Damnatus est | ходы игроков | Ad victoriam

Траян почти наугад шел через старые помещения огромной машины, постепенно понимая, что это сооружение - такое же транспортное средство, как и лежащий на острове Кракен. Только немного другое. Хотя конструкции корабля он не знал, но что-то влекло мужчину вглубь до тех пор, пока он не достиг главного зала, где все ещё билось сердце древней машины. Заворожённый увиденным, Траян посчитал, что будет кощунственным так просто уничтожить это чудо былых времён и стал искать способ отключить реактор, не повредив ничего в его конструкции.

Ганнон тяжело вздохнул. Взрываться ему не хотелось. С другой стороны, в чем прикол надеть позволяющую летать (ну или высоко прыгать) штуку, и не пользоваться ей?

- Эээ. Хорошо, давайте попробуем. Но когда я включу его, пусть все отойдут, по крайней мере, те у кого нет брони. Если уж взорвусь, то только я. Может быть, я даже это переживу, спасибо доспеху. Во всяком случае, не придется таскать лишний вес.

Джаффа:
- Какие вы странные, материальные создания - Почти насмешливо отвечает голос в пустоте, но если это веселье, то не злорадное - Ты же на самом деле не здесь, разве ты не знаешь? Последний раз, когда люди приходили сюда, они излучали такую гордость, такое высокомерие от одного этого свершения, а ты... Такой потерянный. Да, ты не знаешь. - С изумлением заключает голос в пустоте - Сейчас здесь только проекция твоего разума и личности, того, что вы называете душой. И там, где твои предшественники наносили раны и прожигали дыры своей алчностью и раздутыми амбициями, твой дух мягко светится и этот свет приятен мне. Напоминает о тех временах, когда вселенная была еще совсем маленькой и зажечь звезду было подобно игре... - Голос вновь едва не ударяется в какие-то свои воспоминания о невообразимо древних временах, память о которых доступна лишь богам или существам, не уступающим им в силе - Ты можешь вернуться туда, куда хочешь, в любой момент. На самом деле, это очень просто. И я помню, что люди любят разные сделки и поэтому я могу помочь тебе, человек. Расскажи мне, что такое Инкалион? От чего ты хочешь его спасти?

Траян:
Насильно активированное реакторное ядро, болезненно пульсирует и гудит, испуская волны смертоносного излучения, поврежденное когда-то слишком сильно, чтобы функционировать нормально.
Это, рано или поздно уничтожит его. Сначала перегреются и расплавятся контуры и энергоцепи внутри ядра, сплавившись в единую массу, поражающую все вокруг яркими молниями, затем треснет и разрушится внешняя оболочка, за какие-то мгновения высвободив чудовищные объемы неконтролируемой энергии и разрушений, что поднимутся по пути меньшего сопротивления - вверх по пещерам. Столб огня и инфернальных молний будет виден за тысячи лиг отсюда, одичавшие племена в окрестных землях сложат об этом пугающие легенды и будут ждать пришествия разрушения и к ним. И оно придет, со временем. Может быть, целые поколения успеют родиться и умереть, пока полчища голодных, злобных духов доберуться до их деревень убийственным мутным туманом.
Но Траян не может допустить это и тянется мыслью к израненному реакторному ядру. Иногда целителю не остается ничего другого, кроме как даровать искалеченному пациенту вечный покой.
Как сейчас. Ментальное усилие перерезает тонкие медные провода, что подобно сосудам соединяют разные части сердца разбитого корабля воедино. Один быстрый надрез милосердия и разобщенные части машины работают в разнобой и медленно угасают, уже не поддерживая друг-друга.
Медленно волны вредоносного излучения реактора иссякают, подобно пересыхающему ручью. Гул становится все тише и тише, пока не прекращается вовсе и оживленный реактор не умирает вновь. Следом гаснет и питавшийся от реакторного ядра разрушенный портал в неизведанные дали иных миров и измерений, прекращая выделять густые потоки отравы.

