| |
|
|
Эльфы тления падали один за другим, сраженные магией и оружием своих "светлых" сородичей, но ещё стоящие на ногах продолжали биться с бесстрашием тех, кто смотрел в глаза смерти — и не увёл взгляда. Первый раз за весь поход жизнь Аннор и Эльхи оказалась под настоящей угрозой: возможно потому так упорно бились их противники. Пусть они потеряют сегодня некоторых из них — но те, кого им удалось отправить на встречу с Тлением, рано или поздно пополнят их ряды. В таком случае они проигрывали битву, но выигрывали войну. На счастье отряда, ещё никому из них не был нанесён смертельный удар. Упал Гарь — начатая заново проповедь застряла у него в горле неоконченной, когда огненный хлыст Аллери ударил его в грудь, отбрасывая к дереву. Упал Наваждение, задетый огнём Архонта и проклятый мечом Лэрсаэля. Не так удачно шли дела у Эльхи и Аннор — удушающая хватка Тления не исчезла со смертью Гари, и хотя разъедающая горло и глаза боль исчезла, стоило им только сделать пару шагов, это оказалось достаточно, чтобы Эльха, не рассчитав дистанцию, промахнулась ударом своего молота. Да и рука Аннор дрогнула в последний момент — и если бы не подхваченная магией Оракула стрела, она тоже выстрелила бы мимо. Но втроём с Исиллу им удалось окружить некроманта, и очередной разряд молнии, обрушившийся небесным гневом Оракула, оборвал тлеющую нить его жизни. И стоило только Углю отправиться на свидание со своим божеством — как рассыпались золой призванные Тени, и Бриар, сорванный с поводка, замер в нерешительности. Тело его, лишённое теперь "головы", сгорбилось и поникло, как сломанная марионетка. Но Исиллу ошибалась, считая Бриара-Пустого лишь "оболочкой". Несмотря на имя, которым нарекли его эльфы Тления, где-то там в глубине окаменевшего и деформированного доспеха, теплилась искра настоящего Бриара. И сейчас она просила о последнем одолжении — избавить её наконец от страданий, которые ему причиняло его нынешнее существование. Вероятно это открытие и не позволило ей вовремя среагировать на единственную выжившую среди их противников.  — Тление повсюду вас найдёт! — выкрикнула Искра. Бушующее чёрное пламя "стянулось" со спины и плеч к её пальцам, превратившись в плотный поток чёрной магии. Грохнул разряд, и чёрная молния поразила Исиллу и Аннор, начав разъедать их тело наложенным проклятием. Сама же эльфийка, совершенно не заботясь о бегущих по её телу знаках громового проклятия — разбегающейся в стороны паутинки сверкающих во тьме синим огнём трещин — принялась отступать прочь, грозя копьём любому, кто рискнул бы к ней подойти.
|
|
121 |
|
|
|
|
Чёрная молния Искры ударила в грудь, и по телу разошлась острая, разъедающая боль проклятия. Но Исиллу не изменилась в лице и даже не посмотрела вслед убегающей фанатичке. Боль меркла в сравнении с тем эхом мольбы, что она почувствовала от Бриара.
— Я думала, это лишь мёртвые кости...
Осознание того, что её старый друг всё это время был заперт в этой осквернённой оболочке, наблюдая за происходящим, стало для эльфийки серьёзным ударом. Она отказалась сражаться с ним из уважения к его памяти. А в итоге она лишь эгоистично продлила его страдания.
Исиллу медленно опустилась на землю и подошла к замершей фигуре рыцаря Ночи. Она протянула руку и мягко, кончиками пальцев, коснулась холодного, изуродованного металла на его плече. В этом жесте не было ни брезгливости к Тлению, ни страха.
— Прости меня, Бриар. Я заставила тебя ждать, — тихо, так, чтобы слышал только он, произнесла Исиллу. — Твой дозор окончен. Отдыхай.
Она отступила на полшага и подняла Осколок Звёздного Света. Это не было боевым заклинанием, полным ярости и ненависти, которым она стирала отступников. Это был чистый, концентрированный поток света, призванный не уничтожить, а разрубить цепи тёмной магии. Исиллу обрушила очищающий свет на доспех, выжигая Тление и освобождая запертую в нём душу.
|
|
122 |
|
|
|
|
Оставив поникшего неживого Лэрсаэль вынужденно сменил саблю на простой лук. Изгои успели показать немало фокусов, не стоило оставлять возможности улизнуть.
