| |
|
|
– Все мы верные слуги Отечества – пафосно молвил Якоб, принимая монеты. – Рад был помочь.
Правда, радости от устроенного представления не было. Неизвестно, чем оно все еще обернется. Может и вылезет боком этот трюк кому-то из упомянутых особ. Ведь, если задуматься, имея такую информацию, как поддержка маркграфом жрицы Мелитеэле, должным образом использованная, могла и такую глыбу своротить. Может потому и отпустил сыскарь рыбешку помельче, ибо почуял добычу побольше, которая может ему и карьеру сделать. Но то уже не его, Якоба ума дело. Вызволил своих парней из заварушки, да еще и жрице помог – и день прожит не зря.
Результат броска 1D10+8: 9 - "каким хорошим учителем был Жегля".
Результат броска 1D10+12: 16 - "каким хорошим учеником был Якоб ".
|
|
241 |
|
|
|
|
- Не, не такой жентельман... - резко пробурчал Михай в ответ и потупил глаза от неоднозначности комплимета, больше похожего на насмешку. Да и ситуация на первом этаже вовсе к долгим измышлениям и праздным беседам не располагала.
"Что ж, ети её, делать с этой принципиальной, трах... возлюби меня Мелителя, профессиональной доброй девой-то? Кабы там Якоба взад в темницу не забрал, а то слышно..."
- Дульси? Нея? Если вы о рыжем краснолюде, что обрюхатил и сбëг от ней, то эт не я. Ибо не ведал ни об том, ни об этом. А коль об том рыжем красавце, что горяч да могуч, что и кроны кончаются и силы девичьи раньше, чем он, то эт, пожалуй, и я...
- Токма нет времени у нас лясы ж точить, там... этот...
Тортеваль указал рукой в сторону лестницы и заметил, что шум затих.
|
|
242 |
|
|
|
|
Сыскарь распорядился своим подручным, чтоб погромы не чинили, мол, награждать пойдём.
- Барт, Дорнин, пятый протокол, понятно вам?
Барт, выполнявший в команде роль мускулов, и интеллектом одаренный чуть менее, чем статуя короля Фольтеста в Новиграде, ничего не понял, и во все глаза смотрел на Дорнина. Тот же коротко кивнул, козырнул, а Барту сказал стоять внизу и не мешать работе.
Когда госпоже Пампинетт втолковали, что арестов не будет, она смягчилась, но хватки не потеряла - ничего хорошего от казенного сыскаря в борделе ждать не приходится, особенно когда они оба (сыскарь и бордель) при исполнении. А то, что бордель был при исполнении, вполне можно было услышать через закрытые двери будуаров.
Однако же, Милош был непреклонен, и при оружии. Прошёл наверх, и там, под аккомпанимент стонов из соседней комнаты, постарался зачесть как можно торжественней:
- По распоряжению и от имени мэра славного града Бондара, жрице Мелителе Марии Пшемысловой, известной также как Черри Виш, объявлена благодарность за ... ээ... долгий и безупречный труд на благо города и его жителей! В подкрепление мэр присылает письмо (Дорнин, форма три, давай сюда, да имя,имя пиши! В двух, да) и к нему полторы сотни крон. Вот, прошу принять.
|
|
243 |
|
|
|
|
Черри, готовая к обыску, аресту, или даже костру, оторопела, и не могла слова вымолвить. Так и стояла, собираясь что-то ответить, не в силах открыть рот.
|
|
244 |
|
|
|
|
- Ну, что же вы? Думаете, мы там в ратуше совсем людей не слышим что ли? Говорят про вас, и не раз, что жизни спасаете. То добрая слава для города. Вот, мэр распорядился. Вы что, думаете, мэр только карать может да на кол сажать? Он у нас, может, строгий, но справедливый, а вам по справедливости благодарность положена!
Милошу стоило неимоверных усилий быть в этой обстановке галантным, но он обладал тайным талантом всех умелых служивых людей. По желанию, он мог распространять вокруг себя ауру присутственного места, действующую губительно на всякие проявления чувств и эмоций. Так что даже призывы Господа из соседней комнаты, раздававшиеся искренней любой молитвы, не могли поколебать стену серьёзности, которую выстроил вокруг себя Милош, и в которую понемногу включались и все прочие участники разговора.
|
|
245 |
|
|
|
|
Наконец, Черри Виш, она же Мария Пшемыслова, приняла грамоту, прочла в ней свое имя и то, что грамота впрямь благодарственная, а не ордер на арест. Также ватной рукой взяла кошель с деньгами. А когда Милош заявил, что осталась сущая формальность - расписаться в получении, точно так же потянулась за пером, протянутым Милошем. И только Михай, к сделкам привычный, поспешил проверить, что именно собирается подмахнуть Черри. Но документ был составлен аккуратно, и полностью идентичен тому, что был отдан Черри. Выходило, что она получила грамоту, которая отдаёт её под защиту мэра Бондара. Не королевский эдикт, конечно, но как будто бы вещь и правда стоящая.
Получив подпись, Милош поклонился и удалился. А до всех собравшихся постепенно доходила вся сюрреальность происходящего. Девка из борделя только что получила грамоту от мэра, да к тому же оказалась весьма грамотной для того, чтоб прочесть её и оставить подпись. Чудны дела твои, Бондар!
|
|
246 |
|
|
|
|
Если бы тракты строились так же быстро, как слухи разлетались в Бондаре, жить бы разумным расам уже несколько веков в прогрессе да благоденствии. Похоже, только глухонемой в этом городе ещё не знал о её «мутантском» происхождении. А через пару дней весть, пожалуй, и до соседнего Аэдирна долетит.
