Просмотр сообщения в игре «Рубайлы»

Гизарм в седле расправил широкие плечи и улыбнулся во всю ширь белозубой улыбки. Нахальное очарование парня разбило немало девичьих сердец, и пускай гордая эльфийка казалась крепким орешком, Белетье искренне верил, что перед его статью не устоит ни одна женщина. Втереться к ней в доверие, как приказал граф, было интересной задачей, а хорошая ложь — это лучшее начало дружбы.

— Вы слишком строги к себе, — певучим баритоном ответствовал Гизарм, покачиваясь в седле и бросая на эльфийку оценивающие взгляды, пока его Шельма кокетливо косилась на её Дьявола. — Провал? Одолеть двоих в таком буреломе — это настоящая поэзия боя! Но мне нравится ваша требовательность. Мастер никогда не довольствуется малым.

Услышав вопрос о семье, рослый наемник на мгновение придал лицу оттенок благородной грусти, словно листал страницы старинного семейного древа: — Что до моей родни... О, это долгая история, полная увядшей славы и разбитых надежд. Видите ли, наш род держался на двух столпах — моих дедах. Один из них, сэр Этьен, был истинным, бездетным рыцарем старой закалки. Он всю жизнь провел в седле, защищая чужие рубежи, и оставил после себя лишь зазубренный меч. А вот второй дед, Мариус... О, это был неисправимый романтик и жуткий транжира! Он умудрился спустить остатки наследия дома на изысканные вина и заморские шелка. И любовь, конечно же.

Гизарм весело хохотнул: — Все потомки унаследовали от одного страсть к клинку, а от другого — любовь к свободе и красивой жизни. Так что у моей семьи просто не было выбора. Матушка, конечно, вздыхала и сетовала на тяжелую долю ее сына – меня, но зов крови оказался сильнее. Жизнь наемника позволяет мне чувствовать себя живым. К тому же, где еще встретишь столь восхитительное общество?

***
Уже позже, когда отряд окончательно устроился на ночлег, Гизарм не только бездельничал. Костер приятно потрескивал, а Черри разговаривала с Ларой. Какие у них секреты? – подумалось наемнику. Прихватив с собой пучок сухой травы и скребницу, Белетье стал вытирать бока Шельмы — как раз неподалеку, где сидели женщины.
↑