Набор игроков

Завершенные игры

Новые блоги

- Все активные блоги

Форум

- Для новичков (3963)
- Общий (18674)
- Игровые системы (6563)
- Набор игроков/поиск мастера (43267)
- Котёл идей (5675)
- Конкурсы (19434)
- Под столом (21696)
- Улучшение сайта (11600)
- Ошибки (4572)
- Новости проекта (15907)
- Неролевые игры (11955)

Конкурс №23 "НОГО"

Вниз    Вернуться в раздел "Конкурсы"
 
НОГО
Тема: двое против ветра

    Папа был баклажанного цвета. Этот фиолетовый оттенок кожи вечно создавал неприятности: никогда нельзя было отличить сходу, сердился отец или находился в приятном расположении духа.
    — Это очень важно! Я хочу со всеми поговорить, а тут... Кто принёс ЭТО ЯЙЦО сюда?!
    Эх, он явно злился. А вот мой апельсиновый братец Наранья сразу понял, что это был я, и теперь чуть не лопался от смеха. Флегматичная сестрица Лазурь качала головой в ответ на его ужимки, а цитроновая мама безмятежно раскладывала тарелки с яичницей вокруг яйца и ничуть не беспокоилась по поводу эмоциональной вспышки папы.
    Яйцо было огромным. Гигантским! И потому занимало большую часть стола. Даже не было видно, что находилось по другую сторону. Из-за этого тарелкам с яичницей из обычных бурых яиц пришлось потесниться и даже опасно выдвинуться за края стола. А яйцо будто этого и не замечало, у него была своя таинственная жизнь, полная какао-пятен на молочной скорлупе.
    Этим оно меня и зацепило. И ещё размером, конечно. Шёл я вчера по своим делам, повернул за угол и наткнулся на неопознанный овальный гигантский объект. Вот так сразу его и прозвал НОГО. После этого пройти мимо и забыть о встрече было нельзя. Яйцо оказалось дюже тяжёлым, поэтому я катил его к дому, а оно, сопротивляясь, виляло из стороны в сторону.
    Как я поднял его по лестнице и вкатил внутрь дома — то была отдельная песня. Ночью, когда все домочадцы разошлись по своим сонным делам, я с помощью хитрой системы из рычагов и блоков поднял НОГО и поместил на самую крепкую поверхность в доме — на стол.
    Я хотел бы задвинуть яйцо к себе в комнату, но та была весьма категорична в своём объёме: либо НОГО, либо я. А раз не выходило скрыть питомца у себя, надо было поместить его на самое приметное место, чтобы показать его во всей красе и представить домочадцам. Таков был план.
    — Ещё раз спрашиваю, кто оставил здесь ЭТО?!
    Папа перешёл из баклажанного цвета в пунцовый. Вторая стадия. Это уже было опасно. Счёт перед взрывом шёл на секунды...
    — Неужели так сложно в этом признаться?! Наранья, чего ржёшь, это был ты?!
    Мама положила отцу руку на плечо и этим откатила его на первую фиолетовую стадию. Взрыва не будет. Я тихо выдохнул.
    — Всё в порядке. Оно нам лишь капельку мешает, — покачивающиеся на краях стола тарелки вдруг будто нашли дополнительную опору в маминых словах. — Хочешь, я скажу первой?
    Мама села по другую сторону стола, и её совсем не стало видно за яйцом. Папа остался стоять.
    — Нет, лучше я сам. Дети, — он, возвышаясь головой над НОГО, окинул нас серьёзным взглядом, — нам нужно поговорить с вами кое о чём важном, потом мне на работу через полчаса, а тут это яйцо. Сейчас нам совсем не до нового питомца, к тому же у нас и так есть вы трое.
    Я скривился. Трое, ха! Как нас считали, так нас было трое. А как я!.. А как меня!.. Ух! Думал уже, что целый и неповторимый НОГО что-то поменяет, а нет.
    — Да ладно тебе, па, — Наранья покачивался на стуле с вилкой в руках. — Станет тебе легче, если скажу, что это наш с Вертом научный проект для школы? «Изучение влияния яичницы на завтрак на гигантское яйцо на столе».
    — Только если так, — папа потёр подбородок. — Однако с названием проекта надо что-то сделать, слишком много в нём «на». И уберите его потом, хорошо?
    — Хорошо, уберём! — пообещал Наранья за нас обоих и окатил меня насмешливым взглядом.
    Пока я готовился презентовать НОГО, рассказать о его сильных и слабых сторонах, о его будущем в семье через пять лет, лёгкий на язык Наранья обошёл меня на повороте и обрёк яйцо на изгнание. И помогать убирать яйцо он мне, конечно, не будет.
