[D&D 5] Карпаччо из Дракона | ходы игроков | 🏛️ ИНФОРМАТОРИЙ

По преданию, Квинотария — это место, где много веков назад мифическое чудовище по имени Квинотавр вышло из моря и возлегло с супругой короля Клодиона из Загорья. Нынешние правители Квинотарии считают себя их потомками.

Побережье и долины региона усеяны древними руинами неизвестного происхождения — они напоминают циклопические постройки, встречающиеся южнее, вдоль Сапожка. Самые тревожные слухи касаются дракиан, уродливых человекоподобных существ с чертами амфибий, якобы обитающих вдоль побережья; горгон — неестественных созданий, потомков Квинотавра; и Меток – зловещих телесных мутаций, которые, по слухам, поражают некоторых местных жителей, наделяя их невообразимыми сверхъестественными силами. Хотя и не будучи столицей Квинотарии, её важнейшим городом считается Лунгарива, управляемая чрезвычайно богатым торговым сословием.

НА КРЫЛЬЯХ ГРИФОНА
Этот некогда процветавший прибрежный регион с древней историей ныне выглядит как суровая, дикая и во многом заброшенная земля, с редкими дорогами и немногочисленными торговыми центрами, окружёнными изрезанным побережьем, крутыми горами и тёмными, опасными лесами.

Из четырёх провинций Квинотарии самая северо-западная — Морская Марка. Она опоясывает Бездонный залив чередой деревень, сторожевых башен, крепостей и маяков, разбросанных по скалам, мысам и островкам. Все эти сооружения были возведены для защиты от морских набегов. Местное население замкнуто, привязано к тайным традициям и архаичным верованиям рыбаков и мореплавателей. Часто сведённые до положения рабов или дешёвой рабочей силы во флотах Ветеры и Лунгаривы, эти люди продолжают жить в прибрежных деревнях, пещерах, на островах и в уединённых долинах. В регионе также встречаются еретики и язычники, поклоняющиеся Отцу Глубин и его потомству — зловещим драконинам, местным сильванам с чертами амфибий. Город Ветера, расположенный на южной оконечности залива, считается главным центром провинции и исторической столицей региона.

К юго-западу от Морской Марки лежит провинция Вестрия — центр морской торговли, управляемый более молодым городом Лунгарива, одним из богатейших в Королевстве.

К востоку от Вестрии и Морской Марки находится Острия — внутренняя (не граничащая с морем) провинция, пересечённая дорогами и перевалами, ведущими в соседний регион Фалькамонте. Здесь расположены такие переходы, как Седло — точка, где сходятся Венечные горы и хребет Титана, — а также опасный Бирюзовый перевал. Эти земли усеяны замками, бандитскими логовами и крепостями, принадлежащими младшим ветвям знатных домов, родственных Лунгариве и восточным регионам.

Наконец, на юге, между высокими мрачными горами и течением реки Верна, лежит Порченная Марка, также известная как Старые Кочки. Это край холмов, оврагов и гор, населённый преимущественно шахтёрами, плавильщиками, охотниками, меховщиками и кожевенниками. Она считается самой дикой и малонаселённой частью Квинотарии. Железные и серебряные рудники, расположенные в этих горах, представляют собой ключевой ресурс региона и единственную причину присутствия здесь военного гарнизона, финансируемого торговыми принцами Ветеры. Суровый барон Роджерио по прозвищу Чёрный Пёс кулаком в латной рукавице защищает эти земли от мародёров и кондотьеров из Пьянаверны и Торриджаны. Он же управляет каторгой Дыр — одной из самых страшных тюрем Королевства.

ЛУНГАРИВА — ГОРОД МОРЯКОВ И ОТЕЛЬЕРОВ
Открытый для торгов с далёким западом, порт Лунгарива вовлечён в постоянное морское и политическое взаимодействие с Франджией, Мортекарло, Марсиной и Гибралкандой. Благодаря стратегической важности порта главные инвесторы — выходцы из старой Ветеры — сумели основать в городе успешные сети альберго: заведений, одновременно исполняющих функции гостиниц, таверн, борделей, лавок и обменных пунктов.

Со временем лицензии на открытие альберго стали строго лимитированными и превратились в ценнейшую привилегию. Владельцы таких заведений — отельеры — скупили все помещения в Лунгариве, превратив их в финансовую империю и образовав правящий класс, не имеющий себе равных в Королевстве. Современных отельеров Лунгаривы называют «Маньифичи» — Великолепные. Они фактически управляют городом и его коммерческой жизнью.

Время от времени они даже назначают герцогов, ответственных за порядок и военные дела. По традиции даже фамильные замки используются как альберго — правда, самые роскошные из них открыты исключительно для иностранных принцев и богатых заморских купцов. Благодаря Маньифичи и управлению нынешнего герцога Иорио Дзани, лунгаривские банки и флоты под гербом Грифона считаются самыми влиятельными на западных морях. Они привозят в город всевозможные роскошные товары: оружие из Империи Альтомагна, янтарь и меха из Бригантии, пряности из Сидонии и ароматические масла из Дзагары. Всё, что можно легально купить, продаётся на живописной Виа делла Рипа. А всё остальное — в тёмных, уединённых переулках за портом (а также, весьма часто, из-под прилавков лавок в альберго).

Несмотря на постоянные беспорядки в регионе и конфликты между отельерами, Лунгарива не была захвачена ни разу за тысячу лет. Город защищают неприступные стены и отряды хорошо обученных, щедро оплачиваемых арбалетчиков и копейщиков.

Знатные семьи, украшающие Старый Город всё более роскошными альберго, плетут замысловатые интриги, в то время как из Лунгаривы постоянно отправляются и возвращаются экспедиции — торговые, исследовательские, авантюрные. В этот плавильный котёл людей самых разных народов стремятся попасть канальи, мечтающие о выгодных контрактах.

Наоборот, улицы и доки Ветеры, где надзор почти отсутствует и всегда можно наняться на судно без лишних вопросов, давно стали пристанищем для беглецов, дезертиров и преступников. Атмосфера безнаказанности и туманной свободы притягивает сюда поэтов, певцов, художников — всех, кого очаровывают меланхолия и соблазны ночной жизни. Здесь каналья может сесть на корабль, чтобы исчезнуть без следа, или наоборот — вернуться и сдать Подонка городской страже. Внутренние районы региона служат удобным местом сбора для шаек, банд и компаний: здесь сходятся и верные Королю Монет, и частные армии баронов и дворян из Фалькамонте, жаждущие с ними расправы.

Какими бы ни были склонности или принадлежность каналий, Фалькамонте и Острия всегда найдут повод для драки. Даже каторга Дыр в Порченной Марке считается любимым местом для бравых авантюристов: устроить побег — или помочь кому-то выбраться — может стать началом многих приключений.

Наконец, в самой Квинотарии никогда не иссякает поток возможностей для охотников за древними знаниями и зловещими артефактами. Пещеры и родовые руины, усеянные по всей земле, до сих пор хранят ужасные, неразгаданные тайны, которые ждут своего часа.