— Сперва тебя стрела найдёт, — эльф на ходу спустил тетиву и поставил в бою точку.
Ночное сражение с предателями вышло непростым, но все пятеро из экспедиционного отряда остались на ногах, что не могло не радовать. Потрепали их конечно сильно, но не смертельно. Теперь надо было окончательно упокоить павших, но Лэрсаэль не был силён в похоронных ритуалах, а потому вперёд не лез.
Результат броска 3D6: 1 + 4 + 5 = 10 - "ГРАЦИЯ, выстрел из лука".
|
|
123 |
|
|
|
|
Этим вечером Эльха была сама Гармония и Грация. Не причинив вреда ни противникам, ни, что удивительно, союзникам, она хотя бы вполне успешно сосредоточилась на обороне. Едва полутрупица разразилась каким-то мутным плесневелым заклинанием, эльфа встряхнулась и уже созревшие на ветвях ягоды шиповника разлетелись во все стороны, впитывая магическую энергию и черными хлопьями сажи осыпаясь на землю.
– На этот раз я поддержу сожжение. – Густо оплетенная шипастыми лозами рука, качнулась в сторону Аллери, предлагая ей обратить тлен в пепел.
|
|
124 |
|
|
|
|
Когда упала, сбитая точной стрелой Лэрсаэля, та, кого звали Искрой - Аннор как будто перевела дух и хотела тоже сказать что-то остроумно-непринужденное, но быстро спохватилась, вспомнив о неглубокой ране в боку. Одного взгляда туда было достаточно, чтобы понять, что хотя порез неглубокий, в него попало (и наверняка по злому умыслу) что-то нехорошее.
- Так, у кого противоядия? У стервы с кинжалами - кинжалы были с сюрпризом. Я думаю, - засуетилась дозорная, выбегая к остальному отряду.
|
|
125 |
|
|
|
|
Чаша весов жестокого боя качалась то в одну, то в другую сторону. Искра отбила все атаки, но зато под слаженным натиском пал Уголь, вместе с которыми исчезли призванные тени. Сразу стало не столь тесно, и архонтесса, наученная опытом предыдущей сшибки, отошла еще на несколько шагов, выходя из-под возможной атаки.
Однако тёмная не стала бросаться в самоубийственную атаку, а предпочла честной смерти жалкое бегство, которое было тем более бесстыдным, если вспомнить исполненные гордыни речи перед боем. Гнаться за ней Аллери не стала, как не стала и просить Хозяйку опалить негодницу лаской своей ярости. Устало навалившись на посох, эльфийка только бросила в спину убегающей злое:
– Лес отправит тебя в перегной! - веря, что спутники сделают все, чтобы отступница не смогла скрыться.
Опустившись было от груза усталости на землю, она через миг подскочила, вспомнив, что не сделала самого главного. Выпрямившись и призвав на подмогу древние, несущие покой и исцеление силы, она позволила благости чистого и ласкового света излиться на спутников, останавливая кровь и исцеляя раны. Вытерев рукавом кровь с губы, Аллери осмотрелась и, горько вздохнув, подошла к Аннор:
- Вот, держи, - протянула она экстракт синего огонька, - она должна очистить тело от любого яда, кроме самых смертельных. Но ими ты точно не поражена.
Переведя взгляд на остальных, эльфийка кивнула:
- А тела я обязательно сожгу - помогите только собрать их вместе. И проверить предварительно - возможно, на них осталось что-то неиспорченное, и что-то, что поможет понять, кем они были до того, как, - она замялась, - до того, как стали тем, кем есть сейчас. Было бы правильно оповестить, чья несчастная душа обрела покой.
Договорив, Лисица подошла к оракулу. Что за беда была у Исиллу, и как она была связана с темным воином, девушка не знала, но предполагала, что покойный Пустой был ей когда-то не посторонним. Верных слов, способных облегчить душу, в звенящую болью в висках голову не приходило, и Аллери ограничилась тем, что положила оракулу руку на предплечье, готовая равно отойти и подставить плечо для тяжелых слез. В последнее в исполнении Исиллу представлялось слабо, но одни Боги знают, что за горечь сегодня прошла через сердце мудрой оракула.
|
|
126 |
|
|
|
|
- Спасибо, - беспокойно улыбнулась Аннор, приняв целебное снадобье. - Ох прав был Рука, когда на выходе настаивал, чтоб мы ими получше запаслись. Тогда если ты говоришь, что может быть обойдется, я пока ее у себя подержу, а там поглядим. И, это... Ты, Аллери, благородная, тебе проще договариваться с хир Исиллу. Спроси ее, нужна ли ей помощь вернуть вещи ее друга под памятник.