Луций:
- Господин полагает, у нас было время сидеть и обдумывать все возможные вероятности и последствия? - С неприятной ухмылкой отвечает Луцию занудный ученый - Стандартная процедура создания чего-то настолько непредсказуемого и сложного включает в себя долгую череду попыток и экспериментов, не всегда, конечно, удачных. Что или продвигает исследование вперед или отбрасывает его назад. Если у господина есть что-то еще, кроме очевидных манипуляций и попыток задеть мое самолюбие, я со всем вниманием выслушаю, если нет - то попрошу... - Впрочем, свою мысль зануда не заканчивает, возвращаясь к работе с консолью.
Кристалл полусферы вновь загорается мягким светом, особенно ярким в точках контакта с пальцами ученого.
- Пытаюсь установить контакт с другими частями храма... - Зачем-то бормочет этот неприятный человек, вероятно просто озвучивая свои мысли вслух - Должна же быть причина, почему никто так и не пришел сюда на весь этот грохот.

Ганнон:
- Еще одна вещь, желающая нас убить. - С саркастичным восхищением шепчет краснолицый ученый, усердно скалывающий кристалльную корку с технологичного горба Диуса - Замечательно.
- Пожалуй, хорошей идеей было бы направить сопла двигателя вниз, в сторону пола зала, где нет никого, кто мог бы пострадать. - Как ни в чем ни бывало предлагает ученый, заканчивая свою, лишенную всякого веселья, работу - И умоляю вас, минимальные обороты, не забывайте.
Не имея более рационального варианта, Ганнон следует этому совету и отправляется к краю балкона, подальше от всех остальных его обитателей, чтобы провести такую рискованную операцию.
Включение и приведение в готовность модуля повышения мобильности, должно быть, стало даже более ярким зрелищем со всеми этими разлетающимися вокруг искрящимися пылинками счищенной корки, разлетевшимися вокруг.
Мерное гудение включенного двигателя за спиной, по началу пугает даже своими обычными громкостью и тембром. Но может ли успокаивать обычное течение событий, когда каждую секунду ждешь собственной гибели?
Впрочем, напуган был не только Ганнон. Помогавший ему ученый с еще более раскрасневшимся, но уже от волнения, лицом не спешил куда-то отбегать и прятаться, искренне беспокоясь о ходе ритуала очистки прыжкового устройства. Внимательно вглядываясь и вслушиваясь в малейшие изменения звуков работы двигателей, краснолиций комично вздрагивал всем телом и испуганно кривил лицо, когда Ганнона дергало вперед сдерживаемой мощью двигателей. Что-то усиленно шуршит и постукивает позади Ганнона, заставляя краснолицего ученого чуть ли не скакать на месте
- Работает! Работает! - Радостно выкрикивает он, позабыв и о собственном плохом настроении и о боли от ожогов. Но вдруг гул работающих двигатель резко прекращается и тот будто бы захлебывается, прекращая работать на несколько коротких, но бесконечно долгих секунд.
Радость быстро сменяется некподдельным ужасом на красном лице ученого, но неожиданный толчок "прочистившего горло" двигателя едва не отправляет Ганнона в полет в ближайшую стену.
Но могучий Диус не поддается этому, хоть и теряет равновесие, упав лицом прямо на пол.
Потерпев урон только собственной гордости, Ганнон уже в следующую секунду после столь нелепого приземления слышит над собой знакомый голос своего помощника
- Господин! Господин, вы в порядке?

Ганнон напряженно ожидал конца работ по очистке ранца. Страшно было, но если честно, в душе он не мог поверить, что просто так, из-за какой-то забившейся грязи, возьмет, взорвется и умрет. По крайней мере такой итог бы доказывал, что никакой воли богов нет, а все случившееся с ними было не более чем случайностями, происками слепой судьбы. Стоит ли жить в подобном мире? Хочется не особо. Так что надеялся на чудо, при всем ужасе, что они пережили, не обошлось и без чудес.

