| |
|
|
28-й день месяца Миртула (май) 1370 года. Невервинтер. Вечер. +14°. Слабый дождь.
Первые три дня после визита к Гаарду юные герои свои дела в Невервинтере в порядок приводили и попутно к путешествию готовились. Мало кто из них в этом деле опыт имел, в деревеньку окрестную прогулять или по тракту до ближайшего городка доехать – это одно дело, а ехать почти на другой край региона, где ни дорог, ни городов почти и нет, это уже совсем другое. Знакомых торговцев начинающие путешественники расспросили о том, какой путь до Сильверимуна им лучше выбрать. Все говорили, что самый удобный и безопасный путь лежит по тракту через Трибоар, Яртар и Эверлунд, мимо дремучего Высокого Леса и гибельных Вечных Топей. Но тут же все в один голос добавляли, что эту дорогу зимой так замело, что ею не пройти, и снег даже к лету не сошёл. Другой известный маршрут лежал к северу от Вечных Топей, по реке Сурбрин, но опасностей на этом пути встретится немало, потому как кроме портового городка Несмэ земли на много миль вокруг совершенно дикие.
Но окончательный выбор маршрута решили на потом отложить. Всё равно путь сначала в Трибоар лежал, по южной кромке Невервинтерского леса, через деревушку Кониберри, откуда Тобиас был родом. Дорога эта довольно безопасной считалась, особенно по меркам неспокойного Севера. А потому юные герои рассчитывали, что первые дни их путешествия станут лёгкой прогулкой на природе. Как же они ошибались.
Впрочем, первый день путешествия действительно походил на прогулку. Герои получили на конюшне Рена Далстара обещанных им лошадей, набили седельные сумки своими пожитками и верхом отправились на восток, в сторону леса. Добравшись до деревни лесорубов Тандертри, они двинулись на юг, огибая величественный Невервинтереский лес. Ласково грело уже почти летнее солнце, весело щебетали птички, на дороге сплошь встречались приятные люди. Словом, не поход, а праздник какой-то. В первую ночь вне дома отряд заночевал у небольшого пруда. Горожане получили массу новых впечатлений, слушая как шумит листва в кронах вековечных деревьев, как из чащи доносятся звуки диковинных лесных существ, как мирный и уютный Невервинтерский лес ночью становится мрачных и загадочным, сулящим опасность и скрывающим древние тайны из эпох, когда первые люди ещё не пришли в эти края.
На второй день путешествия Север напомнил о своём скверном и непредсказуемом характере. Погода резко испортилась, с востока прямо в лицо подул холодный ветер, заморосил дождь. Фермы и лагеря дровосеков, которые в обилии встречались в первые день, на второй не встречались, до самого Кониберри в трёх-четырёх днях пути поселений не было. Всё реже встречались путники, приветливость их тоже поубавилась из-за непогоды. Вторая ночёвка вне города была довольно неприятной, ветер всё пытался унести одну из палаток, установленных героями, а дождь изрядно промочил их вещи.
Третий день был ещё более скверным. И ветер, и дождь усилились. Постоянно дорогу преграждали поваленные ветром молодые деревца, а коням приходилось идти по слякоти. Уже спустился вечер, а юные герои всё не могли отыскать место для ночлега, где можно было разместиться вшестером вместе с лошадьми и защититься хотя бы от ветра, который постоянно норовил забраться под одежду и хорошенько обдать холодом. Среди огромных деревьев по обе стороны от дороги им чудились зловещие фигуры, которые немедленно рождали в памяти истории о зловещем призраке Невервинтерского леса. В уханье филина чудились страшные проклятья, а раскаты далёкого грома каждый раз заставляли вздрагивать и вжиматься в сёдла. Повсюду чудилась опасность, но, как ни всматривались путешественники в заросли, ничего разглядеть там не могли и приходили к выводу, что у них разыгралось воображение.
Вот только осознание, что опасность реальна, пришло слишком поздно. Когда впереди на дорогу с грохотом рухнуло поваленное дерево, перегородив проезд, никто особенно не удивился. Деревья и прежде падали на дорогу под воздействием ветра. Но когда ещё одно дерево упало позади отряда, отрезав путь к отступлению, это не могло быть случайностью. Засада! С обеих сторон из-за деревьев выскочили огромные фигуры, вооружённые до зубов, облачённые в шипастые доспехи, с жуткими дикими рожами. Позже герои признали в них орков, но в первое время полностью растерялись. Они старались сохранить контроль над охваченными паникой скакунами, а в это время напавшие стаскивали их из сёдел и валили на землю.
Орки сработали слаженно и быстро, так что никто из юных героев даже оружия достать не успел. Менее чем за минуту они оказались на земле, их конечности быстро стянули крепкой верёвкой, а во рты сунули кляпы. Дальше орки умело усмирили лошадей. Их было больше дюжины, все крепкие и здоровенные, с хорошим снаряжением и явно большим опытом сражений за плечами. Одного взгляда на эту братию достаточно было, чтобы понять, что сопротивляться бесполезно.
– Не дёргаться, себе же хуже сделаете, – процедил огромный орк, даже среди остальных громадин выделявшийся размерами и развитой мускулатурой. Лицо его покрывали кроваво-красные узоры татуировок. Его речь была неразборчива, он сильно ошибался с ударениями и в целом плохо владел языком людей. – Я Кровавая Пантера, а вы теперь пленники могучего вождя Ксреда. Сделаете всё, что от вас потребуют, и останетесь живы.
В какие-то долгие разговоры этот суровый предводитель налётчиков вступать не стал. Он приказал разоружить пленников и вести их в лесную чащу. Молча процессия отправилась по узкой тропе вглубь Невервинтерского леса, под своды деревьев которого почти не пробивался свет от заходящего солнца. Из всей шестёрки начинающих путешественников только Алана хорошо ориентировались, остальные мало что видели вокруг. Процессию возглавлял Кровавая Пантера, за ним колонной шли остальные вместе с пленниками, к каждому из которых приставлены были по два конвоира. Порой герои замечали ещё орков, идущих параллельно тропе через густые заросли. Все они держали оружие наготове и заметно нервничали, оглядываясь по сторонам, словно ждали нападения теперь уже на их собственный отряд. Звук треснувшей под ногой ветки, да и любой шорох заставлял процессию остановиться и озираться по сторонам в поисках скрытого врага. Вслед за пленниками вели их лошадей со всем походным снаряжением.
Сколько заняло путешествие под конвоем орков, никто не понял, но из-за нервного напряжения казалось, что целую вечность оно длилось. По мере продвижения на север погода становилась всё лучше. Чувствовалось тепло от скрытых в глубине леса горячих источников, а кроны исполинских деревьев защищали от дождя. Целью путешествия оказалась полностью расчищенная от деревьев поляна, со всех сторон окружённая плотными лесными зарослями. Размерами поляна превосходила рыночную площадь Невервинтера, весьма солидную, надо заметить. На поляне имелась россыпь небольших одноэтажных наспех сколоченных лачуг и совершенно не вписывающуюся в окружение высокую каменную башню, немного напоминавшую жилище архимага Гаарда. Эта поляна была военным лагерем орков, они были здесь повсюду, все вооружённые и в доспехах, не дикое племя налётчиков, а полноценный военный отряд числом более сотни бойцов. Как всего в трёх днях пути от Невервинтера собралась такая орава орков и сумела остаться незамеченной, было большой загадкой.
При входе в лагерь героев обезоружили и заставили раздеться, даже исподнее забрали, а тем, кто сопротивлялся, Кровавая Пантера пообещал сломать пару костей. Причём угрозу он озвучил таким будничным спокойным тоном, что прозвучала она особенно жутко. Вместо отобранных вещей пленникам выдали грязные тряпки из грубой мешковатой ткани, которых хватало только, чтобы прикрыть срам. В качестве полноценной одежды они совершенно не годились. Впрочем, в лагере было достаточно тепло, чтобы даже такой нехитрый наряд позволял не замёрзнуть.
После пленников повели через лагерь к загону для рабов. Иначе это место было назвать сложно. Из земли торчал большая заострённая скала в форме шипа, у подножья которой находилась совсем неглубокая пещера, огороженная металлическими решётками. По пути пленники видели, что по периметру лагеря постоянно движутся патрули из пары орочьих воинов, наблюдающих не за пленниками, а за лесом, будто ожидают каких-то исходящих из него неприятностей. В центре лагеря недалеко от каменной башни находилась пара каменных жерновов, на одном из которых пара человеческих мужчин, тоже пленников, работали, взявшись на рычаги. Их точно такие же мешковатые одеяния были пропитаны потом. Недалеко от жерновов на траве сидела молодая и красивая человеческая женщина в схожих рабских обносках и наблюдала за новой группой пленников, которых захватил Кровавая Пантера. В отличие от мужчин эта женщина не выглядела как та, кого мучают каторжным трудом.
