Тут, в этом кругу, гляди как земля запеклась, следов вообще не разберешь. Пойду искать на другую сторону... ага, вот. Вы ждите пока тут, сейчас сообразим, куда она подалась...
На ровном весеннем поле следопытку хорошо видать и издали, но чем именно она поглощена, какие следы и признаки высматривает на земле — Богини знают. На уточняющие вопросы девушка только отмахивается в нетерпении, так что обеим ее соратница остается лишь замолчать. Попетляв по полю туда сюда минут пять, она возвращается.
— Все ясно. Сперва она ломанула просто в противоположную сторону от угрозы, но когда скрылась в темноте и поняла, что никто ей на пятки не наступает — сразу же развернулась на восток, да еще и встала на тропку эту, между полей, дальше след теряется. Собаку бы сюда обученную, эх...
— На восток... Так она, получается, из деревни? Может, это... — Лотта явно попыталась завести свою шарманку про "Бешиху", но Габи покачала головой:
— Вообще не факт. Мы с Диантой кое-чего нашли в доме Ноэми — ее первая встреча с этой тварью состоялась, получается, по ту сторону Долгунцов, на востоке. Может быть — у нее там и лежка. Ди, я вот думаю — не стоит ли проверить все-таки следы самой Ноэми? Зайдем со стороны огородов, вдруг чего интересного обнаружим? И еще — там я, пожалуй, попробую свою магию. Вряд ли эта ведьма наворачивает по ночам пешком десятки миль, так что, возможно, удастся ее засечь, если она затаилась недалеко от деревни...
Идея выглядела дельной в основном по причине отсутствия дельных идей у самой храмовницы. Попытки вспомнить что-то по поводу круга особых результатов не дали. Это могла быть составная часть ритуала по открытию прохода в иной мир, мог быть и непосредственно сам проход. Ну, это если руководиться указанным в записке Ноэми, и если там вообще была сказана правда — ведь заколдовавшая жрицу ведьма могла банально соврать. Сюда бы собрать с полдюжины ученых сестер из обоих Храмов с исследовательскими заклятиями наперевес — вот они бы, может, и реконструировали намерения этой сущности, у боевой храмовницы же умения и сфера их применения совсем другие...
|
|
107 |
|
|
|
|
Дианта грустно вздохнула. Пса было жалко, а уж как его любила хозяйка… животные всегда были друзьями, компаньонами, помощниками и потерять такого друга - боль в сердце. Кивнув Габриэле храмовница покосилась на Лотту:
— Тут же не в одной силе дело, сестра. — Дианта потянула рукоять торчащую из-за плеча, чтобы клинок было удобней вынимать из ножен. С шелестом любимое оружие покинуло ножны, а храмовница положила лезвие плашмя на предплечье, держа другой рукой рукоять. Клинок был не простой, трофейный, снятый с тела какого-то знатного урода (в обоих смыслах) и достался Дианте, как лучшей фехтовальщице на ее курсе. Гарда меча была простая крестовая, но украшена очень красивым травлением, переходящим на клинок и рукоять. После недолгого изучения оружия оказалось, что технология ковки похоже была не самой обычной. Но достала оружие Дианта не чтобы хвастаться, а чтобы кое-что пояснить:
— Одной силой я этим мечом орудовать не смогу - быстрей себе ноги и голову отрублю, вон инерция какая! — и на пробу несколько раз рассекла воздух лезвием. Со стороны выглядело как-то очень легко, но когда Дианта мазнула мечом еще раз она не стала контролировать инерцию и управляла мечом только руками. В результате чуть сама не полетела на землю, останавливая клинок — Вот я о чем. Но вижу ты и правда понимаешь, что делаешь. Не пойми меня превратно, я просто хочу максимально оградить тебя от опасности и не знай ты как с щитом управляться, то он бы только тебе навредил.
Подправив ножны левой рукой, правой уверенной забросила клинок за спину попав в «колодец» острием, загнала оружие до конца. В вопросах чтения следов она полностью полагалась на Габи, по этому спокойно ждала, скрестив руки на груди, пока она осмотрит все, что считает нужным.
