Сосредоточенная на поражении геометрических фигурок, Илнарнисс не сразу поняла, что же произошло с соратниками и с ней самой, и только, когда последняя пирамидка развалилась, а оставшийся куб предпочел ретироваться, смогла осмотреть результаты сражения. И то, во что превратились вроде бы не раненые и не потрепанные соратники, впечатляло даже видавшую виды наемную убийцу. А потом она посмотрела на свои руки, на то, как изучают ее товарищи по команде, на то, как изменился вид на мир с высоты почти семи футов роста, и, наконец, пощупала так непривычно чувствующиеся уши. И только после этого поняла, насколько она сейчас другая.
Другая.
Другая женщина.
— Мне бы тоже было очень интересно узнать, какого дьявола наш горе-"наниматель" опять пропал с концами, как только запахло жареным, — услышали все слова эльфийки, и это для всех, кто ее знал, было изрядным поводом проморгаться: Пепел впервые говорила от первого лица, и говорила совсем не тем погасшим механическим голосом, которым неизменно общалась с окружающими все время их знакомства. И продолжение ее речи несло дальнейшие, не менее поразительные сюрпризы:
— Обрати внимание, Брон — это уже не первый раз. И что-то меня оно уже начинает напрягать, серьезно, — следопытка забрасывает руку за плечо, кончиками пальцев быстро пересчитывая оставшиеся боеприпасы в колчане. — Минус семь волшебных стрел, ребятки. Тридцать пять золотых за полминуты как корова язы... Извини, Бальтор. Вернемся на корабль — я зачерпну из общей кассы на покрытие ущерба, уж не обессудьте. Спасать ваши задницы — дико накладное дело... Ладно, тронулись дальше, что ли?