Набор игроков

Завершенные игры

Новые блоги

- Все активные блоги

Форум

- Для новичков (3963)
- Общий (18676)
- Игровые системы (6563)
- Набор игроков/поиск мастера (43277)
- Котёл идей (5680)
- Конкурсы (19623)
- Под столом (21696)
- Улучшение сайта (11602)
- Ошибки (4575)
- Новости проекта (15910)
- Неролевые игры (11955)

ВНЕКонкурс №23 "Новое время"

Вниз    Вернуться в раздел "Конкурсы"
 
Новое время
Тема: хроники хищных городов

      День догорал алым заревом закатных часов. Провинциальный город погружен в угрюмое молчание. Часы на ратуше — видевшие прошлый век — стоят, эхо от их боя впечаталось в камни мостовой. В такой час всё, кажется, замерло. Даже ветер неохотно раскачивает пыльные угловатые вывески на сплющенной ветхими домами главной площади, пустые улицы в безмерной панихиде по ушедшему и похороненному будущему, некогда открытому первопоселенцам, как бы дремали.

      Но вот, словно грозовой фронт с юга, послышался звук локомотива, гудки клаксонов, накатывающие волной от трассы и разрывающие пугливый сумрак тупиков у опрятных крытых колодцев свет фар. Жители, прятавшиеся, как мыши, по домам, те немногие из них, что не разбежались к этому дню, мигом похолодели, вслушиваясь в далёкий шум, — кто-то даже почти с облегчением выругался. Тянущее, словно загноившаяся рана, ожидание наконец было окончено. Часы жизни Догвилля были сочтены. Теперь окончательно.

      Джим был за рулём, одет с иголочки. На коне, как сказали бы раньше. Впереди — цель. Скупленный на корню городишко. Колонна грузовых автомобилей, словно безбрежная толпа вторгнувшихся варваров, заполонила до краёв пустые улицы поразительно быстро. Галдя и смеясь, рабочие, первыми спрыгнувшие с кузовов, тут же бросались поспешно снимать двери домов прямо с петлями, где-то раздраженно застрочил отбойный молоток. Джим юзом остановил грузовик прямо под мэрией, склонившейся над ним квадратной башней в стиле позапрошлого века, дёрнул хромированную ручку из салона и спрыгнул новенькими сапогами на пыльную мостовую. Он был высок и силён, наш Джим, сигара украшала его рот, окружая дымным облаком, словно бы духом вечного прогресса. Широкоплечий и подтянутый, с умным лицом, Джим Маллиган был предводителем Демонтажников. Где-то уже ломали мостовые камни дедовым кайлом и под смешки грузили на машины, всё, что не влезет в них, пойдет в грузовые вагоны на станцию. Самому Джиму не нужно было и пальцем шевелить, он лишь наблюдал и раздавал подзатыльники тем, кто выказывал малейшее небрежение. Всё следовало сделать на отлично.

      – Голова, тут это! – крик какой-то нервный, машут рукой с края площади. Подходя, Джим уже знал, что ему скажут: опять кто-то забаррикадировался и отказывается уходить из дома. А эти сопли развесили, как же достали некомпетентные подчиненные!Джим затушил сигару пальцем и бросил в нагрудный карман.

      Выхватил карабин из рук мнущегося рядом с дверью потеющего чернокожего с лицом дебила, оттолкнул плечом его напарника — лысоватого полного ирландца с кувалдой и извиняющейся улыбочкой. Удар с разбега ногой, и дверь, жалобно скрипнув, падает внутрь, подняв тучу пыли. Выстрел, и револьверная пуля застревает в косяке чуть пониже лохматой головы Джима, тот молча врывается в дом, не удосужившись даже выстрелить в ответ. Через пять минут он, снова показавшись в дверях, бросает так и не использованное оружие в руки недотепе, у которого его отобрал.