На радостных криках, что все в порядке, он позволил себе выдохнуть, и зря. Хоть двигатель и не взорвался, он отправил Ганнона в короткий полет, закончившийся ударом об пол.

Как это расценивать с божественной точки зрения? Наверное, как сигнал, что чудеса бывают, но слишком нагло надеяться на них может быть опасно для здоровья. Так сказать, погрозили пальчиком сверху.

Произнеся быструю молитву, он поднялся на ноги.

- Да... я в порядке, просто приложило немного. Не, ну это лучше, чем если бы я просто взорвался. Понять бы теперь, прочистило там все окончательно, или возможны еще сюрпризы. Не хотелось бы так шлепнуться лицом в грязь перед пламеносцами, боюсь, репутация Диуса может пострадать.

Траян не знал конструкции реактора и принципа его действия, но, с помощью какого-то внутреннего чувства, сумел догадаться, что тоненькие проводки важны для его работы. Силой мысли он перерезал провода и стал наблюдать, как реактор и питаемые им устройства медленно заснули. Окружающий же мир вновь погрузился в звенящую тишину.

С чувством выполненного долга Трян закрыл глаза и представил, как возвращается назад - в храм Инкалиона. Очнулся мужчина уже в своем теле, резко открыв глаза и хватая ртом воздух. Перед глазами не было мошек, а звуки стали вновь четкими, как и раньше. Наверное, пока он был в отключке, чудесные силы серебрянной крови исцелили его тело.

- Что за странный сон мне приснился, - пробормотал Траян, медленно поднимаясь на ноги.

Он обвел взглядом окружающих и спросил:
- Нужна ли здесь кому моя помощь?

- Я не знал, согласился Джаффа с заявлением решившего поговорить с ним бога. - Я не так давно оказывался в странном мире, и оттуда я очень хотел уйти, но не мог так просто.
Определенно у разных миров были разные правила. Здесь к нему были добрее, плюс неизвестному богу явно нравился золотой свет Джаффа. Даже в необъятной тьме и пустоте, солнце все еще помогало. С другой стороны, если сейчас он был тут, но не был тут, значит он сейчас все еще был там, в храме, и наверняка опасность еще не миновала. Оставалось надеяться, что другие позаботятся о нем, пока он тут.

Но бог задал вопрос, и Джаффа не собирался его игнорировать:
- Инкалион это остров. Полный чудес, каких я в жизни раньше не видел. Найти такое место удается может одному из тысячи. Его и людей на нем хранит патриарх Леандр, и он дал меня и другим приют в своем храме. Но остров сейчас осаждают темные силы. Земля и воздух отравлены злой магией, в теле кракена рядом пытался родиться новый темный бог, а сейчас сам храм атакован. Леандр дал мне новые силы, теперь я пытаюсь помочь сохранить храм Инкалион вместе с ним.

– ... – сказал в ответ Луций и подумал что судьба любит повторять горький опыт — на какую-то долю мгновений, старый мошенник возомнил себя героем, но общество в лице нескольких спасенных им ученых напомнило ему что благодарность зависит не от твоих свершений, а от иных социальных законов. Вот почему Луций когда-то стал циником и вместо того чтобы изучать медицину у наставника, стал продавать успешно змеиное масло на рынке. Всё снова стало на свои места, он совсем не герой. И места в Инкалионе для него нет и не будет так или иначе, а это значит стоит позаботится о себе вместо того чтобы рвать жилы за неблагодарных других.

Развернувшись и отойдя от пульта управления, который он закрывал собой от возможных осколков при "неполном" запуске летательных турбин Диоса, Луций вгляделся в зал храма. Старясь оценить уровень разрушений причинённый битвой помещению. Наверняка было место куда он мог бы допрыгнуть с этого балкона, верно?

