Редкий эльф мастерски не владеет луком. Испокон веков это оружие считалось традиционным у Старшего народа, а его ремесленники — лучшими мастерами в его изготовлении. С приходом на их исконные земли войны Aen Seidhe были вынуждены взяться и за оружие противника.
Азам обращения с мечом Гвендолин училась у брата, но оттачивать мастерство владения клинком продолжила уже в неволе. Помогла воля случая: на седьмой день рождения Максимилиан преподнёс сыновьям по кинжалу. Мальчишки во все глаза разглядывали изготовленные на заказ клинки, сияя от гордости. Ещё бы, теперь-то они настоящие мужчины — и именная гравировка, нанесённая на рукоять подарка, у каждого своя, живое тому подтверждение!
Излишне говорить, что именинники тут же захотели проверить подарки в деле, так что празднование завершилось зрелищно — изрезанными в лохмотья портьерами и парой вспоротых подушек, собственноручно расшитых старой графиней, а оттого особо ею любимых. За невозможностью наказать провинившихся по случаю торжества в их честь пришлось пообещать матушке как можно скорее подыскать сорванцам учителя фехтования. А где Вильгельм со Стефаном — там и Гвен. Близнецам непременно хотелось, чтобы она тоже присутствовала на спаррингах, и отнюдь не в качестве стороннего наблюдателя.
— Она же наша гувернантка, — взял слово Вильгельм с видом оратора, тщательно подготовившегося к переговорам, обещающим быть трудными. — Значит, должна быть с нами.
— Не стоять же ей столбом всю тренировку — это скучно, — вторил брату Стефан.
— А с нами ей будет веселей.
— И уж тогда мы точно зададим Гримхильду трёпку!
Осада кабинета отца закончилась его капитуляцией после самого неопровержимого аргумента — «Ну, па-а-ап!» В искусстве взять измором младшему из близнецов не было равных.
На просьбу Якоба Эллариэль коротко кивнула и поспешила выскользнуть за дверь. Хотелось поскорее убраться хоть куда-нибудь, лишь бы подальше от неприятностей, преследующих их отряд по пятам.
***
— Вот так, Яржек, убили нашего Гизберта. Через отравленную записку, исподтишка. Подлые dh'oine! — с силой сжав кулаки, сообщила девушка. — Бартек нашёл в кармане, а как взялся за бумагу, так самому плохо сделалось.
Нрав у парня был горячий, но утаивать от него правду было бы нечестным. Всё равно ведь узнает — так лучше уж сразу выпить чарку этой горечи залпом.
— Мы найдём убийц и покараем, — пообещала эльфийка, и глаза её сверкнули. — Наберись терпения.
И она поднялась, ища глазами того, с кем у Гизберта была назначена встреча.