Дальше юных героев подвели к навесу, под которым находился алтарь, но не такой, как в роскошных храмах Невервинтера, а грубо отёсанный чёрный камень, размалёванный жуткими орочьими письменами, наверняка, восхваляющими диких и кровожадных богов. На алтаре обильно были разбросаны подношения в виде душистых порошков, непонятных сорняков и ещё менее понятных цветков, источающих омерзительный запах гнилого мяса. Перед алтарём стоял большой чан, в котором пузырилось мутное варева. Варево это большой ложкой перемешивал старый морщинистый орк, не имевший ни оружия, ни обносков, и облачённый в одеяние, подобное тем, что выдали пленникам. Большая цепь, тянувшаяся от ноги старика к алтарю, говорила о том, что его положение в лагере отнюдь не привилегированное.
– Эти – твоя забота, – Кровавая Пантера передал пленников старому орку и, оставив с ними лишь одного своего воина, вместе с остальными налётчиками ушёл вглубь лагеря.
– Милочка, ни в коем случае не говорите, что вы эльфийка, – первым делом обратился старик к Алане. На языке людей он говорил лучше большинства людей. – А лучше скройте свои уши под волосами и держитесь за спинами своих товарищей. Им в качестве пленников нужны лишь представители людской расы, остальные – лишь обуза, от которой избавятся.
Старый орк сильно закашлял и чуть не упал, но удержался на ногах, схватившись за чан. Он казался ещё более древним, чем Гаард, к тому же, похоже, имел серьёзные проблемы со здоровьем. Оставленный при пленниках вооружённый конвоир, кажется, человеческой речи не понимал вовсе.
– Вы, главное, не паникуйте раньше времени, – старик пришёл в себя и заговорил уже со всеми пленниками. – Если не будете глупить и дерзить здешнему хозяину, то с великой долей вероятности останетесь живы. Если повезёт, то и свободу получите. По крайней мере, Ксред обещал всех отпустить, когда добьётся того, зачем сюда явился. Небольшой шанс есть. Когда он предстанет перед вами, не спорьте с ним и в глаза ему не смотрите, лучше вообще помалкивайте. Ксред жесток и безумен. Работа ваша с этого дня – крутить жернова мельницы, начнёте с первыми лучами солнца и будете трудиться до самого заката. А моя задача – потчевать вас этим варевом. На вкус оно такое же отвратительно, как и на вид, но одна его ложка сил даёт как три полноценных приёма пищи. Желаете попробовать?
Старый орк слабо улыбнулся, зачерпнул варево ложкой и предложил юным пленникам отведать эту гадость.
|
|
1 |
|
|
|
|
Всё решили какие-то секунды...
Было больно осознавать, что весь план поездки, где были учтены тысяча и одна мелочь, развалился о такую простую засаду. Ведь, казалось, было предусмотрено всё, начиная от плащей от непогоды, до трех видов сушеных сосисок, чтобы Тоби не заскучал по дороге. А в итоге, их уронили лицом в грязь ещё до того, как ребята обнажили оружие. Наверное, это и к лучшему - успей мы чуть быстрее, и полилась бы кровь,причем наша.
Эдрик долго пытался осознать происходящее. Благо, переход до лагеря занимал приличное время. Набег орков - явление, о котором парень разве что читал, и совершенно не думал, что окажется в его центре событий. Беспомощно пытаясь выплюнуть свой кляп, Хартфейн лишь озирался по сторонам, высматривая друзей.
Живы. Прихрамывают, в путах, но живы. Тоби, Дорн, Рейнир, Кетра и Алана. Все шестеро, никого не оставили на дороге под пирамидкой из камней. И первая волна ужаса начала сходить на нет.
А ведь прошло всего три дня от Невервинтера... Орки совсем с ума по сходили? Вопрос оставался без ответа.
Не менее интригующей была башня в центре лагеря. Тут без магии не обошлось и уж точно это не было делом рук оркских кузнецов. Ходили слухи, по высоте башни можно было определить силу волшебника. Врут слухи. Но форму и высоту шпиля Эдрик заприметил, чтобы потом было что показать на опознании.
Но самым позорным был момент когда у них забрали вещи. Даже не так. Когда им пришлось отдать свои вещи. И если походный провиант и дорожный сюртук были лишь средством. За свой тубус со своитками Эдрик был готов бороться даже с Пантерой. Несколько лет работы, тщательно подготовленный рецепт для заклинаний с пометками и уточнениями. Одни только чернила стоили как весь аванс Гаарда на всю команду разом!
Эдрик уже был готов махнуть тубусом и запустить в орка лучом кислоты, когда посмотрел вокруг. Рядом с ним был Тоби, который в драке сначала бьёт, а потом думает. Стоит только начаться драке, Тоби полезет защищать, и его зарубят пополам вон тем огромным топором. Следом полетят головы Эдрик и Дорна, потому что маги даже без оружия - но всегда носят магию в своих мыслях. Рейнир, может и сможет отболтаться, спасая девчонок, но Кетра вряд ли послушает его совета.
Эдрик отдал свой тубус с тяжёлым сердцем и бурлящим гневом. Следом отправился сюртук и штаны. Пришлось даже отдать корявый гвоздь на веревочке, что повесила на его шею мама перед походом. Пускай! Зато ребята проживут ещё немного дольше, и получится придумать план спасения.
Когда им выдали отребье в качестве одежды, Хартфейн сильно удивился. Пленники они, рабы или заложники? Но осторожная надежда на жизнь с треском провалилась, когда их отвели к алтарю с кровавыми письменами и гнилой плотью. Парень что сил сжал челюсти и заскрежетал зубами, лишь бы не завыть от бессильной жлобы.
От эмоциональных качелей спас орк-шаман. "Шаман", если точнее.
–Вы не отсюда, да? - парень пялился на цепь на ноге орка, - Не похоже, что эти... Я - Эдрик. Как давно вы здесь находитесь?
–Ребята, не хочу этого признавать, но орк прав, - вздохнул Хартфейн, - Нас не хотят убить. По крайней мере, не прямо сейчас. Но если будем шуметь - пострадаем и сами, и остальным прилетит. Можно немного выдохнуть, но не расслабляемся.
Результат броска 1D20+3: 14 - "Аркана; Оценка магической башни"
Результат броска 1D20+4: 7 - "Медицина; Беглый осмотр пленников"
Результат броска 1D20+3: 6 - "Религия; Изучение алтаря"
Результат броска 1D20+4: 21 - "Повар; Беглый осмотр невосхитительной бурды; Мдр (+2) + БМ (+2)"
|
|
2 |
|
|
|
|
Алана видела в темноте лучше друзей, но засаду орков всё равно не заметила и, когда обрушились деревья, ужасно растерялась. Защищаться? Бросать заклинания? В кого? Бежать? Одной? Куда? Растерянно заметавшуюся эльфийку уложили носом в траву, и она испуганно сжалась, ожидая, что вот-вот с неё начнут сдирать одежду, но вместо этого их куда-то повели, явно сами опасаясь нападения. Девушка старалась держаться поближе к Кетре, и тихонько подсказывала, когда впереди была неровная дорога, внутренне сожалея что, если не втянула в эту историю подругу, то уж точно тому поспособствовала.
Раздеться её заставили в лагере, как, впрочем, и всех остальных, взамен выдав какие-то... какое-то... это даже лохмотьями язык не поворачивался назвать. Она осторожно потрогала грубую, колючую мешковину, чувствуя, как на пальце остаются следы грязи. Куски шкур, выглядящие липкими и пахнущие чем-то вроде мокрой псины даже трогать не хотелось. Брезгливо скривившись, Алана проигнорировала тряпьё, розовея ушками - не от наготы, к которой была привычна, а от неловкости, что в такой ситуации крутит носом, но ничего поделать с собой она не могла. Тряпки правда были мерзкие! Про себя она не очень успешно попыталась обосновать свои действия тем, что орки и так всё уже видели и полностью проигнорировали. Что, кстати, вызывало противоречивые ощущения облегчения и обиды.
— Ой, — пискнула она, когда старик сходу её выделил, и поспешно спрятала уши, как ей посоветовали. — ...Нет, спасибо, я ещё не успела проголодаться. Простите, а вы кто? И кто такой Ксред?
|
|
3 |
|
|
|
|
Всю дорогу Тобиас считал своим долгом успокаивать и поддерживать товарищей, настроение которых гасло так же стремительно, как костер под проливным дождем. Места были знакомыми, хожены не раз и не два, в основном с родственниками или односельчанами, но дорогу парень знал хорошо – считай, родные места. Подтверждением тому стала пара знакомых лесорубов в лагере, где они ночевали в первый день. Но все испортила отвратительная, промозглая погода да проливные дожди. Дорога превратилась в сплошное месиво лошади шли практически шагом и почти выбивались из сил. Тобиас даже пожалел свою лошадку и спрыгнул с нее, чтобы вести под уздцы. Ноги сразу увязли по щиколотку и стоило больших усилий их переставлять, но Тобиас привык к сложностям – почти как стоять в навозе в нечищенном хлеву, даже пахнет лучше. Гораздо хуже, что одежда промокла насквозь и плащ, хорошо защищавший от дождя в первые пару часов, скоро превратился в тяжелую намокшую тряпку, тянувшую к земле.
– Ничего, ничего, друзья мои. Вот доберемся до Кониберри, попрошу матушку сготовить вам сытный мясной пирог, заварим липовый чай с медом, а дед принесет вам своей знаменитой вишневой настойки. Проезжий торговец двадцать золотых предлагал ему за рецепт, а он прищурился и кукиш ему в лицо...