    — Кхм, кхм! — подала сигнал мама, и папа встрепенулся:
    — Э, да! В общем, мы с мамой больше друг друга не любим и потому решили развестись.
    Тут мы все, конечно, опешили. Лазурь уронила вилку, и та с оглушительным лязганьем упала на пол.
    — Как? Почему?! — сестра вскочила. Её лицо казалось бледным даже сквозь синеву кожи, а на глазах проступили слёзы. — Вы не можете, вы не такие!
    — Всё хорошо, моя милая. Это не конец света, — мамин голос был спокоен, как и всегда.
    — А вы нас уже поделили между собой? — поинтересовался Наранья.
    Лазурь вздрогнула и убежала в свою комнату, громко хлопнув дверью.
    — А что такого?! — пожал плечами брат.
    — Да заткнись! — не выдержал я.
    — Я догадывался, что всё пройдёт именно так, — вздохнул папа. — Никого мы не делили. Вечером, когда я вернусь с работы, подробнее всё обсудим. А вы пока подумайте, что вы хотите... с кем вы хотите больше остаться. И уберите это яйцо!
    — Его зовут НОГО, — пробормотал я, но меня никто не слушал.
    Папа ушёл. Мама собрала тарелки и стала мыть посуду. Из комнаты Лазури доносились всхлипывания. Наранья надел рюкзак и, пихнув меня, отправился в школу, хотя суббота была у нас выходная. А я стоял и смотрел на своего питомца: с этим разводом до нас никому не было дела.
    Сам НОГО спускаться вниз не хотел, поэтому мне пришлось обратиться к очередному инженерному решению: разложить по полу подушки и растянуть над ними одеяло. Мой питомец с восторженным свистом ухнул в их мягкие объятья, а дальше я покатил его из дома в парк.
    Мир полнился разноцветными людьми, но именно в это утреннее время их было особенно много, и все почему-то шли нам наперерез или яркими пятнами мельтешили вокруг. Сквозь этот поток мы с НОГО с трудом, но всё же пробились к цветущему парку и забурились в его глубины.
    В дальнем углу парка прятался окружённый деревьями лужок. Туда почти никто не ходил: можно было разлечься на траве и смотреть, как сквозь листву бегают солнечные зайцы. Это был мой эдем, и я впервые кого-то сюда пригласил. Но яйцо не спешило краснеть и высказывать, насколько оно польщено: острым концом оно глядело вверх, будто готовясь пронзить небеса. Испуганные облака торопились отойти, чтобы не попасть под удар яичного великолепия.
    — Трое пополам не делятся, — я растянулся на траве и выставил руку, смотря сквозь зелёные пальцы на солнце. — Или делятся, если использовать бензопилу, с кровью и кишками... А я не хочу, чтобы меня так. Наранью бы так лучше поделили, но его точно целым возьмут... Может, с тобой приключилось то же самое? Ты оказался лишним в семье и ушёл сам?
    Яйцо молчало. Я перевернулся на живот и придирчиво его оглядел. Трудно было поверить, что никто, кроме меня, ещё так не заинтересовался НОГО. Никто не заметил, насколько он необычный.
    — Кто ты? Какие секреты ты скрываешь?
    Ответа не было. Я перевернулся обратно на спину и продолжил пялиться на небо. Но спокойствия — как не бывало! Всякий раз, когда я думал о ближайшем будущем, под ложечкой ощутимо ныло. Мне на самом деле нравилась моя семья, хоть я в ней не находил себе места. А теперь вдруг всё сломалось, и было непонятно, как дальше жить.
    — А что, если ты супергрифон?! — разговор с НОГО помогал мне отвлечься. — Вылупишься, расправишь крылья и увезёшь... улетёшь меня далеко-далеко! Хотя, пожалуй, я дам тебе время, чтобы ты освоился и вырос.
    Я искоса поглядел на него. Яйцо было всё так же невозмутимо.
    — Знаешь, мы тут только вдвоём, мог бы и выдать хоть какую-то реакцию, а не быть безучастным, как обычные яйца из холодильника. А впрочем... может быть, тебе всё это время было холодно? Ты только никуда не укатывайся. Я сейчас.
    Я помчался домой. Там мама беседовала о чём-то с Лазурью в её комнате, а Нараньи ещё не было. Удачно. Стянув с кровати брата одеяло, я понёсся обратно.