Слова про "ты самыми смертельными ядами точно не поражена" дозорная поняла как "с тобой все в порядке, прекрати вымаливать жалость", и потому снадобье так и не использовала. Зато, движимая некоторым стыдом за неподобающее поведение перед младшей товаркой, принялась с каким-то особенным рвением стаскивать тела в погребальную свалку.
- Лэрсаэль, не ленись! Помогай! - окликнула она мужчину. - Стаскиваем тела и досматриваем!
|
|
127 |
|
|
|
|
Оракул почувствовала осторожное прикосновение к своему предплечью. Рядом стояла Серебряная Лисица. Напряжённая, полная сочувствия, всем своим видом показывающая готовность стать надёжной опорой для чужой скорби и слёз. Исиллу посмотрела на юную архонтессу, подалась вперёд и всем своим весом навалилась на плечо Аллери, уткнувшись лбом куда-то ей в ключицу. Наверняка Лисица в этот момент ожидала, что мудрая оракул сейчас безутешно разрыдается. Но вместо рыданий раздался лишь глубокий, невероятно жалобный вздох.
— Ууууууууууууууу... как же я устаааала... — протянула Исиллу капризным, почти детским тоном, слегка приглушённым из-за чужого плеча. — Эти эльфы Тления такие дурацкие! Пришли, намусорили, накричали что-то пафосное, а мне тратить ману и всё это убирать! Ууууууууууууу...
Она беззастенчиво повисела так ещё пару секунд, а затем, даже не пытаясь изображать величие, медленно сползла по архонтессе вниз. Исиллу подошла к ближайшему поваленному бревну и совершенно неграциозно, со вздохом облегчения, улеглась на него, подложив руки под щёку.
— Слёзы, Аллери, нужны для тех, чья жизнь оборвалась слишком несправедливо или слишком рано, — пробормотала оракул уже с закрытыми глазами, устраиваясь поудобнее. — Бриар-Вестник прожил долгую и достойную жизнь. И погиб среди своих друзей. Сражаясь и защищая то, что ему дорого. А сегодня мы не потеряли его. Лишь помогли найти дорогу домой.
Она приоткрыла один глаз и лениво оглядела молодых дозорных.
— В общем, вы тут убирайтесь. Костёр разведите, сожгите этот мусор, как и собирались. Но вещи их не забирайте. Скверна въедается в золото и ткань не хуже, чем в плоть, потом не отмоетесь. А Бриара пока не трогайте. Я сама подготовлю для него место под ясенем, согласно Серому Обряду. Чуть позже. Разбудите меня, когда костёр догорит.
С этими словами Дремлющая Буря натянула край мантии повыше, укрываясь ею, как одеялом, и демонстративно засопела, входя в глубокую горизонтальную медитацию и полностью делегировав все заботы по уборке поля боя своему отряду.
|
|
128 |
|
|
|
|
Реакция Исиллу немало удивила молодую архонтессу, но та предпочла решить, что каждый имеет право проявить свою боль по-разному. И скрыть ее - уж больно слова оракула походили по попытку скрыть искренние эмоции. Но указывать на это, и уж тем более читать морали было последним делом, и Аллери удовлетворилась тем, что хоть немного помогла соратнице выговориться.
Но вот следующая сентенция Исиллу была в корне неверное, и тут уж Аллери не удержалась. Плюхнувшись на корягу на расстоянии вытянутой руки от оракула, архонтесса подперла подбородок и задумчиво протянула:
- Для других - да, но ты забываешь о себе, - Лисица даже не заметила, как перешла на "ты". - Слезы нужны еще и для себя, чтобы чуть-чуть помочь сбросить то тяжёлое, что скопилось на сердце. Слезы - это как ливень в лесу, он не только поит землю и древа, но и помогает очиститься. После дождя легче и природе, и тем, кто спокойно смотрел на танец капель по лужам и листве. От слез становится легче, но если ты не хочешь, чтобы их видели другие - никто к тебе не подойдёт и не отвлечет.