Когда дерево рухнуло прямо перед ним, Тобиас дернул лошадь за поводья, удерживая лошадь, вставшую на дыбы, а затем налетели ниоткуда взявшиеся орки. Первого врага, еще не до конца осознавая кто напал на них, Тобиас стряхнул с себя и тот упал в грязь. Второму со всей силы врезал по лицу и тут же вторым кулаком в челюсть – даром что в кулачных боях в Невервинтере участвовал, но затем навалилось сразу трое – Тобиас заревел как бык, но затем его чем-то саданули по затылку и пришла тьма. Когда сознание вернулось, его руки были скованы, а кругом были орки. В первую минуту он испугался, но не за себя, а за Кониберри – что орки делают так близко к деревне? Осмелятся ли напасть на нее? Их деревня конечно была не простой, имела частокол и староста выставлял охрану, но все же орки в тылу были не к добру. И тогда порадовался Тобиас дождю – хорошо, что дождь лил который день, значит крыши будут мокрыми и деревню не сожгут. Эх, как бы вырваться да старосту известить? Голова после удара гудела и думалось тяжело. Пока их вели Тобиас пытался сориентироваться – а куда их ведут, где они вообще сейчас? А когда вышли, ахнул – целый лагкрь под боком у Невервинтера и на расстоянии дневного перехода от Кониберри. Ох, не к добру, не к добру это все.
Тобиас пару раз пробовал на прочность кандалы, однако получив пару зуботычин от сопровождавших пленников орков, оставил тщетные попытки. Даже если удастся освободиться и свалить ближайший орков, дальше что? Бежать? И бросить друзей в плену? Ну уж нет! Нужно держаться вместе! Его друзья умные, обязательно что-нибудь да придумают. А он, Тоби, им обязательно подсобит. Пусть только голова пройдет да заплывший глаз начнет толком видеть.
Когда их оставили наедине со старым орком, а с Тобиаса наконец сняли кандалы, он потер саднившие запястья. Старик был на цепи и в рубище, похожим на их собственные, что тоже удивило парня. Выходит, он тоже был пленником? Дождавшись, когда орки надзиратели уйдут, Тобиас шмыгнув носом, спросил у старика первым принимая порцию какого-то липкого варева: – Спасибо, дедушка. А звать тебя как? Отчего ты на цепи и в одеже пленников? За что тебя свои же так? И чего это Ксарду... Ксерду... Ксеру надобно? Ни в жисть не поверю, что решил он себе муки намолоть
Результат броска 1D20: 17 - "выживание, чтобы понять, где они сейчас".
|
|
4 |
|
|
|
|
Пока Эдрик и Алана любезничали со старым орком, Дорн старался незаметно бросать оценивающие взгляды по сторонам. Паника и страх первых минут плена немного отступили, когда стало понятно, что убивать их орки не собираются (по крайней мере пока), а, значит, можно было подумать о том, в каком, собственно, они оказались положении. Отогнав мрачные мысли (попался как последний болван! от стражи в Невервинтере удавалось уходить, а от орков... вот она, жизнь полная приключений...), Толлстэг стал натужно шевелить мозгами.
Выходило так, что оркам нужны были рабочие руки. Странно. Такие верзилы справлялись бы с тяжёлой работой куда лучше, чем не самые сильные пацаны, ну не считая Тоби, конечно. Он-то, скорее всего, был привычен к таким вещам. Но остальные? И, особенно, Алана с Кетрой? Бред какой-то. Видать правду говорили, что орки туповаты. Это хорошо, этим можно будет воспользоваться.
Что ещё? Кругом были орочьи солдаты, значит лагерь военный. А раз лагерь военный, значит он охраняется днём и ночью. Это было плохо, так как уменьшало шансы незаметно сбежать. С другой стороны, раз орки соображали туго, они вполне могли купиться на какой-нибудь трюк, который сделал бы их количество не таким уж и важным. Но, если побег не удастся, то тогда точно голову оттяпают, как пить дать.
Значит, надо понаблюдать за орками какое-то время и придумать план, который сработает наверняка. Поэтому пока стоит сидеть тихо и даже изображать дружелюбие. И уж точно не барагозить и не показывать, что собираешься сбежать. Изображать дружелюбие Дорну было не впервой, поэтому, дождавшись, пока старый орк ответит на вопросы Аланы, он сказал:
- А я от похлёбки не откажусь. Походная еда совсем не по мне.
Это было правдой только отчасти и сильно зависело от того, кто дежурил у костра, но надо же как-то было начать устанавливать доверительные отношения, и этот старый орк, который был не в фаворе у своих соплеменников, годился для этого побольше многих других. Да и запах его варева был не сильно хуже того, что был у храмовой еды, поэтому одобрение стряпни старого пня со стороны Толлстэга также было не вполне неискренним.
|
|
5 |
|
|
|
|
>>> 24 Миртула <<<
Уговорив молодого волшебника отбросить крамольные мысли в стиле «мне понадобится три дня на сборы» и действовать в ритме популярного гномьего танца «Цигель-цигель, ай-лю-лю!», Лис занялся закупкой провианта и знакомством со своей новой лошадкой, обретённой щедротами мэтра Гаарда. Назвав её Гончей («Лис и Гончая — детка, мы с тобой созданы друг для друга! На тебе сладкую морковку… Что, и яблоко будешь? Ну ладно, вот тебе яблоко. Только Тобби не говори, что я разбазариваю походную провизию» — «Фрррр!» — «Вот и умница. Ты же не против нового имени?» — «Фрррр! Ггггг!» — «Ладно, вот тебе ещё одно яблоко»), Рейнир туго набил седельные сумки нехитрой, но сытной походной едой и ингредиентами: торба с полосками вяленой солонины, несколько головок сыра, высушенные хрустящие лепёшки, мешочек соли, глиняный горшочек мёду, травяной чай, ячмень и чечевицу для рагу и супа, сушеные пряные травы и свежие овощи, которые способны долго не портиться — молодые морковь, лук, репа, капуста, пастернак, а также целый мешок румянобоких яблок, чудом доживших с прошлого года. Пора было отправляться на закупку снаряжения. Взяв с собой Дорна и Тобиаса (шесть рук — лучше, чем две), Лис повёл свой отряд на бой с алчными торговцами.
Спустя полдня и кучу пререканий и долгих переговоров о скидках, трое друзей вернулись гружёными палатками, спальными мешками, подвесным чайником и походным котелком для стряпни, а также с ещё очень многим всяким, что будет нелишним в долгом пути по дикой местности — во всяком случае, сообразно тому, как троица себе этот путь представляла, ведь никто не бывал вне пределов территорий Невервинтера прежде. Самым далекоходом среди них был Тобби, да и тот — не из Невервинтера куда-то ходил, а из окрестностей оного притопал в Невервинтер. Изрядно подустав, все трое забылись мертвецким сном…
>>> 28 Миртула <<<
Рейнир чихал, фыркал и ворчал, время от времени успокаивающе поглаживая шею Гончей, когда та нервно реагировала на мрачное состояние своего наездника, который тихонько бормотал сам себе под нос: «Да сколько можно, Маска?! Доколе?! Два дня подряд холодные дожди с каплями настолько мелкими, что сырость от них проникала даже под одежду, пропитывая всё холодной мерзкой влагой, дикие ветры, как у объевшегося бобовой похлёбки, слякотная грязь, перепачкавшая и лошадей, и героев, и их снаряжение, этот бурелом под ногами, который, казалось, так и норовил встать на дороге у путников и увеличивался с каждой милей; вон, ещё пара деревьев упала… Погодите-ка… Что происходит?!»
Даже если все те тяготы, которые перечислял Лис в своей жалобе-молитве богу-покровителю воров, и были несколько преувеличены (но и немудрено — как-никак, это было первое в его жизни Путешествие В Дикой Местности), то уж то, что последовало за падением громадных стволов перед отрядом и позади него, однозначно и смело можно было относить в категорию «серьёзные неприятности». Орки. Путы. Плен. Грабёж. Унижение. Потенциальное рабство, или что-то похуже.
— Спокойно. В любой ситуации, сколь бы отчаянной она ни казалась, главное — не паниковать, — зашипел Рейнир сотоварищам, когда тех наконец развязали и заставили разоблачиться. Снимая с себя одежду, парень попытался выудить несколько отмычек и спрятать при себе, благо они были небольшими и не особо заметными. — Сначала поймём, что происходит, где мы оказались, какая обстановка, что нас ждёт… Знание — сила, верно, Эдрик? — бледный Лис, который вовсе не ощущал никакой бравады из той, что озвучивал, пытаясь подбодрить друзей, подмигнул юному волшебнику. — Зная где мы, кто они, что нас ждёт, мы сможем построить план. В конце концов, мы же не хотим подвести милого дедулю Гаарда и не доставить его посылку, добавив к прочим нашим неприятностям ещё и гнев могущественного мага? — Рейнир тихонько хохотнул, продолжая раздеваться и всё ещё не теряя надежды незаметно припрятать отмычки на себе. — И… Тобби! Пожалуйста, тише едешь — дальше будешь. Сопротивляясь, ты привлекаешь ненужное внимание. А внимание — не то, что помогает ни избежать неприятностей, ни сбежать от них… Понимаешь, о чём я? — Лис подмигнул другу.
