| |
|
|
𖠨 UNKNOWN VESSEL
𖣘 UNKNOWN COORDINATES
𖣔 121 day | 1105 Imperium year (1 May 5626 CE)
Холодно.
Было настолько холодно, что пальцы на ногах и на руках практически жгло от холода. Он судорожно выдохнул и закашлялся, выпустив из себя лёгкое облачко пара… Пар?! Почему в криокойке воздух до сих пор не прогрелся?! Так быть точно не должно, ведь за свою жизнь он провёл в криокойках не день и даже не месяц, и потому прекрасно знал, что на момент пробуждения температура внутри капсулы всегда должна была быть адекватной. Да, тело будет страдать от последствий коктейля из медпрепаратов и чудовищно низкой температуры, которая гарантировала витрификацию* тела «пассажира» криокойки, но на момент пробуждения условия внутри капсулы давно должны быть нормальными.
С трудом разлепив всё ещё тяжёлые веки, он увидел, что стекло крышки криокойки покрыто изморозью, а по ту сторону стекла темно и ритмично мерцают красные аварийные лампы. Голову разрывала дичайшая боль, словно мозг внезапно решил стать в три раза больше и теперь давил на стенки черепа изнутри, грозя взорвать свою привычную обитель. Внезапный приступ тошноты едва удалось сдержать — не хватало ещё заблевать себя, лёжа в криокойке. Пошевелив пальцами босых ног, чтобы вернуть им хоть какое-то ощущение тепла, он начал нащупывать кнопку аварийного открытия крышки — почему-то система, разморозившая его, не открыла криокойку сама. С лёгким шипением крышка ушла внутрь стенки капсулы, и на него обрушилась оглушающая тишина, царившая снаружи. Хотя…
Во-первых, слух уловил непривычные звуки — что-то где-то капало, что-то где-то журчало, что-то где-то плескалось. Словно корабль решил перепрофилироваться и стать не звёздным, а обычным мореходным судном. Во-вторых же — уши ощутили что-то… Не услышали, а именно ощутили — как когда они ощущают, что лифт принялся быстро двигаться вниз по шахте. Ощущение давления. Что-то давило на обшивку корабля, словно тот больше не находился в вакууме или в воздушном пространстве, но был в куда более плотной среде.
Ноздри затрепетали от запаха озона. Перегорела проводка? Он поднялся и с трудом, всё ещё ощущая головокружение, выбрался из криокойки. Ступни сразу же ощутили что-то мокрое под собой: вода, глубиной по щиколотку. Палуба, которая, как наконец разобрали глаза и вестибулярный аппарат, была немного наклонена вправо и в сторону кормы, и там, где она была ниже, медленно накапливалась вода, тёкшая из служебных и вентиляционных шахт. Алые отблески мерцающего аварийного освещения почти гипнотизировали. Тряхнув головой, чтобы избавиться от этого усыпляющего ритма, он застонал от боли и внимательно огляделся вокруг.
Небольшое помещение, единственным значительным содержимым которого являются шесть криокоек, установленных прямо на полу — хотя обычно их встраивают в стены для экономии пространства. Серые металлические стены, терминал бортового компьютера, мерцающий красным символом тревоги — 𖢅, особым символом, означающим отключение системы жизнеобеспечения, а также несколько вещевых шкафчиков у дальней стены. Крышки ещё четырёх криокоек с шипением открылись, и из них с таким же трудом, как и он сам мгновения ранее начали выбираться люди. Последняя — шестая — всё ещё оставалась закрытой.
Нащупав контур внутренней полочки для шипшузов, он нажал на дверцу и та открылась. Достав мягкие тёплые тапко-кроссы, как их часто называли, он натянул их на покрывшиеся гусиной кожей из-за ледяной воды ноги и с удовольствием ощутил в ступнях первое комфортное чувство с момента пробуждения: тепло, сухость и защищённость. Расправив свой серый криокомбинезон — отметив, что на нём не было никаких нашивок или маркировок; тонкая не защищающая от холода ткань, рукава и штанины на запястьях и щиколотках отворочены для подключения к катетерам трубок, подававших медицинские коктейли, — он сделал первый шаг.
Первый шаг в незнакомом корабле, в компании незнакомых людей. Своё имя он помнил, и то хорошо, но вот как он оказался здесь, где это «здесь» располагалось, и чем являлось, кто все эти люди, а также что он делал в последнее время — всё было в каком-то странном, неестественном тумане. Он чётко знал, что между последними его воспоминаниями и данным моментом прошло много времени — месяцы, а то и скорее годы, и что эта амнезия могла быть и не связанной с жёстким пробуждением в криокойке, которая, судя по всему, глюканула и не сработала по стандартному алгоритму. Может, эти незнакомцы помогут понять, что он делает на борту этого — судя по всему, тонущего — звездолёта, куда этот звездолёт занесло и что, чёрт подери, происходит?!
Результат броска 2D6: 4 + 1 = 5 - "Defining the unLuCKy ones".
|
|
1 |
|
|
|
|
Бэт не был уверен, как он оказался здесь и сейчас, но был достаточно уверен в том, что просходившее не было нормой. Хотелось закрыть глаза, сказав всему этому исчезнуть и открыть их в новом, лучшем мире, где тело не трещит по швам, ноги не заливает водой а окружение знакомо как собственная ладонь.
— Вашу мать... — произнёс молодой человек, когда после очередного покачивания вокруг своей оси мир остался прежним. — Ненавижу криосон.
Наконец начав ощущать себя разумным существом, а не неодушевлённым содержимым морозильника, Акари оглядел комнату в поисках знакомых лиц или вещей. Дисплеи или знаки? Предупреждения или инструкции? Он был бы рад любым подсказкам.
— Кто-то знает как мы оказались... Здесь? — вопросил он у неизвестных соседей по капсулам. — Потому что я — нет.
Шансы, что кто-то всё-таки имел представление о ситуации вокруг, судя по аварийному пробуждению, были малы, но всё-таки имелись. Бэт не был фанатом холодного сна и не отправился бы в него без нужды со стороны. Или принуждения. Уж слишком некомфортной выглядела перспектива глубокой заморозки для псионика, что мог войти в гибернацию с меньшими рисками и побочками сам. Так что первым делом в его голову приходили неприглядные варианты своего попадания в подобные условия. И подтверждение или опровержение этих страхов было довольно высоко в приоритетах вопросов Акари.
|
|
2 |
|
|
|
|
Шота сел на краю криокойки и обхватил себя руками в попытке согреться. Перевел взгляд на аварийные лампы, соседей по палате, активную информационную панель. Цвет освещения - красный, значит, критический сбой. Размороженные незнакомцы - в пяти капсулах, неровно расставленных вдоль стен. На терминале - символ в виде креста. Шота моргнул несколько раз, натужно разгоняя оттаивающие мозги.
Хватит ли ему доступа чтобы работать с терминалом? Кто он на этом корабле? Может, пилот? Скорее — такая же жертва экстренной разморозки, как и остальные. Казалось, стоит сосредоточиться, выудить из памяти любой фрагмент и он вытянет остальные воспоминания, но это не работало. Была "Цикада", прыжок через систему Гриля транзитом, а потом... тоже что-то было, но большой пласт событий не поддавался осознанию.
Что тут случилось, что за потоп? Пробит бак жилого блока? Нет, больше похоже на аварийное приводнение. Вода — пресная, значит, в озеро? С повреждением корпуса. Молнии не искрят - значит, защита от замыкания вырубила основную энерголинию? И тогда умные криокапсулы включили режим экстренной разморозки... это все догадки, понятно только, что произошел какой-то пиздец.
— Пизде-е-ец, — прочистил горло Шота. Травмированную носоглотку терзал озон, красные сполохи нагнетали тревожность. Вода тихими метастазами расползалась по звездолету, грозя затопить его нахрен. Взгляд вернулся к символу креста. Надо все же начать с него, потом шкафы, потом эвакуация. И с остальными криопопаданцами разобраться. Один из них пытался наладить контакт, но начал с вопросов. Значит, надо поработать над ответами самому.
Шота сполз с койки, постоял, шатаясь, как после ураганного оргазма, и шагнул к терминалу. Тапнул в экран, вызвал окно авторизации и приложил ладонь.
|
|
3 |
|
|
|
|
Его разбудил стук.
