Люк, дававший доступ к лестнице на нижнюю палубу, серьёзно заклинило, и возиться с ним даже в комбинезоне и резиновых перчатках особого желания не было, особенно учитывая температуру воды. Анаис, составившая компанию мужчинам, сказала:
— Я всё же предлагаю поискать другой способ спуститься туда. Даже если вы откроете люк настежь, туда хлынет весь поток воды. Только Мартин в скафандре. Контакт с водой, в которой содержится до 0.1% хлора, это весьма нерекомендуемое действие, особенно если с нею будут контактировать слизистые глаз, рта и носа. Ну и нижнюю палубу начнёт затоплять быстрее, что не особо желаемо… Погодите, у меня есть идея!
Девушка подошла к двери лифта и жестом попросила помочь ей. Мартин ухватился за одну, Анаис за другую, и за несколько секунд они смогли раздвинуть створки. Заглянув в шахту, они увидели, что лифт как раз находился на нижней палубе, на его крыше был люк, а по стенке шахты проходила служебная лестница на случай ремонта. Учитывая то, что вода с верхней палубы теперь стекала и вниз шахты, решено было, что вниз отправится только Мартин, чтобы минимизировать контакт открытых участков кожи с ядовитой водой; остальные будут ждать сверху и помогать затянуть ценный груз наверх.
Мартин без труда спустился на крышу лифта, открыл люк и увидел, что воды в нём не было вообще. Спустившись в кабину, Хольст приложил все усилия, чтобы раскрыть створки кабины лифта, а потом вторые, ведшие в ангар; внутрь кабины сразу же хлынула вода, но тут, в центральной части нижней палубы её было некритично много — чуть ниже пояса. Выкрутив фонарик на максимум, мужчина осмотрелся.
Огромный ангар — в два раза выше, чем верхняя палуба — был без перегородок и весь уставлен ящиками, коробками и контейнерами. Под потолком виднелась кривая рука погрузочного крана, а у дальней кормовой стенки, там, где воды было более всего (примерно по пояс Хольсту, как он оценил), высились створки внутреннего люка грузового шлюза. Вздохнув, Мартин начал круговой обход.
В носовой части ангара, примерно под мостиком, подполковник обнаружил то, что, вероятно, послужило причиной EMI-взрыва: средних размеров пластиковый кофр, такой, в котором перевозят портативные геологические лаборатории. Почему Мартина привлёк именно этот контейнер? Он и сам не мог сказать; возможно, потому что он немного отличался от однообразных ящиков по соседству, или потому, что зоркие глаза Хольста заметили, что с его крышкой что-то не так, или же потому, что сработали инстинкты десантника; как бы то ни было, мужчина подошёл к нему и осмотрел его снаружи и изнутри.
Средних размеров полимерный кофр лишь на первый взгляд казался нетронутым: краска на его боках вздулась уродливыми пузырями словно от чудовищного жара, вокруг стыков осел жирный слой чёрной копоти, а на месте электронного замка зияла оплавленная дыра. Под вскрытой крышкой Мартин заметил следы меди и свинца («Вероятно, чтобы пронести этот контейнер незаметно через сканеры космопорта?» — подумалось Хольсту), но экранирующая медная сетка испарилась, осев на внутренних стенках переливчатым зелёно-чёрным налётом с вплавленными в пластик почерневшими «венами» проводов, а свинцовая подложка стекла на дно серебристой лужей, в центре которой покоился бесформенный кусок шлака — мёртвый стёкшийся монолит, бывший когда-то генератором ЭМИ, подполковник не раз видел подобное после того, как ЭМИ-устройство сработает. Что ж, информация, найденная Шота, подтверждалась.
Аварийные наборы — оба — а также такой же скафандр, как и на нём, Мартин нашёл без труда. Корабельные аварийные наборы находились внутри громадных ярко-красных пластиковых контейнеров со светоотражающим покрытием, ремонтный скафандр ржаво-оранжевого цвета висел на стойке для скафандров тут же. Сначала Мартин поднял наверх скафандр — это был самый лёгкий и самый простой груз, пусть и весивший четверть центнера, если не больше (и мысленно поблагодарил Джо Эла за идею с проводами, которые послужили вместо тросов и помогли поднять эту громадину наверх), а следом пошли и оба набора, правда, чтобы всё поднять наверх, Мартину пришлось вскрыть их и передать сотоварищам наверху отдельные составные каждого из наборов по отдельности, поскольку каждый алый контейнер весил почти что полцентнера.
Работа шла быстро и хватко, но времени катастрофически не хватало, и словно этого было мало — практически в тот самый момент, когда последняя составляющая аварийных наборов была передана Мартином Бэту, Тэду и Анаис наверх, красный авариный свет вспыхнул в последний раз и погас, а с ним — и экран бортового компьютера, который показывал, что до окончания процесса восстановления повреждённой ЭМИ информации на жёстких носителях требовалось ещё 36 минут. Весь корабль окутала кромешная тьма и — теперь уже — абсолютная тишина, в которой слышно было и дыхание каждого, и тихий стон швов и корпуса, и журчание воды, затекавшей внутрь корабля и низвергавшейся водопадом в шахту лифта.
🜸 🜸 🜸То ли резкое погружение во тьму, то ли стресс от ситуации, то ли последствия от неправильно прошедшей разморозки, то ли всё вместе — но как только вокруг воцарилась темнота, сознание каждого из наших героев озарилось яркими вспышками воспоминаний — краткими, непонятными, но, как минимум, это было свидетельством о том, что память начала возвращаться...