Джаффа:
- Темный бог... - Повторяет голос в пустоте во вселенной задумчивости - Да, я вижу. Вижу, что ты победил одного из моих братьев. Больных и испорченных. И вижу, что твой мир тоже пострадал. Нашим мирам не должно было вступать в контакт. - Продолжает рассуждать голос - Материальный мир занес сюда зло и скверну, а мы вернули ее стократно и теперь все вместе страдаем от совершенных ошибок. - На долгие мгновения Джаффе кажется, что он своими глазами видит то, о чем говорит голос этого древнего существа. Задолго до жизни Золотокожего ткань пустоты вокруг уже рвалась, прорывается сияющими золотистыми сферами - Полные тщеславия и гордыни люди в великолепных одеждах, являлись сюда из своих защищенных лабораторных залов, чтобы требовать, диктовать условия и торговаться. Привыкшие к власти и безмолвному подчинению, гордые волшебники старых времен приходили сюда получить еще больше того, что даст им еще больше мощи и власти. Обменивая щедрые обещания на новое могущество, кровавые жертвы тысяч рабов и поклонение целых народов на новые знания, они уходили, оставляя в ткани пустоты зияющие раны и едкую взвесь собственной ауры жадности, черной зависти и недосягаемой гордыни. Творимые в желании утолить жажду власти и силы зло не оставалось где-то там, в привыкшем к людской жестокости мире и оседало здесь, все более осязаемым и мерзким осадком, поражая всесильные, но беспристрастные и в чем-то наивные сущности. Зло множилось на зло, пока отрешенные от всего сущего левиафаны пустоты не становились злобными чудовищами, желавшими лишь новых рабов и поклонения. Пока мир Джаффы возводил многочисленные места поклонения и восхваляющие далеких богов храмы, оскверненные божества выносили в себе простую и такую понятную бывшему пирату идею - зачем торговать и делиться, когда можно просто забрать?
И тогда ткань пустоты была прорвана вновь, но уже с этой стороны. Победа должна была стать легкой - оскверненные боги имели невообразимое для смертных могущество, целые армии обезумевших фанатиков желали отдать свои жизни во славу их и что такого было у старого мира, чтобы выстоять?
- Ступай же. Пока у твоего мира есть сильные духом, у вашего рода еще есть шанс. - В этом напутствии хорошо чувствуется тоска и печаль исполина о полном ошибок прошлом - Возможно, мы еще встретимся, человек. Прощай.
Темнота вокруг быстро и необратимо густеет, сковывая члены Джаффы ставшим уже непривычным ему холодом. Но следующий свой трудный вдох золтокожий делает уже приходя в себя на камнях храма. Внизу все еще гудит та странная машина, что установили там его товарищи, вокруг суетятся люди. Словно ничего не поменялось за время отсутствия Джаффы в привычной реальности.
Переменам только суждено наступить.

Луций:
Осматривая зал внизу и узрев запятнанный обширными разводами грязи и сажи мрамор и гранит, расколотый буйством чудовищ и приливами иномирного вторжения, Луций испытывает что-то сравнимое с тоской. Может быть, искреннего обожания и благодарности за подвиги от обитателей этого места еще не удалось заслужить, но видеть, как разруха и опустошение касается столь редкое ныне благополучное поселение, не вымирающее медленно от голода и болезней, не отчаянно цепляющееся за существование среди ветхих развалин и пыльных костей прошлого все же тяжело даже для повидавшего многое человека.
Но отпуская лишнюю лирику, к чему приведет этот цепкий взгляд вниз?
Едва не похоронившая под собой и патриарха и Ганнона летающая платформа могла бы быть отличной промежуточной точкой для перемещения по разгромленному залу, особенно тем экзотическим способом, что избрал Луций для себя. Но что с этого толку, если она лежит разрушенной внизу, среди битого камня и пепла?
И что же остается? Аккуратное отверстие-люк в далеком потолке слишком высоко и недосягаемо, к тому же неизвестно, куда оно может вести. Второе нарушение целостности монолитных перекрытий зала очевидно скверный выбор, из-за льющейся из него невообразимой отравы... Хотя постойте, прилив искрящегося измененного потусторонними веществами иссяк и провалился обратно в дыру, что и породила его. Похоже прямо сейчас, в эту самую минуту, защитный купол, старательно поддерживаемый потайными чудесными машинами храма над проломом работает вхолостую. А Леандр тратит свои последние силы зря, ибо такой концентрации мощи защита уже не требует.
Впрочем, вряд ли нерациональная трата ресурсов благочестивой магии станет серьезной проблемой в ближайшее время, ведь изможденный патриарх просто падает без сил, отдав последние крупицы в никуда. Рухнув на самом краю обрыва вниз, потускневший среброликий патриарх дергается, подобно сломанной механической игрушке.

