Энди, андроид-повар, встал с кресла и растерянно обвёл взглядом пустое помещение, а затем посмотрел и на самого М'Айка, подавленно тряхнув головой. Кивнул, приняв в руки пакеты с водкой.
— Да, вы совершенно правы, мистер Ур'Кидас. График придётся пересмотреть. Мне необходимо установить связь со своими роботами... — Энди завис на полсекунды. — Связь в порядке. Мы займёмся приготовлениями для проведения поминальной службы.
Энди глянул на пакеты у себя в руках, а затем на М'Айка, добавив с неестественным энтузиазмом в голосе.
— Хотите, я расскажу вам о ритуалах употребления алкогольных напитков в человеческих нациях?
На ГКП, примерно в то же время — спустя примерно пять минут после сообщения от Ростовой — приходит первый ответ.
КРАСА_РАССВЕТА, ДИСПЕТЧЕР: КМДР РОСТОВА СООБЩЕНИЕ ПРИНЯТО ::: СТАНЦИЯ КРАСА РАССВЕТА РАСПОЛАГАЕТ ВСЕМИ ПРОМЫШЛЕННЫМИ МОЩНОСТЯМИ ДЛЯ РЕМОНТОВ КОРАБЛЕЙ ЛЮБОЙ СЛОЖНОСТИ ДО СТД ГБР 8 ВКЛЮЧИТЕЛЬНО ::: ЗА ВАМИ ЗАКРЕПЛЁН СТЫКОВОЧНЫЙ ДОК А-71 ::: ВАШ БОРТ ID ВКЛЮЧЁН В РАССЫЛКУ КОММЕРЧЕСКИХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ ПРЕДЛАГАЕМ ВАМ ОЗНАКОМИТЬСЯ С СПЕКТРОМ УСЛУГ
Вскоре по лазерному каналу пришёл и первый файл — Наталье приходится с командирского места подтвердить получение. Это обычный текстовый файл с приложенной таблицей — коммерческое предложение от некой местной компании "K&DS", с прейскурантом работ по ремонту космических кораблей в виде огромной таблицы на 60 страниц и встроенным калькулятором для расчёта стоимости услуг. Чуть позже посыпались ещё — от другой компании, "Белле Этуаль Инжиниринг", однозначно более красивый и помпезный, или "Вотрин Орбитал", с упором именно на небольшие корабли. Следом, правда, станция начала сыпать, похоже, вообще всеми возможными, мало-мальски подходящими коммерческими предложениями и откровенной рекламой от местных фирм. Среди пришедшего: предложения от сервисов дозаправки расходниками, продажи запчастей, продажи подержанных запчастей, приём запчастей, продажа запчастей с подбором аналогов специалистом, обмена запчастей с доплатой, разбора корабля на запчасти за деньги... Следом: продажи кораблей, аренда кораблей, обслуживание термоядерных двигателей и реакторов, утилизация ядерных отходов, покраска корабля, с десяток предложений по внутренней отделке интерьеров. Особняком — предложения от банков и микрокредитных организаций на займы для ремонта корабля. А там дальше — ещё и частные клинки предлагающие пройти курс "очистки организма от радиации", предложения от отелей с номерами на разный вкус и бюджет, ломбард, трёхстраничный буклет от местного казино - "Гранд Орбитал", рекламы ресторанов и ночных клубов, а также небольшая брошюра борделя "Марисоль" (с знакомыми Наталье по работе в МВД роботами, Персональными Интимными Компаньонами, причём теми же самыми IC-36 от IBI Systems).
<...>
Три дня полёта проходят в сравнительном спокойствии. Шум работы термоядерных двигателей никогда и не стихал — корабль разгонялся чуть более полутора суток в сторону станции, а затем развернулся и тормозил. Агенты внутри ничего и не почувствовали, инерционные компенсаторы делали своё дело стабильно и качественно. Просто двигатели в корме в какой-то момент перестали шуметь на пару минут — а затем продолжили снова.