      – Этого в клетку, и связать не забудьте. Нам ещё его в участок сдавать. – бросил и, похлопав ирландца по плечу, пошёл куда глаза глядят, облизывая свежеободранные костяшки пальцев на кулаке. Папаша с револьвером оказался не дурак подраться, едва джеб не пробил и на ногах после первого устоять умудрился.

      Чикаго, в котором они жили, нуждался в стройматериалах, в расширении своих проспектов, потому побоку все эти мелкие городки, их камни украсят новые лучшие улицы. Когда это началось, Джим и сам не знал. Всеми вдруг завладела идея греческих полисов-государств, и один за одним при попустительстве федералов крупные англомерации обособлялись, города разрастались в настоящие мегаполисы. Там ближе к центру новых вавилонов билось настоящее сердце прогресса — деньги, крутившие шестерни планеты, текли реками. С каждым днём открывали новые улицы, мегаполисы росли, словно огромные башни, только не ввысь, а вширь. Но это всё Джим, хоть и знал, признавал — не вслух, правда — несущественным. Его интересовало личное дело. Прошлого мэра Чикаго убили, и его долг как мужчины был в том, чтобы отомстить. И уж за этим, можете не сомневаться, у него не заржавеет! У Джима Маллигана был план, отличный и очень простой. Первый пункт уже завершён, стать предводителем Демонтажников — выполнен, хотя и не без сложностей. Пришлось поднапрячься — желающих было море на эту прибыльную должность. Ах да, прошлого мэра звали Томас Маллиган.

<...>

      Часы с ратуши как главный трофей Маллиган-младший должен был вручить мэру Чикаго лично, отправиться в новый центр города сразу по прибытии. Не те огромные часы, что торчали на башне, конечно, а их меньшая копия из музея основателей Догвилля, та, что ещё способна была хотя бы ходить. Правда, у него был заготовлен небольшой сюрприз внутри их часового механизма — шашка динамита со взрывателем на радиоволнах. Его приятель Френк Эдисон клялся и божился святыми морями, что такого ещё ни у кого нет, никто на него и не подумает. Нужно только отойти подальше, до машины как раз. А там включить передатчик, спрятанный под сидением. А потом Адское Пекло заберёт кое-кого до срока. Сказано — сделано, только и всего. Главное — не выдать себя самому. Ради этого дня он жил долгие четыре года.

      К мэру охрана Джима пустила лишь после тщательного обыска, но искали не то — оружие и не там — на теле, а не в часах. И вот уже украшенная по новой моде крабовыми панцирями приёмная перед ним, антрацитовые свечи создают уютную приватную обстановку, бросая через раскрытую дверь успокаивающие зелёные тени на лица собравшихся в высоком кабинете. А тут их много. Целая команда «посвящённых», как называют теперь в газетах людей нового мэра. Джиму приходится подавить свою торжествующую улыбку, когда этот ублюдок с фальшиво-отеческой улыбкой принимает его часы с сюрпризом и под ленивые овации самолично вешает их на стену, уже и так всю заполненную подобными трофеями, словно головами убитых зверей: тут и флюгеры, и флаги, есть даже прибитый к стене гвоздём скальп, часы занимают почетное место прямо над роскошным кожаным креслом.