— Добро. — кивнула храмовница на предложение невесты — Сначала посмотрим следы Ноэми, а если ничего не найдем пойдем к месту их первой встречи.
|
|
108 |
|
|
|
|
— Ага, Старшая, все поняла, — важно кивает Лотта в ответ на наставления храмовницы, но реагирует примерно так, как послушницы последнего года выслушивают наставницу, вдруг решившую изложить какие-то банальности. Типа, ну да, все правильно, но нам же не двенадцать лет, чтобы такие основы не понимать? Правая рука ее дергается было к оголовку булавы, продемонстрировать, что она тоже не лыком шита, но усилием воли ремонтница давит этот порыв: нечего выпендриваться перед городскими, не отроковица чай. В общем, щит она забрасывает за спину, поудобнее его закрепляет, и по команде Дианты троица отправляется в обратный путь.
Дианта, номинальная вроде бы начальница этого крошечного отряда, снова плетется больше в хвосте, пока две ее соратницы, опытная следопытка и местная жительница, прокладывают маршрут. К задам деревни подбирались через какие-то заросли, ибо все сошлись на том, что нечего смущать своим видом наверняка уже повылазивших на прополку огородов бабулек. В какой-то момент идущая впереди Габи и вовсе тормознула отряд, после чего выдвинулась вперед сама, задержавшись на подозрительно долгий для предполагаемого расстояния срок. Дианте оставалось лишь догадываться, где там суетится ее невеста, пока та, наконец, не вернулась.
— Так, идемте, сейчас кое-что покажу, только в обход, там огородницы уже копаются.
Огородниц этих, к слову, Дианта так и не увидела, как, собственно, домов и вообще деревенской окраины. Ее опять повели в какие-то заросли (вроде лещины), где на одном из чахлых деревец Габи указала сломанную и повисшую бессильно веточку.
— Она здесь ночью проходила, это и по другим следам очевидно, — начала объяснять следопытка. — Но вот это... Ветка сломана специально, и сломана не где-то, а на уровне глаз. Чтобы та, кто пойдет по следу, какой бы слепошарой ни была, это точно не пропустила. И дальше там такая же еще есть.
— Ерунда какая-то, — удивляется Лотта, которая не видела той самой страницы из медицинского журнала Ноэми. — Она, значит, собирает бежать от нас подальше... и нет чтобы следы замести — специально на нас наводит, куда идет?
Габи кивает.
— А нет тут какой-нибудь засады? — хмурясь, делает предположение ремонтница. — Может, она нас специально заманить решила, ведьма эта, заманить и поубивать в удобном для нее месте?
— Кого — нас? — задает резонный вопрос Габи. — Про наше с Диантой существование в этой деревне до сегодняшнего утра вообще не знали. А что касается засады — кто бы ни была эта тварь, прямого боя она явно трусит. И Эклерчика сманила у Валенты для того, чтобы его тушей в случае чего прикрыться, а самой сбежать. Нет, тут что-то другое. В любом случае — хоть и аккуратно, но по следу пройтись надо. Если там и дальше такие же метки будут — мне, конечно, никакой собаки поисковой не понадобится, тут и без следопытки можно было бы обойтись.
— Ну, добро, — приободряется и расправляет плечи Лотта. — Тогда нечего ждать, пойдем в гости к тварюке, поглядим, какого у нее юшка цвета.
— А вот это может быть проблемой, — посерьезневшая Габи оборачивается в сторону Дианты. — Ди. Мы тут все время говорим — "она", "она". А ведь это значит, что бить ведьму эту в полную силу не получится. Иначе...
