Конкурс №23 "Славная охота"

Вниз Вернуться в раздел "Конкурсы"


Славная охота Тема: Сталкер – Красный, вставай! Ну Кра-а-асный! Красный Провод, которого настойчиво трясли за плечо, разлепил вежды – перед лицом, на расстоянии длины предплечья привычно серел исцарапанный пластик верхней койки. Он повернул голову, и простуженно просипел: – Ага… Да встаю, не ной. В узком проходе коридора мялся Пятно Плесени, скрюченный и кособокий пацан с впалой грудью и шелудивой рожей. Пятно окончил смену, пришёл его черёд плющить харю. А Красному, стало быть, пора заступать. Сдержанно перхая, Красный нащупал на полу плетёные из пластиковых полос чуни, натянул на обмотанные заскорузлыми портянками ноги, и выполз из спального пенала, почёсывая укусы кровососов. Выдохнул облачко пара. Пятно, не теряя ни мгновения, ввинтился на его место, закутался в кусок теплухи и тут же отрубился. Слабенький он, Пятно, даже самая простая работа выматывает. Скоро, видать, уйдёт в компост. Красный Провод бочком, приставными шагами побрёл по тускло освещённому редкими мутно-красными лампами, густо проперженному коридору мимо рядов трёхъярусных коек. Тесно тут, и холодно. В Объёме везде тесно, и почти везде темно и холодно – где тепло и свет, там фермы. Люди могут потерпеть, грибы и доброе мясо не могут. – Тебе сегодня двойная… – полуутвердительно-полувопросительно прошамкала Сиськи Навыпуск, ставя перед Красным миску с хрючевом и стакан воды, и шумно сглотнула. Да, Красному полагалась двойная пайка. Сегодня он не будет мешать компост, протирать плафоны, собирать конденсат, конопатить свищи… Он прошёл испытание огнём и холодом, током и пустотой, на его плече синеет знак, первый из тех, что ещё предстоит получить. Он здоровый и сильный. Старший Смены дал ему взрослое имя вместо детского прозвища, и сказал, что Красный будет охотником. Сегодня его первая охота. Красный набросился на хрючево, неистово пережёвывая комки твердого, плавающего в вязкой жижице. Жадно припал к стакану. В Объёме всегда хочется есть и пить. Особенно пить – где вода, там фермы. Люди могут потерпеть, мох не может. Красный допил воду до капли, но под алчущем взглядом Сисек не стал собирать остатки осевшего на стенках миски хрючева, пододвинул тару ей. Нынче он был великодушен – потом Навыпуск сделает ему приятно. * – Так, Норман, ты сегодня на тридцать пятом маршруте? Спешу порадовать, у тебя нынче туристы. Ты рад? Хорош рыло кривить. Накосячил – надо отработать. Норм проглотил рвущиеся из груди нехорошие слова. Косяк на нём висел, это правда. Отрапортовал зону как зачищенную, а группа мониторинга попала там в нехорошее. Теперь придётся развлекать шишек из правления, давать экзотику фронтира. – Группа – десять рыл. С бабами. Но ты смотри, чтобы бодро было. Клиенты хотят пострелять, так что без прожектора, ревуна, и этой всей херни. Если не прижмёт, конечно. Как понял? – Так точно, громко и чётко. * Два Пайка поджидал Красного у шлюза, тяжело опираясь на копьё. О чём-то калякал с привратником. Великий охотник Два Пайка. Может, не самый добычливый, но уж точно самый старый – пять по пять больших циклов, а то и шесть. Больше только Мастера, наверное, прожили, да Старший Смены. Охотники столько не тянут, кости совсем плохие у них становятся и тело дряхнет. Это если живыми с последней охоты вернуться могут. К тому, Два Пайка ещё большой удачи охотник. Он не бьёт злое мясо, не ставит силки на хитрое мясо. Он приносит вещи. За то ему почёт, и лучшая еда, и любые женщины. И отдельная койка в своём закутке. Были у Двух Пайков раньше ученики, тоже два. Не осилили ученики Пайковской науки, но Два Пайка вернул обоих компосту. Теперь Старшие