Стучали зубы.
Его зубы.
Не в силах подавить нарастающую дрожь, он обхватил себя руками, потом с силой растер ладонями лицо и зажмурился. Мимолетные ощущения бодрости и ясности ума безжалостно сменились чередой сигналов со всего тела. Они наперебой спешили донести до хозяина свои неоценимые впечатления о пост-крио-токсикозе и всех сопутствующих симптомах. С ломотой костей могла соперничать лишь ломота, поселившаяся за глазами. Не-на-ви-жууууууу… а почему дубак-то такой?
Разлепив глаза, он несколько секунд тупо смотрел на изморозь на крышке своего саркофага, но думал при этом о ритмично вспыхивающем красном свете. Что-то не так, догадался он. Рефлексы врожденные, те, что гены пронесли сквозь тысячи лет и парсеков, вопили о немедленной эвакуации. Выскочить из гроба и бежать. Куда? Там видно будет. Угу, ща. Рефлексы, годами вбиваемые в мозг и тело, приказали затаиться и сначала понять, куда и зачем, а потом уже бежать. Подожди, гипоталамус, не до тебя сейчас. А вдруг там вакуум…
Тело снова пробила дрожь, а снаружи донеслось что-то членораздельное. Кажется, ругань. Это хорошо. Это правильно. Это лучше, чем визги, взрывы или полная тишина. Пусть ругаются. А у него есть пара минут на то, чтобы привести мозги в порядок. Он глубоко вдохнул и начал долгий, медленный выдох. Дыхательная техника угомонила дрожь и на время отогнала головную боль. Итак, что могло пойти не так? Нет ответа. Почему нет ответа? Потому что нет того "что", которое должно было пойти "так". Информация о том, где он – отсутствует. Кстати, почему он здесь – тоже. Час от часу не легче. Ладно, а кто там ругается? Информация о том, с кем он оказался на борту – отсутствует. Тааак. Лааадно, будем знакомиться. Он похвалил себя за то, что, несмотря на лютый холод, остался на месте. Если те, кто там ходит и матерится, поинтересуются его состоянием, это уже о многом скажет. А ему позволит прикинуться контуженным… тэкс… а… собственно… …
И тут в криокапсуле стало нестерпимо жарко, а потом он, взмокнув, проледенел до самого нутра, где, сотрясая грудную клетку, бухало сердце.
.
. .
. . .
. . . .
Он не помнил, какое у него задание…
|
|
4 |
|
|
|
|
Холодно… Изморозь в криокапсуле? Неужели все так плохо, что их послали на задание, не починив корабль? Или все сломалось уже в полете? Красные огни просто так не горят...
Хм, это не их корабль… Тогда, что он здесь делает? Ничего не помню!
М-м-м… как же болит голова! Неужели у него снова контузия? Эх, доктор Вальтер, вас бы сюда сейчас… Хотя может и не надо – бездна знает, что здесь происходит…
Мартин выбрался из криокойки и огляделся – странно, так ощущение, что каюта изначально была предназначено совсем не для этих целей. Что это – нехватка времени или народу так много, что криокапсулы ставили в любом мало-мальски пригодном месте?
И этот шум – может они участники испытаний подводной лодки? Послать людей, ничего им не объяснив – это вполне в духе яйцеголовых…
Так, судя по всему с «оценить обстановку» больше на данный момент не получится, значит пора на рекогносцировку – начнем, пожалуй, с вещевых шкафчиков
|
|
5 |
|
|
|
|
– Тедди, вставай – в голове раздался голос мамы. – Проспишь экзамен! Давай-лавай, я вижу, что ты уже проснулся, соня, у тебя сегодня важный день!
Теодор Боровски с трудом разлепил глаза. Он ненавидел проспаться так, когда сознание напоминало о детстве – а такие дни он обычно вставал рывком, чтобы побыстрее вернуть себе контроль над телом и разорвать в клочья остатки сна. Обычно это удавалось, но сейчас его героическая попытка привела к тому, что он крепко ударился лбом в толстое стекло криокапсулы. Какого черта! Он же должен проснуться в своей койке офицерской каюты, уставившись на плюшевого медвежонка немалых размеров, что прислали ему офицеры их подразделения – глупая шутка, на которую Тедди отреагировал ещё более глупо – водрузил медведя себе на свой стол, будто пытаясь всем доказать, что этот разыгрыш нисколько его не задел. Медведя не было, не было и койки, не было и каюты. Не было ничего из того, что он помнил. Тедди напряг память, пытаясь вспомнить хоть что-то и его брови удивлённо взлетели вверх – он не помнил ничего, лишь свою офицерскую жизнь в составе космического десанта. Лишь лицо одного из проснувшихся вместе с ним показалось ему знакомым. Вот только нашивок и знаков различия у него не было...
– Хольст? Капитан Хольст? Я Боровски, помните меня? – спросил тихонько Тедди у знакомого офицера
Пока Боровски ждал ответа, мозг в это время на автомате обрабатывал вводную информацию. Кажется, имеет место повреждение систем жизнеобеспечения. Поэтому он бросился к компьютеру и попытался сделать запрос о состоянии ключевых систем корабля или где они там были...
Тедди помнил о своем растущем в последнее время желании уволится из армии и совершить что-нибудь эдакое, что наконец то позволит ему зажить своей жизнью и выйти из под контроля родителей, поэтому первое, о чем он подумал было следующее: "Боже, Тедди, во что же ты такое вляпался? Почему на тебе не форма, а одежда, больше подходящая сраному колонисту?"
|
|
6 |
|
|
|
|
Осмотревшись вокруг, Бэт отметил, что видимых повреждений (насколько можно было разглядеть в мерцающем красном аварийном освещении) ни на стенах, ни на полу, ни на потолке видно не было — за исключением медленно прибывающей воды и неправильной температуры воздуха. Четыре двери (слайдеры, уходящие в стены; по две двери на стену) были настежь распахнуты, и за ними виднелись коридоры, где точно также была вода и мерцал красный свет. Знакомых среди трёх других очнувшихся не оказалось, и молодой человек решил заглянуть в две криокойки, из которых их «пассажиры» ещё не вышли, но толком ничего не разглядел — стекло крышек изнутри было покрыто тонким слоем изморози, а подсветка не работала.
Шота подошёл к терминалу и коснулся сенсорного экрана рукой. Символ аварии системы жизнеобеспечения пропал, экран на пару секунд осветился логотипом какой-то неизвестной Озаве компании — «Stenmore Minerals Incorporated», а после, как в случае аварийной посадки, показал план корабля с мигающей стрелкой, указывавшей направление к выходному шлюзу. Мигала не только стрелка, но и значок низкого уровня электроэнергии, что значило только одно: генераторы судна повреждены, а авария, вероятно, произошла уже какое-то время назад, за которое электроэнергия иссякла. Шота сразу же узнал тип корабля: малый грузовоз типа «Maus», которые пилоты и космоплаватели называли «летающий гроб» из-за его уродливого дизайна: двухпалубный металлический параллелепипед без окон, который использовали внутри систем для быстрых грузовых перевозок. На нижней палубе располагался грузовой ангар с погрузочным краном, ремонтным снаряжением и, как правило, несколькими скафандрами, на верхней, где находился Озава и его неизвестные товарищи по несчастью — капитанский мостик и каюты для персонажа и пассажиров. Поскольку малые грузовозы летали только в пределах одной звёздной системы и не были оснащены прыжковыми двигателями, наличие криокоек абы как расставленных в том, что некогда было общей каютой, было абсолютно странным. Странным также показался пилоту тот факт, что на плане корабля эта каюта и ещё одна были названы «Назначение изменено»; вероятно, во второй каюте тоже были криокойки.
Когда Озава попытался войти в систему, чтобы проверить логи корабля и понять, что же и когда на нём произошло, та потребовала у него логин и пароль. Судя по всему, так просто получить нужную информацию не выйдет. Шота помнил, что на таких корытах ставили примитивные бортовые компьютеры, потому взлом займёт не много времени, максимум полчаса, но вот есть ли они у них — это был совсем иной вопрос.
