| |
|
|
И вот наконец они добрались до Приречья, что своим названием не уступал лаконичностью и простотой Южнополью, однако же в отличии от пепелища вид сей деревушка имела вполне цивильный и приличный. Широкая река рвом окружала высящийся на холме замок, разделяя господский дом от тех, кто устроился возле него. Впрочем кое-что необычное и непривычное глазу тут все же было. Старые латанные шатры разбитые вокруг деревни, то тут то там, а улицы были оживлены и наполнены суетой.
Подскакав ближе, стало понятно что это погорельцы и беженцы обустраивались на новом месте, видимо крышу-навес-палатки им выдали из замка. Помимо снующих туда сюда жителей деревни и погорельцев, было видно и множество стражников в цветах баронства. Один из таких как раз указал пальцем в сторону всадников в черном, и собравшись в десяток наименее занятых, те двинулись в вашу сторону.
Прежде чем они подошли к вам вплотную, вы в полной мере ощутили что народ вам здесь не очень рад, всячески зыркая в ваши стороны и тихо перешептываясь. Нет-нет, да бывал видимо ваш черный брат в этих краях и в памяти коллективного бессознательного, то отложилось как событие не несущее ничего хорошего.
Стража не стала вас окружать, но перегородила улицу так, что бы не пройти проскочить мимо. Вооружены люди были длинными копьями, короткими мечами на поясе, из под истрепаных ваффенроков, больше походящих на поношенные тканевые безрукавки проступала кольчуга. Головы же были покрыты в основном самыми простыми котелками, коих щедрые черные крепости выдавали и вам. Впрочем выступивший чуть вперед остальных стражник, был снаряжен получше остальных, что и кажется находило в нем храбрости вступить с вами в разговор:
— Меня зовут Байроном...я десятник лорда Раунда...иии раз вы в его землях, то стало быть я никого не оскорблю, потребовав ответа...Это самое. Кем будете, куда путь держите и почему выглядите...эт...разбойно маленько.
Слышите как десятки крепких рук за спиной десятника, чуть крепче сжали древки копий, хоть в вашу сторону пока никто и не наставлял.
|
|
1 |
|
|
|
|
Карол слез с лошади, что вообще то можно сказать было наконецтом. Однако к стражникам он не пошел, а пошел к Лину. Пару раз присел, то ли разминая ноги, то ли проверяя колени. Удовлетворенно кивнул, наконец-то подошел к Лину и встал рядом. Со стороны видимо казалось, что он пока шел, забыл зачем шел. Лин может подумал, что бывший кузнец что-то задумал, потому что вид у него был задумчивый и немножко придурковатый. Но наконец Карол заговорил и все разрешилось.
- Скажи Лин, мы вроде к барону ехали, ну или там к баронессе, если точнее. А этот крендель про какого-то лорда толкует. Я в толк никак не возьму, мы не туда приехали? Или тут власть сменилась? Или эти два, оба сразу, один и есть? Загадка почище чем у сира Кривли.
Дождавшись ответа Карол кивнул, все так же задумчиво и направился к коню сира Бормира. Проверил удобно ли тот сидит, хорошо ли закреплен. Наконец, убедившись что все в порядке, или поправив, если что не в порядке было, он снова отправился к своему коню. События которые происходили возле стражи его интересовали постольку-поскольку. Там был Кривля и уж он своим длинным и острым языком достанет любого, почище иного меча, ну не полуторного конечно, да ладно, если уж совсем честно, больше чем с кинжалом его язык и не сравнить было, но тут не длина главное, а умение. На коня, по крайней мере если команды не было, он залезать не стал, остановившись рядом и дожидаясь чего там решат.
|
|
2 |
|
|
|
|
Лин старался не падать духом после рокового падения товарища. Не достаточно тот держался за Веру, а может еë плавный ход по изрытой беженцами дороге слишком убаюкал парня. Как бы то ни было, теперь их всë ещë шестеро, но у Бормира появился напарник. Хорошо хоть должен очнуться через несколько дней, может неделю. С этой мыслью пришло некоторое просветление и луч солнца, пробившись сквозь тяжёлые осенние тучи, высветил впереди замок и поселение вокруг него.