Усилиями Имортеса и Эшберн, второй пилот — женщина средних лет по имени Маргарет Хёрд, и инженер-ремонтник Туоминен, приходят более-менее в себя примерно в середине вторых суток. У обоих всё ещё были страшные ожоги и последствия ингаляционных травм. Хёрд медотсек не покидает, но Туоминен даже встаёт на ноги на третий день, и перемещается по кораблю самостоятельно — хотя правая рука у него до сих пор не совсем операбельна из-за обильных ожогов по правой стороне, и он плотно сидит на обезболивающем и инъекциях нанороботов, поэтому толку от него, на самом деле, не много. Старпом, Блейк, тоже медленно шёл на поправку — он был всё ещё самый тяжёлый, но с сердцем, кровью, и почками ситуация вполне себе стабильная, медленно улучшается. На третий день в крови, в ходе ежедневного анализа, заметили что у того подскочил креатинин — похоже почки и вправду понемногу отказывают. Плюс, вероятно, повреждённые наноботы в крови, которых у него в последнее время много, тоже создают какую-то нагрузку. Однако пока что эффект незначительный, и остальные показатели нормальные: к концу третьего дня он даже пришёл в какое-то подобие сознания и смог говорить простые слова. На старпома же ушла и львиная доля работы биопринтера — Имортес и Эшборн проводят несколько операций по пересадке ему кожи, выращенной из его же собственного биоматериала прямо тут, в медотсеке. Вся правая сторона старпома теперь похожа на лоскутное одеяло из швов. Но это, всё таки, лучше, чем что было.
Имортес отдельно проверяет и тела, вооружившись своим планшетом и биосканером. То что осталось от членов экипажа — потому что некоторые обгорели буквально до углей. Капитан, похоже, погиб от взрывной волны, когда отсеком выше рванула батарея — он лежал ближе всех к носовой части отсека, и у него много повреждений внутренних органов, полученных ещё при жизни, до того как тело обуглилось. У остальных — смерть от удушья угарным газом, тяжёлые ожоги. Печально, но ничего необычного в них Имортес не нашёл.
Девлин поговорил с экипажем — с Эшборн, пробуждённым к концу первого дня Гарднером, и с Сонг-Мином. Эшборн найти было несложно — она почти не выходила из медотсека, даже ночью, постоянно там крутясь, а Гарднер большую часть времени либо зависал у себя в каюте, либо сидел с Эшборн и помогал ей, подрабатывая для неё медбратом и нося туда-сюда разного рода тяжести, пока Диего рядом не было. Томас же углубился в глубокую и, казалось, совершенно бессмысленную глубокую диагностику реактора — буквально каждый винтик пошёл сканировать. Девлин позадавал им всем вопросы, тщательно следя за их реакциями. Ничего подозрительного. Самый страшный секрет у Эшборн и Гарднера — это что они парочка, встречаются уже несколько месяцев — впрочем, агенты могли примерно догадаться об этом и ранее, не первый месяц на одном корабле, скрываются они не особо тщательно. У ОСИП ГА нет протокола запрещающего "неуставные" отношение, но зато он есть в Королевском ВКФ. У Томаса же из секретов только запасы рисовой водки в каюте, и то что он сушит носки на трубах теплообменной сети. На этом скелеты в шкафах членов экипажа заканчиваются. Никакого намёка на "крота".
В каютах членов экипажа, в принципе, находится много интересного. Первый пилот зачем-то возила у себя в шкафу лыжи. Командир расчёта УНЧ-орудия, пожилой мужик у которого предки были откуда-то из Анклава, украсил всю свою каюту коврами, даже на стены пару повесил. Старший сенсорной службы выращивал куст марихуанны прямо в своей каюте. Главный инженер владел огромной коллекцией реплик античных револьверов — правда, к недоумению Дэва, это были всего лишь массогабаритные макеты (Виварийское оружейное законодательство, всё таки, одно из самых суровых в Галактике). Но: ничего похожего на жучки, секретные инструкции, скрытые терминалы связи с галактическими террористами, ничего подобного.
