Neverwinter Nights | ходы игроков | Последняя гавань

— Серьёзно? Нет, я конечно могу, но тогда оно будет уже не так вкусно.

Ингвар вопросительно посмотрел на Тэю.

  Появление мэра разбило тихий уют и покой пустого зала мрачной перспективой тащиться в холод и снег на поиски странного любителя чая, наведшего своими привычками страх на весь Порт-Лласт. Впрочем, даже равнодушная к чужим переживаниям Тэя стала замечать, что присутствие Кендрака наводило какую-то панику, словно тот таскал её в кармане в качестве домашнего питомца.

  Но в чем-то он был прав. Снег мог спутать все следы, хотя Тэя сомневалась, что снегопад так легко скроет следы огромного, железного голема. Он хуже перегруженный повозки и обязательно наделает много шуму, пробираясь через зимний лес. Сломанные ветки, кусты… Понадобится много-много снега, чтобы стереть присутствие такого создания.

- Вы как будто от меня избавиться спешите, господин мэр, - сказала Тэя, взяв протянутый мешочек с золотом и высыпав монеты, принявшись их считать. Нахмурилась и бросила быстрый взгляд в сторону камина. Ей показалось, или кот закатил глаза? Кошки вообще так делают?

  Поймав взгляд трактирщика, Тэя вздохнула и сказала:

- Видно мне придется есть в дороге. Ничего. Я думаю со вкусом ничего не случится.

«Только оно остынет и будет уже не таким горячим», - мрачно подумала «дровёнок», но вслух говорить этого не стала. Кто знает какие шаги начнет предпринимать мэр, поняв что Тэя не торопится в погоню за злосчастным големом?

У этого кота как-то получилось передать своей усатой мордой именно эту эмоцию. Возможно, это был кот с особыми магическими талантами.

Тэя вновь покосилась на кота. Затем на трактирщика.

- А у вас тут маги в Порт-Лассте живут? – спросила эльфочка.

— Хвала Хельму, ни одного. Последний, который был, поломал рыбакам все мачты, когда пытался помочь им в штиль. Кендрак отправил его в Невервинтер доучиваться. Выдал ему тогда в дорогу... кстати, тоже пятьдесят золотых. Интересно.

- Ясно, - Тэя вздохнула, пряча мешочек с деньгами и по-прежнему глядя задумчиво на кота. – Я просто подумала, что кто-то потерял своего фами… Что? Погодите, о чем вы?

  Эльфочка застыла и в её глазах мелькнуло подозрение. Провизия, золото, работа… Всё выглядело слишком хорошо. А также странная суета мэра и то, как он спешно увёл наёмника Дайлана. А что если от неё хотят избавиться иным путем? Как и от нашкодившего мага, сломавшего мачты? Отослать от Порт-Лласта подальше, а там, в лесах, её прирежет по приказу странный наёмник и возьмёт плату с её хладного тела, бросив труп в белых снегах?

  Призраки старой жизни заклубились тенями в сломанном разуме.

  Вдруг Кендрак раскусил её обман и понял что она никакая не древняя матрона, а просто брошенная соплячка и решил… а что, собственно, делают люди со своими врагами? Приносят в жертву своим богам? Продают в рабство?

  Тэя обратила свои алые глаза, полные подозрений, в сторону мэра Кендрака.

— Кто? Я?

  Тэя мгновение смотрела на Кендрака с подозрением, но предъявить ей было нечего, поэтому она лишь вздохнула и вновь обратилась к трактирщику.

- Заверните еду и чай в фляжку – я поем по дороге.

  Застыла, о чем-то задумавшись и пытаясь что-то припомнить. Её взгляд на мгновение остановился на надувшемся от обилия припасов рюкзаке, подаренном ей Лараной.

- Спасибо? – наконец выдала дроу, неуверенно перебирая пальцами по древку своего копья, словно пробуя новое слово на вкус. Затем неохотно, словно дверь на проржавевших петлях, повернулась к мэру.

- Вы помните, в какую сторону ушел ваш любитель чая?

— Доброго пути, — кивнул в ответ Ингвар, принимая благодарность.

— Конечно помню, он утопал строго на юг. Следы ещё свежие, пойдёмте скорее.

Будь Кендрак посмелее, он бы непременно подхватил Тэю под локоть, чтобы быстрее вывести из таверны. Но на деле он предпочёл лишний раз не прикасаться к тёмной эльфийке. Обменявшись взглядами с котом, Кенрдак пошёл к выходу, где вежливо открыл дверь, пропуская Тэю вперёд, навстречу совершенно невежливому ветру.