Храмовница поняла, что за "иначе" подразумевала любимая. Одна из безусловных заповедей для всех, кого Богини наделили силами защищать Купол, гласила: нельзя ни при каких обстоятельства убивать женщин. В крайнем случае, например в ситуации одержимости дэвами, можно было причинять урон с целью обезвредить, но никогда ни одна из сестер не должна была лишать жизни ту, кто может пройти под Купол и жить по законам Рамоны и Аэлис. Бывали во время рейдов во внешний мир роковые случайности, когда воительницы обагряли свои руки женской кровью по незнанию — и для служительниц обоих Храмов это оборачивалось самым страшным в жизни: утратой полученного от Богинь благословения. В дальнейшем тебя мог оправдать сестринский суд, могли простить и сами Рамона с Аэлис, но это не имело уже никакого значения. Обагрившая руки женской кровью жрица, храмовница или даже следопытка больше не могла творить чары и использовать иные магические умения, не могла служить Куполу, становясь собственной тенью, живой покойницей по сути. Это касалось в полной мере любой человеческой женщины. Дэвы были бесполыми, даже когда пытались воплотиться в виде соблазнительных существ с ярко выраженными половыми признаками. Ограничений в плане убийства нежити тоже не существовало, хотя вроде бы водились на свете даже разумные мертвецы, но убивать тех, кто уже умер однажды, купольчанкам не возбранялось безотносительно того, кем они были при жизни. А вот с феями — тут сложнее. Ибо это были существа живые, местами разумные и размножающиеся классическим для млекопитающих способом, то есть двуполые. И на вопрос о том, как быть, когда столкнешься, например, с говорящим волчарой из легендарной Изначальной Дубравы, старые жрицы отвечала полувсерьез — сперва волчаре все-таки стоит заглянуть под хвост.
Свою "пациентку" Ноэми четко и недвусмысленно опознала как "ее", женщину, "подругу". И это значило — для Дианты идея снести этой ведьме голову звучала не слишком хорошим предложением.
|
|
109 |
|
|
|
|
Дианта хоть и отдавала себе отчет, что согласно законам принятым в их коммуне с ведьмой просто так расправится будет нельзя, так как любая жизнь женщины считалась неприкосновенной, но ощущала она и некоторую несправедливость. Ладно Ноэми, сбившаяся с пути из-за ведьминских чар или женщины с оружием в руках защищающие патриархальные королевства их еще можно было как-то индоктринировать. Но ведьма то была не из этого мира, да еще и практиковала запрещенное колдовство! Что с ней делать? Лучший способ - убедить сдаться мирно, чтобы избежать случайных фатальных ранений. Помотав головой, чтобы не углубиться еще больше в мрачные мысли о последствиях смертельных ранений, Дианта отломала до конца сломанную веточку и некоторое время ее вертела в руке.
— Ноэми жрица, а не воительница, как я или Мэл. Очень сомневаюсь, что она додумалась бы до такого, а ведьма, как Габриэла правильно сказала, пока что прямого конфликта избегает. — веточка отправилась в кусты по навесной траектории — Либо она смогла как-то избавиться от чар, либо ведьма ее контролирует не полностью. Габби, ты говорила, что можешь чувствовать потусторонних существ в пределах мили? Сейчас это может пригодится. Направление это не укажет, но немного ясности внесет. Использование этих способностей ведь стрелять тебе не помешает? — на всякий случай еще поинтересовалась Дианта — И давайте двигать дальше.
|
|
110 |
|
|
|
|
На догадку Дианты Габи кивнула, ибо та оказывается вполне созвучной ее интуиции, а вот Лотта озадаченно запустила пятерню в волосы:
— Мда, сложно как-то. И чудно. И почему такая дурость именно с нашей деревней приключается?
Следопытка раскрыла было рот, чтобы ответить, однако, натолкнувшись на взгляд невесты, передумала. Дианта уже успела понять, что жительницы Долгунцов и Буревого считают друг дружку малахольными, а себя — эталоном адекватности. В общем, реплика ремонтницы повисла в воздухе неотвеченной, потому что следопытка вскидывает руки, повелительно призывая соратниц к тишине, и начинает что-то шептать — судя по артикуляции, рифмованное двустишие, возможно, не самого высокого стиля. Ну да форма не слишком важна — Богини принимают любую мольбу, если она обращена к ним с чистым сердцем на благо Купола. С полминуты она стоит, прислушиваясь к своим ощущениям, а затем разочарованно качает головой:
— Нет, Ди, здесь вблизи ни фей, ни иной нелюди не ощущается.
— А? А ты как это узнала? — дивится Лотта, но сама же себе и объясняет. — Ну да, магия, понятно.