Лара хотела было возразить, что уж кто-кто, а люди не нуждаются в заступничестве, прекрасно справляясь не только с собственной защитой, но и с истреблением всего живого, начиная со зверья и заканчивая старшими расами. Стоило волевых усилий вовремя прикусить язык. Надо было соответствовать роли, раз уж взялась.
— Коты — хищники. Осторожные, тихие и терпеливые. Они убивают из засады. Подобно нашему символу, мы поступаем также. А потому моя специализация — это.
Лара коснулась лука, при взгляде на который угадывалась рука эльфийского мастера.
— Дуэль... на клинках... — скептически протянула девушка, поморщившись. — Слишком шумное и заметное оружие. Я использую его, только чтобы добить раненого. Метательный вариант идеален. Добить, а не символически ранить, дабы очистить поруганную честь, — акцентировала она. — Насколько я понимаю, целью вашего друга является смыть обиду кровью оскорбителя, не допуская при этом его гибели?
Чем больше Лара рассуждала вслух о философии «своей» школы, тем больше проникалась идеей. В конце концов, этого зверя и правда многое роднило с Aen Seidhe. Всё-таки стоило обзавестись медальоном в виде кошки. Определённо.
|
|
247 |
|
|
|
|
Якоб не стал идти следом за Милошем, чтобы сохранить дистанцию для маневра, бегством прозываемого. Однако как мудрый тактик, изучив возможности для отступления, краснолюд не спешил совершать резких движений, а навострил уши. Вроде грохота, брани, да визга – вечных спутников всех арестов и погромов – не было слышно, а значит его задумка сработала – неожиданная облава обошлась без тяжёлых последствий, а потому можно было выдохнуть.
– Михай, ну что там у вас, все хорошо? Что там с пареньком, в порядке? Расспросил жрицу о письме Гизбертовом? А Бартек где? В Копыте? – Якоб осторожно сунулся в присутственные заведение и позвал товарища
В Копыте Якоб сперва поискал взглядом алхимика, которого просил письмо взглянуть – нужно было узнать, выяснил ли чего светило каэдвенской науки и заплатить мастеру за хлопоты
Во-вторых, нужно было забрать имущество Гизберта, дабы не уплыло в неизвестном направлении. Все деньги наемника Якоб присваивать не собирался – часть планировал на достойные похороны потратить, чтобы могильную плиту хорошую поставили, а не из какого-нибудь песчаника, что после трёх лет развалится.
Но главное было сменить телегу на лошадей. Теперь, когда они благополучно сбыли груз, телега, им была без надобности, а вот лошади бы не помешали. Да и жалование людям нужно было выплатить. Сколько можно уже эти взгляды красноречивые Бартековы терпеть, скоро дыру в спине Якобой прожгут. А чтобы местные не решили дурить, хорошо бы помощью Бартековых Мальцов заручиться
|
|
248 |
|
|
|
|
В "Копыте" Бартеку не сиделось - за товарищей тревожился. На нервной почве зад сам собой ёрзал по табурету. Верно говорят о хвосте, виляющем собакой. Когда в постоялый двор вернулся Якоб, вприпрыжку подскочил к нему плут с расспросами. Ожидал вестей дурных да скверных, воображение рисовало, как похватали всех вертухаи милошевские. Однако когда краснолюд вкратце ввёл его в курс дела, зенки Бартека на лоб полезли: атаман их умудрился всю мрачную оказию на пользу ихней ганзе повернуть! Золото, а не атаман! Чудотворец помощнее госпожи Виш, честное слово! Посему, выслушав наказ Вырвы о поиске подходящих лошадей, исполнять оный поскакал резво: желалось подстать атаману казаться, столь же ловко дела править!
На улицах стал Бартек знаками ребятню-агентуру созывать. Чай, уже примелькалась детям его рожа, знают, что монеткой разжиться можно. Заложил на сбор сведений пять крон бюджета. Выяснял прежде всего кто в Бондаре торг лошадьми ведёт, только ли конный двор при станции почтарей королевских? Да не бывал ли оный конный двор уличён в каком мухляже? Ну и заодно, убедившись в отсутствии поблизости стражников, уже от себя вопросец гипотетический добавил: не ведают ли вездесущие мальки о местных скупщиках товаров интересных свойств и пикантного статуса в глазах закона? Барыг, стало быть. А то что он как дурак с богиней за пазухой шляется, это ж небось богохульство!
|
|
249 |
|
|
|
|
Когда на лестнице показался Милош, собственной персоной, зенки Яржеку уже кровью наливаться стали. Ну все, подумал парень, пропала девица... Он уже сжал кулак в последней надежде стукнуть по темечку сыщика, да бежать что сил имеется. Да вот только к удивлению Яржековому, сыскарь тот мало того, что не повязал девушку, так ещё и благодарность выдал с вознаграждением. Неужто хорошая весть?
Парень выдохнул с облегчением.. Странный был этот Милош, вроде поначалу гадким жуком казался, а сейчас как речь свою завёл, так сразу вроде и нормальный мужик.