* * *
По пути туда, куда их повели, Рейнир пытался глядеть в оба и примечать все мельчайшие детали, которые могли бы пригодиться для разработки плана побега (а Лис ни на мгновение не сомневался, что все эти обещания верзилы-орка о якобы «свободе» — бабушкины сказки, и рано или поздно и он, и его сотоварищи окажутся в орочьем котле, как вон тот, в отдалении; а значит, нужно бежать, и чем раньше, тем лучше. Главное — создать хотя бы мало-мальски нормальный план). Хибары, их расположение, башня, состояние строений, костры, чем занимаются орки, на что похож лагерь, периметр и прочая, прочая.
* * *
— Я тоже не откажусь, почтеннейший, — Рейнир ответил сразу же за Дорном, и попытался выдавить из себя самую свою обаятельную улыбку, хотя вонь, доносившаяся из котла, запримеченного Лисом ранее, не внушала уверенности в том, что желудок парня будет тоже улыбаться, когда это варево попадёт в него. — Я — Рейнир, это — Дорн, вон там — Тобби, а наши девушки — Алана и Кетра. Спасибо вам за то, что вы небезразличны к нашей судьбе…
Результат броска 1D20+7: 24 - "Проверка Ловкости (Ловкость рук? Скрытность?)".
Результат броска 1D20+4: 14 - "Проверка Мудрости (Восприятие)".
Результат броска 1D20+4: 16 - "Проверка Мудрости (Выживание)".
Результат броска 1D20+7: 9 - "Проверка Ловкости (на всякий случай, если нужно было бросать И Ловкость рук, И Скрытность)".
|
|
6 |
|
|
|
|
Природа оказалась чуть более жесткой, чем рассчитывала девушка. Конечно, она прекрасно понимала ее законы, безразличные к отдельному существу. которое само должно заботиться о выживании. Но им могло и больше повезти с погодой. Так что вместо того, чтобы наслаждаться красотами леса, слушать и наблюдать, Кетре приходилось бороться с ветром и непогодой. Не удивительно, что при таких условиях, она пропустила присутствие целого отряда орков. К счастью те никого не убили и не разложили ее с Аланой прямо тут. Правда все это вполне могло случится с ними в недалеком будущем, да и что по хуже, тоже. Она изучала ближайших соседей людей, примерно как и своих любимых животных. Так что знала о некоторых милых обрядах и обычаях орков, некоторые из которых ценили в девушках не форму, а содержимое, в виде свежего мяса. Все что оставалось Кетре в этой ситуации, так это вознести молитву своей Богине, а потом внимательно смотреть, слушать и анализировать.Чтобы сбежать при первой же возможности, конечно, не одной, а всем отрядом.
В отличие от эльфийки она вполне легко переоделась в тряпье. Убирая и ухаживая за животными, ты имеешь несколько другие отношения с брезгливостью, чем лишенные этого счастья люди.
- Лана,- чуть заметно улыбнулась она, – ты бы не сверкала своими прелестями, а то орки подумают, что ты не хочешь крутить жернов, а предпочитаешь работать другими частями тела. Не нравятся тряпки, используй веточки и чветочки, могу с этим помочь.
Потом она обратилась к единственному доступному сейчас источнику информации, тем более. что старый орк был настроен к пленникам явно доброжелательно. Иначе не предупредил бы эльфку про ушки.
- А что за дискриминация по отношению к другим расам? – спросила она на орочьем, – что, их души не подходят для того, кого здесь собирается вызвать вождь Ксред? Или он собирается вызвать не кого, а что?
Это были выстрелы наугад, но это была первая идея друидессы о том, какой смысл может иметь весь этот ритуал. Ведь ничем другим это, со стороны бессмысленное действие, быть не могло.
- И, да, – добавила она на том же резком и мощном языке, – раз уж мы тут теперь связаны одними цепями, то нам стоит дружить, а потому исцелись.
И она бросила на старика шамана Лечащее слово.
Результат броска 1D20+5: 11 - "Внимательность".
Результат броска 1D4+3: 6 - "Лечащее слово".
|
|
7 |
|
|
|
|
Эдрик хорошенько рассмотрел башню, невесть каким образом оказавшуюся посреди леса в окружении уродливых орочьих халуп. Она имела в высоту около пятидесяти футов, то есть примерно соответствовала пятиэтажному дому в Невервинтере. Точно невозможно было сказать, сколько этажей в самой башне, потому как имелось только одно окно под самой крышей и одна входная дверь у основания. Дверь была огромной, в неё и огромный тролль легко бы вошёл, не пригибаясь. Выполнена башня была с большим искусством, какое не доступно было оркам. Всё говорило о том, что хозяин башни – фигура весьма могущественная.
– Не отсюда, верно, – тоскливо признал орк-шаман. – Я даже не знаю толком, где мы находимся. Ксред перенёс всех нас с помощью магии от Цитадели Ворона. Это было чуть больше месяца назад.
Сложно было понять, как давно пленники-люди оказались в орочьем рабстве. Вид у них был потрёпанный, физический труд на мельнице давался им тяжело, но совсем плачевным их состояние нельзя было назвать. Неухоженная растительность на лицах соответствовала месяцу или двум без доступа к бритвенным принадлежностям.
Про орочьи верования Эдрик знал крайне мало и из символов на алтаре ничего не понял. Вряд ли здесь совершались человеческие жертвоприношения, по крайней мере, никаких останков не наблюдалось, а запах гнили от цветков мог иметь естественное происхождение. Возможно, все эти порошки, травы и даже омерзительные цветы связаны были с тем жутким варевом, что готовил старик. Опять же знания городского волшебника по части орочьих традиций не отличались глубиной, но он из слов шамана и собственных наблюдений предположил, что в чане некая заряженная магией похлёбка, способная закрыть потребность в пище и восстановить силы.
– Моё имя – Гразжт, но вам проще будет звать меня Гарри, – с некоторой гордостью отвечал старик на расспросы о себе. – Я большую часть жизни провёл среди людей, был помощником мастера-алхимика из Жентил-Кипа, пока орки Ксреда не захватили меня в плен во время налёта. Это было два года назад. С тех пор я вынужден готовить для отряда пищу, лечить раненных и выступать переводчиком. Большинство этих орков ни слова не знает на человеческих языках, лишь Кровавая Пантера и парочка его приближённых базовый набор слов освоили, остальные же – неграмотные дикари. Приходится изображать перед ними шамана, потому что алхимию они не понимают и призирают.
– Что до Ксреда… – продолжил было Гразжт, но резко замолчал и некоторое время с опаской разглядывал башню. – Кто он такой я в точности не знаю. Чародей огромной силы. А ещё вождь этой орды. Под его началом они совершали налёты на города Лунного моря, пока не приглянулись жентам. Два года служили наёмной армией при Маншуне, это большая шишка в Жентариме, но затем Ксред его предал, украл у него его женщину и двух её телохранителей, что сейчас вертят жернова, а после перенёс всех нас магией в этот лес. Оркам говорит, что построит для них королевство. Но как с этими амбициями связаны пленница, мельница, этот лес и вы, я понятия не имею. Допускаю, что он просто сумасшедший, по крайней мере в голове его совершенно точно порядка нет.
Тобиас в отличие от старого орка довольно хорошо ориентировался на местности и примерно понимал, что находится в одном-двух днях пути от родной деревеньки. Но это означало, что где-то поблизости располагается роща Агаты, легендарного призрака Невервинтера леса. Каждый житель Кониберри знал об этой баньши, многим доводилось слышать её душераздирающие вопли, доносящиеся порой из леса. Деревенские знали, что приближаться к обиталищу Агаты, сокрытому в лесной чаще, смертельно опасно, но вместе с тем считали древнюю эльфийскую покойницу своей защитницей, потому как присутствие поблизости этого грозного призрака защищало Кониберри от разных нежелательных пришельцев. Разбившие посреди леса лагерь орки как раз к таким пришельцам и относились.
Дорн и Рейнир рискнули отведать той бурды, что варил старый орк. На вкус это варево и вправду было отвратительным, пожалуй, худшим, что обоим юношам доводилось пробовать в своей жизни. А жизнь их была весьма непростой, и в час нужды приходилось питаться отбросами. Преодолев первоначальные рвотные позывы, друзья вдруг обнаружили, что чувство голода как рукой сняло. Да и силы, потраченные на целый день в сёдлах, вернулись в полной мере. На счёт удивительного эффекта от одной ложки Гразжт определённо не соврал.
Рейнир, сдавая свои вещи, ухитрился выудить из набора пару отмычек и спрятать их в разметавшихся волосах. Пока непонятно было, для чего они могут понадобиться. Пока никаких замков в лагере не наблюдалось. Кандалы, в которые на время заковали Тобиаса и какие были на старом орке, фиксировались при помощи заклёпки, которую можно было выбить совсем другим инструментом, вроде зубила. Впрочем, отмычки могли пригодиться в будущем. Пока же бывший член воровской гильдии опытным взглядом примечал уязвимые места в охране орочьего лагеря. Увиденное его не обнадёжило. На удивление орки были хорошо дисциплинированы и не филонили в своих обходах, каждая часть лагеря кроме совсем уж небольших слепых зон постоянно находилась под наблюдением. Следовало продолжить наблюдение за патрулями следующим днём, когда видимость будет лучше, и наблюдения можно будет сложить в некое подобие плана. Вместе с тем, Рейнир оценил и сам военный лагерь, придя к выводу, что рассказ Гразжта о месяце с небольшим с его основания вполне соответствует истине. Вот только огромная каменная башня сильно выбивалась, за месяц её никак нельзя было построить, не говоря уже о том, что откуда-то нужно было доставить огромное количество камня.