Мартин тем временем начал осматривать шкафчики для персонала, встроенные в стены между раскрытыми дверьми помещения. Чуть погодя к нему присоединился и Тед — вот уж встреча, так встреча; оба мужчины служили в космодесанте, но в разных подразделениях и даже системах, и поди пойми, почему и как они оказались здесь и сейчас: общее задание? случайность? Тед, направившись было к терминалу, увидел возле него высокого незнакомца, который уже возился с компьютером, потому Боровски решил помочь Хольсту осматривать вещевые шкафчики.
В них не оказалось ничего критически важного, хотя среди старья и барахла (судя по всему, в этой общей каюте уже очень давно никто не жил) нашлось несколько важных предметов: оружие, правда в виде лишь одного тактического кортика, сбалансированного так, чтобы его можно было метать, комбинезоны механиков, способные защитить от холода, правда всего три штуки, и резиновые перчатки, которые стоило бы надеть на всякий случай — кто знает, может авария случилась из-за того, что где-то закоротило оголившийся кабель? Как бы то ни было, чтобы окончательно не задубеть в постепенно, но ощутимо увеличивающемся холоде, вероятно, стоило начать осматривать и прочие помещения на предмет того, во что можно было одеться и чем можно было согреться.
|
|
7 |
|
|
|
|
После нескольких секунд паники дрожь взяла свое. Лежанка стремительно высасывала из тела остатки тепла. Он лениво вытащил из чертогов памяти стадии обморожения. Вот уж чего никогда не пригождалось. Странно, но становилось все холоднее. Снаружи доносились голоса…
…Снаружи доносились голоса. Он вздрогнул всем телом так, будто внезапно поймал себя на пороге шахты лифта в небоскребе. Отключился? А вот это уже не хорошо. Итак, что мы имеем. Воздух снаружи есть, пожара нет, никто не орет, не бегает, не задыхается. Уже неплохо. При этом капсулы никто не проверяет. Сочтем это за минус. С другой стороны, никто не спешит его отсюда выволакивать, а могли бы – несомненный плюс. Плюс на минус дают ноль, с этим отсчетом и стартанем.
Открыв капсулу, он уселся на краю, энергично растирая плечи и осмотрелся. Судя по растерянным лицам, вопрошать "что здесь случилось" бесполезно. Сочтем это за… пока за ноль. Температура… солидарна. Снизу донесся слабый плеск. Вода? Изнутри или снаружи? Несложная логическая цепочка привела его к мысли о том, что в любом случае стоит поторопиться. Уцепившись рукой за край капсулы, он извернулся и, открыв шкафчик, достал космотапки. Все так же, молча, натянул их на ноги, пересчитал капсулы и собратьев по несчастью. Не сходится. Опа, это же умный капитан. И… ба, да я знаю этого морийца. Надо же, он снова в поиске.
– Доброе утро, господа, – известил он присутствующих о своем пробуждении и приветливо кивнул знакомым. Потрясающе, два никак не связанных друг с другом человека. И оба ни разу не помогут ему с ответом на главный вопрос. Что ж, отложим.
Угловатыми от холода движениями спустившись с койки и стараясь не гнать волну, прошлепал мимо терминала к закрытой капсуле и заглянул внутрь. Подъем? Ни черта не видно. Он постучал по стеклу, после чего проверил статус пациента и попытался уговорить тупой саркофаг работать так, как задумывалось. А вдруг тот, кто внутри, сможет "вспомнить всё".
– Раз нас снабдили морозильниками, значит и каюты у нас должны быть, – уронил он в пространство интригующую мысль, сам, впрочем, оставшись у криокапсулы. Исследовать поврежденный корабль первым? Нет, спасибо. Бездна, почему на нем нет нашивки с именем?! Имя, сестра, имя, как, черт побери его зовут на этот раз. – Все это немного напоминает десант, да, капитан Хольст? – Обернулся он к Мартину. – Может быть, вы проясните ситуацию, потому что я, признаться, еще не отошел от… – он неопределенно покрутил рукой в воздухе и усмехнулся, – будто с попойки в капсулу лег. Может, мы все что-то праздновали?
Результат броска 2D6+-1: 5 + 1 + -1 = 5 - "2d6 + Образование + Торговля = средняя проверка (ЦЧ 8+) = если Эл пытается вспомнить, чем компания (или корпорация?) торгует и где"
Результат броска 2D6+-1: 5 + 5 + -1 = 9 - "2d6 + Образование + Астронавигация = сложная проверка (ЦЧ 10+) = если Эл пытается вспомнить, на каких маршрутах оперирует такая компания"
Результат броска 2D6+3: 5 + 3 + 3 = 11 - "2d6 + Образование + Расследование = очень сложная проверка (ЦЧ 12+) = если Эл пытается вспомнить, не мелькало ли это название в его прошлых файлах, и если мелькало, то что там было по секторам, в которых эта корпорация или компания активна"
|
|
8 |
|
|
|
|
Голос из-за спины раздался неожиданно, сказывались последствия внештатного выхода из криосна. Боровски! Точно! Как же он сразу его не приметил. Не заметить Тедди Боровски! Скажешь кому в части, не поверят…
- Капитан Хольст? Полковник Боровски, вы что? Мы же вместе мои подполковничьи погоны обмывали! Вы еще про «двойного майора» шутили…
С осмотром шкафчиков Хольсту повезло больше, чем с опознанием. Комбинезоны, маски и перчатки – их польза была очевидна, а если кто все равно не догадался – пар вырывающийся изо рта и постепенно пробирающийся под тонкие комбезы холод быстро надоумили бы непонятливого. Применение презервативов было не столь очевидным – вряд ли кто в такой ситуации вздумал бы их использовать по прямому назначению. Точнее не очевидным для обычного штатского, но не для десантника. Хранение воды или, наоборот, непромокаемый контейнер, спасжилет или вещмешок, а еще при определенном умении линза для розжига костра – в общем, многофункциональный инструмент, к тому же занимающий мало места. Ну и, наконец, кортик – тут, как говорится, комментарии излишни.
- Полковник, принимайте вещевое довольствие. Не штатный комплект, конечно, но чем богаты. В таком холоде в том, что сейчас на нас надето, мы быстро утратим боеспособность.
Опять капитан?! Хольст с подозрением посмотрел на нового – видимо вылезшего из одной из двух оставшихся капсул – обитателя каюты. Да это же тот самый «в штатском». Как там его? «Просто Эл», кажется… Какая неожиданная встреча и снова при весьма неприятных обстоятельствах. Этот «просто Эл» явно приносит несчастье…
- Да уж, не думал, что снова встречу вас, «просто Эл». Тем более при таких обстоятельствах… - протянул Хольст, - Похоже на десант? Нет, обычно мы планируем свои операции и не оставляем своих солдат в одном исподнем. Что же касается сложившейся ситуации, похоже, я знаю не больше вашего. Но вы правы, разведку провести необходимо.
|
|
9 |
|
|
|
|
— Мы на каком-то корпоративном системнике? — вслух удивился Бэт, заглядывая через плечо неизвестного, что проверял терминал. — И что мы тут забыли?
Пожав плечами он поглядел на ещё парочку, одевающуюся в какие-то комбезы. Но трёх комбезов, не хватит на, внезапно, пятерых человек. Что напомнило мужчине, что лучше бы всё-таки убедиться, что человек пять.
— Нас встречает ледяная вода, а не тёплые объятья экзотических красоток. — помахал рукой новоприбывшему в мир живых Акари. — Так что не такое уж и доброе.
В то же время он слегка сместил своё восприятие и проверил пространство на признаки жизни. Возможно самая простая способность которая есть у телепата, в то же время способная дать много информации. Жив ли человек в капсуле, есть ли другие люди на корабле, не расхаживают ли рядом биоботы или андроиды. Да и биосфера вокруг корабля может помочь понять где именно этот корабль находится.
Результат броска 2D6+4: 6 + 1 + 4 = 11 - "Life Detection PSI 4+".
Результат броска 1D6: 6 - "×10 seconds (Life Detection)".
|
|
10 |
|
|
|
|
Шота подул на красные от холода пальцы, чтобы их хоть немного согреть. Сенсорная панель оказалась столь же леденящей, как и все остальное вокруг. Тем временем остальные размороженные тоже пробудились и вышли из капсул. Никто не торопился делиться информацией — по всей видимости, криоамнезия не пощадила их всех.