Земли Фалькамонте суровы и дики, с редкими проблесками плодородия и богатства. Столицей региона является Тауринга, где не раз располагалась королевская резиденция. По этой причине город и его окрестности буквально кишат землевладельцами и знатью всех видов, рангов и мастей: обедневшими рыцарскими родами, храбрыми кадетами, полными идеализма, мечниками в поисках вербовки, богатыми виноделами, придворными интриганами и декадентской аристократией. Каждый лес и клочок ничейной земли кишат разбойниками и мародёрами, ворами и лихими парнями, стремящимися вернуть бедным (включая самих себя) то, что было отнято у них баронами и принцами крови. И, наконец, настоящая напасть региона — гобболины. Они прячутся в расщелинах и пещерах у подножия гор, нападая на всякого, кто окажется в пределах досягаемости.

НА КРЫЛЬЯХ ФАЗАНА
«Лживая и учтивая» Тауринга лежит в самом сердце Фалькамонте, раскинувшись на берегах реки Фосса (непригодной для судоходства в этих местах) и окружённая заснеженными вершинами северных гор, где особенно сильны позиции гобболинов. Богатая древними артефактами, чудодейственными реликвиями и мощами святых, сокрытыми в княжеских дворцах или же распродаваемых на просторных площадях, столица выглядит обманчиво тихой и сонной. С аристократическим презрением она взирает и на мрачную Квинотарию к западу, и на трудолюбивую Галаверну к востоку. Дворянство обитает в особняках в центре, а богатые купцы — в виллах на холмах южнее реки. В старых кварталах города расположен Двор Чудес, которым правит Король-в-Лохмотьях.

Власть Тауринги непрочная и почти не выходит за пределы города. Регион раздроблен на цитадели, сеньории, независимые поместья и торговые города. К югу холмы спускаются в засушливую местность, изрезанную виноградниками, с типично крестьянским укладом, местечковыми склоками и дикой фееричностью. Вино — это золото здешних земель, вырванных у леса трудом человеческих рук. Местные жители печальны и подозрительны, неохотно платят налоги и страдают (или, в зависимости от взгляда, благословлены) от разбоя. Провинциальные дворяне сидят на своих сундуках с родовыми богатствами в каменных замках на вершинах холмов, а Маски — ведьмы, чародейки и колдуньи — бродят по полям и пляшут при лунном свете вокруг древних таинственных мегалитов, схожих с теми, что есть в Квинотарии. В пугающем и совершенном слиянии обоих миров владеет своими землями мрачный граф Нотте — одновременно и Маска, и дворянин, и мужчина и женщина.

Перевал Виконта — главный торговый путь между Фалькамонте и Квинотарией: узкий проход, пролёгший через расколотую надвое вершину горы Менардо, части хребта, разделяющего два региона. Никто точно не знает, что вызвало гигантский разлом. Моряки из Квинотарии утверждают, что скалу одним ударом рассёк пират Моргант Ферраутто, чтобы пройти на север. Однако в Фалькамонте говорят, что это было дело одного из древних тарасков, живущих в горах Венца. Замок Альбатерры, принадлежавший местным лордам, лежит в руинах у подножия двух пиков, а контроль над перевалом теперь почти полностью в руках вечно враждующих кузенов: Рондоваско на юге и делла Джилульфа на севере.

БРАТЬЯ, МОРГАНТЫ И СИЛЬВАНЫ
По старинной традиции Фалькамонте, самые крупные, богатые и известные виноградники принадлежат монастырям, где благочестивые монахи проводят время, размышляя о вечном, выдерживая крепкие красные вина и перегоняя благородные спирты. Формально они платят дань дворянству и подчиняются его власти, но фактически являются автономными землями — и отличными убежищами для искателей приключений, которым нужно затаиться, когда земля под ногами начинает дрожать.

В горах Венца, охватывающих регион с севера, обитают многочисленные общины моргантов и сильванов, которые время от времени совершают набеги на поля и виноградники. С гобболинами у них давняя и кровавая вражда. Существует распространённое, но оскорбительное предубеждение, что все морганты происходят из Дзеппы (пограничного города на границе между Королевством и Загорьем) и поэтому не отличаются умом. Такое утверждение гарантированно вызывает гнев как у жителей Дзеппы, так и у самих моргантов.

МАСКИ, НАЁМНИКИ, ТОРГОВЦЫ И ВОРЫ
Говорят, что единственный бог фалькамонтцев — это Титул: чины, синекуры, рекомендательные грамоты, дворянские прозвища, охранные грамоты, лицензии и всякие прочие привилегии. Вся извращённая местная бюрократия и общественные отношения завязаны на титулы, спускаемые сверху вниз. Фалькамонтцев они всегда интересуют, их всегда недостаточно, и почти всегда они у других.

Регион славится древними традициями земледелия и ремесла: плотники, торговцы и виноделы являются солью этой земли. Но каждый трудяга подчиняется бесконечной цепочке юрисдикций, лож, гильдий, разрешений, иерархий и преференций. Две крупные наёмные компании — Котопарды, возглавляемая котеней Леонидой Ла Фьера Белла (Яростная Красотка), и Братство Сострадания, управляемое Орденом Братьев-Бойцов (монахов, поднаторевших в рукопашном бою) со штаб-квартирой в Альферии — всегда нуждаются в надёжных клинках. Многие мошенники и солдаты удачи, числящиеся в этих отрядах, — потомки разорившейся знати, ищущие жалование, чтобы оплатить семейные долги.

Таурингу считают городом призраков. Ночами под её аркадами и у кладбищ бродят голодные духи и кровожадные ламии, поджидая добычу в заброшенных особняках знати. В районе Две Курицы, старом квартале, некромант Бонелло держит собственный двор приближённых демонов и химер, открыто бросая вызов Королю-в-Лохмотьях. А в заброшенном дворце Барракка, по слухам, обитает прекрасная ликом (хотя и неестественно бледная), вечно молодая синьорина, которая никогда не спит и абсолютно не стареет. В сельской местности Маски, которых уважают и боятся, охотятся на путешественников.

Древняя патина цивилизации Фалькамонте часто скрывает за собой жестокость и непримиримость. Конфликты, начинавшиеся с пустяков, тянутся сквозь поколения, и улицы насыщаются кровью, проливаемой поколениями. В Альферии Палио зачастую служит поводом выместить десятилетние обиды (Палио – светское, местечковое состязание, часто с историческими костюмами, ставками, драками и подкупами; распространено по всему Королевству, но в Альферии, как видно, имеет особый подтекст).

Истощённые алчностью местного дворянства, страдая от регулярных грабительских набегов гобболинов, диких племён моргантов и сильванов, лишённые покоя из-за Маск и призраков, многие фалькамонтцы ищут эфемерного возмездия, вступая на путь разбоя. Жизнь дилижансного грабителя или паломника-разбойника насыщенна, захватывающа и дика — но обычно очень коротка. В Фалькамонте нет ни одной виллы или города, где не росло бы своё Висельное Дерево, всегда отягчённое мрачными плодами.