    На свой любимый лужок я влетел, сжимая в руках скомканное одеяло, — и тут же поник: пустота. НОГО нигде не было. Он пропал. Неужели он решил оставить меня одного и укатился прочь? Не веря своим мыслям, я обошёл вокруг полянки и вдруг заметил кривую тропку примятой травы, идущую от места, где я оставил питомца.
    Нахмурившись, я последовал по обнаруженной тропке и вышел к мусорной площадке. НОГО был там, он притулился к одному из контейнеров и выглядел бесконечно одиноким. Я тут же упал на колени рядом и обнял его.
    — Прости меня! Ты испугался, что тебя бросили. А я вернулся и теперь не брошу тебя.
    Я укутал НОГО одеялом — всё-таки за ним бегал — и поволок прочь. Из-за жестокой силы трения тащить его оказалось намного тяжелее, чем катить. Через несколько метров я увидел идущего навстречу отца.
    — Вот ты где, Верт! — папа взлохматил мои зелёные кудри. — А я тебя повсюду искал. Что ты тут делаешь?
    Он правда меня искал? Это было что-то новое.
    — Ничего.
    — Это что-то в одеяле выглядит намного больше, чем ничего, — вздохнул он. — Там ведь то яйцо?
    — А ты разве не должен быть на работе? — я перевёл стрелку на другую тему.
    — Должен, но мне позвонила мама и сказала, что ты убежал с одеялом Нараньи. Мы запереживали, что ты решил уйти из дома, и я отпросился.
    Папа действительно выглядел обеспокоенным.
    — Я не собирался уходить из дома.
    — А что ты собирался делать?
    Я посмотрел на одеяльный кулёк с питомцем.
    — Я просто... ну... не хотел, чтобы НОГО остался один.
    — Так ты называешь это яйцо?
    — Угу.
    Отец присел передо мной на корточки.
    — Ты не из-за сегодняшнего разговора ушёл? Не из-за развода меня и мамы?
    Я пожал плечами.
    — Даже если так, я всё равно нужнее НОГО, чем вам.
    Папа сжал меня в объятьях.
    — Вот неправда! Вы нужны нам все! Просто мы часто с мамой бываем слишком заняты, чтобы каждому уделить внимание.
    — Если мы вам нужны, почему вы разводитесь?
    Я отстранился от отца, а он с грустью посмотрел на меня.
    — Иногда взрослые перестают хорошо жить друг с другом. Это не значит, что мы перестаём любить своих детей.
    — А вы не можете не разводиться?
    — Нет, иначе будет только хуже, — папа покачал головой. — Пойдём домой, Верт.
    — Можно вместе с НОГО? — мой голос задрожал, когда я вспомнил, как утром отец просил убрать его.
    — Что с тобой поделать! Можно, — отец махнул мне рукой. — Давай сюда, я его понесу.
    Он поднял НОГО и тут же запурпурил от натуги. Мы пошли домой.
    — Как думаешь, там внутри супергрифон? — спросил я.
    — Не знаю, — прокряхтел папа. — Но если так, то у нас проблемы. Ему понадобится отдельная комната.
    Изнутри яйца донёсся глухой стук. Мы с папой остановились.
    По молочной скорлупе медленно поползла трещина.
______________________________________
Прим. орг. Нотариально заверенное количество знаков по счетчику GoogleDocs – 9847
Автор: WarCat [online] , 22.08.2026 21:01 1

Сюрреалистично и непонятно. Почему они все разноцветные? Это не телепузики и не муми-тролли, потому что у них взрослая жизнь с разводами, браком, работой... и даже с работы надо отпрашиваться — все серьезно. И даже индикатор из "Тайны третьей планеты", которого если стукнуть, становится фиолетовым, тут явно ни при чем.

Детей зовут по цветам. Наранья — апельсиновый (от испанского naranja), сестра Лазурь — синяя, Верт — зелёный (от французского vert). И Верт считает, что из яйца вылупится питомец, возможно, грифон. Судя по тому, как оно все обернулось, это не его фантазии, а все реально так и работает.

В общем, читать такое непривычно. Так-то все красиво получается и диалоги любопытные, яркие персонажи, непредсказуемые повороты сюжета... но попытки найти смысл, который постоянно ускользает, мешают наслаждаться. Может, просто не мой формат? Так-то автор явно знал что делает и у него все получилось.
Автор: Gven Morange [offline] , 23.08.2026 17:12 2

Ничего не понятно да и не особо интересно.
Автор: Солнечная Принцесса [online] , 24.08.2026 21:52 3

↑