Когда Кетра вдруг заговорила на орочьем, глаза старика округлились и наполнились ужасом. Он быстро и нервно показал девушке умолкнуть, но было уже поздно. Оставленный при пленниках воин недовольно вклинился в разговор.
– Что она несёт, старик? – произнёс он грубо на каком-то плохо понятном друидессе орочьем диалекте. – Что ты им рассказал про Ксреда, шаман?
– Ничего такого, – шаман заговорил на ломанном орочьем. – Просто объяснил, что они теперь собственность великого вождя, и справился, нет ли среди них нечистых полукровок. Все они люди, как видишь.
– Тогда заканчивай тут поскорее, – рявкнул воин. – Они должны быть под замком, когда вернётся владыка.
– Конечно-конечно, – успокоил воина шаман, а после на человеческом языке обратился к юным пленникам. – Молю, не привлекайте лишнего внимания. Воины скрываются от жентов, опасаются их шпионов и в целом не доверяют вашей расе, не нужно давать им почву для подозрений. Я понятия не имею, почему для работы на мельнице нужны только люди, полагаю, это связано с соблюдением некого ритуала. Пленники мелят какие-то твёрдые зёрна, превращая их в муку. Уже несколько мешков намололи, но Ксреду всё мало.
То, что Кетра использовала на нём исцеляющую магию, старый орк, кажется, и не понял даже, перепуганный вмешательством одного из надзирателей. Да и заклинание не оказало на него никакого заметного воздействия, он не был ранен, просто стар, и возраст проявлялся в разнообразных хворях, с которыми простые чары не могли совладать.
|
|
8 |
|
|
|
|
Посмотрев, что Рейнир съел кашу и не отторг ее обратно, Тобиас зачерпнул осторожно густое варево и аккуратно попробовал. Эх, отведать бы сейчас маминой еды... Но пока об этом можно было только мечтать.
Громко помешивая кашу Тобиас поделился наблюдениями с Рейниром:
– Я кажется знаю эти места! Где-то здесь неподалеку должна быть Роща Агаты – баньши, она не любит чужаков. Если решим сбежать – лучшего места не сыскать
|
|
9 |
|
|
|
|
–Значит, вы алхимик, мэтр Гразжд, - тихо произнёс Эдрик, когда шумиха со стражей стала спадать на нет, - Никогда не получалось пробуждать Плетение в эссенциях, но всегда мечтал запечатывать чары в чем-то постоянном. Ваше здоровье, - Эдрик дунул в сторону, словно собирался проглотить стопку алхимического спирта, после чего отведал ложку варева, зажмурился и уткнулся в ткань своего трепья
–Ядрена вощь, - наконец чувства начали возвращаться, - Кетра, а говорила, твои ягоды нельзя настаивать. Иди, попробуй.
–Мы недалеко от Невервинтера, - Эдрик продолжил крутиться у шамана, - Судя по всему, лагерь перемещается с места на место с помощью башни. Знаю я одного мэтра, который такое регулярно поворачивает, но не знал, что башни могут с собой ещё что-то утащить.
– Меня зовут Эдрик. Ребята, идемте ближе, - парень позвал друзей к Гразжду, - Нам нужно понять, что от нас ожидается в этом ритуале с жерновами. Расскажите подробнее, пожалуйста, кажется, у меня есть пара идей на этот счёт. И ещё, - парень растерянно мотнул головой, - У меня отобрали все записи. Как думаете, сможем здесь найти шерсть, песок и нитки? Сделаем им такой ритуал, что будет не до пленников
|
|
10 |
|
|
|
|
Выслушав Эдрика, Дорн только удивлённо моргнул. Видимо, похлёбка не пошла волшебнику на пользу, и в его голову стали лезть разные сумасбродные идеи. А может это у самого Дорна от орочьего варева со слухом резко что-то не то? Или вообще с головой? И это ему всё просто послышалось?
- Эд, ты, конечно, у нас голова, - заговорил Толлстэг тихим дружелюбным тоном, каким обычно ведут разговор с не вполне предсказуемым и при этом довольно опасным собеседником, - и я против тебя как баран против счетовода, но не кажется ли тебе, что сотня орков – это не то, что можно одолеть с помощью шерсти, песка и ниток? Ты, чего там, человек учёный и в магии многое смыслишь, но вряд ли способен одолеть сотню орков разом, да ещё потом и их вожака, который целую башню сумел перенести вон на какое расстояние. Какой бы трюк ты не задумал, этих ребят мы вряд ли сильно удивим: ты на... на лица-то их посмотри...
Вообще, конечно, Дорн сначала хотел сказать "рожи", а не "лица", но вовремя опомнился. Всё же вокруг были орки, понимавшие нормальную речь, и им могло такое не понравиться.
- ...не приведи Таймора, они не купятся, и что тогда? Слыхал я про одного чудака, который ходил по кабакам и всем доказывал, что надо жить быстро и умереть молодым. Но принимали его не сильно-то тепло, скажу я тебе. Так что если ты чего-то такого в своих умных книгах вычитал, то мой тебе совет: забудь как страшный сон и не вспоминай никогда больше. Нам сейчас надо загаситься на время, залечь на дно, пока они не решат, что мы как те мужики: уже со всем смирились и не думаем о побеге. Вот когда они булки расслабят, а мы получше узнаем где тут самые удобные отходы и самые ленивые охранники, тогда и надо драпать. А сейчас они все на стрёме после кипиша и выпишут нам горячего на раз-два, стоит нам только ветры погромче положенного пустить. Так что давай без резких движений пока, ладно?
|
|
11 |
|
|
|
|
–В том-то и дело, что они сейчас сами боятся так, что от любого шороха дергаются. Они только-что после похода с добычей, да могли следы оставить. За ними женты гонятся, а они тут жернова крутят, что сил хватает, а? Силой мы эту армию точно не одолеем, а вот хитростью - шансы есть.
–Не скажу, что у меня чёткий план, но кое-что точно пригодится. Помнишь плюшевого импа? Этим заговором можно как картинку наводить, так и звуки любые, почти отовсюду. Тут не то что ветка хрустнет - целый табун наворожить смогу. Но без моей книги - мне для магии нужны компоненты, - Эдрик пожал плечами, - У меня ж твоего таланта-то нет, а с книгой, считай, половины магии лишился.
–Предлагаю пока подумать, что кто сможет разузнать. Алана и Кетра, сможете вон ту дамочку разговорить? Её, похоже, как заложницу держат. Надо бы выяснить, почему её вообще похитили. Да и понять бы как Жентры выглядят, а то у меня даже идей нет, ни разу не сталкивался.
–Тоби, а можешь рассказать подробнее про ту баньши? Это же воющие неупокоенные, верно? Когда она появлялась, по ночам, при полной луне или ещё как? Думаю, сможем и её вой сюда приплести, чтобы оркам спать долго не пришлось, - в глазах Эдрика загорелись мстительные огоньки.
–Но да, пока ничего резкого не делаем, просто пытаемся понять, что вообще тут происходит, - кивнул он Дорну, - Мстить будем, когда будем к этому готовы.
|
|
12 |
|
|
|
|
Согласно кивнув Эдрику, Дорн незаметно с облегчением выдохнул. То, что его приятель не собирался с голыми руками кидаться на кучу злых и вооружённых орков, было хорошо. А ещё лучше было то, что Эдрик согласился с тем, что надо выждать и оценить обстановку. Перспектива всё это время вламывать на орочьей мельнице, конечно, не радовала, но это было лучше, чем отправиться прямиком на жертвенный алтарь их нечестивых богов. Тем более, их вожак, похоже, сильный маг, раз смог перенести сотню своих собратьев на поляну под самый, считай, Невервинтер. Тут взгляд Дорна упал на башню, высившуюся посреди поляны.
"А вот интересно, - подумал он, - найдётся ли в этой башне что-нибудь ценное? Наверняка там много разных магических штук. Понять бы ещё, какие из них можно будет унести без вреда для здоровья..."
Хотя сам Дорн буквально только что критиковал Эдрика за рискованный план, но азарт захватил уже и его, и удирать совсем без сувенира на память теперь как-то не хотелось. Можно, конечно, было бы просто нагадить этому Ксреду под дверь его башни, но практику таких шуточек уже пора было бы оставить в детстве. Ну разве что иногда позволять, только изредка и для морального удовлетворения. А вот получить ценное и вполне материальное возмещение за причинённые орками неудобства было бы вполне неплохо.
|
|
13 |
|
|
|
|
–Обязательно туда заберёмся, - Эдрик хлопнул по плечу Дорна, проследи за взглядом друга, - Так. Мне понадобится нитка длиной хотя бы с локоть, - парень провел ладонью по лбу, оцениваю свою чёлку. Потом его взгляд пал на ребят, и даже на Кетру с её коротким горшочком
–Алана, тут такое дело... Не поделишься прядью? Очень нужно для ритуала, правда!
|
|
14 |
|
|
|
|
— Я, в общем-то, и предпочитаю, — также негромко напомнила Алана подруге. — Не с орками, правда, и не в столь экстремальных обстоятельствах, так что если посоветуешь что-то подходящее, я буду благодарна. Только не сейчас - как бы нас не прибили за лишние движения.
