Борнан рванулся, перекрывая угол обстрела, так что невозможно было бы стрелять в Шаар и муттамока.
- Не стреляйте, не стреляйте в нее, она моя жизнь. Мы оказываем полное содействие бравым солдатам Империи. Мы репортеры. А еще у меня очень важная семья, мой двоюродный дядя советник короля, а его сын говорят стал ситхом. Мы мирные люди. Скажите, не задерживали ли кого-то подозрительного? Прямо перед вами сюда ввалился какой-то толстяк, напугал нас, теперь я понимаю, он хотел спрятать тут этого щенка. Пойдемте, пойдемте же скорее, его надо поймать, чтобы он не сотворил чего-нибудь ужасного, ох уж эти бандиты республиканцы.
Было даже хорошо, что Борнан не успел переодеться. На этом смешном и неуклюжем задохлике с обожженной рожей костюм ситха сидел как воплощение мечты, а не как повседневная одежда. А еще он провоцировал солдат. Репортер, да еще возможно со связями, да наверняка со связями, кто иначе такого урода в репортеры возьмет. Так, а куда он тянется рукой. Все шло как надо, Борнан прямо читал в глазах у солдат вдалбливаемые им мысли.
- Ой-ой, не смотрите на меня так страшно. Я всего лишь хотел показать документы. Ну, чего же мы стоим, надо схватить этого ужасного пособника джедаев. А моя Шаар, пока присмотрит, чтобы щенок никуда не сбежал.