Из своего подземного дворца в горах к северу от Тауринги правит королева гобболинов, столь же прекрасная, сколь отвратительны её подданные. Чарующая и жестокая, она владеет несметными сокровищами, но её сердце, по слухам, никогда не знало любви. Некоторые уверены, что она — Адель делле Аше, пропавшая в детстве дочь знатного рода из Тауринги, похищенная и воспитанная гобболинами как одна из них. Семья якобы до сих пор назначает щедрую награду за любые вести о ней.

Среди всех маркизов и принцев региона именно граф Нотте чаще других обращается к уличным канальям с деликатными поручениями: взыскать налоги с буйных арендаторов, вернуть молодую горничную, сбежавшую из Кастеллетто с наволочкой, набитой драгоценностями, или выяснить, что происходит в Пьетрафитте с Масками и как связана с этим королева гобболинов.

Палио в Альферии проводится после сбора урожая и становится поводом для торговли, пьянства, ставок и насилия. Семь кварталов Альферии — Торре, Сан-Рибальдо, Дуэ-Скуди, Карретта, Тинелла, Моффетта и Кампана — воюют друг с другом в кабаках и переулках, и всегда рады новым бойцам под своими знаменами.

В то время как Фалькамонте остаётся оплотом древней, но обедневшей аристократии, соседняя Галаверна представляет собой землю торговцев, ростовщиков, предпринимателей и вольных компаний. Здесь всё имеет свою цену, чести не существует, а прибылью и интересом движется не только жизнь в городах, но и обыденность деревень и сельской глуши. Золотые монеты текут тут рекой, а соперничество между местными родами изобилует. Великие дома Галаверны с мрачным недоверием взирают друг на друга с зубчатых стен башен, в то время как их искусные и алчные наёмные армии продаются тем, кто предложит больше, меняя сторону чаще, чем другие меняют нижнее бельё. Регион славится своими многочисленными мастерскими, мануфактурами и ремесленниками, а также алхимией, пиротехникой, часовым делом и жеманными манерами местных дам. Здесь скоморошьи труппы, шарманщики, музыканты и мошенники собирают толпы на площадях и во дворах, а колдуны, шарлатаны, заклинатели, целители и гвискарды зарабатывают на жизнь как театральные актёры, певчие колдуны или, напротив, настоящие знатоки тайных искусств.

НА КРЫЛЬЯХ ФАЛЛОМОРФА
Большой регион Галаверна предлагает панорамы редкостного разнообразия. Южную его половину занимает Языческая равнина — знойная летом, промозглая и холодная зимой, вечно окутанная знаменитым густым туманом, о котором слагаются бесчисленные легенды. Изобилие воды в этой широкой и плоской котловине создаёт нездоровые болотистые зоны, но также и участки плодородной сельскохозяйственной земли, орошаемой сложными системами шлюзов, канав и искусственных каналов. Эти участки постоянно подвергаются набегам гобболинов, сильванов, язычников, преступников и безработных наёмников. Несмотря на это — и несмотря на то, что местные лорды не прочь урвать своё через стычки и набеги на соседние территории — нельзя отрицать, что немногие другие регионы Королевства могут похвастаться столь богатым урожаем овощей, бобовых, ржи, ячменя, овса, проса и прочих злаков, включая завезённый по Вечернему пути рис, без которого не приготовить ризотто. В холодную пору года пологие поля затапливаются изобретательной системой заливных лугов, что повышает плодородие почв и наполняет карманы местных землевладельцев и предпринимателей — по крайней мере, до тех пор, пока не появится очередной величественный сборщик налогов или вооружённая шайка вымогателей. Народная мудрость гласит, что такие бедствия, как правило, случаются именно тогда, когда дела, наконец, идут в гору, и всегда предваряются жалобной песнью фалломорфа — местной разновидности одомашненной птицы.

Двигаясь на север, пейзаж радикально меняется. От низин с озёрами и холмами долины вокруг водоёмов становятся уже и круче, порой превращаясь в отвесные каменные стены, а более суровая почва покрыта густыми хвойными лесами. Тропы, ведущие к перевалам на границе, представляют собой непроходимые узкие маршруты для мулов, усеянные деревушками угольщиков и изолированных общин, которым угрожает неумолимое наступление ледников. Множество легенд ходит о заснеженных вершинах так называемых Еретических Альп, недра которых скрывают богатые жилы железа, олова, свинца и серебра.

Экономическое процветание Галаверны тесно связано с её обилием водных ресурсов: ледниковые реки, стекающие с Большого Хребта, образуют судоходные бассейны и ручьи, изобилующие рыбой, пресноводными креветками и речными пиратами. На равнине имеются полноценные водные каналы, вдоль которых бесчисленные водяные колёса, большие и малые, приводят в движение кузницы, мельницы, валяльные фабрики и изобретательские лаборатории всех мастей.

В этой земле, столь щедро наделённой водными путями, знаменитый Леннардо да Згвинчи из Торриджаны недавно завершил чертежи грандиозных гидравлических мильянтов — механических, пружинных конструктов, перезаряжаемых мельничными колёсами, установленными у них на спине.

ЗМИЙ И ОЗЕРО
Во времена Тысячелетней войны Галаверна превратилась в сплетение городов и властителей, беспрестанно воевавших друг с другом. Одно из самых яростных и кровавых соперничеств развернулось между могущественным городом Брешамо, Львицей Языческой Равнины, уступающим по богатству и высокомерию разве что Тарантазии, и неприступным городом-крепостью Бергаша, что стережёт устья своих драгоценных долин, славящихся овечьей шерстью. Даже скромные соседние деревни, вроде Порка и Плетти, разделённые всего лишь милей вдоль течения реки Елдичче, подвержены провинциальному соперничеству и стычкам.

Конфликты здесь часты, кровавы, кратки и зачастую бессмысленны. Причины — банальны, результаты — бесплодны. Как правило, они происходят между сезонами сельскохозяйственных работ и торговли, чтобы не отвлекаться от «настоящих дел».

Особенностью местного менталитета является демонстративная соревновательная роскошь, особенно среди баронов. Есть, конечно, и исключения, но в лучших дворянских ложах принято влезать в долги у ростовщиков Лунгаривы или Фалькамонте, чтобы купить патрицианскую виллу на берегу озера, обедать в тавернах «Харконе и Слизини» и «От Гуальтьеро Маркизи», или же щеголять в нарядах, сшитых знаменитейшими портными: Мешкино, Вертухаче и Горче и Оманна.

Наиболее экстравагантные излишества, однако, сосредоточены в Тарантазии — столице Галаверны, её финансовом сердце и предпринимательском двигателе всего Королевства. За последние годы неуклонно растущее богатство этого города усилило внутренние противоречия между десятками знатных домов, ныне объединённых в две большие фракции: одну возглавляет древняя семья дель Торрионе, другую — разгульный род Дусконти.

Но, как слишком хорошо знает простонародье Тарантазии, настоящая власть в городе принадлежит не им. Истинным повелителем считается Вождь Вождей — дракон, который, по легенде, скрывается под фундаментами города и с незапамятных времён управляет всей торговлей.

Говорят, что сосновые леса и крутые осыпи Еретических Альп кишат фейскими созданиями, сильванами-великанами и странными существами из Загорья, которые время от времени угрожают путникам и торговцам, пересекающим перевалы. Однако учёные из университетского города Павида не придают этим слухам особого значения и куда больше интересуются монументальными руинами древних гробниц, разбросанными среди снега и еловых игл — реликтами давно забытых эпох.