      Джим собирается тихо удалиться, но вдруг оказывается среди толпы — все в кабинете, за исключением мэра, поднимаются вдруг и покидают его высокое общество: время приниматься за работу и выполнять распоряжения. И Джима, к его удивлению, тоже охватывает жажда к скорейшему выполнению распоряжений ненавистного ему от ботинок до плешивой макушки мэра Чикаго. Все вокруг словно светятся от энтузиазма, перебрасываются шуточками.
– Эй, Джимми! – хлопает его по плечу женщина с некрасивым, помятым лицом и впалыми от недосыпа глазами. – Тебя как раз искал по делу помощник по специальным вопросам народонаселения. – толпа, словно река, увлекает их двоих дальше через полные шума коридоры со множеством дверей.
– Да, точно. Вот ты где! – бородатый с обвисшими усами Андерсон выныривает с другого боку, поправляет пенсне и тут же, не стесняясь, на ходу начинает втолковывать натянуто улыбающемуся Джиму своё дело: «Всего-то и надо что собрать с южного округа стариков и больных, весь этот человеческий хлам — сбросить их в море, свернув шеи, чтобы не тратили лишние городские ресурсы».
– Но я же Разборщик. Не стоит ли такое деликатное дело поручать полиции? – с остановившимся взглядом отвечает Маллиган, стараясь не измениться в лице. Он всё ещё надеется ускользнуть и быстрее к машине, замыкать взрыватель. Нужно только увильнуть.
– Да какая разница, а? К тому же полиция и так загружена с тех пор, как пришлось подавлять восстания на фабриках еды. Сам понимаешь, близится отчетная неделя.
Пауза заполненная криками тянется почти непозволительно долго, пока они шагают мимо пустой столовой на сотню человек.
– Я этим займусь… — наконец выдавливает из себя Джим, внутренне содрогаясь от той простоты, с которой ему поручили убийство сотен граждан, демонтаж лишних жителей. Он притворно согласился лишь для того, чтобы поскорее уйти, ему, наверное, нужно будет закурить или выпить.
– Вот и отлично, а я уж похлопочу, чтобы тебя в следующий раз позвали на заливную мессу. – раскрывается с новой стороны в мерзкой и отталкивающей улыбке Андерсон, поправляет золоченое пенсне. Дальше Джим даёт увлечь себя к лифтам и дальше вниз. Андерсон отстаёт в отделе ассенизации среди выводка клерков, на прощанье показав большой палец. Лифт едет вниз натужно, со скрипом, терзая погруженного в свои мысли Джимми медлительностью. Кто-то толкает его, здоровается преувеличенно вежливо. Всё окружение тонет в желании вырваться из сжимающего богатыми стенами, нависающего низкими потолками здания.

      Маллиган, наконец, покидает душный и наполненный охраной первый этаж. Идёт в прострации до своего рабочего авто. Нащупал на груди початую сигару, но быстро передумал. Сперва дело! Открыл выпуклую дверцу, сиденье в сторону — под ним угловатый прибор, передатчик с алым, почти кроваво-красным тумблером. Одно движение пальца — и месть свершится! Но Джим медлит. Он тупо и удивленно смотрит на передатчик, на красный тумблер. На его лице написано сомнение, будто он позабыл, зачем потянулся и на кой ему эта глупая штуковина.

      Наконец, выругавшись, он сплёвывает через плечо и бросает долгий взгляд вверх на огромное, циклопическое здание мэрии, у которой припаркован его грузовик Где-то там кабинет мэра с отличным видом на океан, святая святых новой эры Чикаго. Джим вернув кресло садится за руль, заводит грузовик. Нечего дальше рассусоливать, у него ещё куча дел. Нужно поскорее собирать по барам своих ребят и ехать в южный округ. Чикаго ждать не будет. Не нажатый тумблер тускло блестит под сиденьем, забытый и оттого потерявший свой притягательный, опасный блеск.

  Чикаго прежде всего.

    Чикаго должен расти дальше, и вы вырастите вместе с ним.

      А те, кто встанут у него на пути, не заслуживают никакой пощады… Губы Джима повторяют эту мысль беззвучно.

Никакой пощады. Никакой. Пощады. Пощады — никакой. Взгляд рассредоточен. Нога словно сама против воли плавно нажимает на газ, а мускулистые руки резко врубают передачу с треском и скрежетом. Сказано — сделано.
Автор: WarCat [offline] , 28.08.2026 20:08 1

Новое время
Старые — проблемы!
Автор: школьнек [online] , 29.08.2026 16:58 2

Самый печальный рассказ конкурса😁
Автор: школьнек [online] , 30.08.2026 22:58 3

↑