В общем то как все миром разошлись, Яржек решил о здоровье парнишки справиться. Он поднялся назад в комнату и спросил у Гнеся:
— Ну что, малец, эт самое.. Как себя чувствуешь то?
|
|
250 |
|
|
|
|
- Вот уж не думал, что получу от ведьмака ответ, больше подходящий чародейке. Нет так нет, об авансе мы не сговаривались. Что ж, всяко бывает, понимаю, вам сейчас вовсе не до каких-то приезжих дуэлянтов. Соболезную смерти вашего друга, ну а мой покуда жив, так что попытаю счастья у кого-нибудь ещё.
Наниматель встал, поклонился Ларе, и направился к выходу из корчмы.
|
|
251 |
|
|
|
|
Бондар был городом приграничным, отчего спрос на лошадей и прочую вьючную скотину всегда превышал предложение. Местные заводчики нашли выход из положения: купцам предлагалось взять лошадь напрокат. Выглядело это так: у каждой вьючной скотинки на крупе было клеймо не только с именем, но и с номером. В любом крупном городе Каэдвена при почтовой станции значились номера "местных" лошадей, а также номера всех прочих лошадей, приписанных к другим станциям. Когда в город прибывал купец, он сдавал арендную скотину, и приемщик всегда знал, откуда она пришла, так и назначал плату. С первой же оказией такую лошадь отправляли домой, и там опять же понимали, откуда она пришла - ведь купец уже заранее отмечал свой маршрут. Бывали, конечно, случаи, когда люди переплачивали, но скорее в виде исключения - сэкономить за чужой счёт все равно бы не вышло, а подложить свинью - ну, разве что из нелюбви ко всему роду купеческому, конкурента таким путем не подловишь.
Чтоб неповадно было лошадей красть, купец должен был внести на станции отправления полную стоимость скотины, а уже по прибытии получал свои деньги обратно - за вычетом стоимости услуги. Это было тем более удобно, что значительные суммы денег выводились на время путешествия из карманов купцов, а стало быть, их нельзя было оттуда вынуть насильственным путем где-то на полпути в лесной глуши. Кроме того, гильдейские купцы, предъявив грамоты, могли не только не платить, но даже и заработать, если возьмут почту в свой караван. Конечно, скорое письмо так не отправишь, но мало ли есть писем менее спешных, равно как и простой пересылки полезных вещей? За их сохранность купцы ручались своей репутацией, а взамен королевская почта платила им монетой.
Аренда лошади на день пути обходилась всего-то в десять крон, а пройти вьючная лошадь за это время могла около тридцати миль. Конечно, не курьерская скорость, но и не слишком дорого. Залога за лошадь требовали шесть сотен, но зато уход, чистка, и тем паче лечение, если требуется, были на совести почтовых станций. В случае чего, всегда можно сдать одну и взять в прокат другую.
Были, конечно, и те, кто торговал конями. Цена тут начиналась от пяти сотен, но и качество соответствовало. В том смысле, что за полтыщи шли только пенсионеры или настолько строптивые, что даже кузнецу на подковку не давались. Единственное, что Бартек смог разрулить здесь через свою агентуру - место в очереди. Оказывается, большинство лошадей было продано на месяц вперёд, но заводчики всегда держали небольшой запас "для уважаемых людей". Пятисотенных, впрочем, продавали без ажиотажа - их старались не брать. Себе в убыток экономия.
Также Бартек узнал, что в одном заводе продают коня-дьявола за 400 монет. Это исчадие ада, скорее всего, забьют через неделю, если он не перестанет кусать всех подряд и лягать даже конюха, который задаёт ему корм. Начальная его цена много выше, 1600 монет, но на самом деле хозяин уже рад продать его хоть по себестоимости, за четыре сотни.
|
|
252 |
|
|
|
|
Алхимик со всеми предосторожностями взял записку, переданную ему на анализ, и удалился в лабораторию. К тому моменту, как сцена в борделе пришла к своему счастливом окончанию, у него уже были кое-какие результаты.
- Удивительное дело, господа! Такое я вижу впервые, и должен сказать, это точно новое слово в алхимии! Мне удалось выделить действующие субстанции яда из этой записки, а должен сказать - она совершенно точно отравлена. Так вот, почти все субстанции суть обычные удобрения, которые по весне любой крестьянин внесёт подкормкой для плодов, а уж на нашем севере и подавно! Но каждый из них содержит мощную порцию нигредо, как будто подвергался долгой нечестивой обработке. Я могу посоветовать в качестве противоядия обёртывания святой водой, употребление святой воды внутрь и, прости меня боги, клизмы из святой воды. В деле противодействия этой отраве полумер быть не может! Удивительней всего то, что отрава проникает даже сквозь кожу... Я бы не советовал сжигать эту записку. Лучше сохранить её в стекле, надежно укупоренную. Если хотите, я могу залить её в расплавленную соль, это надёжней всего изолирует яд!
Да, кстати, с вас двадцать пять крон за анализ.
|
|
253 |
|
|
|
|
– Да чтоб меня! Duvvelsheyss! Магистр, могу я рискнуть предположить, что отравитель или чародей либо разумное нечестивое существо навроде вампира? Хотя будь у вампира дело до простого наемника, мы нашли бы нашего доброго Гизберта без головы. Да, извольте магистр залить письмо в расплавленную соль, оно понадежнее будет. 50 крон вам хватит за консультацию и труды? Кстати, я не силен в алхимии, но будто бы хорошее название для яда – "дьяволова задница", как считаете?