Он провёл Тэю через весь городок, который постепенно возвращался к своей размеренной жизни. Из всей активности Тэя заметила только одного мужчину, колющего дрова. Все остальные попрятались под домам, и топили печи, подпирая небо столбами дыма. Халфлингский фургон всё ещё стоял на центральной площади. Альдо запрягал в него тура красно-коричневого цвета. Огромное животное должно было вести повозку в одиночку, и его мышцы говорили о том, что такая работа даётся ему легко. Чтобы холод не доставлял ему неудобств, халфлинги придумали ему толстую стёганую накидку, закрывающую бока от морозных уколов.

На южной окраине Порт-Лласта была всего одна дорога с заметённой снегом колеёй. Вдоль неё виднелись размеренные кратеры следов, оставленных големом.

— Ну вот, следы пока видать. Это хорошо. Если поспешите, то можете его даже догнать, и не упускать из виду. Чтобы точно не потерять. Впрочем, чего это я учу старуху как яичницу бить? Мои извинения.

Кендрак поклонился, без всякой насмешки или притворства.

— От лица города выражаю вам благодарность за сохранение нашего мира и покоя, а может быть даже и жизней! Если я или кто иной чем-то обидел вас, то прошу понять и простить, мы без злого умысла, а всё по неграмотности. Ещё раз благодарю, что согласились выступить за нас перед этим магом Эгдодом, и знайте, что в нашем городе вы всегда будете почётным и... желанным... гостем.

На последних словах голос Кендрака немного дрогнул, и он кашлянул.

— Ну, доброго пути!

  Снег. Холод. Мороз.

  Тэя помнила как впервые вышла на поверхность. Мир казался чёрно-белым в лунном свете. Длинные тени деревьев расцарапали снег тёмными мазками теней. Белый иней поблёскивал на ветвях и камнях. Тогда зима показалась ей красивой, а мир под небом пугающим и огромным. Без безопасных сводов над головой, Тэе чудилось, что её ноги вот-вот оторвутся от земли и она рухнет в звёздный омут навсегда. Но тогда рядом был Деметриус и его равнодушное, холодное спокойствие передавалось и ей.

  Сейчас Тэя знала, что зима бывает не только красивой. Она знала, как от холода болят кости, а пальцы теряют чувствительность. Знала как от голода кружится голова и режет в животе, как мороз высасывает из тела тепло и силы, пока пробираешься через сугробы и как бывает тяжела собственная одежда, когда на неё налипает снег.

  Тэя не хотелось идти за големом. Ей хотелось остаться у тёплого камина на стуле с горячей кружкой чая в соседстве наглого, толстого кота, от которого веяло каким-то странным, безопасным теплом. Ей хотелось вновь отведать горячей еды, не торопясь, смакуя каждый кусочек, а не есть на ходу, настороженно вслушиваясь в завывание волков в ночи. Может быть, она бы даже поделилась с котом лишним кусочком.

  Но заглянув в глаза Кендрака Тэя поняла – всему приходит конец. Она буквально ощущала, как от этого человека веяло какой-то паникой и страхом, а может ей только казалось? Забавно, ведь в жизни чаще приходилось бояться ей, а не её. Однако делать нечего. Поправив лямку нового рюкзака, который ощущался непривычно тяжелым, Тэя сжала своё копьё и с мрачной решимостью посмотрела на дорогу.

- Хорошо. Тогда я найду хозяина голема по имени Эгдод и попрошу за ваш город, - сказала она и ощутила насколько холодный и неприятный мир вокруг. Вздохнула и пошагала по следам голема, пока их не укрыл снег.

Кендрак же облегчённо выдохнул и пошёл в обратную сторону, тоже один. Проходя мимо халфлингов, он кивнул им, но не стал ничего говорить, а пошёл дальше, в таверну «Дружеское плечо», где попросил Ингвара налить ему пинту тёмного стаута в обмен на положенные пять медяков. После чего он сел у окна со своей кружкой, и стал играть в гляделки с котом. Кот смотрел на него свысока. Как ему это удавалось, сидя ниже Кендрака — загадка. Возможно, кот и правда был немного волшебный.

Никто в Порт-Лласте не воспринимал Кендрака всерьёз. Ходила шутка, что его выбрали мэром лишь потому, что у него самый большой и солидный живот, а для такой должности человек обязан выглядеть солидно. Тем не менее, сегодня за одно утро он избавил город сразу от двух напастей: сумасшедшего голема, и странствующей в одиночку дроу, и заплатил за это всего пятьдесят золотых. И немного еды. Это стоило отметить пинтой пива. Кендрак не ждал благодарностей и признания за свой подвиг, потому ему было нормально праздновать победу в одиночестве. Ну, с котом. С котом-скотом. А что, вполне себе компания.

