Распрощавшись со следопытами так, словно она покидала не унылую пещеру, а роскошный палаццо, Иоминзиль заняла место в середине верховой колонны. Сердце девушки пело – все пока что шло так, как она и планировала: отряд следует к Форносту, а следопыты, выполняя свой союзнический долг, ищут по окрестностям отряд обученных неизвестными инструкторами орков, защищая тылы посланцев Элронда. Еще раз скользнув взглядом по своим спутникам, девушка улыбнулась одними губами – эти северяне, без разницы, человеческого или нет происхождения, так и норовят ввязаться в драку там, где ее можно избежать. И что бы они делали без голоса разума в ее лице? Так бы и пытались вырезать любую угрозу, даже мнимую, у себя на пути? Как дети малые, ей-Эру!
Чем ближе становился Форност, тем более знакомой была дорога. Впрочем, знакомство это легче путь не делало: погода, и без того дурная, вскоре перешла на холодную неприятную морось, вынудив умбарку запросить привал, чтобы переодеться. Теперь, укутавшаяся в плащ с капюшоном и нахохлившаяся, девушка безрадостно смотрела на унылые горные пейзажи, ожидая, когда последний скучный отрезок пути закончится.
Даже льющая с неба влага не радовала. Это дома дождь был счастьем и благословением, и простолюдины, а иногда и не только, встречали каждый ливень радостными танцами; здесь же, в северной Эндорэ, дождливая погода была привычна, и, более того, приносила с собой не радостные надежды, а одни лишь помехи и раздражение. Ну, по крайней мере, если пережидать этот дождь в пути, а не в теплом доме у успокаивающе потрескивающего камина.
Замерзшая и от того донельзя злая, Иоминзиль была готова даже согласиться на глоток отвратного гномьего пойла, лишь по недоразумению называющегося напитком, чтобы согреться изнутри хоть таким образом. Но просить об этом первой умбарка не собиралась, а о ее отношении к «этой, фи, субстанции» спутники уже знали, и поэтому вряд ли предложили бы хлебнуть сами. Патовая ситуация, как ни крути. Оставалось только согреваться мыслями о прекрасном давно оставленном доме и о ласкающем кожу морском бризе, о пенящейся белыми барашками волн равнине и об уютных садиках в тени огромных стен – насколько же все это было привлекательнее арнорских пейзажей, особенно сейчас, когда страна была разорена и покинута!
Без особого любопытства миновав поле пятилетней давности битвы, южанка уже предвкушала, как наконец скроется от дождя в ведущем в город тоннеле, как самые зоркие из спутников обозначили, что впереди, как раз у одного из таких лазов, замечено движение неких живых существ в ярких тряпках. Весть была не из приятных, а тут еще и гномский полурослик влез под руку с глупым вопросом. Нервно передернув плечами, от чего брызги с плаща укутали девушку в водяной кокон, умбарка раздраженно ответила:
- Чтобы узнать ответ на этот вопрос, надо подобраться поближе, и, желательно, сделать так, чтобы те, за кем наблюдают, не заметили слежки. Вот ты, Томмен, и сходи проверь – все равно это делать надо. А хэру Гурдир, я уверена, составит тебе компанию – благо, по вашим дружеским беседам ясно, что тяжкого выбора ему делать не придется. А я с остальными отойду чуть назад, чтобы скрыться с глаз возможных врагов.
- Талладор, - повернулась она к следопыту, - куда нам лучше перебазироваться, чтобы и быть неподалеку, и при этом за пределами случайных взоров тех, кто сейчас впереди у камней? Нашей разведке надо знать, куда возвращаться после того, как узнают, что ждет впереди.