Общее:
Краснолиций ученый, конечно, вряд ли имеет достаточно сил, чтобы так просто взять и поставить облаченного в тяжелую летучую броню Ганнона на ноги, но он все же старательно помогает ему подняться и с явным беспокойством осматривает воина.
- Хвала небесам - Искренне улыбаясь, отвечает на оправдания Диуса ученый - Кажется, все получилось, но...
- Плохие новости! - Вдруг перебивает всех работающий с консолью мастер с неприятным лицом - Храм над нами не отвечает на мои запросы. Возможно, захвачен.

Джаффа вновь вернулся в более понятный ему мир из неясного запределья. В этот раз он пришел в себя там же, где и был раньше. Не пришлось испытывать падение с высоты, и вряд ли он бы пережил такое без доспеха. Вместо этого он все еще был под влиянием шока от увиденного где-то там. Необъятная темнота сменилась картинами необычайного масштаба, как в прямом смысле, так и в смысле увиденной жадности. Золотокожий бы не решился так торговаться с богами, но может потому он и не был могучим магом.

Хотелось бы взять перерыв и попытаться осмыслить все пережитое, но времени никогда не было. Он очнулся, ситуация явно оставалась не самой лучшей, и потому Джаффа сразу попытался подняться и действовать.
- Что происходит?! - крикнул он, пытаясь вложить в эту короткую фразу сразу вопрос о том, где нужна его помощь.
Заодно он пытался сам рассмотреть, какие проблемы у них сейчас. И, в дополнение ко всему, он пытался понять, все ли еще он лишен недавно бушевавшего в нем огня и контроля над ним.

Сосредоточив взгляд, Траян заметил, как лежащий неподалеку от него Джаффа начал приходить в себя. Видимо чернокожий, как и Траян, надышался отравленного воздуха, ведь он всю битву провел без брони. Но как бы не волновало Траяна состояние своего товарища, состояние патриарха беспокоило намного сильнее. Мужчина подскочил к упавшему обессиленному Леандру и постарался привести его в чувство.

– Господин! Господин! Как вы? Все уже закончилось, - обратился Траян к Леандру, аккуратно тряся его за плечи.

Опасаясь худшего, Траян вновь возложил на тело Леандра руки, пользуясь своими способностями исцелять раны живых существ. Он представил, как внутри него разгорается свет и перетекает в тело патриарха.

– Нам нужно найти безопасное место, в котором Леандр мог бы отдохнуть. Есть ли здесь такое? - спросил Траян у ближайшего ученого.

– Облачайся в доспехи Джаффа, нас ждёт новый бой наверху. – после паузы отвечает чернокожему Луций оглянувшись назад, и посмотрев на Трояна занятого спасением жизни патриарха. С каких пор Леандр стал столь слаб?
– Наши комнаты прямо там у входа. – напомнил он Трояну, прямо не отвечая на его вопрос.
– Мы можем выделить энергию чтобы включить исправный портал? Точка выхода — главный зал Храма. – бросил он не глядя на занявшего кафедру управления ученого, проверяя работает ли его огненный кинжал и пригодна ли для боя броня.
– Да, найдите для Диуса какое-нибудь оружие! – распорядился повелительно Луций, невольно копируя патриарха.