Рассчитавшись с алхимиком и попросив того обезопасить письмо, Якоб поднялся в комнату Гизберта, чтобы забрать его имущество. Комната выглядела пусто и холодно и, казалось, несла на себе следы смерти. Якоб первым делом отыскал кошель Гизберта и судя по тому, что он был набит кронами, Вальден не соврал – в комнате действительно не успели побывать воры. В остальном же скарб наемника был нехитрым – простое оружие, доспехи и простенький амулет, говоривший о том, что вышел он из простой земли – небось у Яржека на шее висел такой же. Подумав минуту, Якоб не стал снимать амулет – пусть остается. От земли родился, к земле и вернется – было в этом что-то символичное, правильное.
– Вальден, благодарю, что имущество товарища нашего сберег. Если спросят меня, где лучше остановиться в Бондаре, не кривя душой посоветую "Копыто" – все честь-по чести у тебя, и стол, и кров, и отношение человеческое. Если где резок был на слова – прости, не можем мы, краснолюды, без крепкого словца, драмы, а иногда и разбитого рыла. Будет просьба у меня к тебе еще одна: поможешь товарища нашего схоронить и помянуть как следует. Ну чтобы мы посидеть смогли, по кружке всякому, кто в память вояки готов будет ее поднять и схоронить, чтобы отпели да добрый памятник поставили. Только памятник у краснолюда бери, чтобы долго простоял, а не стоял выщербленный и разваленный после первого мороза.
– Яржек, поди сюда. Вот, возьми Гизбертов корд. Пусть тебе о дядьке напоминает. Будь добрым воином и товарищам защитой, каков Гизберт был. Он никого из нас в обиду не давал, а теперь ты первый силач меж нас. Тебе его меч и носить. Знаю, что не силен ты на мечах биться, но захочешь – Гвен натаскает. Она теперь у нас – первый мечник, после Гизберта. И это... Я жалование обещал. Возьми – 100 крон на первое время.
– Михай, там вещи Гизбертовы остались. Копье, щит, доспех. Возьми себе – продашь или при случае справишь получше. В общем, распоряжайся по своему разумению. И жалование я решил раздать. Чтобы за каждой кроной не бегали – вот, 100 крон вам на первое время. И подумай, что там с мечами для Гвен. Нужны ей мечи ведьмацкие или хотя бы внешне подобные. Поузнавай у мастеров осторожно, сколько будет сработать...
– Гвен! Уже вернулась? Ну что там с господином этим? Что решила? Возьми вот денег – 100 крон на первое время. Не шибко много, но дай срок – обживемся. Попробуем тебе коняжку раздобыть, да мечи. И это, возьми Яржека и побейтесь на мечах. Или он пусть дрекольем своим сражается, а ты с мечом – ты теперича ведьмачка, неплохо бы тебе мечи подтянуть. Слыхал у ведьмаков всякие станки хитрые есть всяким пируэтам-шмируэтам учится. Вот и Яржек пусть на худой конец бревном повертит.
– Бартек, спасибо, что про лошадей узнал. Будем пробовать ту лошадь-дьявола взять, может Гвен с ним совладает. Говорят эльфы со всякой живностью ладят. Может и к жеребцу этому строптивому подход найдет. Если уж к Максу нашла, то и тут совладает... Нельзя нам без лошадей совсем... Ну какова из нее ведьмачка, коль на телеге разъезжает. Придется нам ей одежу порезать тогда и орать, что раненого ведьмака везем. А она бредить будет словно под зельем своим. Ну один раз прокатит, ну два... Нет, надо лошадь брать. И мечи бы ей справить... Да, и еще. Знаю, жалование давно ждешь. И это – спасибо, что не сбег, когда меня загребли. Если честно, думал что первым сбежишь. Но рад что ошибся. Так что держи... Скажи, как будешь готов, пойдем за конягой. Посмотрим, что там за дьявол...
|
|
254 |
|
|
|
|
С непривычным чувством принял Бартек из атамановых рук жалованье. Само слово-то какое красивое: "жалованье"! Привык вор получать долю добычи, мигом ныкая её в потайные карманцы от завидущих глаз да загребущих лап товарищей по разбойничьей ватаге. И тратить поскорее, чтобы рук и души не жгла. Зарплата же, Якобом выданная - совсем иначе ощущалась, пусть сумма и шутейная вышла. Чувствовалось в ней нечто устойчивое, верное, солидное, как сама фигура краснолюда. Оттого и не спешил Бартек монеты прятать - грел в ладонях. Решил при первой возможности их обратно в дело пустить, в предприятие ихнее так или иначе вложить. Пока же инвестировал буквально - сунул в карман жилета.
- Благодарствуем, милсдарь Вырва! Куда же я от вас теперь сбегу, прикормили ведь, - искренне улыбнулся. - А коняку дьяволову отчего ж, пойдёмте хоть щас смотреть. Токмо, говорят, дюже кусача сия бестия - аж боязно. Как бы взаправдашний диавол в коне не прятался! Хотя, конечно, кусается конь - цена не кусается. А на диавола у нас ведьмачка сыщется!
В пути на конезавод же Бартеку, словно бродячей собачонке, что крутится под ногами, норовя подластиться к угостившему её вместо пинка колбасой путнику, томительно хотелось продемонстрировать главарю свою полезность. Оттого и завёл речь об услышанном от "агентуры" о местном барыге.