сказали – быть учеником Красному. Два Пайка – невысокий, с необычайно гладким лицом, плотно обтянутым кожей черепом и на удивление плотным телом, – приметил Красного: – Давай, молодой, наряжайся, – кивнул на кипу барахла у своих ног. Красный, благоговея, принялся облачаться в охотничий костюм, такой же как у Пайка – влез в сшитый зацело с тёплыми сапогами комбез, накинул пончо из теплухи, опоясался красным (надо же!) проводом, нахлобучил на голову металлический колпак, подбитый шкурой злого мяса, повязал колючий, обдирающий кожу шарф, навьючился объёмистым рюкзаком. Привесил к поясу флягу, с трудом сдержавшись, чтобы из неё не отпробовать. Сжал в потной ладошке фонарик – верный признак того, что он заделался всамделишным охотником. – А копьё? – неуверенно поинтересовался Красный, не обнаружив среди снаряжения второго охотничьего отличия. Два Пайка безразлично пожал плечами: – Там найдёшь что-нибудь. Оно тебе сперва без надобности. Отворяй, Кремальера! Привратник со странным певучим именем, отчего-то навевающим смутные слюноотделительные видения, навалился на поворотное колесо шлюза, выпускающее охотников вне Объёма. * – Господа, как вы знаете, мы следуем в потерянные сектора, – вещал Норман по общей связи, – Автоматика поддерживает аварийный режим, минимальные условия. Притяжение ноль два, температура десять, кислород 19 процентов. Возможны выходы опасных газов и прочее. Скафы никому не расчехлять. Это понятно? В канале вразнобой прошли равнодушно-согласные отклики толстосумов. Открытая кабина монора бодро скользила по тоннелю, размазывая бортовым освещением гротескные тени пассажиров по его мохнатой от пыли и лишайников трубе. – При встрече с фауной огонь без команды не открывать. Энтузиазм, с которым туристы тискали цевья карабинов, не обещал положительного отклика на инструктаж. Норман перешёл на внутреннюю связь. – Норм в канале. Пацаны, не лупите по говну сразу. Дайте этим наиграться. Пацаны по очереди отрепетовали, боец на пулемёте в знак согласия поднял сжатый кулак. * Красный неловко переступил порог шлюза. Створка за его спиной тут же с похоронным лязгом захлопнулась, скрежеща зубчатыми передачами поехали в пазы засовы. И Красного моментально объяла неизбывная тьма и продирающий холод. Нет, он знал, что за пределами Объёма так оно и будет. Но одно дело знать, а другое… Люди могут выжить только в Объёме Обетованном. Там есть свет и тепло, можно растить еду и собирать воду. Выживать и ждать Спасения. Старший Смены не уставал рассказывать молодым, что в стародавнее время, когда жил дед его деда, Объём был больше. Но тогдашний Старший Смены не желал дожидаться Спасения. В своей спеси он дерзал расширить Объём. Тогда люди силой проломили запретную дверь в дальнем отсеке, и в Объём вошла пустота, и пустота забрала многое и многих. Объём исцелил себя, вырастил новую стену на пути пустоты. Люди извлекли урок, и довольны тем что есть. Только охотники ходят вовне, ищут мясо и вещи. Без этого не выжить – лампы и энергоблоки умирают, добрые машины старятся. Старшие помнят, как заменить, но не знают, как излечить. Фонарик Двух Пайков распорол пустоту пушистым от пыльной взвеси лучом, старый охотник усмехнулся: – Придавило? Рано боишься. Пошли. Они пошли. Первый радиус проскочили быстро. Здесь не было света – все живые лампы давным-давно забрали. Поколения охотников вытащили с ближнего круга всё что могло хоть как-то пригодиться. Два Пайка показал Красному где и как насторожены ловушки. В старое время к Объёму приходило мясо, но уже много циклов в силки никто не попадался, коме глупых молодых охотников. Красный немного осмелел. Он слышал, что на втором радиусе тоже