Выслушав краткий рассказ алхимика, Алана задумалась, пытаясь вспомнить какие-то подробности сверх того, что их пленители откуда-то с дальнего востока из-за пустыни.
— Мэтр Гразжт, а кто такая эта пленница, слухи не упоминали? — выступив из-за спин парней, обнажённая эльфийка продолжила расспросы, демонстрируя сдерживаемый интерес с толикой наивности и вежливо обращаясь к орку, как к представителю магической профессии. Она была не вполне уверена, что обсуждать планы побега в его присутствии было мудро, но раз уж ребята так решили, то следовало произвести приятное впечатление.
— Только для ритуала? — кивнув на просьбу пообщаться с загадочной "женщиной Маншуна", преувеличенно грустно похлопала глазами Алана. Несмотря на ситуацию, привычки оставались привычками, и девушка, рисуясь, качнула бедром и пробежалась пальцами сквозь роскошную - хоть и несколько пострадавшую от дороги и непогоды - гриву. С Эдриком танцовщица в итоге провела ночь их знакомства, и даже после того, как они впоследствии разошлись из-за её образа жизни, Алана регулярно пользовалась случаем подразниться. Впрочем, она тут же продолжила более серьёзным тоном. — Конечно, только не посреди всего лагеря. И ты уверен, что волос будет считаться ниткой, а не шерстью?
Результат броска 1D20+2: 4
Результат броска 1D20+2: 13
Результат броска 1D20+2: 3
Результат броска 1D20+2: 14
Результат броска 1D20+5: 24 - "Убеждение".
Результат броска 1D20+2: 14 - "Проницательность".
|
|
15 |
|
|
|
|
- Конечно, - ответила девушка Эдрику, - хотя она не выглядит недовольной пленом.
Поведение орка ее разочаровало, и если раньше она учитывала алхимика в своих планах на побег, то теперь их оттуда вычеркнула. По ее мнению продемонстрированная трусость была слишком явным сигналом для недоверия. Кетра решила, что доверять будет только их компании, и никому больше.
Потом она кивнула Лане:
- Могу, хоть сейчас. Вряд ли орки примут попытки тебя одеть за подготовку побега.
И хихикнула, правда, несколько истерически.
|
|
16 |
|
|
|
|
— Лучшего места не сыскать
— Для того, чтобы умереть? Разве что ты — закадычный приятель этой самой Агаты и она тебя за чужака не воспримет, — иронично заметил Рейнир, но после, согласно кивнув, продолжил: — Но да, если нам нужно препятствие между нами и вероятной погоней, которую за нами устроят, то баньши — достойная преграда, тут и сказать нечего. Спасибо, Тобби, это важные сведения.
- Мстить будем, когда будем к этому готовы.
— Мстить, мой дражайший друг, мы вообще не будем. Мы будем отсюда выбираться, прихватив всё, что сможем (и в первую очередь — нашу посылку), и будем спасать свои шкуры, делая отсюда ноги. И делать это будем предельно осторожно — судя по тому, что этот Ксред перенёс сюда толпу орков и кучу предметов, ему твои шерстяные палки-ковырялки будут как мошка медведю: не заметив, пришибёт. Я понимаю твой запал — ты впервые переживаешь что-то опасное и небывалое, но поверь тем, кто бывал в переделках, пусть и не таких серьёзных, но всё же, — Лис кивнул в сторону Дорна, а после приложил руку к груди, мол, и я тоже, как и мой друг знаем, что такое неприятности, — бравада и геройство лучше проявлять тогда, когда ты хорошо вооружён, когда у тебя есть чёткий план, когда у тебя есть запасной план, а также когда есть пути отступления. И это не варианты, всё это должно быть одновременно, чтобы геройствовать. Так что у нас главная задача нынче — выжить, забрать посылку, сбежать. В идеале — тихо и незаметно.
Рейнир вздохнул:
— Потому прежде, чем творить какие-то заклинания, я советую сначала составить план побега. Вполне возможно, что никакая магия и не понадобится, а пригодится сноровка и смекалка, и этого у тебя, друг мой Эдрик, в достатке.
Лис повернулся ко всем:
— Наш будущий архимаг истину глаголет: нам нужны сведения, и девушкам действительно будет легче всего найти общий язык с пленницей… Если она девочковая девочка. В случае же, если она поднабралась культуры общения от разбойников и убийц, коими Жентарим и являются, среди тех, кто будет с нею знакомиться, было бы лучше быть и кому-то, кто знает… как там учёные мужи это называют… контекст! Так что, думаю, мы с Дорном к вам присоединимся, если увидим, что у вас разговор не особо клеится. Просто дайте знак. Тем временем…
Рейнир вежливо поклонился орку-алхимику:
— Мэтр Гарри, а не подскажете, почему вас держат на цепи? И что происходит по ночам — где именно ночуют пленники и, если вы знаете, то в каких условиях: связаны, в кандалах, свободны?
|
|
17 |
|
|
|
|
– Да чего вы на меня взъелись? Вон, целый клан орков, на кого стоит злиться. Я, как будто виноват, что мы все вместе здесь оказались, а?- взорвался Эдрик на наставления Рейнира, - Пошли отойдём, поговорим, - парень взял друга под локоть и с нервной миной отошел в сторону, увлекая Лиса за собой. Лишь Алане Эдрик едва заметно кивнул.
–Короче, слушай, - Эдрик перешел на шепот, - У меня не так много магии в голове осталось, а к тому, что помню - без моей книги нужны палки и деревяшки. Слушай и запоминай, - парень начал загибать пальцы, - Клок шерсти, желательно овечьей, и я смогу наводить небольшого размера морок. Щепотка песка или лепестки розы, да-да, розы, и я смогу усыпить одного, может двоих орков на минуту. Нитка и кусочек дерева - и у нас будет ещё одна невидимая пара рук. Поймаешь пару кузнечиков - и я смогу зачаровать кого-нибудь из наших на прыжки на дальность дальше, чем дротик или праща. Я не из праздного любопытства или вредности хочу всё это раздобыть, а потому что это даст нам фору, чтобы выбраться из ситуации. Если дойдёт до драки - есть у меня пара незаметных козырей, но не буду я делать шагов, которые подставят либо нас, либо остальных пленников. Договорились?
–Рейнир, лучше вспомни, всё что слышал про этих самых Жентраим, или как их там? Эмблемы, печати, спецформа или ещё какие опознавательные знаки? - перечислял парень, - Ну а я пока попробую понять, что за ритуал такой, где нужна куча именно человеков, да упорный людской труд. Ох, не всё так просто там, и не всё так очевидно, как кажется.
Результат броска 1D20+3: 16 - "История/Аркана; Вспомнить ритуалы, где нужны представители конкретных рас".
Результат броска 1D20+3: 10 - "История/Аркана; Вспомнить ритуалы, где требуется массовый ручной труд"
|
|
18 |
|
|
|
|
Кетра отошла от шамана, так и не попробовав варева. Пока она не настолько проголодалась, чтобы использовать незнакомую алхимию, тем более. отвратительную на вкус. Вдруг у нее цвет лица испортится?! Нет, девушка понимала. что если они не сбегут сегодня, то придется питаться этой дрянью, но собиралась оттянуть этот неприятный момент на подольше.
Она отошла в сторону и отвернулась, так, чтобы шаман не видел ее лица. Потом ее губы зашевелились и Лис услышал ее слова, хотя стоял в отдалении.
- А я могу делать вот так. Правда только с одним человеком за раз. Зато, пока не надоест, это простенький заговор и я его могу колдовать до посинения. Так что через меня можно обмениваться сообщениями. И, лучше не болтать рядом с посторонними, даже, если это другие пленники. Когда придет наше время крутить колесо, я подойду и посмотрю. Может, смогу определить, что за зерна там мелят. Зерна это растения, а я в них разбираюсь. Тогда станет понятнее. зачем эти орки сюда приперлись.
Потом она подошла к Лане:
- Ну, что, подруга. Готова пойти пообщаться с этой девкой? Я подойду с тобой вместе. но у тебя точно язык лучше подвешен и ты более обаятельная.
|
|
19 |
|
|
|
|
– Мы недалеко от Невервинтера, - Эдрик продолжил крутиться у шамана, - Судя по всему, лагерь перемещается с места на место с помощью башни. Знаю я одного мэтра, который такое регулярно поворачивает, но не знал, что башни могут с собой ещё что-то утащить.
– Боюсь, о, юный Эдрик, твои наблюдения ошибочны, – возразил шаман. – Я был свидетелем тому, как возник лагерь, как воины рубили деревья и выкорчёвывали пни, как возводили эти жалкие лачуги. Лагерь не движется, по крайней мере, окружение его никак не изменилось. Ксред перенёс сюда лишь своё воинство и пленников, а после и эту башню.