* * *


Едва холод начал пробираться в рукава и за воротник, Тэя бодро пустилась в дорогу, каждым шагом отбивая наглые приставания скользких ледяных щупалец зимы. Пришлось взбодриться. Всё то время, пока она трапезничала в таверне в ожидании гонорара, голем шёл. Шёл размашистой и неутомимой походкой, оставляя за собой кратеры утрамбованного снега. Ему было легко идти, для него снега было примерно по щиколотку, а Тэя время от времени проваливалась в снег по колено. А тут ещё и новые снежинки летели на неё сверху. Яркие, белые, как будто света солнца было недостаточно самого по себе, и природе надо было покрыть сверкающей белизной всё вокруг. Погода. Это слово, неактуальное в Андердарке, определяло жизнь живущих на поверхности.

К счастью, целеустремлённость маленькой дроу оказалась не напрасной. Уже совсем скоро она увидела вдали массивную серую фигуру, шагающую по занесённому снегом торговому тракту. Шаги голема хотя и были широки, но обладали неторопливой размеренностью, и Тэя, быстро перебирая своими тонкими ножками, вскоре нагнала стального гиганта. Теперь, даже если начнётся буран, даже если голем свернёт в поля или лес, ему не удастся затеряться от гордой, опасной... и сытой тэль-квессир.

Будто не заметив прибившуюся сзади спутницу, голем продолжал свой путь. Он шёл неутомимо, как капает со сталактитов вода, как тёплый ветер давит в спину, поднимаясь по тоннелям из глубин Андердарка. Это тепло Тэя ощутила сейчас перед собой — оно исходило от самого голема. Снежинки, падая на его железную голову и плечи, таяли, сливаясь в робкие ручейки. Голем шёл, бережно держа в руке свёрток чая, так, чтобы на него не попадали ни снег, ни влага.

И готов был идти так столько, сколько потребуется. Без пауз. Без отдыха. Без сна.

  Снег. Снег, снег, снег. Снег-снег-снег. Тэя никогда не знала, что бывает так много снега. Она знала, что в чреве земли, в глубинах Андердарка есть пещеры, полностью изо льда, что никогда не знали ни света, ни тепла. Но ей никто и никогда не рассказывал, что на поверхности под солнцем так много снега и холода. Может небо просто крошится и просыпается вниз, словно штольня, что вот-вот обрушится?
От этой мысли Тэе сделалось не по себе, и она невольно задрала голову вверх, о чем быстро пожалела. Яркий свет жалил чувствительные глаза и по щекам тут же заструились слёзы, замерзающие на холоде. Так и пришлось брести, опустив голову к земле и ориентироваться по огромным кратерам от ног железного голема.

  Снег. Дорога. Еще снег. И еще снег. И еще. Снег-снег-снег-голем-снег… Каким-то чудом «дровёнку» удалось нагнать великана и чуть сбавив ход, Тэя какое-то время молча шла за ним, буравя сердитым взглядом широкую спину и пытаясь сообразить…

  А дальше что?

  Идти за големом, пока не иссякнут силы или пока Тэя совсем не замерзнет? Так ни до какого таинственного Эгдода Тэя не доберется. Голему хорошо. Ему нужно ни есть, ни отдыхать. Сколько вообще предстоит так идти? Если бы Тэя путешествовала хотя бы в повозке или фургончике вроде того, в каком обитали продавцы чая…

  В голову пробралась идея. Безумная и дерзкая, но что ей было терять?

- Ты его сушишь, да? – подала голос Тэя, чуть пройдя вслед за големом. – Ты его так пересушишь, и будут не чайные листья, а пыль! Ты с них заваришь не чай, а грязную водичку. А потом меня будут обвинять в продаже некачественного товара. Кто так вообще чай носит? Нужен хотя бы рюкзак. Как у меня.

  С этими словами Тэя красноречиво похлопала себя по новоприобретенному подарку, который тяготил плечи приятным грузом съестного. Пока приятным. Через пару миль. Тэя знала, эта тяжесть будет приносить ей уже не так много радости. Красные глаза, слезясь на свету, неотрывно следили за големом.

- Давай так. Я понесу чай в рюкзаке. А ты понесешь меня. Это честная сделка и твой хозяин будет доволен, что чай нужного качества.

Голем остановился и направил взгляд своих глаз-угольков на Тэю, а вернее на её плотно набитый рюкзак. Некоторое время он молчал, сверяясь с правилами, вложенными в его стальную голову, и в итоге выдал Тэе ответ:

— Есть ли в сумке сильно пахнущие предметы? Если да, то это противоречит Правилу Девятнадцать: «Нельзя хранить чай рядом с сильно пахнущими предметами». Если нет, то следует положить чай в рюкзак.