не очень опасно, там охотятся те, кто пожиже. Корифеи вроде Пайков ходят на третий, а то и на четвёртый. Однако, Два Пайка не пошёл даже на второй. Не дойдя до межевой вехи, он свернул в неприметный боковой коридор, воровато оглянулся и сдвинул вбок валяющийся на палубе кусок пластика. Под ним зиял дышащий ровным теплом колодец с вереницей скоб-ступенек. – Полезай, – коротко велел Два Пайка. * Монор постепенно сбавлял ход, тоннель впереди расходился, предвещая приближение станции. – Так, сейчас не стреляем! У нас тут забавная достопримечательность. Приглушите свет, оно пугливое. Пассажиры подались к правому борту, предвкушая обещанное зрелище. Вагон плавно вкатил на станцию «Техническая-15», замедляясь до минимума. Лампы выхватили из мрака резкие силуэты опорных колонн, по дальней стене станции поползли секундными стрелками их чернильно-густые тени. В этот миг от крайней колонны отделилась нескладная, тощая и длинная как жердь фигура. Лысое лупоглазое антропоморфное существо в немыслимом пончо из трубной термоизоляции, с бледной, облепившей череп как термоусадка кожей, побежало вдоль перрона параллельно вагону, откаблучивая немыслимые коленца, словно пол обжигал ему ноги. Нелепо размахивая руками подпрыгнуло метра на полтора. – Лет пять назад, – добродушно пояснил Норман, – это чувырло сунулось к нашему патрулю. Парни дали ему очередь под ноги, оно хлопнулось на колени стало вроде как молиться. Ну, парни поржали, кинули ему пару пайков. С тех пор как патруль едет, оно тут как штык. Пляшет, будто в него стреляют – по ходу дотумкало, как клянчить. Ну, даём ему всякое. Вон, киньте ему что-нибудь, если хотите. Если ему энергоячейку отжалеть, так сальтуху крутанёт и отсосёт само себе в полёте. – А что это? – спросил любопытный женский голосок. – Хрен его знает, мут какой-то. * Красный смотрел, и не мог поверить. Два Пайка, старый дурак! Не об этом ли прожужжал молодым все уши Старший Смены? Пускай они целиком из металла и пластика. Две руки, две ноги, голова! Старший говорил: «Спасения жди от людей, не нас, но похожих на нас. Встретишь людей – делай так!». И показывал – как. Красный вскочил, схватил Пайково копьё, и принялся лупить им по колонне. Три раза быстро. Потом три раза с паузами. И снова трижды быстро. – Люди, люди! Помогите! *** – Ха-ха, гляньте! С ним ещё один. Ого, ещё длиннее, и тощее. Ритм задаёт, обоссаться можно! Ещё верищит чего-то. Туристы веселились, заваливая попрошайку дарами за его акробатику. Норман припомнил шефов наказ дать пострелять, и спросил: – Так, господа! Кто хочет этих шлёпнуть? – А как же достопримечательность? – взволнованно спросил тот же дамский голосок. – Без разницы, – успокоил Норман, – Эту зону постановили возвращать в обитаемый объём. Всё протравят химией, потом команды зачистки пройдут. Так и так не жильцы. – Па, можно я? – раздалось азартное восклицание. – Валяй, – вальяжно разрешил родитель. ______________________________________ Прим. орг. Нотариально заверенное количество знаков по счетчику GoogleDocs – 10000 Автор: WarCat [online] , 20.08.2026 12:15 1
Настоящий рассказ, с сетапом, сюжетом, неожиданными поворотами и концовкой. Увлекательный. Авторский стиль — приятный, краткий и богатый на интересные словечки. Чувствуется работа, каждое слово внимательно взвешено и выбран самый подходящий синоним. Был момент, когда словечек стало слишком много подряд... плющить харю, перхая, чуни, теплуха. Но потом стало понятно зачем, это тоже специально так. Для текста про людей — обычный язык, а для морлоков — покореженный. В общем, жирный лайк. Интересная задумка, крутое исполнение. Автор: Gven Morange [offline] , 20.08.2026 13:25 2