Старик вновь зашёлся тяжёлым кашлем, корчась с диких судорогах. С такой скверно проявлявшей себя болезнью ему явно осталось недолго. Мучимый кашлем он отстранился от разговоров, что вели прочие пленники, обсуждая Эдрика, точнее ещё не план, а некоторые подготовительные шаги. Когда Гразжт успокоился и вернулся к разговору, то с удивлением вдруг уставился на Алану, будто только сейчас заметив, что та полностью обнажена, и лишь длинные волосы отчасти прикрывали её наготу.
– Ты должна что-нибудь надеть, уж лучше эти гадкие тряпки, чем ночные холода, – с заботой проговорил старый орк, обращаясь к эльфийке. – Ночью здесь очень холодно, а спать вам придётся на открытом воздухе. К тому же не стоит вводить воинов в искушение. Они привыкли брать силой, насильничать, хоть теперь Ксред и Кровавая Пантера требуют от них дисциплины, но инстинкты могут взять своё.
Сама же эльфийка уже начала ощущать прохладу на ничем не защищённой коже, но до настоящего холода было ещё далеко. Алана размышляла над деталями рассказа шамана и упомянутой Тобиасом баньши, сопоставляя слова с собственными знаниями. Про Жентарим, жентов и их столицу она знала крайне мало. Какой-то криминальный синдикат с развёрнутой сетью агентов, но основная активность его крутилась вокруг расположенного далеко на востоке, за Высоким лесом и пустыней Анорак города Жентил-Кип, рассадника преступности и порока. Наверное, Ксред и бежал под Невервинтер, чтобы оказаться как можно дальше от жентов. Имя Маншун девушке не доводилось прежде слышать. А вот про Агату она знала – одна из любимых баек лесорубов и фермеров с восточных окраин рассказывала о прекрасной эльфийской деве, что от печали и тоски наложила на себя руки, но не обрела достойного посмертия, а стала скорбным духом, мучимым болезненными воспоминаниями и мучающим всех, кто посмеет нарушить его покой. Агата обитала в восточной части Невервинтерского леса, но никто из смертных не отваживался туда ходить, вернее, смельчаки время от времени находились, но никто из них не вернулся, чтобы рассказать об увиденном.
– Её имя Соггрин, она северянка из варварского племени, дщерь знатного воина, – ответил алхимик на вопрос эльфийки. – Со мной она принципиально не разговаривает, считает, будто все орки едины, и я заодно с её похитителями. А потому ничего более о ней не знаю. Думаю, у соплеменников будет больше шансов её разговорить.
— Мэтр Гарри, а не подскажете, почему вас держат на цепи? И что происходит по ночам — где именно ночуют пленники и, если вы знаете, то в каких условиях: связаны, в кандалах, свободны?
– За бунтарский нрав, – старый орк слабо улыбнулся Рейниру. – Пытался бежать шесть раз, пока здоровье ещё позволяло подобное. Каждый раз Ксред находил меня с помощью магии. Наконец он зачаровал эту цепь, сделав её совершенно неразрушимой, а я потратил уйму часов и реагентов, пытаясь растворить или хотя бы ослабить металл. Но я – это я, можно сказать, здесь на особых условиях. Вам же придётся ночевать под той скалой, видите загон, обнесённый прутьями. Вот там спят те трое, кого схватили для вас, видимо, и вам уготовано это место. Связывать вас не станут, если вы не станете сопротивляться, но запрут на ночь.
Эдрик всё размышлял о странной процедуре по перемалыванию на ручной мельнице неких зёрен и том, что осуществлять эту процедуру доверяют лишь людям. На ум решительно ничего не приходило. Специфической расовой магии было не так уж и много: недоступные с ослаблением Плетения высокие эльфийские чары, примитивный орочий шаманизм, да руническая магия дворфов, которую недавно обсуждали с Гаардом. Но это была лишь традиция, связанная с культурой, присущей той или иной расе, теоретически не было никаких препятствий в том, чтобы и человек мог любую из этих магических традиций освоить. Здесь же явно имело место быть специфическое ограничение только на представителей человеческой расы. Мог это быть какой-то давно забытый ритуал, не знакомый юному Эдрику? Или же Ксред действительно был полным безумцем и маялся какими-то глупостями, рождёнными его искажённым разумом?
Вскоре вернулся вожак Кровавая Пантера с десятком воинов, несущих плешивые зверины шкуры. Он недовольно оглядел пленников, злобно глянул на шамана, так что тот весь сник от этого тяжёлого взгляда, а после задержал раздражённый взгляд на Алане и рявкнул:
– Почему голая? Тебе одёжи не хватило что ли? Укройся шкурой.
Он подал знак одному из воинов и тот с силой всучил эльфийке грубую лосиную шкуру, от которой исходили неприятные животные запахи.
– Хватит тут болтать, поехали и хватит, время отбоя, – скомандовал командир орков.
Воины, угрожая копьями и мечами, заставили пленников идти к загону у скалы, огороженному решётками. Гразжт так и остался у алтаря. Героев же привели к скале и загнали как животных в тюрьму. Было довольно тесно. Их место для ночлега имело прямоугольную форму, с двух сторон оно было укрыто скалой, а ещё с двух огорожено металлическими прутьями, через которые разве что руку можно просунуть. На холодной земле были свалены старые шкуры, почти лишённые меха, к ним орки добавили ещё десяток новых. Шкуры укрывали теперь весь пол тюрьмы, их предстояло использовать как лежанки и как одеяла. Единственным кроме шкур предметом было грязное зловонное ведро, куда пленники справляли нужду.
Вслед за отрядом юных героев в загон привели и двух мужчин, что работали на мельнице, и «женщину Маншуна», которые теперь с интересом разглядывали новых соседей по своему крошечному жилищу. Женщина была весьма красивой, молодой и физически развитой. Её одеяние представляло собой две волчьи шкуры, одна из которых была натянута как юбка, вторая переброшена через плечо, так что большая часть её тела была открыта, на мускулистых руках видны были татуировки из северных узоров, популярные у диких народов Утгардта. С недоверием она осмотрела своих новых соседей, а после юркнула в дальний конец загона, у самом скалы и улеглась на одной из лежанок.
Двое мужчин, что весь день работали на мельнице, тяжело дышали, а их мешковатая одежда из грубой ткани пропиталась потом. Одному из них было от сорока до пятидесяти лет, его коротко остриженные чёрные волосы имели плешь на макушке, чёрная бородка обрамляла изнурённое морщинистое лицо. На лбу виднелся силуэт старой татуировки, которую пытались свести, но рассмотреть очертания длани с прижатыми пальцами всё ещё можно было разглядеть. Взгляд его был хмурым, жёстким. Второй же мужчина был моложе, около тридцати лет от роду. Он был огненно-рыжим с длинными нечёсаными патлами и густой бородой. Его лицо напротив светилось радостью, а глаза выражали дружелюбие. Он с нетерпением следил, как орки закрывают двери загона на засов и вешают на него тяжёлый замок. Стоило захватчикам отойти и оставить пленников одних, как младший из мужчин приветствовал новых соседей.
– Вот это хорошо, вот это здорово, будет нам помочь, – он обнажил в улыбке зубы. – Я Блонданг, этот мрачный хмырь – Вон Федель, а это наша прекрасная дева-воительница Соггрин. Ну, как, план побега уже придумали?
– Тихо ты, дурак, некоторые орки знают наш язык, хоть этого и не показывают, – грубо заткнул своего коллегу «мрачный хмырь», усаживаясь на шкуры. – Не нужен нам план. Владыка Чёрное Солнце откроет нам путь к спасению, когда придёт время.
– Всё то время, что мы здесь сидим, ты эту чушь и повторяешь, придурок, – весело возмутился Блонданг.
|
|
20 |
|
|
|
|
–Правильно говорит, - кивнул Хартфейн, - Раньше нас с вами не было. В девятером всяко легче будет. Эдрик, - протянул он руку Блондангу, - Да поможет нам Владыка, кем бы он ни был, - глубоко вздохнув, парень потер коленки и принялся бороться со своей тревогой чем привык - упорно работой.
–Парни, я вооружаюсь. Алана, с тебя волосы. Тоби, очень нужна твоя широкая спина. Посмотрите по сторонам, что тут вокруг нашей клетки есть? Сейчас будем экспроприировать всё, что не прибито гвоздями. Дорн, Кетра, вам что-нибудь принести? Понятия не имею, как это у вас всё работает, но что-то нужно для фокусировки, попробую подтянуть поближе.
|
|
21 |
|
|
|
|
– Эдрик, поумерь свой пыл – в полголоса, но так, чтобы начнающий волшебник мог его слышать, сказал Тобиас. – Он тебе завтра пригодится, жернова ворочать. А твой невидимый помощник предметы невидимыми делает? Не ворожил бы так открыто, друже. Ты видишь тут хоть одного чародея кроме тебя? Сдается мне, неспроста это. Как бы не посадили тебя на цепь или убили раньше времени. Посуди сам – мельничный жернов ворочать ты не силен, хлебом не корми, а дай поворожить. Получается, что пользы с тебя для них – что с козла молока. Вот и кумекай. По моему разумению, лучше бы тебе не высовываться. Сдается мне, что чародеи среди пленников для Ксерда этого – что эльфийка для орков, ничем хорошим разоблачение для тебя не закончится. Нужно сперва осмотреться, что тут да как устроено. А то бежать незнамши – только снова им в лапы угодить.