Все размороженные оказались людьми, мужчинами зрелого возраста. Из разных систем, но некоторые шапочно знакомы друг с другом — очень странно. Ощущались некоторые закономерности в принципе подбора кандидатов в этот клуб криоамнезийцев. Придется с ними как-то знакомиться тоже, что довольно неловко делать без брифинга по социальным нормам, который на Цикаде проводился каждый раз перед прибытием в новую систему.
— Мы на корабле компании "Stenmore Minerals Incorporated", — объявил продрогший Шота, стараясь не стучать зубами. — Внутрисистемный грузовоз модели "Маус". Там есть еще вторая каюта с криокапсулами, на нашей палубе справа от шлюза, вторая дверь, — Шота махнул рукой в направлении второй каюты и отодвинулся от терминала.
Он заглянул в шкафчики, где нашлась одежда. В ледяном металлическом гробу, без теплой одежды, тело быстро теряло крохи тепла. У субтильного Шоты — процесс замерзания шел быстро. Хорошо, что еще не все разобрали. Извините, кому не хватит, но очень надо. Шота брезгливо осмотрел типовой комбинезон и отошел с ним в сторону.
— Меня зовут Шота, — представился он на англике, натягивая штанины прямо поверх мембранного криокостюма. В речи он нарочно избегал гендерно-нейтрального местоимения "я", которое на Море считалось грубым. — Пилот и техник с Моры. Без понятия, как тут оказался. Могу на мостике получить доступ к местной сети, чтобы узнать подробности.
|
|
11 |
|
|
|
|
Реальность начала сыпаться на Тедди как вещи, небрежно засунутые в антресоли, после того как их внезапно открыли
– Полковник? Я? Когда же это? – недоуменно воззрился на Хольста Боровски. Однако мозг, отточенный годами тренировки, уже обрабатывал поступившую информацию. Очевидно ретроградная амнезия – поставил себе диагноз Тедд, получивший в свое время медицинскую подготовку. И похоже не у него одного.
Действуя больше на рефлексах, чем осознанно, Боровски взял предложенные Хольстом галеты, осмотрел защитные костюмы – найдется ли подходящий его размера и отложил в сторону маску.
– Stenmore Minerals Incorporated... – повторил Боровски, будто пытаясь попробовать название на вкус и прислушаться. Откликается ли оно ему. Однако голова отзывалась лишь тупой болью.
– Отличная работа, Шота. Попробуйте вывести на дисплей информацию о состоянии основных систем корабля. Судя по мигающему индикатору, скоро система отрубится из-за повреждения проводки. Кстати, Шота, хорошая идея, предлагаю кратко представиться. Имя, звание при наличии, основная специальность. Я продолжу. Теодор Боровски, полковник, космический десант, батальон поддержки. Медик, техник, механик. Кстати, попробуйте вспомнить события последних лет. Скорее всего у некоторых из нас может быть ретроградная амнезия.
|
|
12 |
|
|
|
|
Эл, присмотревшись к тёмному силуэту тела за покрытой изморозью стеклянной крышкой последней криокойки в этом помещении, сначала убедился, что силуэт — человеческий, и что он не двигается. Нажав на кнопку аварийного открытия, мужчина заставил створки крышки с шипением уйти внутрь стенок капсулы, и его сразу же обдало потоком морозного воздуха, вырвавшегося наружу. Внутри в таком же комбинезоне, в какой был одет и сам вилани, лежал молодой человек с приятными чертами лица, аккуратно подстриженной бородой и широко раскрытыми, покрытыми корочкой инея глазами. «Пассажир» был мёртв.
Решив присоединиться к поискам одежды и предметов крайней необходимости для выживания, Эл вышел в коридор и пошёл в круговой обход, медленно и осторожно вглядываясь в полумрак каютных помещений. Открытые настежь каюты были или пусты — в них прежде никто не обитал — или завалены ворохом бесполезных предметов, хаотично разбросанных по полу. Казалось, обитатели этих помещений пытались в спешке собрать самое ценное и всё полезное, и потому кроме нескольких не первой свежести простыней, подушек, покрытых сальными пятнами, и чьего-то нижнего белья в каютах Эл, к сожалению, не нашёл. Однако он обнаружил нечто иное... Исследуя шкафчики и каюты, в один из моментов Эл взобрался на койку, чтобы заглянуть, нет ли чего полезного на полке над примитивной корабельной кроватью, и тут он ощутил то, что не позволяла вода, по которой ходил агент и его сотоварищи по несчастью.
Оказавшись вне воды, Эл ощутил лёгкость — нет, он не стал легче пуха, но каждый шаг давался куда легче, чем в воде. Намного легче, чем в воде. Примерно на одну пятую легче, чем обычно было при 1G, а учитывая то, что, судя по всему, электричество в этом корыте сдохло, значит, это были не модуляторы гравитации; на этой планете гравитация была чуть ниже, чем к этому привыкло человечество (исключая, конечно, Бэта, в котором Эл сразу же распознал селенита, а те поколениями жили в условиях почти отсутствия гравитации). Хорошим был этот факт или нет — предстояло узнать позже, и Эл, поняв, что в каютах больше искать нечего, а в кают-компании уже вовсю проводил изучение содержимого "апельсин", проследовал в сторону мостика.
🜸 🜸 🜸
Поначалу не особо повезло и Мартину, который последовал примеру "просто Эла": остальные каюты были или абсолютно пусты, или же заполнены ворохом мусора, который некогда был чьими-то вещами — постельное бельё, нижнее бельё, какая-то косметика, как женская для макияжа и ухода за телом, так и мужская для бритья и гигены, почти всё — использовано почти полностью, обёртки от конфет и протеиновых батончиков, пустые бутылки, в которых ранее был алкоголь разной крепости и происхождения, и всё в таком же духе.
Отчаявшись найти хоть что-либо существенное и решив присоединиться к Теду в кают-компании, Хольст прошёл мимо чего-то, что определённо выглядело как воздушный шлюз и было плотно закрыто. Свернув левее, чтобы поглядеть, что там, на зеркально противоположной стене от шлюза, сквозь раскрытые створки дверей соседнего помещения десантник внезапно заметил что-то, на что скорее среагировала его интуиция и навыки, чем активное сознание. Сделав несколько осторожных шагов внутрь, мужчина обнаружил высокие полки, уставленные и засыпанные множеством всяческих инструментов, о назначении которых он только мог предполагать, несколько запечатанных в пластик ящиков, помеченных логотипом «SMI» (память подсказала Мартину, что такого типа контейнеры геологоразведчики и проходчики повсеместно использовали для транспортировки образцов минералов и почвы), нетронутую запечатанную упаковку со «StarMeals» — тюбиками, заполненными высококачественной питательной смесью, и — неожиданно — револьвером LSP "Frontier". «Что ж, не Intestellarms, но зато и не непойми-какой местячковый самопал», — подумалось Хольсту. В конце концов, мегакорпорация Ling-Standard Products была известна своим унифицированным и без изысков, но всегда качественно изготовленной продукцией, будь то сковородки, детские игрушки, бортовые компьютеры или огнестрельное оружие.
🜸 🜸 🜸
В разы удачливее в этом отношении был Бэт Акари. Сразу ощутив, что в последней криокойке в их помещении признаков жизни не наблюдается, молодой псионик расширил пределы своего сканирования и почти сразу же определил, что в том направлении, которое указал ранее Шота, сообщив, что там есть ещё капсулы криосна, теплится чьё-то сознание — человеческое, как и у прочих на этом корабле. Расширив диапазон сканирования ещё дальше, Бэт ощутил ещё восемь человеческих разумов — на расстоянии в несколько километров от себя, мириады примитивных животных и ещё что-то, что заставило его резко прервать своё сканирование, закрыв глаза от дикой боли, которая сверхновой вспыхнула в его мозгу — на мгновение Акари показалось, что тот собрался взорваться, разнеся его череп на мельчайшие осколки. Такое молодой человек ощущал впервые и никогда не слышал ни о чём, что могло бы вызывать такую реакцию у псиоников, применяющих свои способности; когда боль поутихла, Бэт, тряхнув головой, отправился спасать единственного выжившего в другом помещении с капсулами.