— Да какая там магия, что я умею по сравнению с опытными боевыми жрицами? — отмахивается следопытка. — Это так, ерунда. Но ерунда надежная. В окрестностях деревни, на расстоянии мили, никакой иномировой чуши сейчас не имеется. Ладно, у нас еще есть след, который куда-то да приведет, давайте за мной...
И троица сестер тронулась в путь, решив пройти следом Ноэми до самого конца, чтобы там их ни ожидало. Топали с боевым настроем, ибо миля — ну это не слишком-то много, может, фея-ведьма затаилась всего лишь в двух милях? Заросли сменялись проплешинами черного пара, за ним следовали луговые пастбища, посаженные человеческими руками лесополки сменялись явно дикими рощицами... Дианта не сказать чтобы хорошо разбиралась во всех этих сельских видах, в смысле и назначении вот именно такой географии, но следы культуры, цивилизации и планомерного хозяйствования здесь были налицо. Габи бесшумно скользила впереди, временами тормозя остальных и начиная шарить в поисках следов не хуже заправской поисковой собаки. Ее предположение блестяще оправдалось: периодически они натыкались не только не обломанные ветки, но и на другие, будто специально оставленные ориентиры, однако все-таки интервал между ними был местами солидный, направление движения далеко не всегда являлось очевидным, так что да, остановки и поиски существенно замедляли движение группы, и шли они существенно медленнее, чем предполагали армейские стандарты пешего марша. Лотта, которой подобное приключение было внове, сперва весело балагурила — впрочем, без особых вольностей и навязчивости, уважая Дианту и ее звание. Рассказала про свою семью, состоящую из жены и по совместительству подчиненной в ремонтной мастерской, про трех дочурок, из которых средняя — ну просто круглая отличница и года через четыре поедет покорять Первопоселение, а через двадцать наверняка станет там большой начальницей. Поведала и про девчонок своих на работе, про порядки, заведенные в их артели, про всякие смешные случаи, переключилась на армейские воспоминания, попытала Дианту общими знакомыми (ясное дело, таковые среди известных начальниц тех давних времен у двух сверстниц нашлись). Словом, создавала нормальный походный движ, напоминающий храмовнице о тысячах часов, проведенных в пути к родному посту и обратно. Однако время все шло, солнце поднималось выше и выше, а следы, оставленные Ноэми, все никак не заканчивались. Миновал час, другой, третий... Можно уже было уверенно сказать, что без случившегося на дороге под Долгунцами происшествия Габи уже примеряла бы то самое шедевральное платье от лучших мастериц Первопоселения, а Дианта боролась с желанием утащить ее в самый темный уголок и сделать что-нибудь развратное. С другой стороны — а что стало бы с сестренкой и чем вообще могла обернуться эта история без ее вмешательства?
Погруженная в размышления, храмовница не сразу отметила для себя изменения в состоянии Лотты. Та потихоньку стала болтать все реже, а топать — сосредоточеннее и тяжелее, явно экономя силы и дыхание. Для Дианты и Габи трехчасовая прогулочка пусть в доспехе, но практически налегке в сравнении с теми маршами, которые любая сестра-воительница проделывает регулярно в порядке тренировки, была практически ни о чем. А вот для пусть и крепкой от природы, но все-таки гражданской сестры, она потихоньку оборачивалась испытанием. Солнышко припекало и делало легкую стеганку серьезным грузом, равно как и щит за спиной, и даже булаву на поясе, да и лишние фунты жирка, которые разменявшая четвертый десяток ремонтница все-таки нагуляла, тоже начинали ощущаться. Вот именно для этого и нужны профессиональные воительницы, отмечала озабоченно аэлиситка. Для этого из хозяйственной жизни Купола навсегда изымаются сотни самых здоровых и крепких девочек, чьим занятием становятся отныне лишь воинские упражнения в ожидании того рокового дня, когда им придется пролить кровь за своих сестер. Каждая из обитательниц Старой Крепости могла бы вместо бессмысленной на взгляд гражданских шагистики и наматывания миль в полной выкладке заниматься полезной работой в поле или на кузне — так оно видится многим, слишком многим. Жаль, что этих высоких начальниц нет с нами здесь, им бы полезно было посмотреть, да и самим пройтись тоже...