– Меня Тобиас зовут. Из Кониберри я родом, тут недалече... – поприветствовал других пленников парень. – Не слыхали, деревня-то наша... цела? – голос подвел здоровяка и дыхание сперло, так что договорить фразу он мог только с трудом.
|
|
22 |
|
|
|
|
Оказавшись в загоне (по-другому и не скажешь), Дорн принялся обустраивать место для ночлега. Утро вечера мудренее, как часто говорили жрецы в храме. Про всё приключившееся можно будет как следует подумать завтра в течение дня, который обещал быть очень и очень долгим. Несмотря на противный вкус, шаманово варево вполне неплохо справилось с тем, чтобы утолить голод и согреть, поэтому Толлстэг уже собирался пожелать всем спокойной ночи и поскорее заснуть, пока это приятное чувство не прошло. Однако же, обстоятельства сложились таким образом, что с отходом ко сну пришлось повременить.
Сначала вернувшиеся старожилы камеры, а затем и Эдрик решили навести суеты, что Дорну не очень понравилось. Двух мутных типов он бы заподозрил в том, что они засланные, если бы дело было в Невервинтерской тюрьме. От тех, кому доводилось там побывать, Дорн слыхал, что такие штуки иногда выкидывают стражники, чтобы выведать что-нибудь конкретное у сидельцев, чтобы закрыть их потом на подольше, а заодно и просто быть в курсе того, что происходит в камерах. Эта парочка в стукачи на вид не годилась, всё же орки - это не городская стража, а работа на мельнице по первому впечатлению и впрямь стоила им значительных сил. Но кто знает, на что они способны, чтобы получить лишнюю пайку или как-то ещё выслужиться перед этим Ксредом. Поэтому на приветствие Рыжего, назвавшегося Блондангом, Дорн лишь хмыкнул что-то невразумительное, а на восклицание Брюнетика, которого Рыжий назвал Вон Феделем, видимым образом не отреагировал вовсе. Тот был явно из фанатиков, раз упоминал какого-то чёрного солнечного владыку. От таких неуравновешенных стоило всеми силами держаться подальше. Общения с истовыми верующими Дорну хватило и в храме. Если же всё это умело разыгранный спектакль, то и тем более не стоило пускаться в разговоры, чтобы не сболтнуть лишнего.
Эдрик, впрочем, кажется, был иного мнения и тут же развил бурную деятельность.
- Нет, мне ничего не нужно, по крайней мере пока, - уклончиво ответил Дорн на вопрос друга, про себя сетуя на беспечность приятеля, который, судя по всему, не видел никакой угрозы в сокамерниках, - да и вообще я бы на твоём месте послушал Тоби и не стал с порога выкладывать все карты на стол. Чем меньше эти зелёные ребята про нас знают, тем нам легче. И вообще, давайте спать.
Сам Толлстэг был уверен, что уже на следующее утро сам Эдрик окажется под пристальным вниманием орков, раз, как это говорилось в определённых кругах невервинтерских низов, "спалил контору" перед Рыжим и Брюнетиком.
Оставалась, правда, ещё женщина, но она, в отличие от цветной парочки, кажется была более прямолинейной, а, значит, и не такой опасной. Хотя это тоже могла быть хитрая маскировка и ещё один способ отвести подозрения, чтобы уж наверняка выманивать из попавших в плен сведения. По крайней мере она хоть не была настроена вести продолжительные беседы, за что Дорн был ей даже чуточку благодарен. Окончательно утвердившись в решении обдумать всё это и многое другое завтра, он постарался устроиться поудобнее, зарывшись в шкуры, и задремать.
Результат броска 1D20+-1: 8 - "Religion - Владыка Чёрное Солнце?"
|
|
23 |
|
|
|
|
Пообщаться с девкой им не довелось - их прервал вернувшийся орочий главарь. Алана сдавленно пискнула, пошатнувшись под весом сунутой ей в руки шкуры, которой тут же попыталась отгородиться от орков. Она послушно юркнула в загон, не дожидаясь, пока её поторопят силой, и, выбрав место почище, опустилась на покрытую шкурами землю, положив свою ношу рядом.
— Приятно познакомиться? — осторожно предположила танцовщика, несмотря на окружавшие их обстоятельства. Пока она говорила, девушка попыталась вспомнить, не попадались ли ей где-либо символы с татуировок Вон Феделя и Соггрин. — Меня зовут Алана. Сперва, если вас не затруднит, не поделитесь вашей версией происходящего? Признаться, пояснения старого алхимика оставили не меньше вопросов, чем ответили.
Отвлёкшись на просьбу Эдрика, эльфийка кивнула и запустила пальцы в свою рыжую копну, чуть запрокинув голову и непроизвольно качнув полной грудью. Влажные, спутанные ветром волосы цеплялись к рукам, так что она быстро вычесала даже больше, чем самой девушке хотелось бы видеть, и передала "добычу" заклинателю. Сама же Алана, негромко напевая себе под нос, принялась творить простенькие бытовые чары чистки и свежего запаха, стремясь обеспечить себе хоть какой-то комфорт.
— Если хотите, могу вам тоже почистить, — предложила она товарищам по несчастью, старым и новым. — Мисс Соггрин?
Северянка выглядела не настроенной на общение, и Алана не хотела показаться навязчивой или имеющий какой-то умысел, обращаясь к той просто так. Предложение помощи было неплохим поводом завязать разговор.
Результат броска 1D20+2: 13 - "История - символ длани с татуировки".
Результат броска 1D20+5: 16 - "Убеждение (если понадобится)".
Результат броска 1D20+2: 5 - "История - символика северных варваров".
|
|
24 |
|
|
|
|
"Вот и поговорили*- вздохнул Эдрик после совета Тоби. Милстоун хоть и казался простаком, но это лишь от природной скромности. Или хитрости. Его интуиция редко ошибалась, и скрепя сердце, лучше бы к его советам всё таки прислушиваться. Тем более, для ворожбы у Эдрика не было готово ровным счётом ничего.
В беседу про родные края Тоби, Хартфейн не влезал. Слишком уж важные вести могли передать похищенные, личные.
Приняв волосы Аланы, Эдрик поблагодарил девушку и уселся недалеко от остальных, бурча под нос что-то про "Аллопецию" и гусиный жир. Ему предстояла долгая работа по распутыванию волос, связыванию их в тонкую нитку и накручиванию сотни маленьких узелков, чтобы конструкция на не развалилась на ветру. Если все получится, а оно непременно получится, Эдрик найдёт способ как разыграть эту карту незаметно. Была бы возможность.
Но самое главное, мелкая моторика хорошо успокаивала нервную дрожь, что накатывала всё сильнее с каждой минутой плена. Эдрик не был смелым в своих помыслах. Своими коварными планами он прятался от страха, что его жизнь закончится прямо тут, в этом вонючем лагере, как только ритуал Ксреда будет исполнен. И лишь бесчисленные узелки не давали тревоге затопить остатки здравого смысла.
|
|
25 |
|
|
|
|
Друидесса оглядела место ночлега и чуть поморщилась. Больше всего это напоминало загон для диких зверей, а не жилище человека.
- Я, Кетра, садовница, - представилась она всем, кто еще ее не знал. Девушка хорошо поняла старого шамана, и теперь старалась не выделяться и не выделываться перед чужими. По крайней мере творить чары, как Алана, или собирать материальные компоненты, как Эдрик, не спешила. Кетра и не соврала, практически. Садовницей она тоже была, как и укротительницей, смотрительницей, агрономом и прочая и прочая. Ведь путь познания Природы многообразен и бесконечен. На первое время ей хватит и простых заговоров, которые творятся просто, быстро и сколь угодно долго. Возможность же искажать информацию как удобно Кетра считала вторым, после разума, преимуществом человека над зверями.
- Лана, солнышко ты мое, почисть и мне шкурку. То есть не мою кожу, а то место, где мы будем спать.
А потом пошла знакомится с девой Соггрин. Вот только по дороге, она остановилась около Блонданга и сделала глазками хлоп-хлоп. Валять дурочку было легко и весело.
- А зачем нам бежать, ведь нас всех отпустят, когда закончат свое дело?! Теперь молоть будет проще, с нашими то парнями. Кстати, вы за то время, что тут сидите. так и не поняли, что за зерна мелете? Надо будет мне самой завтра посмотреть на них, я то в зернах разбираюсь. Или может от орков что-то интересное слышали?
Дождавшись ответа, она добралась до северянки и широко улыбнулась.
- Привет, - Кетра широко улыбнулась, - давай дружить, - предложила она. как будто встретилась не с воительницей в плену, а с девчонкой в школе или новенькой на их улице.
- Как смотришь на то, чтобы мы с Аланой подкатим к тебе соседками?! Ну пожалуйста - пожалуйста - пожалуйста. Организуем себе женский уголок. Заодно и поболтаем перед сном.
Она говорила с Саггрин таким же тоном, каким приманивала вредного кота. Чтобы вычесать ему шерсть и протереть губкой нижнюю челюсть и шейку от следов оставшихся от еды.
|
|
26 |
|