Чем ближе он подходил к обозначенному Шота помещению, тем глубже становилась вода — Бэт понял, что корабль сильно кренился в сторону кормы. Внутри второй каюты с криокойками обстановка была подобной той, в которой пришёл в себя псионик, разве что помещение было меньше, меньше было криокоек, а воды было намного больше. Криокапсула в самом дальнем от Бэта конце помещения была открыта, но уже полностью заполнена водой, и сквозь неё можно было разглядеть плавающий труп. Во второй криокойке посередине помещения тоже не было живых: Акари, открыв крышку, увидел темнокожую женщину в таком же криокомбинезоне, какой был на нём. И лишь в наименее окружённой водой криокойке он ощутил жизнь; открыв капсулу, он увидел молодую привлекательную девушку. Правая половина её черепа была острижена под машинку, на левой была копна выкрашенных в неоново-синий цвет волос, в ушах блестел пирсинг, а на левой руке виднелась замысловатая татуировка, изображавшая элементы электронной платы.
Когда тёплый (по сравнению с тем, который был внутри криокойки) воздух коснулся её лица, она глубоко вздохнула, её длинные пушистые ресницы затрепетали и, спустя несколько ударов сердца, она открыла глаза, с чумным выражением оглядев то, что открылось её взору. Наконец сосредоточив фокус на Бэте, девушка произнесла:
— Кто… кто вы? Где я? Что происходит?!
Решив дать незнакомке время прийти в себя, Акари представился и вкратце описал ситуацию, параллельно исследуя вещевые шкафчики, которые, как и в предыдущем помещении с капсулами, были нетронуты. К своему удовольствию, псионик обнаружил ещё три бортовых комбинезона — что значило, что все выжившие теперь могли не опасаться как минимум сырости и холода, и сразу же поспешил вручить один из них незнакомке, а также достал для неё шипшузы из встроенной в основание криокапсулы внутренней полочки. Благодарно кивнув, девушка принялась натягивать на себя «космотапки» и комбез, рассказывая Бэту о себе:
— Я — Анаис. Анаиз Комблейнц, я… кажется, я бортинженер и астронавигатор… Всё как в тумане… Последнее, что я помню — это то, как я, накопив денег на подработках, радовалась, покупая свой собственный кораблик — я всегда мечтала быть вольным торговцем и перевозчиком, как моя мама. Но это, — Анаис огляделась вокруг, — это вовсе не мой «Светлячок».
Акари помог девушке выбраться из криокойки, и, наклонившись для этого, он увидел у основания её криокапсулы то, что не заметил прежде: узкий и высокий чёрный металлический чемоданчик. Вытянув его из воды и раскрыв, Бэт увидел несколько электрошприцов — таких, которые обычно использовались для введения медицинских препаратов внутрь закрытых систем (вроде криокоек), и одну-единственную стеклянную капсулу с какой-то неприятно выглядевшей белесой мутной субстанцией. Всего пазов для хранения капсул было десять.
🜸 🜸 🜸
Полковник (как оказалось) Боровски тем временем исследовал кают-компанию. В этом просторном помещении, уставленном приваренными к металлическому полу столами и стульями, располагался и камбуз — несколько аппаратов для приготовления пищи и напитков, посудомоечная машина, тёмный зёв встроенного в стену холодильника, ныне открытый настежь и выпотрошенный, как кролик голодным волком. В шкафчиках под стойкой камбуза Теодор обнаружил целую охапку того, что он и его сотоварищи по службе называли «бомж-пакетами» («Instameal — Просто добавь воды!») — примитивные сухпайки, способные утолить голод, но не жажду, и по аромату напоминавшие смесь запаха потных носков, залежалого лука и, неожиданно, корицы. Зато на вкус, как знал Тедди, они были весьма достойными (стоило просто зажать нос): его улов составляли пакеты со вкусом курицы и чили, со вкусом креветок, кокосового молока и лайма и «Heavenly Delight» — морийское сладкое медово-ореховое нечто. Тут же лежал и походный рюкзак, который Тед сразу же использовал для того, чтобы наполнить его бомж-пакетами, после чего продолжил исследование кают-компании.
Было абсолютно очевидно, что тут кто-то что-то искал — и, судя потому, что кроме «Instameal» полковник ничего не нашёл, поиски предыдущего неизвестного были куда более удачными. Однако… На одном из дальних столов лежал планшет с отчётом о ревизии критического снаряжения, согласно которому корабельные аварийные наборы для выживания должны были быть в кают-компании — 1 штука, а также в ангаре (нижняя палуба) — 2 штуки. Сколько бы Теодор ни искал, в кают-компании он такого набора не нашёл — они, насколько он помнил, габаритные (как массивный рюкзак), а жаль: в таких наборах, содержимое которых было стандартизировано по всему Третьему Империуму, должен был быть и надувной плот, и мульти-тул для починки всего и вся, и серьёзная аптечка, и уйма всякого прочего. Отчёт также упоминал об аварийном ремонтном наборе в стенном шкафчике у главного шлюза, скафандре там и на нижней палубе, а также… А также о том, чего Тедди точно не ожидал увидеть, а точнее — не хотел: дату. Судя по дате отчёта, он был составлен в 117 день 1105 года, что значило лишь одно: даже в лучшем случае (если отчёт был составлен совсем недавно) Теодор Боровски не помнил почти восемь лет своей жизни.
🜸 🜸 🜸
Шота поразился состоянию мостика: стенной сейф открыт, его содержимое — какие-то схемы, корабельные планы, чертежи и прочая бесполезная макулатура — валялась на полу, стенные шкафчики были раскрыты и пусты, стенные экраны, в таких кораблях без иллюминаторов заменявших оные, были темны, а пульты управления системами — уже начали покрываться изморозью. Пахло озоном и горелой проводкой откуда-то спереди (там, как помнил Озава, находилось машинное отделение, а на нижней палубе — генераторы и маневровый двигатель). Острый взор морийца сразу же заметил крошечное отделение под главным капитанским пультом, о существовании которого знали только пилоты и капитаны кораблей, и в которых, как правило, хранилось самое важное на критический случай: ключи доступа, оружие и всё прочее, что пилот или капитан (которые на таких судах чаще всего были одним и тем же человеком) хотели спрятать от всех, включая прочих членов команды. И это отделение не было открыто, как прочие на мостике.
Довольно ухмыльнувшись, Шота присел на корточки и вдавил в почти неотличимую от стенки пульта дверцу, и та мгновенно щёлкнула и открылась. Внутри пилот обнаружил заряженный револьвер в кобуре с клипсой для крепления к поясу, аварийный электронный ключ из таких, которые открывают все двери внутри корабля: от обычных дверей между помещениями до воздушного шлюза и люков между палубами.
Что ж, пришло время заняться бортовым компьютером…
🜸 🜸 🜸
... И тут тишина, царившая в этом металлическом саркофаге, прервалась долгим протяжным стоном — стоном металла. Корпус корабля заскрежетал и издал весьма неприятный звук, вдвойне неприятный тем, кто знал, что он значил: под воздействием окружающей среды обшивка начала деформироваться.
Уровень воды под ногами начал повышаться чуть быстрее, чем прежде.
|
|
13 |
|
|
|
|
...Так что не такое уж и доброе.
– Позволю себе не согласиться с вами, коллега, ибо все относительно. – Он показал на тело в капсуле. – Вот у кого утро не задалось. И, по сравнению с ним, у нас все еще, – он судорожно обхватил себя руками и закончил уже со стучащими зубами, – просто замечательно. Нужно просто узнать, что с кораблем и что снаружи. Бр-р-р-р-р, дело́в-то.
А еще узнать, какая зараза устроила ему амнезию! Он припомнил несколько препаратов, которыми, бывало, сам пользовался в нештатных ситуациях. А иногда и в штатных. Но все они вырубали краткосрочную память. В данном же случае имело место вопиющее злодейство – кто-то покусился на его бесценные сокровища и отожрал, судя по ощущениям, немалую их часть. Он разозлился, но потом подумал, что это могло быть частью операции. Да? Серьезно? Тогда почему он-то ничего не помнит? Оглянулся на капсулу с трупом. Единственная капсула без амнезии? Кто-то что-то перепутал? Что ж… ну… тогда ему как бы повезло. Но это возмутительно! Он на такое точно не подписывался! Не подписывался же?