Славная охота
Тема: Сталкер

– Красный, вставай! Ну Кра-а-асный!

Красный Провод, которого настойчиво трясли за плечо, разлепил вежды – перед лицом, на расстоянии длины предплечья привычно серел исцарапанный пластик верхней койки. Он повернул голову, и простуженно просипел:

– Ага… Да встаю, не ной.

В узком проходе коридора мялся Пятно Плесени, скрюченный и кособокий пацан с впалой грудью и шелудивой рожей. Пятно окончил смену, пришёл его черёд плющить харю. А Красному, стало быть, пора заступать.

Сдержанно перхая, Красный нащупал на полу плетёные из пластиковых полос чуни, натянул на обмотанные заскорузлыми портянками ноги, и выполз из спального пенала, почёсывая укусы кровососов. Выдохнул облачко пара. Пятно, не теряя ни мгновения, ввинтился на его место, закутался в кусок теплухи и тут же отрубился. Слабенький он, Пятно, даже самая простая работа выматывает. Скоро, видать, уйдёт в компост.

Красный Провод бочком, приставными шагами побрёл по тускло освещённому редкими мутно-красными лампами, густо проперженному коридору мимо рядов трёхъярусных коек. Тесно тут, и холодно. В Объёме везде тесно, и почти везде темно и холодно – где тепло и свет, там фермы. Люди могут потерпеть, грибы и доброе мясо не могут.

– Тебе сегодня двойная… – полуутвердительно-полувопросительно прошамкала Сиськи Навыпуск, ставя перед Красным миску с хрючевом и стакан воды, и шумно сглотнула.

Да, Красному полагалась двойная пайка. Сегодня он не будет мешать компост, протирать плафоны, собирать конденсат, конопатить свищи… Он прошёл испытание огнём и холодом, током и пустотой, на его плече синеет знак, первый из тех, что ещё предстоит получить. Он здоровый и сильный. Старший Смены дал ему взрослое имя вместо детского прозвища, и сказал, что Красный будет охотником. Сегодня его первая охота.

Красный набросился на хрючево, неистово пережёвывая комки твердого, плавающего в вязкой жижице. Жадно припал к стакану. В Объёме всегда хочется есть и пить. Особенно пить – где вода, там фермы. Люди могут потерпеть, мох не может.

Красный допил воду до капли, но под алчущем взглядом Сисек не стал собирать остатки осевшего на стенках миски хрючева, пододвинул тару ей. Нынче он был великодушен – потом Навыпуск сделает ему приятно.

***

– Так, Норман, ты сегодня на тридцать пятом маршруте? Спешу порадовать, у тебя нынче туристы. Ты рад? Хорош рыло кривить. Накосячил – надо отработать.

Норм проглотил рвущиеся из груди нехорошие слова. Косяк на нём висел, это правда. Отрапортовал зону как зачищенную, а группа мониторинга попала там в нехорошее. Теперь придётся развлекать шишек из правления, давать экзотику фронтира.

– Группа – десять рыл. С бабами. Но ты смотри, чтобы бодро было. Клиенты хотят пострелять, так что без прожектора, ревуна, и этой всей херни. Если не прижмёт, конечно. Как понял?

– Так точно, громко и чётко.

***

Два Пайка поджидал Красного у шлюза, тяжело опираясь на копьё. О чём-то калякал с привратником.

Великий охотник Два Пайка. Может, не самый добычливый, но уж точно самый старый – пять по пять больших циклов, а то и шесть. Больше только Мастера, наверное, прожили, да Старший Смены. Охотники столько не тянут, кости совсем плохие у них становятся и тело дряхнет. Это если живыми с последней охоты вернуться могут. К тому, Два Пайка ещё большой удачи охотник. Он не бьёт злое мясо, не ставит силки на хитрое мясо. Он приносит вещи.

За то ему почёт, и лучшая еда, и любые женщины. И отдельная койка в своём закутке.

Были у Двух Пайков раньше ученики, тоже два. Не осилили ученики Пайковской науки, но Два Пайка вернул обоих компосту. Теперь Старшие сказали – быть учеником Красному.

Два Пайка – невысокий, с необычайно гладким лицом, плотно обтянутым кожей черепом и на удивление плотным телом, – приметил Красного:

– Давай, молодой, наряжайся, – кивнул на кипу барахла у своих ног.