Поднявшись и сделав несколько шагов к месту битвы, она обернулась:
- И спасибо за совет - ты снова нас оберегаешь. Вещи мы не возьмем, но, - губы Аллери тронула печальная улыбка, - понять, кто они были раньше, мы все равно должны, как должны оказать им последнюю милость - память о том, кем они были. И тогда, быть может, их душа раскаются и вернутся в круг Леса.
Развернувшись, Лисица поспешила к остальным:
‐ Друзья, как вы, нужно кому еще исцеление или простая перевязка? Аннор, как твое отравление, ушли симптомы?
|
|
129 |
|
|
|
|
— Иду, иду, — ответил эльф дозорной.
Он не ленился, просто раздумывал, пристально смотря вглубь окружавшего место боя частокола из сосен.
— Надо найти место их стоянки. Не знаю как у изгоев положено, но предатель говорил про лагерь и быть может хоть в этом не соврал. Вряд ли они тут сутки на голых пнях да выворотнях сидели в ожидании своего "друга".
|
|
130 |
|
|
|
|
Когда Аллери поинтересовалась ее состоянием, Аннор тянула мимо нее под плечи тело того, кого при (тленной) жизни звали Углем. Она остановилась на мгновение, задумалась, и пожала плечами:
- Обычно, я так думаю, если бы что-то было, меня бы уже парализовало. Да, ты была права: в яде действительно не было ничего страшного. Спасибо, что беспокоишься, - и явила архонтессе улыбку, которая только чуть-чуть не доходила дозорной до глаз. Она кинула долгий взгляд на угрюмую Исиллу, но по некоторому раздумию не нашлась, что делать, и поволокла тело дальше. Про неиспользованный экстракт она не упомянула, чтобы не торопить события. Вернет утром.
Благо, отряд не погрузился в молчание. Аннор поспешила ответить на мысли Лэрсаэля:
- Согласна. Один Лес знает, какие именно Силу и Власть, - дикой эльфийке стоило усилия не возвести очи горе, - дало им Тление, но пройти совсем бесследно невозможно. Давай пошарим по карманам на случай каких-нибудь улик, пожжем тела, и посмотрим, прятали ли они следы и, если да, сможешь ли ты их найти быстрей меня.
|
|
131 |
|
|
|
|
В процессе стаскивания останков в один большой костёр можно было собрать заметное количество побрякушек — большинство из погибших были из благородных, а у них украшения были популярнее, чем у дикарей. Впрочем, и у Тумана, и у Искры нашлось по паре колец, которые можно было оставить на память. К сожалению или счастью, слишком много эти вещи рассказать не могли, да и неудивительно — приняв Тление, эльфы отсекли своё прошлое и свою историю, чтобы посвятить себя служению новому богу. Из того, что можно было сказать с уверенностью — были они все гораздо старше всех присутствующих, и Исиллу тоже. Что касается "трофеев", то тут всё было проще: с учётом эльфийской связи с оружием собственным, со смертью владельцев их оружие утратило большую часть своей силы. Зачарованные кинжалы Туман, конечно, всё ещё источали свой яд, но чтобы эффективно ими орудовать, пришлось бы отбросить прочь уже избранное оружие, чтобы просто привыкнуть и "приручить" новое. Смысла в этом было, прямо говоря, немного. Впрочем, для желавших рискнуть, неподалёку от воронки с пеплом Завесы обнаружилась диадема с хрустальными змейками: зачарованная защитной магией, сам головной убор выдержал удар Исиллу, но вот владелицу уже не уберёг. Лагерь же оказался совсем неподалёку: Лэрсаэль и Аннор вышли на него практически одновременно. Оказалось, что плотный частокол сосен быстро заканчивается, если чуть углубиться в эту рощу, и начиналась обширная поляна, где и встали лагерем нападавшие. Беглый осмотр никаких особенных результатов не принёс, что тоже было ожидаемо — чаще всего изгои выбирали кочевой образ жизни. Конечно они собирались в общины, и даже строили тайные поселения, но несмотря на огромную и постоянно меняющуюся площадь Бросселиада, долго скрываться в таком случае было практически невозможно, а магией фейри изгои не владели. Поэтому большинство из них отправлялось в бесконечное странствие, чтобы избежать поимки, и в то же время иметь возможность нападать на случайных путников, пополняя собственные ряды. Эльфы уже собирались покинуть лагерь, как вдруг поляну осветило что-то ярче луны.  