Будь то исследование руин, сопровождение алчных сборщиков налогов, служба в качестве солдат удачи или обеспечение безопасности окрестностей и горных перевалов, в Галаверне работы всегда больше, чем успеет выполнить один человек. И покровители наёмных компаний, как правило, не возражают против найма самых разных странных существ, ренегатов, еретиков и язычников — пока дело сделано качественно. Галаверна действительно является идеальным регионом для мошенников, банд и отрядов из Загорья, Альтомагны и прочих северных краёв, а также для представителей иных рас, особых существ и представителей необычных профессий.

Если одна из двух благородных фракций Тарантазии одержит верх над другой и установит гегемонию над регионом, все дворяне и наёмники округа смогут объединиться под знаменем Змия — и в тот момент ни один другой домен в Королевстве не сможет считать себя в безопасности. Эта перспектива лишает сна дальновидных патрициев Вортиги и, возможно, объясняет растущее число шпионов, маскирующихся под актёров бродячих трупп и разгуливающих по дворам Галаверны, задавая вопросы владельцам таверн и борделей.

Вероятно, самый обширный регион Королевства, Вортигана целиком находится под властью могущественного торгового города Вортиги, названного так из-за водоворотов (vortici) и течений, баламутящих его воды. Управляемая мрачным советом богатых магнатов, Вортига славится своими масками, интригами и карнавалом. Длинные руки её влияния тянутся по обширной акватории Мрачного моря до самой Сидонии, включая островные Каллисту и Тазиннанту. Этому торговому богатству, откуда десятки тысяч золотых ежегодно поступают в казну Великого Совета, противостоят постоянные набеги пиратов и корсаров на торговые пути; соперничество с варварами и беженцами из Тергесты – охваченного хаосом города-государства восточнее границ Королевства; присутствие воров, убийц, одарённых и нищих на её улицах; и нашествие бандитов, язычников, еретиков, бенандантов и суеверий в её обширных внутренних землях. Материковые владения служат также перевалочным пунктом для беглых банд, мародёров, дезертиров, шпионов, смутьянов и расформированных армий из Альтомагны, а также родиной для многих таинственных и необычных существ — сильванов, фанов, моргантов и магических тварей с севера.

НА КРЫЛЬЯХ ГОЛУБКИ
Вортигана охватывает обширную территорию на северо-востоке Королевства Наград, обрамлённую на севере и востоке холодными горами Венца, отделяющими её от империи Альтомагны, а на юге — Бледными горами, защищающими от беспокойной Тергесты, от парадоксальных магов Тессаратто и от воинственных принцев Истрании. На западе озеро Гуардия и река, истекающая из него, служат естественной границей с соседней Галаверной, тогда как великая река Фосса отделяет этот регион от укутанной туманами Пьянаверны.

Ни один другой уголок Королевства не отличается таким ландшафтным разнообразием: от болотистых и зловонных устьев Фоссы до мрачных прибрежных лагун Мрачного моря, от бурлящих вод залива Вортиги — до туманных пустошей Языческой равнины, от снежных вершин Венечных гор — до покрытых рощами и перелесками холмов Ауроны и диких густых лесов у озера Гуардия. А также, разумеется, многочисленных морских владений Вортиги — подлинной империи, охватывающей большую часть восточного побережья Срединного моря.

Хотя богатство Вортиги в первую очередь морское, внутренние земли региона служат её вотчиной, используемой для поставок рабочей силы, древесины, полезных ископаемых и продовольствия. Эти территории воспринимаются как ресурс, который нужно доить ради флота и морского господства, а также для защиты от сухопутных угроз. Оттого не редкость здесь замки и крепости на холмах (особенно в окрестностях Ауроны и на границе с Галаверной), военные цитадели, управляемые командирами и констеблями, сельскохозяйственные и ремесленные деревни, верные Великому Совету, от которого все они получают защиту и распоряжения.

Крупнейшие города:
Аурона — зачарованное место, часто посещаемое таинственными фанесами, фейскими обитателями Бледных гор;
Патавия — оживлённый город искусства с известнейшим университетским колледжем региона;
Перденца — родина странных, но знаменитых кулинарных традиций (вроде «сома по-пердентски», который, по иронии, вовсе не из рыбы);
Тарвигия — с виноградниками Винсекко, вина которого ценятся дворами всего Королевства, и речным портом Наония.

Юго-восточные рубежи охраняет крепость Аквилегия — «Цитадель на пограничных землях», как её называют старики, — заслон от истранских воинственных князей, варваров Тергесты и парадоксальных магов Тессаратто.

Остальные поселения — это деревни, разбросанные среди полей, лесов и гор, населённые упрямыми и независимыми жителями, зачастую едва ли осознающими, что находятся под властью Вортиги.

Побережье напрямую подчинено торговому городу, который основал вдоль него порты, а также небольшие фермерские и торговые поселения в близлежащем тылу. По мере приближения к широкому устью реки Фосса берег становится всё более размытым, заболоченным и лагунообразным, непригодным для стоянки: выходы к морю представляют собой лишь бесконечную череду зловонных и нездоровых топей, кишащих смертоносными и отвратительными тварями из близлежащей стены Фумареи — смертельно опасного ядовитого колдовского тумана, который, в зависимости от ветра или иных явлений, часто наползает на эти земли, а временами бывает виден даже с причалов Вортиги.

ВОРТИГАНСКИЕ СИЛЬВАНЫ, МОРГАНТЫ И МАРИОНЕТКИ
Помимо южных долин, побережий и холмов, большая часть региона раскинулась у подножия Венечных гор и включает в себя бескрайние леса, долины и горные хребты, которые от Ауроны и далее на север изобилуют величественно дикими и ледяными пейзажами. Лишь номинально подчиняясь Вортиге, эти земли населены древними народами с чуждыми языками и обычаями, никогда не покорёнными и яростно независимыми. Здесь обитают сильваны, отшельники, великаны и множество других легендарных созданий. Эти опасные области не признают никаких законов, кроме собственных, и порой становятся путём для бандитов, бегущих из Альтомагны или в неё, а также для тех, кого золото или голод свели с ума — или сделали достаточно отчаянными, чтобы бросить вызов этим отдалённым и беспощадным краям.

Неудивительно, что именно эти земли являются домом для крупнейшей популяции сильванов во всём Королевстве Наград. Разделённые на бесчисленные племена, часто враждующие между собой, сильваны чрезвычайно широко распространены в лесах и долинах всего горного массива региона.

Горные районы и небольшие поселения служат родиной для многих семей моргантов — более высоких и светлокожих по сравнению с их южными сородичами.

Что касается марионеттов, то из Вортиганы происходят два их вида. Первые — это «мецци маринаи» («полу-матросы»), изготовленные особенными мастерами. Их сердцевина вырезается из бредодрева, а тела – из древесины, поднятой с морского дна на местах кораблекрушений и долго выдерживаемой в солёной воде. Благодаря этому каютные куклы с рождения обладают врождённым, глубинным пониманием моря и его тайн и часто служат матросами на кораблях Вортиги. Вторые — это «сантини» («святенчики»), священные марионетты, используемые в обрядах Кредо как живые образы святых. По слухам, многие из них действительно способны творить чудеса и почитаются как чудотворцы.