Красный, благоговея, принялся облачаться в охотничий костюм, такой же как у Пайка – влез в сшитый зацело с тёплыми сапогами комбез, накинул пончо из теплухи, опоясался красным (надо же!) проводом, нахлобучил на голову металлический колпак, подбитый шкурой злого мяса, повязал колючий, обдирающий кожу шарф, навьючился объёмистым рюкзаком. Привесил к поясу флягу, с трудом сдержавшись, чтобы из неё не отпробовать. Сжал в потной ладошке фонарик – верный признак того, что он заделался всамделишным охотником.

– А копьё? – неуверенно поинтересовался Красный, не обнаружив среди снаряжения второго охотничьего отличия.

Два Пайка безразлично пожал плечами:

– Там найдёшь что-нибудь. Оно тебе сперва без надобности. Отворяй, Кремальера!

Привратник со странным певучим именем, отчего-то навевающим смутные слюноотделительные видения, навалился на поворотное колесо шлюза, выпускающее охотников вне Объёма.

***

– Господа, как вы знаете, мы следуем в потерянные сектора, – вещал Норман по общей связи, – Автоматика поддерживает аварийный режим, минимальные условия. Притяжение ноль два, температура десять, кислород 19 процентов. Возможны выходы опасных газов и прочее. Скафы никому не расчехлять. Это понятно?

В канале вразнобой прошли равнодушно-согласные отклики толстосумов.

Открытая кабина монора бодро скользила по тоннелю, размазывая бортовым освещением гротескные тени пассажиров по его мохнатой от пыли и лишайников трубе.

– При встрече с фауной огонь без команды не открывать.

Энтузиазм, с которым туристы тискали цевья карабинов, не обещал положительного отклика на инструктаж. Норман перешёл на внутреннюю связь.

– Норм в канале. Пацаны, не лупите по говну сразу. Дайте этим наиграться.

Пацаны по очереди отрепетовали, боец на пулемёте в знак согласия поднял сжатый кулак.

***

Красный неловко переступил порог шлюза. Створка за его спиной тут же с похоронным лязгом захлопнулась, скрежеща зубчатыми передачами поехали в пазы засовы. И Красного моментально объяла неизбывная тьма и продирающий холод.

Нет, он знал, что за пределами Объёма так оно и будет. Но одно дело знать, а другое…

Люди могут выжить только в Объёме Обетованном. Там есть свет и тепло, можно растить еду и собирать воду. Выживать и ждать Спасения.

Старший Смены не уставал рассказывать молодым, что в стародавнее время, когда жил дед его деда, Объём был больше. Но тогдашний Старший Смены не желал дожидаться Спасения. В своей спеси он дерзал расширить Объём. Тогда люди силой проломили запретную дверь в дальнем отсеке, и в Объём вошла пустота, и пустота забрала многое и многих. Объём исцелил себя, вырастил новую стену на пути пустоты. Люди извлекли урок, и довольны тем что есть. Только охотники ходят вовне, ищут мясо и вещи. Без этого не выжить – лампы и энергоблоки умирают, добрые машины старятся. Старшие помнят, как заменить, но не знают, как излечить.

Фонарик Двух Пайков распорол пустоту пушистым от пыльной взвеси лучом, старый охотник усмехнулся:

– Придавило? Рано боишься. Пошли.

Они пошли. Первый радиус проскочили быстро. Здесь не было света – все живые лампы давным-давно забрали. Поколения охотников вытащили с ближнего круга всё что могло хоть как-то пригодиться. Два Пайка показал Красному где и как насторожены ловушки. В старое время к Объёму приходило мясо, но уже много циклов в силки никто не попадался, коме глупых молодых охотников.

Красный немного осмелел. Он слышал, что на втором радиусе тоже не очень опасно, там охотятся те, кто пожиже. Корифеи вроде Пайков ходят на третий, а то и на четвёртый.

Однако, Два Пайка не пошёл даже на второй. Не дойдя до межевой вехи, он свернул в неприметный боковой коридор, воровато оглянулся и сдвинул вбок валяющийся на палубе кусок пластика. Под ним зиял дышащий ровным теплом колодец с вереницей скоб-ступенек.