Собственно, к похожему результату приходит и Наталья. За трое суток её брожений по кораблю, от поста сенсорного наблюдения в самом носу, и до отсеков термоядерных двигателей в корме, самое интересное что она находит — это схрон с баночками снюса в туалете на третьей палубе, в носовой части корабля. Ну и в комнате отдыха, на огромном иллюминаторе в стене, есть крохотная (но заметная) трещина. Ничего подозрительного или намекающего на саботаж изнутри. Если, конечно, не считать за саботаж постеры с полуобнажёнными девушками, которыми заклеили все инструкции по подготовке УНЧ-орудия к бою на посту командира расчёта.
В свободное время Девлин посещает "внешний тир". Корабль ускорялся, поэтому вылазить на обшивку и ходить по ней было не очень хорошей идеей — но виварийские инженеры всё предусмотрели. В "открытый" тир превращалась резервная шлюзовая камера по левому борту — вперёд из шлюза выдвигалась рельса, на которую можно было подвесить пару мишеней, или включить голопроектор изображающий человеческий силуэт. Пришлось облачиться в скафандр, правда. Дев пострелял из "Сверчка" в вакууме по банкам, сходил за патронами в арсенал — где пришлось побродить среди стеллажей с служебным оружием и скафандрами, экипаж попрятал коробки 9х19 в дальний угол. Ну и в целом с пользой для себя провёл время — удостоверился что личное оружие и скафандр исправны и не принесут проблем в будущем.
А вот Иезекиль, похоже, вышел на верный след. И вёл он за пределы корабля. Довольно далеко.
Во-первых, даже при беглом анализе всей инфраструктуры связанной с этими картами, идею про подмену на принимающей стороне можно забыть сразу — доступ к навигационному компьютеру есть только на ГКП и у бортового ИИ, но на ГКП никого не было (кроме 11-ого числа, но к тому моменту карта уже давно была в бортовой сети). А "Нова" не может производить никакие операции с файлами за пределами своей среды пока эти файлы ей не сбросят — вручную от людей, от систем корабля, либо по её запросу с ручным одобрением. Насколько Иезекиль мог понять — это традиционный подход в КСВ, ИИ изолирован от всего напрочь. Поэтому версии "злоумышленник проник на ГКП" и "обезумевший ИИ хотел всех убить" можно выкинуть сразу. После короткого анализа, Иезекиль пришёл к выводу, что единственный реальный вариант из оставшихся подменить карту прямо с борта — это вручную вскрыть центральный навигационный компьютер и присоединить к нему что-то. Воткнуть в него съёмый диск или карту памяти, физически. В теории злоумышленник мог установить его пару месяцев назад, во время стоянки в порту, например — а сработала подмена только сейчас. И хотя это было не очень реалистично (навигационный компьютер стоит как раз на ГКП) — Иезекиль вместе с Натальей даже вскрывают и настенную панель с ним, обнажая стойку, в которой навигационный компьютер спрятан. Проверяют все порты: никаких сторонних дисков, флеш-накопителей, чипов с памятью. Всё строго согласно приложенной описи.