Исиллу же в это время спала и видела сны. О бесконечном ночном небе, где зажигаются и гаснут мириады звёзд, где плывут в черной пустоте сизые туманности и где-то там, по лунной дорожке из серебристого кирпича странствует Звёздная Лучница. Космические видения сменились образом белым росчерком по тёмно-синему небосводу: падающая звезда неслась куда-то далеко на запад, а Исиллу с удивлением обнаружила, что уже не спит. Костёр уже действительно догорал: и в неверном свете угасающего пламени что-то блеснуло подле Бриара. Оказалось, что из его меча выпал камень, в цвет ночного неба; оракул, да и остальные тоже, без труда могли в нём опознать "звёздный осколок" — по преданию, из них были выкованы наконечники для стрел Звёздной Лучницы. Немного их было найдено эльфами, а со временем часть была утеряна, часть — уничтожена, и пусть камень, сейчас лежавший на траве, не был последним в своём роде, ценность его была неоспорима. Видимо, последнее, что удалось сохранить эльфу, он теперь вручал оракулу на память... или, может быть, для чего-то ещё?
Результат броска 6D4: 3 + 3 + 4 + 4 + 3 + 3 = 20 - "Экспа/Жизнь/Сродство/Синергия".
|
|
132 |
|
|
|
|
Возраст устроивших засаду Лэрсаэля не слишком волновал (особенно учитывая, что о своём он знал лишь то, что родился осенью): изгоями не становились при рождении. После смены божества ради мнимой силы, можно было и свою собственную нечаянно растерять. Что, вероятно, и произошло. Будь у предателей соответствующее претенциозности могущество — не пришлось бы годами кочевать по дебрям, скрываясь что от благородных, что от диких сородичей.
Резкий свет заставил прищурить глаза, но эльф всё-равно задрал голову, разглядев голубой метеор. Усталость не умерила любопытства. Лэрсаэль и раньше порою забирался ночью на деревья, чтобы поглазеть на звёздное небо, скрытое во всём своём великолепии за густыми кронами.
— Хочу посмотреть где упадёт... если упадёт, — он кратко пояснил дальнейшие намерения Аннор.
Взяв короткий разбег, эльф оттолкнулся от земли, толстого ствола сосны и подтянулся на одну из её нижних веток, быстро забираясь выше, чтобы посмотреть на конечную точку маршрута падающей звезды. Обычно они лишь вспыхивали и исчезали в небе, но эта будто бы была крупнее и ярче.
|
|
133 |
|
|
|
|
Чтобы поспособствовать намерению Аллери опознать если не оригинальные личности убитых тленных, то хотя бы сообразить, откуда они такие появились, Аннор создала инвентарную таблицу. Дозорная притоптала небольшой участок земли, свободный от травы, разделила бороздами на несколько частей, подписала каждую первой буквой боевого псевдонима соответствующего эльфа, затем подмела все это дело еловой веткой. В каждую ячейку она аккуратно сложила культурно значимые вещи каждого убитого врага, и выжидательно посмотрела на благородных.
- Вы, наверное, хотите теперь все это зарисовать? - Предположила она. - Потом вы отнесете рисунки в музей Аконита и сможете определить, из какой эры происходил каждый из упокоенных?
- А сами вещи мы сбросим куда-нибудь в глубокую пещеру, - продолжила она размышление, - и пометим над ней, что внизу нет ничего ценного, что это не почетное место, не памятник и не сокровищница. Что мы считали себя могущественной культурой, но то, что внизу, было для нас опасным и отталкивающим, и что когда бы вы это место не нашли, опасность все еще есть, и лучше оставить это место безлюдным. Какое-то подобное послание?
Результат броска 2D6: 2 + 2 = 4 - "ГАРМОНИЯ (применяется худшее из двух), попытка понять что-то интересное из таблички на земле"
|
|
134 |
|
|
|
|
Бесконечное ночное небо Броселианда, раскинувшееся в её разуме, дышало вечностью. Для двухсотлетнего оракула сны редко были просто отдыхом. Чаще они становились холстом, на котором боги оставляли свои послания. Серебристая дорожка, Звёздная Лучница и ослепительно белый росчерк падающей звезды, устремившейся куда-то на запад. Вспышка в реальном мире совпала с видением. Исиллу приоткрыла глаза и со вздохом откинула край мантии. Выспаться ей явно не суждено.