ВОРТИГА ЧЁРНАЯ
Жемчужина мрачной архитектуры, город Вортига возвышается прямо из моря — не на острове, а на скалах, отмелях и циклопических фундаментах. По городу передвигаются по каналам, мостам, галереям и узким улочкам-лабиринтам. Управляется он таинственной корпорацией торговцев — т. н. Великим Советом, чьи члены известны под прозвищами «Маски», «Десятка», «Отсутствующие» или «Самозванцы». Они правят из теней, опутывая регион паутинами долгов, обязанностей, шпионажа и заказных убийств. Власть Совета незыблема, контроль повсеместен. Без официального разрешения сюда не войдёт ни одна компания, а не подчинившиеся законам банды и шайки не задерживаются в живых надолго.

Вортигана — плохое место для разбойников, но отличное для тех, кто ищет официальную работу по найму от теневых торговых домов. Это может быть устранение конкурента, расчистка маршрута, подъём затонувших сокровищ или бой с тергестскими пиратами — город предлагает множество таких «вакансий»... но не забывай: наступив на пятки Совету Масок, можно закончить с кинжалом в спине в ближайшем канале.

Тем не менее, уехав в Аурону, к берегам Фоссы или на северные земли, пронырливые могут найти работу, связанную с исследованием диких территорий и поиском сокровищ — в заброшенных замках, в горных пещерах, на дне туманных озёр. Здесь опасность исходит не от стражи и не от наёмных убийц, а от чудовищ, что жили тут задолго до людей.

Пьянаверна простирается к югу от Вортиганы, Фалькамонте и Галаверны, и формально управляется Великим Советом последней. Это туманная и безлюдная земля, пересекаемая крупнейшей рекой Королевства — Фоссой — и её многочисленными притоками. Болотистая, зловонная, кишащая негодяями, бандитами и беглецами, Пьянаверна усеяна крошечными деревушками и несколькими более значительными поселениями, в которых толпятся десятки наёмных компаний и малочисленные армии удачи. Это также земля древних легенд, запретного колдовства и очень старых существ: здесь укрываются ведьмы и речные чудовища, разыскиваемые преступники, малебранки и бавалиски. Часть региона занимает Языческая Долина — нейтральные земли, где проживает одно из крупнейших объединений языческих племён в Королевстве. Этот край часто посещают отшельники, монахи, странствующие священники, проповедники и чудотворцы, стремящиеся принести Свет Святых язычникам, населяющим эти земли...

НА КРЫЛЬЯХ ФОЙОНКО
Граничит с Торриджаной, Фалькамонте, Галаверной и Пенумбрией. Вся территория к югу от реки Фосса — это земля, практически лишённая центральной власти и формально подчинённая лишь лордам Галаверны. Ландшафт — низменная заболоченная равнина, богатая реками, ручьями, лугами, источниками, прудами и болотами. Великая река Фосса и её основные притоки — Елдичче, Тести, Сиссина, Мандочче и Кулло — делят регион на неравномерные участки, покрытые пастбищами, затопленными низинами, туманными сельскими угодьями и фермами. Эти водные артерии — основное средство передвижения: путешествия по ним на баржах и лодках — самый быстрый и безопасный способ пересечь эту часть Королевства.

Широкая долина, открывающаяся к Истранскому морю, усеяна деревнями и поместьями, погружёнными в туман, большими и малыми усадьбами, укреплёнными фермерскими дворами и уединёнными монастырями. По берегам рек теснятся крестьянские общины, деревни и даже крупные цитадели, где законы сведены к минимуму. Среди разных народов, что собираются под этими редкими колокольнями (возведёнными чаще как ориентир для путников, блуждающих в тумане, чем как ритуальное сооружение), вспыхивают ссоры и войны, не менее яростные, чем конфликты лордов Галаверны. Разница лишь в том, что здесь вместо шпаг, сабель и дипломатии в ход идут богохульства, вилы, мотыги и серпы. Невысокие холмы, поросшие лесом, служат домом для кабанов, медведей и волков, а также разбойников, еретиков и отшельников. А долины заселены торговцами, беглецами и, прежде всего, языческими племенами.

Объединение кочевых, варварских, лесных и отверженных народов, живущих в дикой местности региона, дало имя, закрепившееся за всей областью: Языческая Долина. Климат здесь сырой круглый год: летом душно и часто идут дожди, зимой — бесконечная череда хмарей, осадков и туманов. Пологие холмы, тянущиеся на юг к горам Титана, отмечают конец равнины. Но за этими первыми хребтами резко обрываются и лесорубные поселения, и пастбища, и дороги. Верхняя граница региона упирается в жуткие северные склоны, погружённые в Фумарею – Туман Пенумбрии. Никто из местных не шатается там без нужды.

ВАРВАРЫ, ЯЗЫЧНИКИ И БАНДИТЫ
Несмотря на свою обширность и важность своих судоходных рек, Пьянаверна остаётся малонаселённым регионом. Немногие значимые поселения либо основаны на руинах древней драконийской цивилизации, либо возникли как торговые узлы и быстро разрослись благодаря своему положению вдоль Фоссы.

Бандиты, еретики и язычники процветают вдали от пашни и городских стен. «Король всех королей» язычников — Ардарико, болван без стратегического ума, но с грубой силой. За несколько лет он сумел собрать под своим началом настоящую федерацию общин, семейств и племён — как людских, так и сильванских и моргантских.

Не менее опасны и Разбойники Низины — сплочённая коалиция десятков банд под предводительством некоей Низзы, прозванной Королевой Пик. Эта моргантка известна своим малым ростом (менее семи футов), но значительной физической массой и военной хваткой. Их организация признана одной из самых грозных армий солдатов удачи во всём Королевстве.

Ещё одна угроза — герцогиня Спинелла Пикколедонна из Гнилогорья, действующая с замка в Торриджане. Она лично возглавляет набеги на южные земли Галаверны и Фалькамонте и всякий раз отступает в Торриджану при первых признаках сопротивления. Её соратницы — элитные наездницы, известные как Петлесечи: они регулярно спасают своих сестёр по оружию или простолюдинок от повешения.

Есть и Пассатори — контрабандная сеть, действующая вдоль рек. Они промышляют торговлей крадеными товарами, контрабандой и незаконными перевозками на всём севере Королевства.

КОММУНЫ, НАРОДНЫЕ ДОМА И ЗАМКИ
Хотя Пьянаверна известна разбойниками, здесь есть и примеры добродетельных, хорошо организованных городов. Королевой Фоссы считается Кьявика — город в месте слияния Фоссы и Елдичче, контролирующий всё речное движение. На западе возвышается замок Диронделло, родовое гнездо графов Диронделли. Основан он дедом по имени Диронделло Диронделли, а до недавней смерти управлялся его внуком Маркондиро Диронделли. Замок славится своим величием — его башни видны на многие мили. На равнинах и в холмах также разбросаны независимые анклавы земледельцев, лесорубов и ремесленников. Эти свободные общины управляются гильдиями и не терпят поборов. Защищают себя собственными стражами и собираются в больших Народных Домах, возвышающихся в деревенских центрах. На востоке, на возвышениях болотистой дельты Фоссы, находятся Семь Вольных Городов Затопья, вынужденные постоянно отражать угрозы — как со стороны Пенумбрии, так и со стороны рыцарей Вортиги.