Пришлось дальше изучать сам файл карты. После многих неудачных попыток что-нибудь понять изучая метаданные, корабельный справочник, и документацию на борту — Иезекиль, кажется, приходит к пониманию следующей детали: карта была сделана на обитаемой планете Штальхафен-4, в системе SF8656 "Штальхафен". Довольно старая обитаемая планета, зимой 95-ого там ещё были тяжёлые бои, как раз за делающий эти карты локатор. Подписана криптографической подписью она была тоже там. Слепки квантовых криптографических подписей всех карт с этой планеты, сохранённых на борту, имеют достаточно характерный вид, общий как для всех легальных карт оттуда, так и для одной подложной. То есть, не только её аутентичность сходится, но и сам облик. Иными словами: неизвестный злоумышленник находился либо прямо в картографическом центре на этой планете, либо похитил оттуда ключ и пользовался им откуда-то ещё. Этот ключ генерирует физическое устройство, "криптокартридж" их ещё называют — они довольно здоровые но вполне переносимые человеком, Дауд лично их видел неоднократно. Ситуацию, когда на оккупированной территории похищают такой — представить можно. Однако в таком случае возникает вопрос: а кто ещё получил поддельную карту? Ведь если карта была изготовлена в астронавигационном центре на этой самой планете — она могла попасть в навигационную сеть, и попасть на десятки других кораблей, совершающих прыжки в регионе? Если это так — вероятно, сейчас по всем окрестным системам наблюдается огромная куча кораблей, пострадавших примерно как "Просящий Бурю". Если это так — то, значит, карту подменили прямо в картографическом центре и раздали всем. Если это
не так — значит, это была адресная подмена именно для "Просящего Бурю". Тогда скомпрометирована была только конкретная станция-ретранслятор, которая получает эти карты от астронавигационного бюро и выдаёт кораблям по запросу. В теории, это даже можно представить: станция висела в необитаемой системе посреди территории Карлсланда, а летают через него сегодня не так активно. Небольшая команда специалистов могла бы такое провернуть: подобраться к ретранслятору, присоединиться в нему, загрузить в него файл карты и вирус с инструкцией, уйти пока никто не обнаружил.
В пользу версии про адресную подмену говорило то, что корабль с которым нужно было встретиться - "Арион" - по заверению М'Айка, в систему всё таки прибыл вовремя. Был бы общий сбой — он бы сейчас тоже висел где-то в гиперпространстве с большой задержкой даты выхода.
Получается целая преступная схема: кто-то сливает информацию о курсе "Просящего Бурю", кто-то владеет ворованным квантовым криптокартриджем, кто-то проворачивает физическую операцию с ретранслятором. И всё это на оккупированной территории бывшего врага.
С бортовым ИИ всё одновременно и проще, и тяжелее. Нейроплатформа — квантововый компьютер архитектуры Хамероффа-Пенроуза, на котором запущена ИИ (у "Новы" это AMALGEST Core 9 от догманской QuanTek) — это, конечно, вещь в себе, и чинить её нереально абсолютно. Однако согласно данным самодиагностики она, в целом, порядке. Пережила аварийное отключение — но в порядке. Память и личность ИИ должны быть целы. Однако, из-за скачка напряжения, который каким-то образом обошёл защиту, выгорел кластер чипов НРО, или "неокортексных регуляторов-органичителей". У обычных андроидов или гиноидов, вроде того же Энди, один такой чип стоит в голове и является последней линией обороны, предотвращающей противоправное поведение, или нарушение Трёх Законов Робототехники — при попытке что-нибудь эдакое учудить он просто размыкает цепи питания нейроплатформы, и всё. У бортовых ИИ, как Иезекиль открыл для себя после визита в отсек, их шестнадцать штук, распиханных в боксе внутри стойки. Часть выгорела. При неисправных НРО запустить ИИ просто не выйдет. Нужны новые чипы.
Валкони за три дня несколько раз пытается сплотить коллектив, появляясь то тут то там, и собирает изрядно поредевший экипаж и агентов в кают-компании несколько раз. Не сказать, чтобы все были в адском восторге от идеи и резко бросились обниматься — агенты по большей части были заняты своими делами, а троица выживших без царапины членов экипажа была явно эмоционально подавлена. Всё таки агенты на корабли приходят и уходят, а они тут с кораблём годы. Однако, похоже, в нескольких местах лёд тронулся — по крайней мере гнетущей атмосферы "всеобщего пиздеца" на корабле, по субъективным ощущения самой Ваклони, поубивалось. Особняком стоит отметить поминки — они случились на второй день в кают-компании, вечером. Андроид-кок Энди приготовил разные блюда: боулы с кашей из киноа с курицей, сладким картофелем, овощами и свежей зеленью с корабельных гидропонных ферм, гамбургеры из синтетической говядины с сыром, рыбный суп "uha" из тунца по рецепту из Анклава, чизкейки. М'Айку досталось традиционное Ха'Тширрское блюдо "Ча-Фа": паштет из нескольких видов мяса, щедро обрызнутый жиром, подающийся с густым сливочным соусом и гарниром из ягод (правда вместо ягод с прародины — сублимированная терранская малина). Ну и разлил всем (кроме М'Айка) по пятьдесят грамм водки в пластиковых стаканчиках. Томас, как старожил из экипажа корабля, прочитал небольшую речь — по собственному признанию, на "Просящем Бурю" он больше шести лет, едва ли не с момента ввода в строй, и вместе с погибшим капитаном — Эриком — они пережили конец Войны. Томас, принёсший своей рисовой водки и быстро захмелевший, пустился рассказывать какие-то пространные истории как они пили тяжёлую воду когда обычную всю выпарило в вакуум, или про то как в 95-ом в корабль едва не угодила термоядерная торпеда.