Она задумчиво хмыкнула, подходя к импровизированной музейной выставке в исполнении Аннор. Оракул хотела бы сказать, что безделушки предателей не стоят её времени, но слова застыли в горле. Она опустилась на одно колено у расчерченной земли, не касаясь заражённых вещей.
— Интересный орнамент. Я такой видела только в старых фолиантах. Эти эльфы были старше меня. Намного старше.
Исиллу протянула свой журнал с зарисовками и уголь Аллери.
— Тление извратило их суть, но теперь я сомневаюсь, что все они пошли на это добровольно. Если некромант смог поднять тело Бриара... Кто знает, скольких древних героев они вырвали из посмертия, превратив в своих цепных псов. Зарисуй эти вещи, Аллери. Максимально точно. Сохрани память о том, кем они были до того, как стали марионетками Врага. Мех... Пещеры Леса переменчивы, а страшные предупреждения только привлекают дураков. Металл придётся предать огню. Скверна въелась слишком глубоко.
Закончив с этим, эльфийка направилась к павшему рыцарю и вновь опустилась на колени. Тонкие пальцы бережно коснулись камня цвета ночного неба. Звёздный осколок. Легендарный наконечник стрелы самой Богини.
— Так вот что не давало тебе раствориться во тьме всё это время, — прошептала она, убирая камень в сумку. — Спасибо, старый друг. Я сберегу его.
Оракул поднялась, выбрав большую, старую сосну на краю поляны. Здесь, под взором Лучницы, пришло время вновь повторить слова Серого Обряда.
Результат броска 2D6: 3 + 2 = 5 - "Гармония".
|
|
135 |
|
|
|
|
На сосну эльф взобрался легко, ведь единственная сложность была в том, чтобы преодолеть ту часть ствола, где веток уже не осталось — лишь ломкие сучки, за которые цепляться было скорее опасно. Но для Лэрсаэля здесь препятствий не возникло, потому что это расстояние он преодолел одним прыжком, а дальше разлапистое дерево походило на естественные ступеньки, по которым легко взбирался даже человеческий ребёнок — не говоря уже об остроухом жителе Леса, всю свою жизнь связавший с лазаньем по деревьям. Сине-фиолетовый хвост метеора ещё долго освещал холодную черноту неба, пока, наконец, не скрылся среди остроконечных верхушек елей далеко на западе, и — то ли из-за яркого света метеорита, то ли просто ночь вступила в полную силу, но в Лесу сразу стало темнее и мрачнее, чем казалось до этого. Затихли ночные птицы, и острый слух эльфа улавливал теперь лишь редкий шепот листы от случайного ветерка. Но направление и место Рука Печали теперь знал, и хотя никакого указания на падения в виде сотрясающейся земли или яркой вспышки удара не было, чутьё подсказывало эльфу, что звезда всё-таки приземлилась; может быть была слишком мала, чтобы на таком расстоянии её падение увидели даже острые глаза эльфа, а может это был знак, посланный богами — и звезда рассеялась сама по себе, чтобы не причинить лишних разрушений? Узнать это наверняка можно было лишь отправившись в путь. Эльха, справедливо рассудив, что с остальным справятся и без неё, нашла удобное местечко под вековой сосной, где поднимающиеся из-под земли корни весте со стволом образовывали удобное ложе, и осталась там отдохнуть, пока остальные эльфы занимались своими делами. Получив от оракула альбом и уголь, Аллери при содействии Аннор смогла зарисовать украшения и даже сделать кое-какие новые выводы. Да, все эльфы Тления были старше их на сотню лет, но Гарь выделялся особенно — судя по крупным серьгам, сделанным из клыков вирма, он отстоял от своих проклятых соратников ещё лет на сто или двести; такие украшения делались очень давно, и вышли из моды по той же причине, по которой Исиллу не хотела нападать на спящего вирма: со временем этот магический зверь ушёл в слишком глубокую чащу, чтобы беспокоить эльфов, и нужды, кроме редких случаев самозащиты, в его убийстве не стало. Аннор, конечно, такими тонкостями никогда не интересовалась, поэтому знать и не могла, Исиллу, вероятно, в какой-то момент предпочла "забыть" эту информацию, как бесполезную для неё, а вот Аллери с её любопытством лисицы, вбирала в себя подобные факты как губка (и, возможно, сама была порядочной модницей — взять хотя бы тиару с оленьими рожками), поэтому легко обнаружила этот факт в процессе зарисовки. Я взываю не к камню — а к тебе, Лучница-среди-Звёзд,