«Вот ведь заноза в заднице», - мрачно подумала Тэя, глядя на голема снизу вверх, но её предложение не было ни отклонено, ни оспорено. Значит возможность «оседлать» голема всё еще существовала, что сулило гораздо больший комфорт, чем уныло плестись через снежные ухабы и сугробы. Насколько комфортно в мороз будет ехать на железном исполине, с которого стекает вода, Тэя в порыве лихой дерзости не задумалась.

  Однако мысль расстаться с едой так тяжело приобретенной и желанной кололо сердце, и казалась почти кощунственной. С другой стороны… Ночью зимой слышен голодный вой волков, рюкзак Тэи тяжел, а путь неизвестно насколько долог.

- Я… проверю, - неохотно ответила дроу, стаскивая рюкзак и ставя в ноги. – Всегда можно переложить вещи.

  С этими словами дроу вновь принялась за изучение содержимого второй раз с целью переложить все пахнущие продукты в шерстяной плащ и завязать в отдельный узел, которые можно повесить на копьё.

- Сколько вообще существует правил, которые нельзя нарушать? – спросила Тэя между делом.

Голем спокойно смотрел, как Тэя разбирается со своей объёмной поклажей.

— Правило номер Два запрещает мне обсуждать правила. Мастер Эгдод устал спорить со мной о Правилах и установил это правило восемьдесят четыре тысячи семьсот пятьдесят одну чашку чая назад.

  Выложив загадочную белую массу, завёрнутую в ткань, и сушеную рыбу, Тэя посчитала, что на этом её жертвы закончены и завязала всё в шерстяной плащ. Соединив углы плаща друг с другом, Тэя прилаживала импровизированный узел к иллитидскому копью, когда услышала ответ голема. И он её насторожил.

  Сколько-сколько чашек… тьфу… дней? Это не годы, это десятилетия. Сколько этому таинственному Эгдоду лет? Люди столько не живут, они словно мотыльки, чей срок столь мал, что даже смешон и больше выглядит как насмешка богов, нежели достойная жизнь. Так кто же этот мастер?

  Но больше насторожило Тэю другое. Она почти ничего не знала о големах, а те крупицы, что до неё доходили, убеждали в том, что големы слуги, инструменты, магические создания своих мастеров и спорить или обсуждать с ними что-то просто не должны. Или должны? Тэя была не уверена.

- Ла-адно, - наконец проговорила юная дроу, поднимая копьё с узлом. – Я освободила рюкзак, так что чай будет храниться по правилам. Ему даже составит компанию мой мешочек чая, так что ему будет не одиноко. Давай свой свёрток, я упакую его в рюкзак.

  Тэя решила на всякий случай не позволять голему самостоятельно упаковывать вещи. Уж слишком пугающими были его гигантские кулаки.

Голем протянул Тэе свёрток чая, на ладони огромной, как кресло.

  На мгновение «дровёнок» застыла, как завороженная, глядя на гигантскую ручищу создания, где без труда могла поместиться она сама. В метафорическую дверь разума скромно постучался здравый смысл и что-то пискнул в замочную скважину об осторожности, выживании и безумии, а затем стремительно ретировался в безопасном направлении, оставив Тэю наедине с её лихой идеей. Одно неосторожное движение, необдуманная инструкция или очередное неизвестное правило железно покупателя и Тэя станет настолько плоской и компактной, что её в пору можно будет без проблем саму упаковать в рюкзак.

  А затем Тэя подумала о сугробах, холоде и многих-многих милях пути с тяжелым рюкзаком и скромный писк здравого смысла растворился в этой удручающей картине.

  Осторожно взяв свёрток с чаем, Тэя аккуратно пристроила его в рюкзаке и закинула за спину. Подобрала копьё с узелком и пристроила на плечо, стараясь игнорировать лихой рыбий хвостик, некстати торчащий наружу, словно довершая нелепую и гротескную картину этого странного зимнего дня. Немного подумала и вместе с остатками своей безумной храбрости шагнула в ладонь к голему, осторожно опустившись на неё, подобрав ноги.

- Готово, - сообщила она, глядя на голема снизу вверх. – Можешь меня нести…

  И тут же спешно добавила.

- Только неси аккуратно! Не раздави, не урони, не покалечь, а то рюкзак повредится, а вместе с ним и чай!

«И я тоже», - мрачно добавила про себя юная дроу, но вслух этого не сказала.