Пока изолированные деревни нуждаются в защите от зверей, язычников и бандитов (и наоборот), крупные города заняты торговыми интригами, венчурными конфликтами и междоусобицами лордов. Особенно насыщен событиями регион Затопья — дельта Фоссы, полная древнего золота и опасных возможностей: от монстров из Тумана до хорошо организованных армий удачи.

И наконец, Пьянаверна буквально кишит чудовищами, ведьмами, еретиками и магическими тварями, прячущимися в фермерских лачугах, окутанных туманом деревнях, заброшенных кладбищах, гнилых речных развилках и трактирах на пустынных дорогах. Для тех, кто хочет укрыться от закона — болота Пьянаверны подарят тысячи щелей. Но туманы Языческой Долины скрывают такие древние и мрачные тайны, что рядом с ними тюрьмы Квинотарии покажутся курортом.

Эта часть Королевства окружена Фумареей: стеной убийственного тумана на суше и сернистой мглой над морем. Это ядовитое явление очерчивает границы Пенумбрии — самого мрачного региона Полуострова-Сапожка. Происхождение Фумареи, возможно, связано с оккультной враждой между заклинателями и суеверными, длящейся почти полтысячелетия, или же скрыто в самом сердце Пенумбрии и её невыразимых тайнах.

Зажатая между клинками наёмников и отверженных, голодными клыками чудовищной фауны, безудержной алчностью беззастенчивых синьорий и отсутствием централизованной власти, Пенумбрия страдает от крайней политической нестабильности. Власть над феодом делится между герцогами Кастель-Ноттурно и Куполой Кримини— коллегией донов семей города, каждая из которых контролирует отдельную преступную сферу и традиционно избирает семью Малавита в качестве крестных отцов.

Здесь сведение счетов между шайками, произвол Стражи и мошеннические проделки коррумпированных законников — повседневность. Для головорезов из предместий Орбино, Пертуджи и Кримини любой повод годится, чтобы развязать феодальную вендетту за площадь, пристань или перекрёсток. Торговля оружием остаётся самым популярным и прибыльным бизнесом. Каждая синьория Пенумбрии посвящена какому-либо святому, а пророчества воспринимаются как ставки. Вся экономика региона под контролем Куполы, чьи тёмные махинации простираются на каждый угол Королевства. Пенумбрийцы — народ жестокий, свирепый и подлый: бесконечные войны, кровавые распри, резни, преступления, болезни и чудовищности сделали эти края самыми смертоносными в Королевстве.

НА КРЫЛЬЯХ ВЕДЬМОРЛА
Пенумбрия — труднодоступный край с густой растительностью и вечными туманами, расположенный между Морем Монстров и суровыми хребтами Титанового Хребта — земля, лишённая святых и героев, пастбище для чудовищного зверья. Её климат сулит унылую осень и лютую зиму; весна сопровождается ливнями, а лето — короткое и знойное. От Орбино до степей Ромагмской Ривьеры преобладают бесплодные горы и низкие плато.

На севере реки Ардо («Жгучая») и Буйò («Мрачная») очерчивают природные границы леса Гуальтьери, охотничьих угодий герцогов Кастель-Ноттурно, рыцарей и капитанов в поколениях. Здесь они сливаются у Серного Моста, образуя Тенебро, реку, рассекающую регион надвое и впадающую в Кримини.

Запад Пенумбрии — череда мрачных долин и горных гряд, изрезанных гневным течением реки Бойя («Палач»), что несёт свои воды мимо замка Орбино и его фьефа, штаб-квартиры династии Трагеди.

На юг ведёт древняя Виа Каппиа («Дорога Виселиц») — главная артерия для товаров и людей, по которой беспрестанно движутся отряды наёмников в поисках работы. Утёсы и чащи на этой стороне служат прибежищем для бандитов и беглецов от правосудия, а также приманкой для искателей наград. Центры внимания здесь — житница Мальконвент и военный редут Карнайо («Бойня»), который граничит с лесом Гуальтьери.

Дальше — экстремальные просторы Языческой Равнины, упирающиеся в Фумарею; в Пенумбрии они превращаются в степные пустоши, усеянные древними руинами, ледяными ветрами и серными озёрами, где обитают вырожденные племена язычников — отребья.

Виа Каппиа продолжается по землям к востоку от Тенебро и уходит дальше на север, достигая холмистой деревни Буббонья, находящейся под властью Альберти, и теряется в развалинах и запустении.

Между возвышенностями и морем раскинулись Морасси — гнилые болота, кишащие малярией и монстрами. Здесь водятся многие из тех чудищ, что терзают регион, как и в землях отребья или на просторах Моря Монстров. Главный их центр — Феретро, зловещая гавань прорицателей, контрабандистов и болотных пиратов, более-менее справедливо управляемая младшей ветвью графов Делле Лапиди.

Порт Кримини, второй город Пенумбрии, но первый по размеру и финансовому значению, расположен в дельте Тенебро и является излюбленной остановкой купцов из Ромагмы и дерзких экипажей, бороздящих вулканические волны Моря Монстров. Управление городом находится в руках Куполы Кримини — коллегии, состоящей из главных донов городских семей, каждая из которых возглавляет определённый вид преступной деятельности; традиционно именно она выбирает Дом Малавита в качестве правящего клана. Урегулирование счётов между семьями, злоупотребления стражи и продажные местные полицейские — всё это постоянно стоит на повестке дня.

Южнее регион становится резко более диким. В непроходимых девственных лесах кишат дикие звери и дичь, привлекая матадоров со всех фьефов. Башнеподобный донжон Пертуджи, принадлежащий Гаучи — графам, управляющим от имени Гвальтьери южной Пенумбрией, городами Норджа и Габбио, а также суровым монастырём кающейся обители святого Конна, самой депрессивной тюрьмы Пенумбрии, нарушают лесное господство Сильватрокиуса.

Наконец, на северо-востоке, бухта Скотенна и её болотные трущобы кишат флотилиями мародёров, охотящихся на побережья Ромагмы.

ЗЕМЛЯ ГРАБИТЕЛЕЙ, ДРАКОНОВ И ГОЛОВОРЕЗОВ
И благодаря наёмникам и разбойникам, сверкающим клинками, и благодаря чудовищной фауне с оскаленными клыками, и благодаря изобилию беспринципных сеньоров, а также благодаря вакууму центральной власти — политическая структура региона крайне нестабильна. Шахматная доска альянсов и вассалитетов непрерывно перекраивается. Постоянные интриги, придворные заговоры и стычки ради экономической или территориальной экспансии приводят к бесконечной череде осад и разорительных битв. В предместьях Орбино, Пертуджи и Кримини любой предлог годится для того, чтобы шайки и банды головорезов развязали кровавую вражду за контроль над площадью, мостом, пирсом или перекрёстком. Хоть и непопулярная, военная карьера остаётся самой прибыльной: солдаты, сапёры, мародёры и брави соперничают за скудные ресурсы лордов, торговцев и простолюдинов.