Когда удалось разглядеть шатры, поставленные для погорельцев, одобрение подало свой робкий голосок. Когда стражники преградили путь, а десятник робея задал вопрос, где-то зашевелилась робость. А когда, здоровенный бородач подошёл и вопрос свой задал, Лин чуть в голос не засмеялся. Но сдержал порыв нервного хохолка, лиш слегка улыбнулся в ответ, чуть склонился в седле ближе к уху кузнеца и в Пол голоса проговорил:
– А шут их разберет, брат Карол... Вон наш сейчас и разберется. Лишь бы удачнее чем прошлый раз.
Напряженная обстановка даже чуть бодрила юнца. А чего, с ними теперь молчаливый брат, ежели чего есть чем козырнуть. Но пуше этого желал Лин, чтоб командор красноречием учтивым блеснул и их пустили без скандала, а лучше ещë и место нашли, где постираться можно, отдохнуть, да поесть чего акромя мяса вяленого.
|
|
3 |
|
|
|
|
Потеря вверенного бойца на ровном месте, несколько выбила командора, хоть и не из седла, как это случилось с уже парой покойничков. И ведь отдоху давал всем в достатке... Так бы одному, ни одного врага в пути не повстречав, назад вертаться в живых, и то удачей будет.
***
Поселение их встречало добротное, по не очень высоким требованиям скомороха, всем чем надо оборудованное. Даже какая-та потертая стража, под стать беженцам и их отряду. Кароль как и полагается сразу разнос устроил титульному беспорядку десятником издаваемым. Но так, в своей манере мягкой, будто и нет его Кароля, а с воздухом и Лином беседы ведет. Но Кривля здесь был, так на лошади не спешиваясь и подъехал.
– Глаза десятник протри! Сиры и сэруны благородные пред тобой!
Плащ черный приподнял, как ворон какой распушаясь.
– Ты что ордена покаяния не признал? Мне что, на колени перед тобой рухнуть, да во всех грехах покаяться? Так волосами оседеешь в ужасе слушая, да и седые в кошмаре повыскакивают с головешки, разбегаясь. Но нету во мне таковой злобы, одно любомирие. Знайте же,– обратился ко всем стражам, – что перед вами сир Кривля, брат командер энтого отряда бессмертных черноплащных.
Тыкнул на Лина.
– А энто, Берсёк наш, вы долго ему в глаза не пяльти, рвет в бою глотки одними зубами. От его исповедей зубы в страху выскакивают изо рта, а истории в снах не развидеть никогда, счастье буде живым проснуться. Добрый малый, в общем.
Постучал себя по груди, отряд рукой обвел.
– Посланные мы сюдова для порядку наведению. Беспорядково десятник у вас здесь. Вороны вестовые не ходют и не лётают, дичекрады дикими зверьями на путников бросаются, только успевай их головешки рубать для отчету, – указал на мешок, – деревни пеплом жженные встречают, – указал на шатры, – а барон вашний не по баронски Палтусом зовется, а иначево, путано всё, беспорядкову здесь.
– Вот, ты десятник Барон, сразу видно по стану солидному, да выправке сюрьёзной, для порядку здесь ставленный, а не в носу казявки ковыривать. Вот и отвечай нам, что это за беспорядки у вас здесь творятся по месту и пути?
– Да еще, – указал на Бормира сидевшего верхом на лошади, и в отличие от живых, с нее не падавшего, – таверну солидную укажи для постоя. Сир Бормир, у нас в жизни добрейшей души человек, но то в жизни, а вот в усмертии... его лучше не гневить. Слыхивали же историю про обезглавленного бессмертного? – обратился к десятку, – Потерял как-то в бою один бессмертный голову. Вороги и рады. А тело как поднимись, да давай головы оттяпывать им, как курям, и каждую оттяпанную на место своей старой приставлять, да "Не моя головушка" каждой раз, новую головой приговаривать. Так и не нашел свою родненькую головешку, закатилась видать куда. Говаривают, так и ходит досихпорову по миру...
Повернулся к лесу, с прищуром посмотрел внимательно, будто бессмертного этого высматривая.
– ... примеряется.
На десятника вновь взглянул.
– И вотова, чтобы у нас такова-та дела не было. Сира Бормира нашего заботой и уважительностью окружить надо. Дело наиважнецкое, как и беспорядковы ваши баронские.
|
|
4 |
|