- Я вот всё кумекаю, милсдарь Янсен, как бы капитал нашего предприятия нарастить. Дело - оно ить широкий оборот любит! Поболе вложишь, поболе наложишь, верно мыслю? Так вот, я ить, - особо наклоняться не пришлось плюгавцу, чтобы зашептать на ухо краснодюду, - образ богини, что по указанию милсдаря Михая из неприятностей вызволил, до сих пор на своей персоне таскаю. Практика сия пред очами королевских людей опасна, а под очами богов богохульна. Надо бы статуэтку схоронить, в верующие руки передать. Про набожного обладателя сих рук мне агентура нашептала. Личинкой зовётся. Гонения на веру глубоко ранят сего богобоязненного негоцианта из низушков. Свою благодарность за спасение символа веры он, говорят, в шестьсот-семьсот крон оценивает. Богоугодная ведь сделка, как считаете? И мамзель Виш обезопасит.
|
|
255 |
|
|
|
|
Что, что, а Якоб всегда соображал быстро, когда дело касалась нажи... то есть честного заработка. А потому он сразу смекнул куда дует ветер и похлопал Бартека по плечу, как первейшего друга:
– Вижу, Бартек, вижу, что за дело ратуешь! Не иначе как сама Мелитеэле тебя с нами свела – видишь, совместными стараниями и жрицу ее спасли, и не допустили поругания светлого образа, значит вернули уже первый ей процент от благости, которой она нас одарила. А что касается статуи, то думаю можно продать, то есть я хотел сказать, передать за щедрое пожертвование ежели конечно клиент подходящий, истинно богобоязненный, что безусловно найдет отражение в размере пожертвования. Не должно образу богини в борделе находится – я так мыслю. Да и госпоже Виш в случае нужды проще в бега податься будет. Образ матери она никогда не бросит, так что мы почитай ее от тягости избавили, руки освободили. Кругом одни плюсы выходят, как ни посмотри.
Но я думаю так – мы сперва визит к жрице нанесем. Есть у меня дело к ней одно, хотел я письмо ей Гизбертово передать, чтобы посмотрела, узнает ли она руку одной из сестер, или может что умное скажет. Да и часть денег Гизбертовых я ей передам как пожертвование. Видишь ли какая штука – Гизберт и правда этой Анной дорожил. Я как-то спросил про нее, так он сразу нахмурился и зыркнул так, что я понял сразу, что лезть туда не стоит. Вот и сделаем пожертвование ради упокоя его души. И ей будет проще взять – все же с передачей верующему статуи эти деньги никак не связаны, верно? Да и мы ж не проходимцы какие, чтобы просто золото погибшего товарища в свой карман пересыпать. Похороним достойно, небольшую часть на благое дело направим в виде пожертвования Мелитеэле, а остальное на нужды ганзы нашей оставим. Вот и выйдет сплошь польза, всем выигрыш и благодать.
Так что после коняжки пойдем мы с тобой в бордель к госпоже Виш, а после к твоему низушку. Только как он ее возить собирается? Небось в тряпицу завернет и в телеге с репой повезет, деревенщина. А потому бесплатный совет от Рубайл ему в качестве бонуса от фирмы – можем святой образ внутрь другого спрятать. Глиной обмажем, попросим Михая поверх чего другое изваять. Например образ правителя Каэдвена. Ни один вояка пальцем полурослика не тронет, ещё и во фрунт вытянутся пропуская.
|
|
256 |
|
|
|
|
- Ого... - удивился Михай, подняв рукой нижнюю челюсть, закрыл рот и поморгал. Было желание подсказать Марие верные слова для благодарности, да всё красноречие пропало.
"Может, оно и к лучшему" - рассудил Михай, намереваясь и далее не привлекать внимания сыскарей к своей персоне.
Милош выдал благодарственную бумагу и ушёл. А ведь краснолюд готов был "запнуться" аккурат под ногами у возможной погони за Марией. Но, коль шайка сыскарская уходила, а жрица оставалась, то и чинить препятствия было некому. Тортеваль отступил от двери в коридор.
– Михай, ну что там у вас, все хорошо? Что там с пареньком, в порядке?...
- Это... это... Как? Ты как так это, эт само, провернул, а? Обожди, приступаю... - только и ответил Михай.
"Вот же ж пройдоха! Аки колдунством в глаза сыскарю намазал. Иль неужто он весь капитал на взятку отвёл? Благородно, но расточительство же!" - выяснение методов Тортеваль оставил на позже, а уж обсуждение их и вовсе на потом.
«А раз уж всё благодарностью обернулось, то покамест можно не спеша и вопросы спросить." - рассудил краснолюд, заглядывая обратно в "комнату приёмов".
- М-мария, эт снова я. - приглашения он не ждал, а возражения бы проигнорировал, изображая тугоухость. - Хорошо обернулось дело, да? Якоб, товарищ мой, умеет толково словцо вставить! Смог предостеречь ентого... А за "фигурку" не переживайте, мой приятель Бартек уже вот-вот с ней в "Копыте" будет...
Сделав глубокий вздох, Михай решил, что пора б и к делу переходить, дабы не тратить ничьего времени зря. И решительности преисполнился, аж позволив себе телесное очарование Марии лучше осмотреть и в глаза глянуть.
- За спасение мальчишки, Гнеся, благодарствую. А то б сгинул ни за что. Некий злодей через него отравленное письмецо отправил. Гнеся спасти удалось, а вот ещё один из товарищей моих, Гизберт, эт само, дух свой испустить успел, пока прознали - видать, долго и шибко читал, дорого его душе было. А в посланье том, вот оказия, воззвание к нему было от прислужниц Мелителе в Эльсборге. Об неких бандитах, об помощи, ранее Гизберту в том храме оказанной упоминали и, эт само, об сестре одной...
