- …раз! Два! Раз! Два!
Оглушительный рёв гигантского гибрида акулы и крокодила. Раскаты грома. Чавкающий звук гарпуна, раз за разом вонзающегося в хлещущую мутной кровью плоть, смываемую проливным дождём. Заглушающий всю эту какофонию надрывный, почти безумный боевой клич незнакомой морячки, работающей вторым гарпуном немного сбоку. Бешено колотящееся сердце, требующее упасть без чувств в ту же секунду, как это закончится.
Вам, должно быть, интересно, как я здесь оказался?
Отвратительно дождливый вечер. Разумеется – только покажешься на улицу, как небо захочет наверстать свою норму по осадкам. На ближайшие полгода. Вымокший до нитки синеволосый парень, признав бесполезность попыток что-то обходить в такой дождь, зачерпывал прохладную воду кроссовками, пытаясь делать вид, что наслаждается прохладным душем. Блеск. Просто блеск. День не может быть хуже. Эй, стоп. Это была шутка.
Крик привлёк внимание к происходящему у соседнего здания. Вгляделся, пытаясь неловко отодвинуть намокшие волосы с глаз. Ох ты…
Темная масса дикой, сочащейся слизью помеси крокодила и акулы, грозно, как бы комично это не выглядело бы, поднимавшаяся на своих плавниках.
Фигуры незнакомой женщины и ребёнка, вжавшиеся в стену, но слишком близко, чтобы рвануть влево или вправо. Дерьмо. Что теперь делать?
- Эй, гнилая рыба, я здесь! – выкрикнул, привлекая внимание. Мотнула головой, недостаточно. Срочно – нужно что-то посерьезнее. Взмах рукой.
Небольшой однозарядный пистолет. Что? Это же не остановит эту штуку. Минуточку. Нужна жертва? Тем временем, акулокрокодил продолжил прижимать к стенке свой будущий ужин. И что, просто так стоять? Эта штука же никогда не была откровенно самоубийственной, да? Сейчас же есть возможность, да? Ему на самом деле повезло: пуля такого калибра не остановила бы такую тушу. Да? Шаг. Шаг. Шаг. Вот уже, гражданские больше не на линии огня. Нужно только…
- Стоять!!! – скорее подбадривая себя, чем стараясь напугать или обратить внимание, почти взвизгнул парень. Выстрел. Звон в ушах, как от резко подскочившего давления. Впрочем, почему как?.. Тварь оглушительно взвыла, щедро орошая тротуар своей кровью. И вряд ли это было тупое везение и Джозеф правда попал во что-то важное… Воспользовавшись шоком и замешательством, перезарядить дрожащими пальцами.
Выстрел. Крокодил повернулся и сжался, будто пытаясь прикрыть зубастую морду. Выстрел. Женщина подхватила ребёнка и выскочила из ловушки. Выстрел.
Глубокий, натужный, хрипящий вдох. Жжение. Струйка крови, прокатившаяся по рукам. Механическая рука, резко снова начавшая казаться чужой, неподъемной, как в первые минуты. Полученные ещё той ночью раны напомнили о себе – самая хрупкая часть сдала первой, как только новому оружию потребовалось найти, как сделать хозяину плохо.
Не спешивший падать крокодил сначала перестал сжиматься и прятаться, а потом осмелел, почувствовав слабость нового кандидата в закуски. Лаплас осмотрелся. Забор слишком хрупкий. Можно рвануть к дороге – но хватит ли сил и скорости по прямой? Если петлять между автомобилями, зверя это запутает сильнее, чем человека. Хватит ли ему массы идти напролом? Трансформаторная будка. Высокая, но можно залезть и дождаться помощи… Или хотя бы удачного оружия, способного снова переломить ситуацию в его пользу. Карабкаться на ластах же неудобно? А как оно сюда вылезло? Если из канализации, то может и нормально?
Попытку перейти от планирования к действием прерывало нарастающее гудение за спиной, словно от авиационной турбины. Хлопок. Всплеск и шипение разбрасываемых во все стороны мощным воздушным потоком капель дождя. Мерцающее острие гарпуна, глубоко вошедшее в теперь уже явно испуганную рыбину.
- Ха-ха! Вот тебя и настигли! – Лаплас обернулся на голос, высокую, рыжеволосую с пробивающейся сединой женщину, в мутно зелёной, основательно засоленной флотской форме, чья покосившаяся фуражка так и норовила прикрыть один глаз, пока неизвестная ловко цепляла второй конец троса к фонарному столбу.
-О нет-нет-нет, никуда ты не идёшь, - незнакомка крепче схватился за трос, упираясь ногами в землю, чтобы остановить попытку своего улова сбежать. -А. Ещё на ногах. Эй, салага! Не обделываться на посту! Хватай второй и добивай! Быстро!
Потребовалась секунда, чтобы осознать происходящее. Пронзительный взгляд рыжеволосой начинал наполняться гневом и разочарованием, будто желая передать что-то вроде «ещё один придурок» с каждым мгновением промедления. Сделал несколько шагов к ней, снимая запасной гарпун с её спины.
- Я не умею… - начал расписываться в собственной некомпетентности Джозеф, пока это кого-то не убило.
- Целься и кидай, что тут уметь! Ну!
Поднял руку, не желая спорить дальше. Гудение турбины. Ставшие видимыми под проливным дождём потоки ветра, описывающие спираль вокруг рукояти. Вот оно как?.. Да и вообще, это копье почти в человеческий рост какое-то подозрительно лёгкое. Ладно, в городе бывали и более странные вещи. Бросок. Хлопок. Жалобный рёв.
- Есть! За мной, со всех ног, пошёл!!! – морячка схватила его за руку, увлекая за собой. Несколько секунд хаотичного бега, чтобы оказаться вплотную к «улову».
- Руки крепче! Доставай и коли, пока не сдохнет! Ещё! Раз! Два! Раз! Два! – разрезающий ночь, полный абсолютной уверенности пополам с боевым безумием крик не оставлял место для сомнений, пока ноющие от усталости руки чуть не выронили оружие сами по себе прямо в лужу крови и рыбьих ошмётков. Пока грозный крокодил не превратился в трудноузнаваемое месиво.
- Что… Это было? – сквозь одышку спросил парень.
- Рыба.
- Что это было что это было что это было что это было?! – как только стало ясно, что опасность отступила, он мгновенно сорвался на панику, срываясь на истеричный, раздирающий горло вопль.
Удар по лицу. Несильный, приводящий в чувство.
- Да хорош ныть, салага. Неплохо справился, на самом деле. Главное, что мы доказали, что в этом мире люди всё ещё едят рыбу, а не наоборот! Выше нос, кому сказала! – её лучезарная улыбка позволила сделать расслабленный выдох. Вдох. Выдох.
Морячка что-то пробормотала под нос, сначала машинально достав трубку, чтобы закурить, а потом быстро убрав её, осознав тщетность такого желание посреди бушующего шторма. Не услышал из-за гудения в голове. Она сама объяснилась с полицией. Сама же и растворилась в ночной темноте, не поделившись даже своим именем.
Уже когда лежал дома в кровати, отходившая от шока в моменте память заполнила недостающие детали.
- И прочих уродов, отказавшихся от своей человечности, - пробормотала рыжеволосая, задумчиво убирая трубку в карман.
От вида морепродуктов тошнило еще минимум две недели.