Я воздвигаю не камнем — а именем твоим, Железный Закон,
Я молю не камень — а прошу о милости Хозяйку,
Я славлю не камни— а горящий в его душе огонь Осени,
И зову в свидетели Бога-Оленя — чтобы хранил он эту могилу.Тихий, но торжественный напев — даже скорее речитатив —срывался с губ Исиллу, и под вескими, как падающий камень, словами, над новой могилой Бриара вырастал серый обелиск. Потеплевший Осколок чувствовался даже через ткань сумки: Звездная Лучница благословила обряд. Рыцарь Ночи наконец-то обрёл покой.  Первый луч солнца пробился сквозь зелёный купол и упал на каменное надгробие Бриара, за ним ворвался сразу десяток — осветив былое побоище и "уколов" резким светом глаза эльфов. Утро выдалось тёплым, а значит день, если только не забраться глубоко в густые рощи — будет жарким. Впрочем, погода наверное волновала не так сильно, как собранные за ночную и утреннюю разведку новости. Зоркие глаза дозорных заметили на одном из холмов вдали нехарактерное движение — кто-то устанавливал на нём алтарь, и судя по "запаху" и обычному, и магическому, это была ведьма — редкий гость в Бросселиаде, но не исключительный. Странствовали они повсюду, и в обществе руадов например имели репутацию неоднозначную. Однако ж имели представительство в Совете Дал Фиатах — собрании представителей всех могущественных рас и государств, населявших эти земли. Были открытия и ещё интереснее — например, брошенный город фейри. Вот это уже тянуло на уникальное явление, потому что просто так своё место обитания этот народец, разумеется, не открывал. Из тревожных соседей так же обнаружилось отродье Тления — точно определить, что именно это за порождение, было сложно, не подходя совсем близко и не вступая в бой. Оно явно собиралось отравить выходящий здесь из-под земли источник воды, что сулило огромные проблемы любому путешественнику, случайно набредшему на него и не обладающему достаточной магической силой (и здоровой долей паранойи), чтобы прозреть сокрытую в воде беду. Лешие, как и ожидалось, к новому дню рассеялись, вирм куда-то улетел, а пещера вайка-сиени осталась далеко позади, но можно было предположить, что теперь, когда гидры убиты, он вернётся на место своей грибницы.
Результат броска 2D6: 4 + 5 = 9 - "Гармония Аллери".
|
|
136 |
|
|
|
|
Молодежь, как обычно, налетела на блестяшки и давай их туда-сюда перекладывать. Недоуменно поворчав, эльфа нашла себе занятие получше – завалилась спать. И как раз успела отдохнуть перед ночной стражей. Тонкий серп луны тщился осветить поляну, но проигрывал даже догоревшим углям костра. Но мрак леса не сравнится со мраком пещер, а потому эльфа не беспокоилась о свете. Обратившись в слух и прикоснувшись к грибницам, что тянутся подо мхом на долгие лиги, оставалась она на страже до утра… когда снова в жизнь ее пришли суета и… тлен. Опять тлен. Сморщив нос, она встала, потянулась, потом потянулась еще, и еще и еще, зевнула и вдруг захлопнула пасть, учуяв забавненькое колдовство. Ведьма. Не, ну такое упускать нельзя. Это, как минимум, всегда интересно. А иногда еще и полезно. Но тлен, да, тлен – это обязанность.
|
|
137 |
|
|
|
|
Прошлый вечер явно подсказывал Лэрсаэлю, что с Тлением шутить не стоит, так что чем быстрее проблема будет устранена, тем лучше. Что касается упавшей звезды — подходящая точка для завершения маршрута на сегодня. Идти туда и после возвращаться смысла особого не было, проще разобраться с ближайшими "проблемами" и потом уже двинуть дальше.
— Полагаю, никто не против разобраться с порождением, что пытается осквернить водоём, прежде чем заняться остальным?
|
|
138 |
|