Михай помнил имя - Анна, - но отчего-то решил не произносить вслух. Он, и когда упоминал храм и Мелителе, тоже голос понижал.
- Может, вы, Ч... Мария, знаете что об этом?
- Ох, Гнесь! Не забудь добрую Марию благодарить, второй день рождения у тебя нынче. Мы тебя к матушке твоей проводим - тут место, конечно, благостное, да дома-то оно, эт само, всё ж лучше сил набирать. Расскажи токма о том, кто записку эту зломысленную передал? Знаешь его? Видел раньше? Выглядел как? Где встретил?
|
|
257 |
|
|
|
|
- Давно меня Марией не называли - улыбнулась девушка.
- Спасибо, что статуэтку спасли. Сейчас по всему Каэдвену гонения на Мелителе. Король считает, что не женщина должна распоряжаться своей утробой, а королевские указы. Мы же всегда помогали тем, кто носит нежеланное дитя, плод насилия.... Или глупости. От этого может родиться лишь зло, и не всякая женщина носит в себе столько света, чтоб это зло преодолеть любовью. Помогаем мы и тем, кого отвергли другие - но тоже в первую очередь женщинам. Укрываем их в тайных местах, помогаем вернуться в свету. Король же считает, что мир и добро придут в страну только тогда, когда будет повешен последний преступник. На беду, не только число преступников, но и перечень того, что считается преступлением постоянно растёт. Король видит в нас занозу в пятке государственной машины. Храм в Эльсборге получил предупреждение - за год найти новое место, или же сестёр разгонят силой оружия. Официальная причина - оборонные нужды, якобы в том месте важно построить крепость. Но помимо официй, есть и простой люд. Ревнивый мужья, отвергнутые любовники, фанатики... Мне повезло найти кров у Пампинетт, здесь я под своеобразной защитой - многие мужчины хотели бы видеть меня живой. Мёртвая я буду не столь страстной, как им бы хотелось! Но многим повезло меньше. Моя подруга, Анна, известная у Пампинетт как Дульсинея, попала в лапы Милоша. Она знает больше меня, она учила меня ещё в Эльсборге. Она помогала всем нам здесь - но тайно, в отличие от меня. Только "своим", никаких посторонних. Один лишь раз сделала исключение, две недели назад к нам пришёл израненный человек, видимо, военный или наемник. Ему нельзя было не помочь - если бы Пампинетт не вытащила его на порог, он бы умер прямо на улице. Он явно скрывался от преследования, но как только смог самостоятельно встать, он ушёл, видимо, чтобы не навлечь на нас беду. Но все же беда пришла.
- Теперь Анну, как я слышала, хотят везти в столицу. Что с ней там сделают - я не знаю. Быть может, заставят служить королю, это по крайней мере было бы лучшей участью - лучше спасать хоть самую злобную жизнь, чем лишиться своей, или же предать веру. Но может быть и иное - из неё сделают пугало для мирян. И, в конце концов, придумают казнь поизощренней, чтобы подстегнуть тех фанатиков, что уже сейчас осуждают Эльсборг. Король, как обычно, скажет, что это лишь "единичный случай", мол, ко всем жрицам у него нет претензий. Но претензий не будет и к толпе с вилами и факелами, что придёт осуждать наш храм... И смерть вашего товарища - часть общей травли. Теперь люди будут бояться получать помощь от Мелителе. И в таком случае даже без гонений в Эльсборге - нам придётся уйти, просто чтобы не навредить невинным.
|
|
258 |
|
|
|
|
Гнесь пришёл в себя и явно повеселел. Да что там, считай второй раз родился! Правда, он не придавал большого значения усилиям Черри. Как и многие мальчишки в его возрасте, он считал себя бессмертным существом, а девушка лишь облегчила его страдания и позволила пораньше вернуться к играм - за что, конечно, заслуживала самой огромной благодарности, на которую способно детское сердце. Гнесь улучил момент, когда Черри Виш склонилась к нему, чтобы проверить пульс, и обнял её за шею, притянул себя к ней, и чмокнул в щеку.
- Спасибо, тётя Черри! Вы крутая!
- О, не забыли мне жалованье? Я уже хотел ругаться! Успели вовремя, а то натравил бы на вас духа старого мельника!
И Гнесь улыбнулся озорно, давая понять, что это просто шутка такая, а зла он не держит.
- Ишь ты, записка коварная какая! Дядька какой-то передал. Я его не запомнил толком, вот помню глаза у него такие... орлиные. Будто цепляет тебя. И борода лопатой, вообще к лицу не шла. Сам худой, как жердь, а борода что у купца первой гильдии!
|
|
259 |
|
|
|
|
Милашка Дульсинея под стражей, потому что жрица Мелителе. Вот новость, так новость! Будто щелбан отцовский да подзатыльник следом от матушки. Михай с прищуром уставился в глаза Марии - ох, не брешет ли?
Жрица Мелителе, способная прервать беременность мыслью, понесла от него, краснолюда, да ещё и бестолкового к семейной жизни! Не складывалось в его разуме! И не добротой одной лишь своей всесторонней очаровала его, видать, она тогда до беспамятства? Зачем такая глупость? Впрочем, сейчас это важности уже и не имело.
- Томас? В порядке - это хорошо... - Под тяжестью новостей, краснолюд опустился на край кровати, опираясь рукой.