Уже после поминок, когда Имортес закончил свои дела — тела капитана, главного инженера, первого пилота, командира расчёта УНЧ-орудия и старшего сенсорной службы — находят своё последнее пристанище в углу морозильной камеры.
<...>
М'Айк за три дня, и особенно за последний день когда скорость связи с сетью станции возросла многократно, успел кое-чего накопать.
Во-первых: станция не имеет никакого отношения к Галактическому Альянсу. Она независимая — по-настоящему независимая, не принадлежит никакому известному межзвёздному государству, или какой-нибудь независимой планете. Никакие законы стран-членов Альянса здесь тоже не действуют. Ну и ей всего около 25 лет. В целом, у Ха'Тширра могло сложится ощущение что на "Красе Рассвета" процветает какой-то анархо-капитализм. Не иначе. Доступ к интернету на станцию был ограниченный и платный — станция была подключена к галактической банковской сети, и М'Айку, ценой ввода своей карточки и тратой девяти фунтов, удалось подписаться на "бесплатный пробный семидневный период" у одного из местных провайдеров. Далее — работа местного поисковика платная. Хочешь найти информацию — плати несколько кредитов за каждый запрос. Доступ в ГалаНет, естественно, тоже платный. Свой канал есть у правительства станции ("Совет Администраторов"). Частный канал общего пользования был — однако для подключения нужен местный ID жителя станции или ВНЖ, гостям доступ в ГалаНет только через сеть общественных терминалов на самой станции (тоже платные). В единственной местной соцсети много недовольства на эту тему — судя по контексту, раньше доступ в ГалаНет для гостей не ограничивался терминалами, а ещё много пишут про замедление связи и ограничения, причём в основном пишут недавно — начиная с полугода назад. Многие связывают это с назначением нового шерифа. М'Айк пока не понимал контекст достоверно, но на станции как будто бы произошло что-то неприятное около полугода назад. Старого шерифа, как пишет один из комментаторов под новостью о десяти новых вакансиях в Полиции, "подло убил уёбище Грапполо" (новый шериф, бывший заместитель). Впрочем, судя по всему, комментарии под записями с новостями, или в частных группах — всё тщательно модерируется, М'Айк часто натыкается на заглушки ("Это сообщение удалено", "Эта запись удалена"), и т.д.
За журналом прилётов, отлётов и стыковок обращаться нужно к АДКР, или Администрации Доков Красы Рассвета. Это главный орган который управляет всем, что происходит в портах и доках. Сайт у них примитивный, но в описании сказано, что они рассматривают обращения в своём офисе в портовом секторе станции. Если "Арион" был в системе — искать надо начинать с них. На счёт пополнения экипажей — на станции есть правительственная биржа труда, а есть сайт, предлагающий поиски сотрудников по вакансиям, в том числе экипажей кораблей. Однако — за это тоже надо платить. Если же заниматься поисками Арманда Кора — то обращаться стоит в местную полицию. Единственный полицейский участок расположен в коммерческом секторе, неподалёку от доков. Впрочем, у Альянса и местных властей нет никаких договорных отношений, как местная полиция себя поведёт при столкновении с ОСИП ГА — загадка.