Изобилие железных рудников и вековая традиция военного ремесла способствовали местному производству брони и оружия — куда более тяжёлых и продвинутых, чем в остальном Королевстве. Наёмные войска, служащие капитанам удачи, не признающим ни закона, ни веры, предлагают свою сталь тому феодалу, кто заплатит больше. По завершении кампании отряды устраиваются в горах или лагерями в зарослях вдоль Каппии, в поисках новых рекрутов и звонкой монеты, коротая время грабежами и расправами над беззащитными. Закованные с головы до ног в железо, прославленные драгуны Пенумбрии — машины резни, жестокие и беспощадные фаланги, желанные добавления в свои войска для всех лордов Королевства. Однако часто те боятся нанимать их, прекрасно зная, что, завершив поход, драгуны без колебаний обратят оружие против своих бывших нанимателей и разграбят их земли.

Также пенумбрийских брави и матадоров выглядят самыми умелыми и изощрёнными в своём мастерстве в глазах купцов и знатных особ Королевства: военные искусства, развитые в этих краях, обилие чудищ и уродов, на которых можно охотиться и которых можно покорять, закалили этих ветеранов, словно лучший булат.

Пока Закон и Справедливость скрылись и затаились где-то в диких чащах Пенумбрии, в их отсутствие шерифы и стражники, назначаемые герцогами и графами, следят за порядком в её округах и городах. Магистратура инквизиторов отвечает за предварительное расследование и окончательный приговор. Казни, служащие поводом для публичных сборищ, варьируются в зависимости от преступления: топор — за мирские преступления, виселица или костёр — за ереси.

Текущая валюта — байок, примерно соответствующий монете, используемой в остальном Королевстве.

Пенумбрия — самый жестокий и мрачный регион Королевства: считается, что само название «Королевство Наград» зародилось в её закоулках и тупиках. Вся территория Пенумбрии была опустошена веками насилия, бездарного правления и внутренних войн. Здесь действует закон сильнейшего, злейшего и хитрейшего. Пенумбрийцы прекрасно знают, что никому нельзя доверять — особенно стражам, священникам и властям — и что каждый сосед, родственник, коллега или подельник только и ждёт удобного случая, чтобы их надуть, перерезать им глотку и сбросить тело в канаву. Единственная иерархия или подобие порядка здесь — это власть самых могущественных и свирепых, правящих своими владениями, малыми и великими, как волк — стадом овец.

Выполнять работёнки в Пенумбрии — значит ввязываться в крайне опасные авантюры среди беспощадных и надменных аристократов, криминальных Донов, главарей банд и наёмных капитанов, привыкших к резне, а также полчищ убийц и головорезов, которые только и ждут повода прикончить всякого, кто к ним обратится. Местные законы тоже суровее: смертные казни и увечья — дело обыденное, а добродушные и приветливые обычаи остального Королевства здесь не действуют.

СТРАНА НЕ ДЛЯ МАРИОНЕТОВ
Хотя моргантов и малебранке в этих краях немного, эти «чудовища» нередко находят здесь способ выжить и даже преуспеть, выступая чемпионами в наёмных отрядах или прислуживая местным шайкам, где они учатся использовать свою исключительность, чтобы запугивать соратников и истреблять врагов своих капитанов. Ещё тяжелее приходится одарённым и марионеткам, представителям наиболее распространённых подрас, а также другим необычным существам сверхъестественного происхождения. Таких почти неизменно высмеивают и преследуют, а также используют на аренах или на городских площадях — ради зрелища, ради унижения.

Канальи, относящиеся к слишком броским расам или магическим классам — вроде чудотворцев или колдунов, — остерегаются пересекать Фумарею налегке: для них это особенно опасно. Лучшее решение в таких случаях — немедленно заручиться защитой какого-либо дона из местной клики, обеспечив себе статус «неприкасаемого» — по крайней мере, на публике. Альтернативой служит лишь одно: быть хуже самих пенумбрийцев. Эту теорию подтверждает зловещая и жуткая разновидность марионетов, происходящая из этих земель: гиньолы. Эти существа формируются, развиваясь внутри тела живого человека — до тех пор, пока не окажутся готовы вырваться наружу. Помимо ужасающего происхождения, гиньолы обладают врождённой тягой к мрачному и театральному и часто устраивают стационарные или бродячие представления, отличающиеся особенно кровавой жестокостью.

ФУМАРЕА
Высокая и мрачная стена Фумареи — постоянное явление в регионе и одна из его самых узнаваемых черт. Её видно из многих районов Пенумбрии. На первый взгляд это сероватое кольцо смертоносных испарений, которое опоясывает всю территорию и скрывает горизонт со всех сторон, изгибаясь вверх и образуя свод тумана, застилающий небо.

Что на самом деле произошло во время Тайной Войны и какое проклятие вызвало появление этого неестественного барьера — по сей день остаётся неизвестным. За пределами Пенумбрии наиболее удобной и распространённой версией считается, что это своего рода бастион заколдованного дыма, созданный, чтобы удержать опасный регион и сверхъестественного врага внутри и запереть зло в пределах его границ. Но многие считают это сказками, ведь многочисленные улики указывают на обратное. Например, то, что было известно о регионе до появления его нынешних границ, совершенно не соответствует реалиям современной Пенумбрии — и тому, что сами пенумбрийцы знают о своей земле.

На самом деле немногочисленные записи, сохранившиеся внутри фьефа, повествуют о тысячелетней истории, совершенно отличной от истории «чужаков»: для пенумбрийцев существует иное королевство, иной мир, иной космос. Если очертить границы Пенумбрии на карте, она оказывается куда обширнее изнутри, чем снаружи. Более того, внутри своих границ она, кажется, с каждым годом растёт, отгрызая куски от территорий, формально принадлежащих Сполетарии и Пьяверне, но отсутствующих на их географических картах...

Несмотря на мрачную тайну, окружающую это заколдованное покрывало, некоторые его особенности всё же были изучены и стали известны. Прежде всего, при пересечении Фумареа порой оказывается в несколько сотен шагов глубиной, а иногда — всего в пару, а то и больше мили. Хотя ни ветров, ни воздушных потоков в ней нет, она закручивается в неестественные завихрения и спирали. Её воздействие на тело и конечности тех, кто проходит сквозь неё без опытного проводника, не вызывает сомнений: даже те, кто пересёк её как можно быстрее, страдают от недомогания, тошноты, рвоты и приобретают странные, в основном лёгкие и временные физические уродства. Ум тоже не застрахован от её влияния: видения, приступы ярости, ужасы и бредовые наваждения поражают тех, кто задержался внутри или слишком долго вглядывался в туман. Не говоря уже о тех, кто вошёл с одной стороны и не вышел с другой… Затерянные во мгле или угодившие в неведомые кошмары, они, как говорят, навеки блуждают в пустоте между мирами, сами превращаясь в страшилищ, которых избегают все другие путники...