В общем, ремонтница продолжала угрюмо пыхтеть, держась в основном на гордости — было бы очень стыдно начать ныть в дороге, после того как столько хорохорилась и презентовала себя как крутую девку. Однако на четвертый час пути, услышав, как шумит невдалеке ручеек, она все-таки решилась обратиться к Дианте:
— Старшая... девчат... а не устроить ли нам привал, раз водичка рядышком? Надо было в путь фляжку какую захватить или бутыль, горло промочить, да вот не подумала. Попьем хоть из горстей, а?
Дианта, собираясь на праздник в Буревое, захватила с собой меч и доспех, однако даже ей в голову не пришло брать заодно и походный бурдюк. А вот у Габи таковой имелся, хоть водичку она из него слила в деревне, чтобы не тухла зря, да и в Долгунцах перед выходом не додумалась наполнить — никто не знал, что дело затянется настолько. В общем, и следопытка, которая, подобно беспокойному бельчонку, сделала шагов столько же, сколько Дианта с Лоттой вместе взятые, тоже поддержала предложение. Спустились на шум воды по покрытому терновником склону, на удачу — к самому истоку ручейка, то есть родничку, и Габи извлекла со дна рюкзака ту самую позабытую кожаную емкость, наполнив ее и великодушно позволив первой напиться Лотте.
— Уфф, благодарю, — остатки гордости позволили ремонтнице не хлебать в три горла и не давиться, а пить грамотно, тщательно промачивая глотку. — Я поняла, девчат, куда нас занесло. Лесной массив, что тут начинается, уходит на северо-восток до самого Скверного Леса, где лютоволки водятся. Нет, сюда они не забредают, охотятся строго под Выперками, но все-таки — место считается не очень. Пост Стражей южнее имеется, но, ты, Старшая, сама понимаешь, вчетвером за такой территорией не уследишь, просочиться вполне реально. Но далековато ведьма наша лежку свою устроила, конечно. И это когда же Ноэми успела путь сюда наладить?
— Мда... — задумавшись, отвечает Габи. — Насчет лежки — ты права, пожалуй, бегать отсюда каждую ночь к Долгунцам и обратно офигеешь, даже если налегке и уметь правильно по лесу ходить. Ди, знаешь — я могла бы еще послушать. Тут такое дело, что мое чутье там, по полям, работало всего на одну милю, а здесь, в лесу, потянет на все шесть. Мы идем следом жрицы, но рассчитываем все же на то, что это она пошла в гости к своей "подруге". Но что, если "подруга" после ночного происшествия решила свалить вообще с концами и обратно к своей лежке не пошла? Тогда мы, может, не на бой идем, а просто спасать заплутавшую сестру, которая неизвестно в каком состоянии находится? Если сейчас ничего не обнаружу — наверное, уже можно не беречься для боя, мне кажется...
Лотта, попившая и присевшая на щит Мелисандры, скривила разочарованную гримасу — предположение следопытки ей явно не нравится и настрой подраться, несмотря на гудящие ноги, никуда не делся.
|
|
111 |
|
|
|
|
Преодолевать большие расстояния с тяжелым снаряжением требовали от сестер не только хорошей физической формы (не обязательно грубой силы), но и определенной сноровки. Размерить свои силы, чтобы сразу не выдохнуться и преодолеть максимальное расстояние за оптимальное время. Был и еще один нюанс, который, как показалось Дианте мешал Лотте. Подогнанное снаряжение. Доспехи храмовницы и ножны с мечом были сделаны с учетом мерок аэлиситки, по этому вес тяжелого меча и доспехов неплохо распределялся по всему телу и не нагружал какую-то отдельную часть Дианты, перекашивая ее на одно плечо. А вот тяжелый щит Мэл и сама дубина Лотты создавали неравномерное напряжение и утомляли. Кроме того ремонтница не умолкая что-то рассказывала всю дорогу. Дианта и сама была не против поддержать диалог, и немного пожаловаться на несбывшиеся планы, но не забывала о контроле дыхания, в отличие от Лотты…
…не удивительно, что вскоре она начала выдыхаться, говорила все меньше, а потом и вовсе замолчала. А еще через несколько десятков минут было все же решено сделать привал. Пока ремонтница утоляла жажду, Дианта плеснула себе водой в лицо, дабы освежится, а потом какое-то время смотрела в отражение на водной глади, слушая сестер.
