Что до наслаждения чистотой, то ею Миён каждый день наслаждалась дома: там и простыни всегда свежие, и по полу можно пройти в белых носках. О пенсии она ещё успеет подумать вечером, а не посреди платформы с тележкой и мусорным мешком. До конца смены оставалось много времени, под ногами валялись стаканчики, и от раздумий всё это никуда не денется.
Хлопанье крыльев всё же заставило её поднять голову. В дальнем конце платформы собака лаяла с таким испугом, что на несколько секунд работа вылетела из головы. Разглядеть, что встревожило животное, она не успела: в кармане затрезвонил телефон.
Редкий звонок сына оказался важнее и собаки, и мусора. Палку-подбиралку Миён положила поперёк ведра, а тележку одной рукой откатила ближе к колонне, чтобы не мешать пассажирам. Вопрос «что случилось?» уже был на языке, но Миён проглотила его: начни она с тревоги, сын опять ответит, что всё хорошо, даже если это не так.
- Да, сынок, - сказала Миён, нарочно не торопясь, - Я слушаю.