«Чужакам» советуют нанимать проводников — вожаков, брави и матадоров, которые за немалую плату ведут авантюристов сквозь постоянно меняющиеся тропы Фумареи. По суше или морем — Фумарея, похоже, разлагает и прилегающие территории: серные болота на Языческой Равнине, вырождение местных головорезов, вулканическая активность на островках и побережьях Моря Монстров, а также уродливая фауна Пенумбрии — всё это, по-видимому, напрямую связано с этим феноменом.

Как и Алация, Вольтурния была одной из древнейших провинций Драконийской Империи, а до того — одной из самых процветающих колоний Великой Аркайи. Первое архаичное поселение в этом краю возникло на острове Фискья, напротив Аполлонии, откуда и началась колонизация региона. С приходом этих народов Вольтурния вскоре превратилась в землю зажиточных земледельцев, вольных художников, могущественных философов, говорливых купцов и отважных мореходов.

Когда плутонийцы из Алации в Эпоху Царей начали расширять свои владения, плодородные и богатые земли Вольтурнии стали их первой военной целью. Однако, в отличие от прочих регионов, завоевание здесь прошло во многом мирно: мудрые и хитроумные поселенцы из Аркаи сумели усмирить пыл алацийских захватчиков и подчинились им без боя, предложив взамен союз — и все плоды своей развитой цивилизации. Так из сплава двух народов и культур родилось основание будущего патрициата, а сама Вольтурния избежала гибели и резни.

Грядущие века после падения Империи были куда менее благосклонны. Драгоценности, виллы, дворцы, необъятные поместья и сокровища, накопленные местными патрициями, стали лакомой добычей для всевозможных разбойничьих отрядов, мародёрствующих армий и полчищ захватчиков. Одно за другим исчезли тысячелетние богатства Великой Аркайи...

НА КРЫЛЬЯХ СТЕРВЯТНИКА
Регион ухоженных пашен и залитых солнцем побережий, Вольтурния усыпана деревнями, эмпориями, дворцами знати, крепостями, цитаделями, бастионами и городами. Наиболее древняя и «глубокая» часть цивилизации расположена вдоль Сапфирового моря — некогда сердце полуострова, привилегированный предел Великой Аркайи и ядро Драконийской Империи, ныне же — центр тяжести противоречивого Королевства Двух Сцилл.

После тысячелетия войн, союзов, интриг, браков и распрей между князьями, дворянами, вице-королями и баронами регион пребывает в состоянии раздора, что легко привлекает внимание чужеземцев и породило целый ряд приевшихся вольтурнийцам клише: лачуги и халупы, втиснутые у подножия грандиозных памятников старины, нищие кварталы в тени заброшенных амфитеатров и святилищ, обветшалые дворцы, где ещё живут потомки павших родов, нищие князья, пьющие вино с мудрыми, циничными нищими, преступность и гордость, скепсис и спесь, убожество и благородство — здесь всё идёт рука об руку.

Но есть и светлая сторона: вольтурнийцев отличает изворотливость, умение выкручиваться из любой ситуации и превосходное владение искусством симуляции и подделки. Многовековая традиция ремесла и бюрократии, укоренившаяся в тенях дворцов и судов, породила в Вольтурнии лучших фальсификаторов всей Окказии. Здесь подделывают не только предметы быта, но и документы, привилегии, разрешения, награды, лицензии — и процветает самый крупный в Королевстве рынок дешёвых, поддельных и фальшивых товаров.

Не менее притчей во языцех является и врождённый артистизм, мелодраматичность и музыкальность местных жителей. Днём и ночью на каждой площади, у каждого колодца и фонтана можно услышать певцов, распевающих куплеты, небылицы, баллады, народные песни, импровизации и сентиментальные романсы. За скромную плату в любом городе можно нанять гитару с мандолиной, чтобы сопровождать серенады и уличные представления.

Центром и символом этого угнетённого и заброшенного региона, разумеется, остаётся Аполлония — некогда даже более великая, чем Плутония, ныне — один из главных городов Королевства. Прошлое великолепие — рушащиеся акведуки, театры и храмы — остаётся на виду, тогда как простые горожане выживают, как могут, перебиваясь с хлеба на воду, стараясь не попасть в беду. В атмосфере упадка и заброшенности, при нищей административной знати и напыщенной, но редкой «шпажной» аристократии, преступность может только расцветать: брави (наёмники), резники, забияки, головорезы и главари шаек делят между собой переулки, площади и районы — в городах, деревнях и сельской местности. Всё сплетено в сеть союзов и вендетт под эгидой наместников Почтенной Компании, снова возглавляющих цепочку местного гнёта и произвола.

На другом конце региона, за Эгримонами и массивом Стервятника, где обитают знаменитые гигантские грифы, простирается дикая местность: горы и леса, уходящие за горизонт и спускающиеся к морю Теней. В отличие от восточного побережья, здесь живут грубоватые, лесные и языческие народы, промышляющие охотой и овцеводством. Единственные сколько-нибудь значимые поселения — Нуместрана, Потенция и Сканцона.

Миссии по саботажу дел соседей, разграблению заброшенных или плохо охраняемых мест, сопровождению вельмож, поиску утраченных реликвий или расследованию таинственных происшествий — всё это привычно по всему Королевству. Но в Вольтурнии всегда найдётся нечто особенное: здесь даже самый ободранный каналья-оборванец может получить заказ напрямую от князя или ординала — но при этом будет вынуждена пробиваться сквозь дебри мошенничества, афер и безумия, столь густые и глубоко укоренившиеся, что вскоре сама станет жертвой, а не исполнителем. Иногда перехитрить местного гуаппо (мужика-с-понтами, местная разновидность забияк и недомачо) или раскусить интригу аполлонских каналий бывает куда сложнее, чем столкнуться с армией вооружённых вортиганцев...

Города кишат феями, призраками, мертвецами и узниками по ту сторону, хитиномины встречаются повсеместно, а в каждом доме и на каждом кладбище, говорят, обитает либо дух, либо тварь, созданная Экстраваганцей. В сельской местности, в горах и западных землях региона главную опасность представляют ведьмы, еретики, разбойники и старухи-ведуньи.

ГЕРЦОГСТВО АКВАВИВА
Разумеется, чудес и тайн в избытке. В Вольтурнии процветает традиция фей, ведьм и колдунов. Здесь часто рождаются одарённые, способные слышать мёртвых или обладающие особыми дарами. Нередко они становятся чародеями, колдунами и экзорцистами — таковых в краю немало. Население сталкивается и с призраками, и с демонами, и с печально известными хитиноминами, и с шабашами ведьм и еретиков: от джанар, что собираются в Малевенто во время Тринадцатой Луны, до зловещих пожирательниц людей — ведьм-бефан, что обитают в самых глухих уголках: Манолонга, Цокколара...

Среди мест, наиболее прославившихся своими мрачными тайнами — герцогство Аквавива, с его проклятыми мертвецами, стриями и суеверами. Никто, кроме уроженцев Аквавивы, не знает имени её столицы: если чужак узнает его — город погибнет, так гласит местное поверье. Поэтому посторонние зовут его просто Городом Имен.