Ответы Гнеся выслушивал молча, крепко думая о жизни, судьбе, её привратностях и извилинах.
- Ох, дела... Мы, эт... само, пора нам...
Забрав с собой Яржека и Гнеся, Михай поспешил прочь из заведения.
Гнеся проводить до матушки, да в Копыто пора возвращаться.
Одолевали Михая и мысли, и помысли, и желания различного толка, да всё словно в чехарду играли, не позволяя ему ни на чём сосредоточиться. Он даже не мог вспомнить, рассказывал ли о своей ситуëвине ближайшему сейчас своему товарищу Якобу. Но Михай точно нуждался в умном совете и крепком слове. Однако, перейти к главному смог не сразу - стеснялся и не знал, как начать.
...И жалование я решил раздать. Чтобы за каждой кроной не бегали – вот, 100 крон вам на первое время. И подумай, что там с мечами для Гвен. Нужны ей мечи ведьмацкие или хотя бы внешне подобные. Поузнавай у мастеров осторожно, сколько будет сработать...
- Ух, жалованье? Я, эт само, думал мы так, по-дружески. Но в карманах да, даже звякнуть нечем. Благодарю. И Гизово богатство я в дело пущу, не сомневайся.
- Ведьмачий меч? Сколь знаю, то ж меч посеребреный быть должон?! Прям два ль надо? Добрый стальной меч я б сам сработал, а вот колдунства и серебренья, эт само, мне покамест творить не доводилось, да...
- Это ж, само, да. С Гнесем хорошо всё, ожил, повеселел. Даже не смекает сколь близок был к судьбе Гизберта - молод, горяч. К матушке отвели. Говорит, не запомнил отравителя толком. Худой тот больно, говорит, а борода аж лопатой, будто шибко не по нему солидная. И глаза цепляют взглядом, будто когти орлиные. Эх, каждого такого по башке не стукнешь, вопрос не спросишь да посланьице, эт само, облизать не заставишь. А храм в Эльсборге и верно, в беде, со слов Черри. Каэдвен будто к войне какой готовится.
И лишь рассказав всё прочее, Михай собрался с силами и тихо попросил:
- ...Якоб, мне помощь... совет нужен твой.
- Запяматовал я, рассказывал ли... - слова звучали медленнее, чем обычно, да и пылевые рисунки на полу будто стали интереснее Михаю сейчас больше, чем обычно. С виду бы школный мальчишка, кабы не борода. - Семь лет тому назад я, эт само, тут крепко весело бывал. Да так, что девица одна, Дульсинея, что у мадам Пампинет работала, эт само, родила. Сынишка у меня, стал быть, Томасом звать. Узнал уж сильно позже, но о другом сейчас, эт само, хотел.
- За Томасом М... Че... Мария глядит. А Дульсинея нынче у Милоша энтого, - краснолюд огляделся, высматривая чужие уши, - вездесущего и шибко старательного. Разум ором кричит мне, что отправляться нам надо из Бондара скорее. А сердце, эт само, щемит, не спокойно совсем. Что с Дульсинеей случилась за оказия такая? Кому помогла она так, что в темнице теперь? Не знаю, как быть, нутро терзает мне. Ох, и, эт само, присел бы ты свой зад, Якоб... Она жрица Мелителе, наставницей Марии в Эльсборге была и имя ей настоящее Анна...
|
|
260 |
|
|
|
|
– Ух, жалованье? Я, эт само, думал мы так, по-дружески
Дружба дружбой, а кроны – кронами. Ну как я могу чужим заплатить, а тебя забесплатно заставлять работать. Да и в Каэдвене такая земля сухая, что здесь не подмажешь – не поедешь, смекаешь? А вы ж не нищие у меня, за каждой кроной бегать. Так что жалование будешь получать как все и долю тоже, если что обломится покрупнее.
– Ведьмачий меч? Сколь знаю, то ж меч посеребреный быть должон?! Прям два ль надо? Добрый стальной меч я б сам сработал, а вот колдунства и серебренья, эт само, мне покамест творить не доводилось, да...
– Да не настоящий ведьмачий, для виду. Мы ж с чудовищами настоящими сражаться не собираемся по ведьмачьи. А гулей или тварей попроще и копьями да топорами можно сработать.
– Сынишка у меня, стал быть, Томасом звать.
– Крепко загулял? Ну ты, брат, даешь. Это надо ж так девицу трахать, чтобы никакое снадобье семя не вытравило... Вот это я понимаю, крепок ты в чреслах, Михай – Якоб заулыбался и хотел по своему обыкновению похлопать приятеля по спине, но передумал, заметив, что тот не настроен шутить.
– Что с Дульсинеей случилась за оказия такая? Кому помогла она так, что в темнице теперь?
– Разузнаем, друже, ты не переживай. Есть у меня тюремщик один знакомый. Да в кости приглашали поиграть. Авось что вызнаю. А мальчонку забери. Пусть за лошадьми и телегой присматривает. Где это видано, чтобы краснолюд при бабах в борделе воспитывался. С собой заберем, к делу приставим. Пока за мулом присмотрит да телегой – невелика наука, освоится, если что, Яржек научит. А там к делу приставим. Захочет – счету, письму и торговле обучу. Или ты к ремеслу его приохотишь. Только с Бартеком не оставляй – этот прохвост ничему хорошему парня не научит.
|
|
261 |
|
|
|
|
— Чародейство у Aen Seidhe в крови, — не осталась в долгу Лара на прощанье.