...Скорее всего у некоторых из нас может быть ретроградная амнезия.
– Ретроградная? Помилуйте, полковник, это же посттравматический эффект. У меня конечно голова раскалывается, а руки трясутся, но не настолько, чтобы это тянуло на свежеперенесенный инсульт или эпилепсию. Нас чем-то накачали… – нужно было представиться. Бездна, как-то слишком быстро. Мориец знал его как "Джо" и вроде бы не узнал, но чем черт не шутит… а и "Эл" для капитана. Ну просто прекрасно. – Но вам, похоже, повезло больше, я званий вообще не помню. Джонатан Ливингстон, к вашим услугам. – Он растеряно улыбнулся: – Можно просто Джо. – Угу, а если мориец доберется до состава команды, там наверняка окажется что-то другое. Час от часу не легче.
Тем временем селенит куда-то учесал, а труп не давал повода торчать в каюте дольше, так что ничего не оставалось, кроме как как присоединиться к мрачному офицеру в обследовании кают. Ах, дорогой вы мой капитан, десант – это далеко не всегда железная бочка, набитая суровой солдатнёй. Уж можете мне поверить. Впрочем, вслух разубеждать вояку он не стал. Командир, который не понимает, что происходит – очень нервный типаж. Таких лучше не трогать…
А вот это очень даже! В первой же каюте он сорвал с постели простыню и, сложив вдвое, завернулся, следя, чтобы не замочить край. Рыться в чужих вещах было делом привычным, но, методично обходя… на самом деле, практически оббегая, каюту за каютой, он не находил "своей". Все было незнакомым. И не могло быть "его". Честно говоря, в то, что здесь жил аккуратист Хольст тоже верилось с трудом. А вот толстяк-полковник – очень даже. Так может… может это не штатная операция. Может это у него очередное бегство такое… на чем пришлось, на том и слинял. Хм, that explains a lot.
Сделав круг по кораблю и старательно избегая глубины, продрогший "Джо", закончил забег во второй каюте с капсулами и обнаружил там селенита и шестого выжившего. Точнее, выжившую.
– Доброе утро, мисс, какая… – начал он, но, заметив в руках селенита комбинезон из нормальной ткани, поспешно забрал его и, извинившись, ушел туда, где было поменьше воды – в кают компанию. Где застал полковнико-медико-технико-десантника, набивавшего рюкзак барахлом. Куда-то торопитесь с подводной лодки, господин полковник?
Не обращая внимание на занятого человека, он скинул морозильную пижаму и, наконец, оделся. Впервые с момента пробуждения тело, отдавая тепло, получало его обратно и, со вздохом наслаждения, Джо опустился на стул у крайнего столика.
– Ничего, – отчитался он старшему по званию и, в качестве доказательства, приподнял и снова бросил на стол простыню. – То есть вообще ничего. Бардак и мусор. Вынесли все, хоть и в спешке.
Он побарабанил отогревающимися пальцами по столешнице и тут же отдернул их – она была ледяная. Зад уже тоже примерз к стулу, так что он встал, прошелся по каюте и отправил в карман пару бомж-пакетов.
– Их лучше раздать, – он позволил себе похлопать массивного полковника по предплечью и заглянул ему в глаза, чтобы убедиться, что тот понимает последствия складирования всей провизии в один рюкзак.
После чего продолжил обходить столы, присмотрелся к написанному на планшете, охренел и подумал, что стоит поговорить с девицей. Но в этот момент раздался роковой скрежет и, даже не успев сообразить, что делает, Джо оказался у шлюза. Есть амнезия, а есть рефлексы, и, к счастью, они ходят параллельными дорожками. Так что, пока глаза проверяли сигналы о состоянии шлюзовой камеры, руки уже открывали люк.
Результат броска 2D6+4: 2 + 2 + 4 = 8 - "Расследование+Интеллект (да что тут произошло-то)"
Результат броска 1D6: 4 - "boon"
|
|
14 |
|
|
|
|
— Похоже этот угол корабля затапливает сильнее, спасибо крену. — произнёс Бэт единственной выжившей здесь. — Так что наверное нам лучше вернуться ближе к мостику и двигателям.
Селенит отправился дальше, держа в руках чемоданчик с подозрительным содержимым, что могло являться источником их амнезии, а в голове — факт того, что относительно рядом на планете было восемь человек и очень много животных раздражающих его пси-восприятие. Необычное свойство, которое могло бы заинтересовать его в прошлом. Но сейчас это оставалось отдалённой проблемой на фоне медленно затапливаемого летающего гроба с уже повреждённой и продолжающей медленно гнуться обшивкой.
— У нас ещё один выживший! И два человека которым так не повезло. — пройдя через текщую воду представил Бэт находку остальным, что копались в кают-компании и рядом. — А тут как? Реактор совсем сдох?
Информацию о том, что люди снаружи всё-таки есть он пока оставил как слишком демаскирующую, а о неизвестном препарате — до чуть более спокойных времён.
— Аварийных наборов нет? — спросил он у Теодора. — Похоже что мы не первые кто эвакуируется с корабля. Пилоты должно быть уже снаружи. Нас просто оставили.
Хотелось потрясти за шкирку экипаж, что оставил их на волю случая. Возможно даже накаченных какими-то левыми препаратами. Но нужно было сначала собраться и выбраться с корабля, готовясь к плаванию где-то снаружи. И если у них не будет никаких средств для этого — это может быть опасно.
|
|
15 |
|
|
|
|
Шота осмотрел пистолет и мультипасс, найденные в тайнике. Странно, что экипаж в момент эвакуации не вынес столь компактные и ценные предметы. Судя по разрухе в интерьере, сборы шли без тщательной подготовки, но с большим энтузиазмом. Возможно, капитана, который мог бы организовать процесс, с ними не было. Погиб при аварии? Или первым покинул судно?
— Шота на мостике, — поколдовав с селектором, Шота ограничил громковещание текущим этажом и по полузатопленным коридорам разнесся его хриплый тенор. — Тут все разграблено. Есть предположение, что капитан погиб при аварии, остальной экипаж выжил и эвакуировался. Поищите тело, пожалуйста. Может, в каюте или в капсуле. Если нужно, тут есть мультипасс.
Шота отжал клавишу громковещания, чтобы не тратить ни одного лишнего ватта энергии и вернулся к осмотру оборудования. Он решил, что все же стоит попытаться взломать местную локальную сеть, но оптимальной стартовой точкой выглядел компьютер пилота, оборудованный блоком навигационного вычислителя. Да, на этом корыте не нужно рассчитывать прыжки, но гравитационный маневр и выбор верной траектории тоже требуют вычислительной мощи.
Помимо прочего, выбранное устройство имело аккумулятор, что может оказаться важно. Шота сдвинул техническую панель и выщелкнул два провода из разъемов. Компьютер, отключенный от локальной и электрической сетей, временно стал автономным. После перезагрузки в режиме обслуживания открылась текстовая консоль и требование пароля. Но это был уже другой пароль, технический. Подошел номер материнской платы, который стал виден после снятия боковой крышки. Оборудование выглядело отсталым, но технологически типичным: модульная структура, операционная система, механическая клавиатура.
Шота погрузился в логическую задачу максимально эффективного взлома компьютера, подгоняемый звуками деформации корпуса. Неловкость от вынужденного социального взаимодействия с остальными пассажирами вытеснилась сосредоченностью и спокойствием.
Результат броска 2D6+4: 5 + 6 + 4 = 15 - "Электроника [Компьютеры] (2) + образование (2)".
Результат броска 1D6: 4 - "Длительность в десятках минут".
|
|
16 |
|
|
|
|
– Их лучше раздать, – он позволил себе похлопать массивного полковника по предплечью и заглянул ему в глаза, чтобы убедиться, что тот понимает последствия складирования всей провизии в один рюкзак.