— Нет, побереги силы. — отрицательно покачала головой храмовница на предложение Габриэлы и приняв бурдюк сделала несколько глотков холодной воды. С этим стоило быть поосторожней - простудиться можно было очень легко — Не хочется полагаться на «если» и в случае встречи быть с большим запасом возможностей. И если тут лютоволки водятся… ведьма смогла заколдовать бедного Эклерчика, что помешает ей призвать для охраны логова этих тварей? Вопрос риторический. Так… — Дианта критически осмотрела сидящую на щите Лотту — Лучше контролируй дыхание, даже когда говоришь. Так медленней выдохнешься. Можешь про себя считать по началу - так проще. Ладно, пару минут еще посидим и идем дальше!
|
|
112 |
|
|
|
|
Габи хотела было что-то еще возразить, но решила не пререкаться со своей Старшей на виду у пусть не посторонней после часов пути, но все-таки гражданской сестры.
— Ладно. Это, по сути, ничего не меняет, след у нас по-прежнему имеется, а по следу можно дальше работать... Двинем дальше тогда.
Сконфуженная Лотта тем временем попыталась объясниться:
— Да я понимаю это все, сама девок учила, как дыхалку правильно беречь, чутка только не подрассчитала, но все равно спасибо, Старшая, — посреди фразы она соображает, что начала тараторить, а это для дыхания весьма неполезно, так что обрывается, пытаясь и в самом деле по совету Дианты задать своему телу правильный ритм. В общем, снова встали на след и двинулись дальше по сломанным веточкам и прочим недвусмысленным подсказкам навстречу неизвестности. И так шли еще минут двадцать, пока ведущая группу Габриэла не вскинула нервно руку в знакомом каждой воительнице Купола жесте.
— А теперь тихо, — шипит она, чуть подавшись вперед и правой рукой проходясь оперению стрел в колчане. — Впереди кто-то есть. Я вперед, а вы замерли обе пока.
Не дожидаясь даже реакции своей "Старшей", она облизывает тыльную сторону ладони, вскидывает ее вверх, проверяя направление ветра, и трогается вперед, не спрашивая добра у Дианты. Есть такая черта у следопыток Старой Крепости — в том, что касается вождения группы в незнакомой дикой местности и проверки опасностей на пути, они считают себя самыми главными безотносительно формальной начальственной иерархии. Тормозить ее сейчас было бесполезно — командовать и принимать решения Дианта будет потом, после того как ее невеста разведает обстановку впереди. Обернувшись и встретившись взглядом с Лоттой, храмовница замечает, что та практически перестала дышать, тоже проникнувшись настроением момента. Потянулись мучительно-долгие минуты молчаливого ожидания, пока, наконец, Габи не появилась со стороны, противоположной той, куда она, собственно, уходила. И вид у нее был весьма, скажем прямо... впечатленный.
— Так, там дальше спуск под горку довольно крутой, и небольшая прогалина у склона, — начинает она. — Ноэми там. Ну, я ее лично в лицо не знаю, но вряд ли это какая-то другая аэлиситка умудрилась сюда забраться. И еще там с ней трое кабанчиков — целое семейство, хоть, слава Богиням, не лютоволки. И ведьма эта... она там тоже. Ди, это точно не человек. Я даже не знаю, что она такое. Я бы тебя могла, пожалуй, провести туда, откуда их хорошо видно и слышно, вот только чешуя твоя... Можем спалиться, сама понимаешь. А с кабанами как зацепимся — эти двое точно убежать успеют. Что делать будем?
— А мне куда в засаду становиться? — хриплым шепотом спрашивает Лотта, и Габи вздыхает, осматривая ее. Громоздкая стеганка ремонтницы, как выяснилось за время пути сюда, тоже изрядно шуршит и может выдать при скрытном перемещении.
|
|
113 |
|