На жест учтивости аристократа, так и не назвавшего своего имени, она ответила сдержанным наклоном головы, продолжая сидеть. После судебного заседания и бурной сцены воссоединения отряда Лара порядком проголодалась и хотела заказать у Вальдена что-нибудь перекусить перед тем, как присоединиться к похоронным хлопотам. Но планам эльфийки — в который уже раз? — суждено было претерпеть внезапные изменения.
— Фью-ю уху-у!
Бесшумно, как все совиные, взмахнув крыльями, Бублик сорвался с места и бросился вдогонку за безымянным секундантом. А потом и вовсе уселся у того на плече, словно они были закадычными друзьями. Девушка насторожилась: такой доверительный жест был вовсе не характерен осторожной птице.
— Стойте! — окликнула она молодого человека.
Последующий диалог был понятен всякому, кто владел Старшей речью и наречием браминских сычей:
— Manan? — спросила девушка; в её глазах сквозил неподдельный интерес.
— Ткр! — ёмко возмутился сыч, взъерошив перья.
— Raice, —эльфийка лишь сухо усмехнулась, кажется, нисколько не тронутая доводом друга.
Но пернатый спорщик и не думал сдаваться так просто.
— Аэ. У! У! У! У! У! — зачастил он, так что перья на горле заходили ходуном.
— Maer meldir, — теперь Лара как будто согласилась, оценивающе взглянув на человека.
— Иэ-э! Ы! Ы! Ы! — писк Бублика звучал жалобно.
— Hand golwen… — задумчиво пробормотала девушка.
Кажется, последний аргумент был для неё самым весомым.
— Хорошо, — выдала «ведьмачка» после короткого молчания. — Я берусь вам помочь. К счастью для вас, мой друг свято чтит узы дружбы, и вы ему нравитесь. И да, — добавила она, поднимаясь, — раз уж ваш друг учёный… каких, в какой области науки? В любом случае после дуэли я хочу послушать его лекцию. В качестве приятного дополнения к материальному вознаграждению.
|
|
262 |
|
|
|
|
Комплимент Михаевой плодовитости не прошёл мимо его ушей. Однако ж даже лёгкой улыбки на физиономии не вызвал. Лишь хмыкнул, ибо сам он около получаса назад додумался до версии и принял её как, пусть не самую умную, но наиболее реалистичную. Версия была сколь проста, столь же и нелепа: Дульсинея просто не приняла зелья. Почему она так поступила, будучи жрицей и имея первейший доступ ко всему нужному, Тортеваль никак не мог уразуметь.
- Тюремщик? - день не переставал сыпать удивительными новостями. - В кости? Ну, это хорошо, что самим нет надобности тудыть. А то физии наши у Милоша приступы вызывать начнуть такие, что вешать нас станет раньше, чем о собственной судьбе беспокоиться. Коль есть способ вызнать, спроси, да.
- Томас - он, эт само, ну... полукровка. Я... не представляю, как, эт само, отцом бывать. Совершенно! И мал он пока больно. А то хотелось бы ремеслу-то научить. Токма видел бы ты взгляд егойной матери, когда я заикнулся... Хорошо, что жрица, а не колдунья какая-то, сожгла б...
- А, узнай ещё. Может, свидеться с Дульсинеей позволится?
|
|
263 |
|
|
|
|
- Что ж, ваша птица, видимо, заслуживает доверия, если столь умна, что с ней можно вести разговор. Мой друг уже прибыл, мы сговорились по сотне крон за урок, и готовы начинать, как только вам будет угодно. Здесь я полностью полагаюсь на ваше мастерство! Ах, да, вас интересовала область научных интересов моего друга... Я слышал, ведьмаки стараются не отставать от успехов науки. По крайней мере, те ведьмаки, которые хотят жить долго. Мой друг изучает движение светил, правила сопряжения сфер и абстрактное исчисление. В последнем, признаться, я ничего не смыслю, и мне не хватает фантазии, чтобы понять его изложения. О сложении поворотов я ещё могу рассуждать, но когда он берётся складывать и перемножать реальные тела или же возводить в степень математическую операцию, моя голова просто отказывается работать. Однако, вся эта его логика действительно помогает решать сложные задачи, пользуясь лишь пером и парламентом, вот что действительно важно!
|
|
264 |
|
|
|
|
Как и условились с Якобом, Жегля после службы пошёл метнуть кости в Чашу, да заодно пропустить по две-три кружечки.
- А, здорово, пан краснолюд, ну, радостное у тебя утро сегодня?
Узнав, что Якоб по делу пришёл, да о том, что за дело, Жегля призадумался.
- Вот что тебе не сиделось в тюрьме-то? Там бы я вам совместную прогулку устроил... И все ещё могу, если ты или твой знакомый по какому обвинению сядут, пусть хоть но навету! А просто так опасно - девка-то политическая... Завтра сюда прибывает церковный судья от самого архиепископа Ард Каррайгского Бенджамина. Будет ту девку сношать, но сугубо ментально. Говорят, одним взглядом волю ломает! Хотя откуда в нем силища такая - в толк не возьму. Вон, давеча как вас на суд вёл, видал среди публики парня, его отмыть - вылитый судья архиепископский. Ну, не только отмыть, ещё сутану чёрную с красным подбоем надо. Мелкий такой, и глаза бегают туда-сюда, как будто стырить чего хотел. Ну, у судьи-то понятно, глаза не бегают. Прям в душу глядят! А все ж похож.
|
|
265 |
|