– Вот вы, мистер Ливингстон, и раздайте! – Боровски не стал возражать против такого проявления активности со стороны молодого человека. – Как говорят у нас в армии, инициатива всегда возвращается к инициатору! Ну не совсем так, но это не важно. Себе два я уже оставил.
– Матка Боска Остробрамска! – воскликнул неожиданно полковник, повторяя традиционное фамильное ругательство (наверное это было оно, сам Боровски не особо задумывался о его смысле) – Этот отчёт датирован 117 днем 1105 года, что значит, это значит мне память отшибло на целых 8 лет! Неслабо это меня приложило! Слышите, народ, 1105 год! Подполковник Хольст, слышите меня? Ищите спуск на нижнюю палубу, там где-то должны быть аварийные наборы для выживания. Правда, судя по всему придется нырять! Но, к счастью, на борту целых два космических десантника! Никто кроме нас! Звёздные орлы – до конца! – выдал десантную базу Боровски. Поищите проход, я пока гляну генераторы.
Генераторы оказались сожжены так, что не нужно было быть инженером, чтобы понять, что никто и ничто в состоянии их починить. Что ж такое произошло тут?
Результат броска 2D6+2: 4 + 5 + 2 = 11 - "что произошло с генераторами (Инженер 1 + Интеллект 1)"
|
|
17 |
|
|
|
|
Ну и бардак! Будь такое у него в батальоне, весь командный состав от командира роты до сержанта получили бы взыскание. Это как минимум. Но откуда здесь, на ближнем транспортнике, сержанты...
- Зато здесь есть подполковник и полковник! - остановил собственное ворчание Хольст, - Делом надо заниматься, а не ворчать!
Заняться делом в данном случае означало продолжить обход и найти, наконец, хоть что-нибудь полезное. Сработала ил команда или про так совпало, но результат пришел прочти сразу. - ящик инструменты, пайки и пистолет. Да, кортик в руках десантника обладает убойной силой (честно говоря, в руках штурмовика и простая табуретка может оказаться пострашней гранаты), но пистолет - это пистолет. Штурмовая винтовка, конечно, лучше, но не будем требовать слишком многого.
- Полагаю, полковник, это по вашей части, - указал Мартин на притащенный в кают-кампанию ящик с оборудованием, - Еще обнаружены пайки и оружие.
Тут Боровски обрадовал всех датой на календаре.
- 1105? Четыре года покрыты туманом войны... - присвистнул Хольст, услышав признание сослуживца, - И судя по всему это не предел.
Аварийные наборы? Это хорошо. Там много всего - и аптечка, и даже плот, который судя по всему вполне может потребоваться. причем даже очень скоро.
- Где мы, там победа! - ответил Хольст Боровски и, отдав воинское приветствие, благо капюшон мог вполне сойти за головной убор, направился искать ход в преисподнюю, точнее на нижнюю палубу.
|
|
18 |
|
|
|
|
Среди инструментов, найденных Мартином в грузовом отсеке, был и мощный фонарик, который механики и бортинженеры используют для работы в темноте служебных шахт. Второй обход, который совершил Хольст, был нацелен уже не на поиск полезного, а на исследование «рельефа местности», и спустя несколько минут десантник обнаружил сначала пробоину — в самой дальней каюте какой-то люк на уровне пола то ли заклинило, то ли покорёжило при ударе примерно на четверть метра, и теперь через эту щель внутрь корабля поступала вода. Вода, которая Мартину показалась крайне странной. Здесь её было куда больше, чем на носу судна, и мужчина смог увидеть многое необычное в этой жидкости, которую теперь водой называть не особо хотелось: она была чуть более вязкая, чем должна была бы быть, стекала с кожи и с ткани комбинезона чуть медленнее, чем положено воде, и оставляла едва заметную плёнку, шершавую на ощупь, словно состоящую из мельчайших кристаллов. Ходить в ней по пояс было весьма неудобно, словно передвигаешься в нефти или растительном масле, только прозрачном… Почти. Тут, где её было больше, Хольст обратил внимание, что она несколько по-иному преломляет свет, и наполнена какой-то белесой взвесью, которую, была бы она коричневой или чёрной, Мартин смог бы назвать «илом». И этот запах… Горьковатый, «химический», явно свидетельствовавший о том, что если это и вода, то уж точно с высоким содержанием чего-то ещё. Найдя источник поступления воды, Мартин проследовал за её ходом внутрь корабля и в районе двери лифта, ведущего на нижнюю палубу, обнаружил ещё один заклинивший люк, на сей раз — шахты с лестницей, ведущей вниз, в грузовой ангар. Выкрутив мощность фонаря на максимум, десантник смог рассмотреть, что нижняя палуба — хоть что-то хорошее в этой ситуации — не затоплена, а наполняется водой, поступающей как раз через эту щель шириной примерно сантиметров на десять. Судя по тому, что увидел Хольст, на нижней палубе воды было примерно по пояс — в том месте, где пола ангара достигала лестница с верхней палубы. 🜸 🜸 🜸Синевласка, сообщив остальным, что она — бортинженер по профессии, составила компанию Теодору в его изучении состояния генераторов и маневрового двигателя. В машинном отделении запах гари был почти невыносим — судя по всему, горело тут всё: и проводка, и сами генераторы, и двигатель, и даже стены, на которых остались чёрные разводы сажи и остатки пожарной пены, источники которой нашлись тут же: несколько пустых огнетушителей валялись там и здесь. — Почему не сработала автоматическая система пожаротушения? — задала вопрос то ли Теду, то ли самой себе Анаис, и показала Боровски на потолок, где квадратные дверцы системы были всё ещё закрыты. Если бы она сработала, они были бы открыты и мигали бы огоньками, показывающими состояние воздуха, текущую температуру и объём оставшегося CF₃Br. — Баки с трифторбромметаном наверняка полны, а эти идиоты, кто бы они ни были, использовали примитивные огнетушители. Почему? Тедди неопределённо хмыкнул и, надев резиновые перчатки, а также вооружившись фонариком и многофункциональной отвёрткой, начал ковыряться в одном из генераторов. Анаис последовала его примеру и взялась за второй. Спустя несколько минут исследования оба механика вышли к остальным и, переглянувшись, почти в унисон проговорили: — Генераторы не подлежат починке. Воспламенились почти мгновенно из-за электромагнитного излучения. Невероятно огромное количество ЭМИ, одним мощным импульсом, уничтожившим оба генератора и истощившим бóльшую часть заряда в батареях. Когда остатки электричества закончатся, этот корабль можно официально считать мёртвым. 🜸 🜸 🜸Шота был не просто хорош в том, что он делал (что бы это ни было); его воспитание заставляло его стараться быть максимально эффективным во всём. Порой это удавалось, порой — нет, но в данном случае, видимо, удача улыбнулась морийцу. Работа шла споро, и уже спустя четверть часа Озава наконец получил доступ к базе данных корабля, его логам и манифесту, которого — к удивлению — не оказалось. Точнее, файл был, но он был пуст, как душа корпората. Логи подтвердили сказанное Тедди и Анаис: буквально за мгновение до начала свободного падения, которое произошло уже внутри атмосферы планеты, когда корабль начал совершать посадочный манёвр, телеметрия Maus зафиксировала две вещи: вспышку электромагнитного излучения колоссальной мощности, такой, что можно было говорить о бомбе, и локацию оной: в ангаре, на нижней палубе судна. То есть, как предположил Шота, это не был EMI выстрел, нацеленный на этот корабль, это был или саботаж, или груз, который сдетонировал (случайно?). Больше ничего полезного не нашлось — вспышка, которая сожгла генераторы, сильно повредила и внутренние накопители бортового компьютера. Зато телеметрический отчёт данных о корабле на данный момент и информация из базы оказались вполне познавательными: НЕОН (субсектор Ашер | сектор Рефт)Гравитация 0.8G (7.85 м/с²)
Атмосферное давление 2 атм (~203 кПа)
Дыхание возможно без респиратора Точка падения: Озеро 1389Размеры глубина: ~20 м, площадь: ~0.35 км²
Состав H₂O ~55%, ил [окаменевшие останки биомассы] ~33%, CaCl₂ ~11%, Cl ~1%
Температура −8 / −10 °C (на грани замерзания)
Плотность ~1,10 г/см³ (на 10% тяжелее пресной воды)
Вязкость ~4–5 мПа·с (в 3–4 раза выше пресной воды)
Структура столба глубина 0–5 м = почти чистый раствор; 5–20 м = взвесь, переходящая в густой ил; дно = густой ил Состояние судна (рег. номер RUT13011978)Время аварии T—198 минут
Система жизнеобеспечения N/A
Маневровый двигатель N/A
Запас топлива 11 м³ (15.7% | 0.78 тонн)
Генератор 1 N/A
Генератор 2 N/A
Заряд аккумуляторов 0.8%
Средний расход воды через зазор ~67 л/с
Текущее кол-во воды внутри 750 м³ / 820 тонн
Расстояние от дна корабля до дна озера ~9,5 м (среднее)
Скорость погружения ~0,5 м/час Прогноз— Единственный выход, имеющий прямой контакт с атмосферой планеты: носовой аварийный люк.