– Полезай, – коротко велел Два Пайка.

***

Монор постепенно сбавлял ход, тоннель впереди расходился, предвещая приближение станции.

– Так, сейчас не стреляем! У нас тут забавная достопримечательность. Приглушите свет, оно пугливое.
Пассажиры подались к правому борту, предвкушая обещанное зрелище.

Вагон плавно вкатил на станцию «Техническая-15», замедляясь до минимума. Лампы выхватили из мрака резкие силуэты опорных колонн, по дальней стене станции поползли секундными стрелками их чернильно-густые тени.

В этот миг от крайней колонны отделилась нескладная, тощая и длинная как жердь фигура. Лысое лупоглазое антропоморфное существо в немыслимом пончо из трубной термоизоляции, с бледной, облепившей череп как термоусадка кожей, побежало вдоль перрона параллельно вагону, откаблучивая немыслимые коленца, словно пол обжигал ему ноги. Нелепо размахивая руками подпрыгнуло метра на полтора.

– Лет пять назад, – добродушно пояснил Норман, – это чувырло сунулось к нашему патрулю. Парни дали ему очередь под ноги, оно хлопнулось на колени стало вроде как молиться. Ну, парни поржали, кинули ему пару пайков. С тех пор как патруль едет, оно тут как штык. Пляшет, будто в него стреляют – по ходу дотумкало, как клянчить. Ну, даём ему всякое. Вон, киньте ему что-нибудь, если хотите. Если ему энергоячейку отжалеть, так сальтуху крутанёт и отсосёт само себе в полёте.

– А что это? – спросил любопытный женский голосок.

– Хрен его знает, мут какой-то.

***

Красный смотрел, и не мог поверить.

Два Пайка, старый дурак! Не об этом ли прожужжал молодым все уши Старший Смены? Пускай они целиком из металла и пластика. Две руки, две ноги, голова!

Старший говорил: «Спасения жди от людей, не нас, но похожих на нас. Встретишь людей – делай так!». И показывал – как.

Красный вскочил, схватил Пайково копьё, и принялся лупить им по колонне.

Три раза быстро. Потом три раза с паузами. И снова трижды быстро.

– Люди, люди! Помогите!

***

– Ха-ха, гляньте! С ним ещё один. Ого, ещё длиннее, и тощее. Ритм задаёт, обоссаться можно! Ещё верищит чего-то.

Туристы веселились, заваливая попрошайку дарами за его акробатику.

Норман припомнил шефов наказ дать пострелять, и спросил:

– Так, господа! Кто хочет этих шлёпнуть?

– А как же достопримечательность? – взволнованно спросил тот же дамский голосок.

– Без разницы, – успокоил Норман, – Эту зону постановили возвращать в обитаемый объём. Всё протравят химией, потом команды зачистки пройдут. Так и так не жильцы.

– Па, можно я? – раздалось азартное восклицание.

– Валяй, – вальяжно разрешил родитель.
______________________________________
Прим. орг. Нотариально заверенное количество знаков по счетчику GoogleDocs – 10000

Автор: WarCat [online] , 20.08.2026 12:15 1

Настоящий рассказ, с сетапом, сюжетом, неожиданными поворотами и концовкой. Увлекательный. Авторский стиль — приятный, краткий и богатый на интересные словечки. Чувствуется работа, каждое слово внимательно взвешено и выбран самый подходящий синоним. Был момент, когда словечек стало слишком много подряд... плющить харю, перхая, чуни, теплуха. Но потом стало понятно зачем, это тоже специально так. Для текста про людей — обычный язык, а для морлоков — покореженный.

В общем, жирный лайк. Интересная задумка, крутое исполнение.

Автор: Gven Morange [offline] , 20.08.2026 13:25 2

Вверх Вернуться в раздел "Конкурсы"

Активные игры

Набор игроков

Завершенные игры

Новые блоги

Форум

Конкурс №23 "Славная охота"

Зеркала

Опросы

Жалобы и предложения

Помочь проекту

Социальные сети

Партнеры