Впрочем, не всё так плохо.
На станции жило, согласно данным местной соцсети, всего 12 Ха'Тширр. И, внезапно, М'Айк косвенно знал одного из них. Десятилетия назад, сидя в виварийской спецтюрьме, М'Айк был знаком с неким сородичем по имени Д'Зарам Сирраш — тот сидел за торговлю наркотиками. М'Айк никогда не был с ним именно что другом — но знал его неплохо, почти полгода сидели в одной камере. А в списке профилей зарегистрированных в соцсети был некий С'Хан Сирраш — младший брат. Д'Зарам в своё время про него рассказывал, ну и внешне похож. Ему около 70, семейный статус: "всё сложно", в профиле написано что он работает вышибалой в казино "Гранд Орбитал" — оттуда же фотографии. В чёрном костюме, при смарт-очках, стильный молодой Ха'Тширр с бело-бежевой шерстью. Списался с ним, представился — С'Хан отвечал на сообщения не очень подробно, но дал понять, что сородичу готов помочь, тем более знакомому брата. Работает он на человека по имени Маркус Дюваль — директора казино, но этот самый Дюваль сам работает "на кое-каго влиятельнаго", и он сможет помочь "по разным вапросам". Не бесплатно, конечно. С'Хан согласился встретить М'Айка когда он прибудет.
<...>
К вечеру третьего дня корабль приблизился к станции на расстояние в несколько тысяч километров. Более-менее пришедший в себя старпом, Блейк, со своего места в медотсеке порекомендовал передать удалённое управление на станцию. Собственно, так и сделали — поэтому непосредственно стыковкой занимался удалённый оператор (это, к счастью, оказалась бесплатная услуга).
Маршевые двигатели стихают, какое-то время снаружи обшивки слышны звуки, похожие на свист — маневровые МПД-двигатели работали, разворачивая корабль под нужным углом и выводя его к станции. Через камеры наружного обзора присутствующие на ГКП могли видеть достаточно плотный космический траффик — к станции, которая расстояния в пару сотен километров выглядела как жирная светлая точка посреди тёмного космоса, с разных сторон тянутся дуги точек поменьше — грузовые и пассажирские корабли из других систем, или корабли с крохотной колонии на луне газового гиганта, вокруг которой станция и вращалась. Его тёмное бежевое пятно видно в отдалении, тоже.
Полтора часа проходит в ожидании стыковки. Корабль медленно приближался к станции, корректируя курс и доворачивая к доку. Станция разрослась из светлой точки в огромную, в пару километров длиной, металлическую конструкцию — несколько массивных блоков разной формы, огромные панели радиаторов и пара вращающихся колец, облепивших центральную ось, толщиной в пару десятков метров. "Просящий Бурю" шёл прямым кусом прямо к самому днищу станции, ниже двух вращающихся колец — "Коммерческого" и "Жилого/индустриального сектора", как подсказывали расположенные на них радиомаяки — к причалам для малых кораблей. Здесь, в тени огромной металлической конструкции, была расположена целая паутина из пересекающихся коридоров, оканчивающихся стыковочными портами разных размеров и форм.
"Просящий Бурю", ведомый неведомым оператором на станции, покорно подошёл к одному из таких портов. Выпустил свой стыковочный рукав: по правому борту зажужжали приводы, а затем раздался приглушённый стук, похожий на хруст — как будто бы что-то сломалось. Но, вместо этого, на ГКП загорелся индикатор об успешной стыковке — а вскоре эту радостную весть по всему кораблю, через динамики, разнесла автоматика. Холодный женский голос задекларировал:
"ВНИМАНИЕ. УСПЕШНАЯ СТЫКОВКА С... СТАНЦИЯ "КРАСА РАССВЕТА" ЧЕРЕЗ... ГЛАВНЫЙ СТЫКОВОЧНЫЙ ШЛЮЗ, ПРАВЫЙ БОРТ."