— Через T—30 минут после текущего момента крыша носа сравняется с поверхностью озера.
— Через T—60 минут носовой аварийный люк окажется под водой на 30 см.
— Через T—180 минут нижняя палуба будет полностью затоплена. Швы начнут пропускать воду под давлением внешней среды.
!!! Рекомендуется немедленная эвакуация через носовой аварийный люк. К тому времени, как Шота дочитал всё это, экран начал предательски моргать. 🜸 🜸 🜸Провозившись добрых пять минут, чтобы вручную открыть внутреннюю дверь воздушного шлюза — сенсорная панель была черна, как душа Вселенной, а значит, шлюз не был запитан — Джо Эл наконец открыл этот чёртов люк. Внутри шлюза было темно и ощутимо холоднее, чем в остальной части верхней палубы, но быстрый взгляд по сторонам, регулярно подсвечиваемым красным светом из коридора, несколько успокоил его раздражение: оно того стоило. Ремонтный скафандр, 1 штука, красовался за дверью из пластистекла, а у его ног лежал дробовик — пусть и без ремня, а значит, переносить такой будет не совсем удобно, зато в отличном состоянии и с половиной магазина! Негусто, но ещё мгновение назад у вилани не было и этого. Вернувшись в кают-компанию как раз к тому моменту, когда туда пришёл и Хольст, сообщивший о своих находках, Джо выслушал доклад Теда и Анаис, а также ту информацию, которую Шота выудил из бортового компьютера. Пока остальные решали, что делать дальше, шестерёнки в сознании агента пришли в движение и начали срочно складывать кусочки разрозненной информации, и в конце концов пришли к такой картинке: корабль вошёл в атмосферу и шёл на снижение, когда в ангаре произошёл взрыв EMI-устройства (саботаж? случайность? небрежность?). Импульс поджарил генераторы и опустошил почти весь аккумулятор, поэтому сразу же отрубилась система жизнеобеспечения (и, судя по всему, система пожаротушения, потому экипаж вынужден был справляться с огнём вручную с помощью огнетушителей). Криокойки, ощутив отсутствие питания, на автономных аккумуляторах инициировали протокол разморозки, но, вероятно, что-то пошло не так (то ли аккумуляторы тоже разрядились из-за EMI, то ли… саботаж?), и потому не завершили цикл до конца, спровоцировав амнезию, которая, как Джо надеялся, будет кратковременной побочкой. Пилот на последних парах сманеврировал судно в озеро, но всё равно удар был значительный; он повредил один из аварийных люков, через который начала затекать вода, а корабль начал медленно, но уверенно погружаться в это озеро-кладбище (окаменелая биомасса?! Кого?! Чего?!). Трое членов экипажа решили не возиться с задраиванием пробоины и спасать свои шкуры, а не своих пассажиров, потому быстро собрали всё полезное, выбрались наружу, использовали корабельный аварийный набор из кают-компании и… дальнейшая судьба неизвестна, но если с момента аварии прошло более трёх часов, а корабль шёл на посадку — значит, лагерь геологов или населённый пункт должен быть где-то поблизости, и при желании за это время уже можно было бы и прислать спасательную экспедицию, и эвакуировать пассажиров, и даже вернуться в этот самый лагерь. Вряд ли на геологоразведку отправили бы всего трёх специалистов, да и кроме контейнеров для транспортировки образцов ничего иного для геологов на борту не было — ни снаряжения, ни оборудования, логично было бы предположить, что всё же здесь есть лагерь или даже поселение. И, поскольку помощи не последовало — или экипаж никому не сообщил о пассажирах, или же… Тут идеи у Джо Эла закончились. Было слишком мало вводных данных и слишком много предположений для полноценного анализа и конкретных выводов.
Результат броска 2D6+4: 5 + 6 + 4 = 15 - "Anaisse: Engineering [Life Support]"
Результат броска 2D6+2: 5 + 5 + 2 = 12 - "Anaisse: Engineering [Power]"
|
|
19 |
|
|
|
|
Как? Почему? Что он тут делает?! Ну что, доигрался? Тыщу раз говорил – ты прекрасен, но не идеален, план отступления нужно продумывать не хуже, чем план операции. А теперь что, задохнешься в вонючем воздушном пузыре на дне ледяной лужи? Идиот! ХАЛТУРЩИК!!
Он смотрел на скафандр. На него смотрело его отражение, искаженное выпуклостью шлема и досадой. Первый порыв – проверить кислород, надеть и свалить с тонущего корабля – успешно подавлен. Это корыто чертовых бурильщиков, планета может быть вообще необитаема, одни чертовы полезные ископаемые. И что ты будешь делать один в ледяной воде посреди чертова океана? Может здесь и земли нет. Да и зачем надрываться, когда в команде есть человек, трепетно относящийся к жизням личного состава.
– Хольст! – А вот нотки отчаяния в голос он зря пропустил. Откашлявшись, Джо позвал еще раз: – Капитан Хольст, мне кажется, ремонтный скафандр – это как раз то, что вам сейчас нужно.
Подняв дробовик и передав его полковнику Боровски, Джо показал Хольсту скафандр и, раз уж все столпились в кают-компании, разделил поровну припасы. После чего всмотрелся в открытый морийцем отчет.
– Да к чёрту литраж! Город? Космоп… население?! Люди в этой дыре водятся?! – он подскочил к терминалу, но тот уже угасал. – Простите, Шота. Простите. От холода уже зубы сводит. Если мы летели именно сюда, в этот морозильник, неужели мы не захватили теплой одежды. – Он с надеждой обернулся в сторону лифта.
То, что в воде полно хлора было ясно с самого начала, так что бактериальной инфекции можно было не опасаться. Они буквально стояли по колено в отбеливателе. Другое дело, что дыхательные пути они себе не сожгли до сих пор только благодаря низкой температуре. Это так же значило… он сорвался с места и убежал в каюту, где видел бутылки, и принялся спешно наполнять их водой из корабельной системы. Маус стонал и скрипел. Корпус, предназначенный для торможения в атмосфере мог бы выдержать погружение на десятки метров, так что дело было не в давлении, а в ударе или во взрыве, и теперь корабль буквально разваливался по швам. Впрочем, без генератора, он полезен только как груда запчастей. Наливая воду в очередную бутылку, он посмотрел на свое отражение в зеркале. А теперь объясни мне, ЭМИ-заряд в трюме – твоих рук дело? Вспоминай, сука! Вспоминай! Чего так испугалась команда, что не потрудилась ни помочь, ни добить? Что ты делаешь в одной пачке с двумя десантниками, технобабой, яйцеголовым и конфеткой с Мории? Отражение зло смотрело в ответ и колоться не собиралось. Старая логическая загадка напоминала о том, что наличие саботажника на борту не уменьшает для него вероятности стать жертвой саботажа. Угу, зато для остальных это уже чудо из чудес. И зачем понадобилось стирать память…
…Вода перелилась через край бутылки, но он все также стоял, глядя себе в глаза и ничего не видя. Амнезия, стертый манифест, уничтожение любых данных ЭМИ, молчаливое бегство бесполезных свидетелей, патологически несовместимый состав команды – все это было похоже на подготовку к операции по… Стоп! Заткнись! Ни одной мысли дальше! Завернув крышку, он схватил в охапку бутылки и поспешил в кают-компанию, где раздал воду остальным.
|
|
20 |
|